Who are you?

Когда уже это прекратится? Очередной сон, где Чонгук просыпается в незнакомом месте. Впереди темный ход, а за ним, по-видимому, кинозал. Как только парень входит, тут же загораются яркие лампы, давая возможность осмотреться. Зал небольшой, заполнен мягкими красными креслами, а впереди них пока ещё неработающий широкий экран. Несложно догадаться, что в этом сне Чонгуку будет предложено посмотреть фильм. Ну, а почему бы и нет, собственно? Вряд ли кто-то станет насильно удерживать парня за экраном или изощрёнными способами не давать ему закрывать глаза. Чонгук неспешно проходит к среднему ряду, пробирается к креслу, которое мысленно уже заприметил, и усаживается в него поудобнее, морально готовясь к очередной странности. Привыкнуть ко всему происходящему во снах не так уж сложно, но в последнее время Чон чувствует сильную усталость. Как будто все время, что он проводит здесь, он и правда не спит. Кажется, ещё немного, и сложно будет отличить, где реальность, а где вымысел. Ведь это всё всего лишь продукт обезумевшего сознания, верно? Свет гаснет через пару минут ожидания, и на экране появляется картинка. Это нечто непонятное. Не в том плане, что Чонгук не может различить происходящее или актеров, но… Главный персонаж в фильме — он сам. Комната в кадре Гуку незнакома. Да и никто никогда не снимал его прежде, в этом парень уверен. Что же в таком случае здесь происходит? Опять с ним играет собственный разум или это кто-то другой сумел запутать его сны? Гадать бессмысленно, а тем временем фильм продолжает идти. Чон погружается в картину с головой. Необычно наблюдать за тем, как ты сам сидишь перед стареньким компьютером, открыв документ, и просто смотришь в пустой белый лист. Точно не ясно, откуда в фильме появляется тот самый Ким Тэхен. На этот раз его волосы выглядят седыми, а глаза вовсе не карие и не зеленые, а кристально-голубые. Гук пытается уцепиться за ниточки запутанного сюжета: он писатель затворник, у которого внезапно в комнате оказывается странный паренёк. «Тэхен» ничего не ест, не спит, лишь безмолвно наблюдает, сидя на подоконнике. Чонгук из фильма не обращает на это никакого внимания. Он беспрерывно пишет. И уже кажется, что фильм скучнее некуда, но неожиданно всё закручивается настолько, что от удивления Чон даже рот чуть приоткрывает. Оказывается, что причиной затворничества являются не самые приятные обстоятельства его жизни, часть которых удается лицезреть будто бы чужими глазами, будто кто-то заглядывает в окно его жизни или наблюдает из-за угла. От нервов Чонгук невольно начинает кусать нижнюю губу и не замечает, что в зал заходит ещё один человек и садится в последнем ряду. Неизвестный не издает ни звука: просто так же смотрит фильм. Этот фильм — целая жизнь Чонгука, другого Чонгука, с которым настоящий связан одним лишь Ким Тэхеном. Парень из фильма страдает, в его груди разрастаются чувства. В следующий момент происходит поцелуй с Тэхеном. Кажется, прощальный, потому что дальше Чонгук на экране оказывается совсем один. Возможно ли, что в какой-то из прошлых жизней или параллельных реальностей, или в собственном воображении Гук влюбился в призрачный образ, созданный им самим? На этой трагичной ноте бы и завершить фильм, но нет, еще не конец. Дождь. Чимин с зонтом. Комната Тэхена. Письмо, в котором, похоже, написано много печального. Видимо, Тэхен знал, что не сможет дойти и постучать в чёртову дверь, чтобы увидеться с писателем-затворником. Ким умер там, в фильме, и теперь ещё труднее понять, кто сидел тогда на подоконнике с Чонгуком: призрак или выдумка? Проходит пара минут, в которые в фильме укладываются целые недели и даже месяцы. Никогда бы Гук не подумал, что станет встречаться с Чимином, пусть и в другой жизни. Кажется, их соединила не любовь, а общее горе, чувство утраты. Правда, соединило ненадолго… Вот уже Чонгук, не настоящий Чонгук, бредёт по темной улице, скуривает несколько сигарет и останавливается у бортика моста. Никто не мешает ему, когда он забирается на самый край, никто не останавливает от падения в холодную реку. Чонгук, настоящий Чонгук, читает короткий послелог на экране и осторожно утирает слезы, что успели уже скатиться по щекам. Хлопок в ладоши разрывает тишину. Фильм тут же заканчивается, а свет начинает включаться. Чон оборачивается на громкий звук. Позади Чон Хосок, тот самый, которого он видел недавно в кафе вместе с Тэхеном. Парень встает с места, спускается вниз по ступенькам и вскоре оказывается на кресле рядом с Чонгуком. — Сколько смотрю, каждый раз поражаюсь тебе и Тэхену. Вроде в итоге так и не встретились толком, а чувства все равно сильные, — произносит рыжеволосый и по-дружески треплет волосы Гука, создавая беспорядок на чужой голове. — Что это было? — задаёт наконец вопрос Чон, стараясь при этом вернуть своей прическе прежнее состояние. — А сам не догадался? Прошлая твоя жизнь. Похожа на трагедию, неправда ли? — с полуулыбкой объясняет Хосок, переводя взгляд на потухший экран, — Тэхен сделал многое, чтобы вновь с тобой встретиться. И все эти сны… Непросто ему даются. Совсем немного осталось до конца. Эти слова сейчас ни о чем Чонгуку не говорят. И почему все в этом мире так любят говорить загадками? — Какого конца? Может хоть ты объяснишь, что тут происходит? — Чонгук пытается оставаться спокойным, не впадать в панику и рассуждать здраво, но тихий смех рушит все его надежды найти сегодня ответы на собственные вопросы. — На то я и «Шляпник», — Хосок даже кавычки пальцами показывает, — чтобы давать лишь путь на предстоящий ответ. Тебя ждет еще одна встреча. Не знаю, услышишь ли ты ответы, которые ожидаешь услышать, но после этого… После этого Тэхен сам всё тебе расскажет, — напутсвует он, а затем щелкает пальцами у самого уха младшего. Глаза Гука медленно закрываются, и в следующее мгновение он уже опять просыпается в своей кровати. Осознание того, что парень только что увидел во сне, его ещё долго не отпустит.