In Your Eyes

      Мингю, наблюдая за Гуком в торговом центре, подмечает, что альфа не выглядит крайне расстроенным. До него не дошли те слова, которые говорил омега? Он всё помнит: и ту ночь в баре, и как врезал по его красивому лицу. Но он улыбается, неужели это ничуть не задело? Ведь он говорил столько всего про Кима, или ему плевать и альфа ему доверяет? В этом мире никому нельзя доверять, надеяться нужно на себя, все решают только деньги и богатый альфа под ручкой. Нужно уметь расстилаться под нужными людьми, чтобы иметь все. Мингю поначалу верил в истинность, да, Гук был его судьбой, но чего-то омеге не хватало. Он не хотел ему изменять, но соблазн был слишком велик. Другие альфы давали больше, чем Гук, ну ладно, в постели Чон неплох, омега это пропускает, но вот дорогие подарки, машины, поездки за границу и на моря, этого хотел Мингю. Пусть назовут его проституткой, шалавой, подстилкой, ему плевать. Настоящей любви не существует, только похоть, секс, деньги и ничего лишнего. Омеге даже нравится это чувство, плевать он хотел на мнение других. Но вот небольшая поправочка: таких, как Ким Тэхён, у него еще не было в коллекции. Может, стоит проверить на наличие «любви» директора крупной компании? Гук ведь не обидится? Уступит его немного для Мингю?       ❖❖❖       — Вы кто?       Интересуется Гук, разглядывая девушку. Она довольно хороша собой, высокая, стройная, длинные волосы. Но что она забыла у дома Тэхёна? Сони, не ожидавшая увидеть здесь другого альфу, опускает руку вниз, прикусив губу. Это тот парень, что был рядом с Тэхёном, держал его за руку, пока они шли до машины. Зря она пришла сюда, всё же нужно было увидеться с альфой в компании. Нужно уходить, пока Ким не увидел её здесь.       — Она та, кто предназначена мне судьбой.       Чонгук и Сони оборачиваются на голос. Подойдя к ним, Тэхён становится рядом с Гуком и смотрит на девушку. Та, сжав ручку сумки, опускает голову вниз. Ким не вправе злиться на неё, всё-таки омега ни в чем не виновата. Она просто приехала, чтобы увидеть своего истинного. А им оказался такой человек, как Ким Тэхён.       — Ты что здесь делаешь? — альфа старается говорить как можно мягче, всё же он задел её хрупкие чувства.       — Я просто… хотела поговорить с тобой.       Сони печально смотрит в глаза Тэхёна, что не уходит от взгляда Гука, а тому становится не по себе. Ему её жаль? Возможно. Сейчас омега выглядит не так, как тогда. Что-то в ней поменялось. Он не может сейчас выгнать её, и так игнорировал столько времени. Бегать уже нет смысла, нужно решить всё и подвести черту.       — Чонгук будет присутствовать, у меня нет секретов от него.       — Да, конечно.       Чон, нахмурив брови, косит взгляд на Кима. Он, конечно, ошарашен, не думал, что его истинная припрется к нему домой. Но стоп. Они виделись раньше? Незнакомые люди не общались бы так запросто. Значит, Тэхён уже встречал её, но где и когда? Гуку это не нравится, непонятное чувство просыпается внутри. Это не похоже на ревность, нет, просто не нравится, когда он так смотрит. Но Чон должен доверять альфе, ведь ему всё равно на омег и на истинность, ведь он так говорил. Или уже успел поменять своё мнение? А если она окажется куда настырнее или предъявит ему что-либо, и Тэхён не сможет отказать, что делать Чону?       Они проходят в квартиру, и альфа провожает гостью в гостиную. Девушка присаживается на диван, она немного неловко чувствует себя в присутствии другого альфы, что расположился напротив омеги. Ким приносит стаканы с напитками и ставит их на стол. Девушка сразу же берет стакан и делает глоток, чтобы немного собраться с мыслями.       — О чем ты хотела поговорить? — начинает Тэхён, присаживаясь рядом с Гуком.       — Я… сперва хотела извиниться за тот раз, просто я была… очень расстроена, и…       — Можешь не продолжать, я всё понимаю…       — Я чего-то не знаю? — встревает Гук, недовольство читается на его лице.       — Она дала мне пощечину за то, что я сказал, что мне плевать на истинность…       Фыркнув, Чон отворачивается. Значит, они и правда виделись и уже обсуждали эту тему. Но почему Тэхён говорит об этом только сейчас?       — Знаешь, я много думала про те слова, что ты говорил, я знаю, что многие альфы и омеги идут против правил и хотят жить с теми, кто им понравился, а не с теми, кто предназначен… Я просто хотела увидеть тебя, прилетела из-за границы в надежде, что ты… — она смотрит на Гука. — Ч-что ты будешь со мной… — но после переводит взгляд на Кима.       — Сони, ты тоже прости меня за то, что не оправдал твои надежды, как ты мечтала. У меня, как видишь, есть любимый человек, и я хочу прожить с ним всю свою жизнь…       Чон прикусывает губу, сжимая руки в кулаки. Он до сих пор не смотрит в их сторону, не хочется пересекаться взглядами ни с альфой, ни с омегой.       — Это я уже поняла… Вы хорошо смотритесь вместе. Если ты счастлив с ним, то я правда рада за тебя… Я… отойду… не буду вам мешать, потому что видела, как господин Чонгук смотрит на тебя, Тэхён.       — Спасибо, Сони, не многие наберутся храбрости, очень многим нужна истинность, хотят жить с предназначенными, ты очень сильная, я надеюсь, ты найдешь свое счастье.       — Спасибо, Тэхён, конечно, я надеялась на счастье с тобой, — слегка улыбается она, — но я не могу рушить отношения и семью, влезать в это… уж такая у меня натура… Просто отпускаю и постараюсь жить с этим дальше.       — Ты вернешься обратно в Штаты?       — Я думаю ненадолго остаться в Корее, всё-таки я впервые здесь, учила язык, когда узнала, где ты обитаешь, — улыбается она. — Сеул очень красивый город, хочу немного его освоить.       — Если тебе потребуется помощь, звони, — Тэхён отдает ей свою визитку. — И еще: у меня есть свой бар, дорога туда тебе всегда открыта, — слегка улыбается мужчина.       Чон усмехается, и когда это у Кима стало такое доброе сердце? Он готов помочь своей омеге? Чонгука бомбит просто. Он сам не понимает почему. Ведь Тэхён ясно дал понять — что он центр его мира, что он его любимый человек, Сони отступила и пожелала им счастья, но почему на сердце так неспокойно? Почему? Потому что он так мило с ней общается? Или есть что-то еще?       — Проводить тебя?       — Нет, спасибо, я вызову машину, — омега поднимается с диванчика и кланяется. — Спасибо, что уделил мне время, надеюсь, мы еще увидимся как друзья, — улыбается она.       — Конечно, будь осторожна.       — До свидания, господин Чон.       Омега кланяется альфе, и Гук, переборов себя, кланяется в ответ. Ким провожает её и, закрыв двери, выдыхает. Она оказалась совсем другой. Первое впечатление, оказывается, бывает таким обманчивым. Ким рад, что они закончили на хорошей ноте, омега не держит на него зла, он желает ей найти настоящую любовь, ту, которую она заслуживает.       — Детка, ты чего такой угрюмый? — Тэхён возвращается в гостиную, подходя к альфе.       — Поможешь ей, значит?       — Чонгук, ты чего?       — Ничего, значит, вы уже виделись с ней, а мне врал? Откуда она узнала, где ты живёшь? Ты ей сказал? Может, она уже была в твоей квартире?       — Гук, что ты несешь? Да, мы уже виделись, но я хотел решить всё сам, чтобы ты не переживал, и отправить её обратно, в Нью-Йорк.       — Чтобы я не переживал? А если она завтра позвонит тебе и скажет, что у неё беда, ты сорвешься и тут же полетишь к ней? — Чон повышает голос, а в груди буря.       Ким замечает, что с его альфой что-то не так, он пытается обнять его, но тот лишь отталкивает в ответ. Только этого еще не хватало, он не хочет с ним ругаться, это глупо в данной ситуации.       — Гук, прекрати, ты ведь прекрасно всё слышал, у тебя еще остались какие-то сомнения, или ты мне не доверяешь?       — А можно ли тебе доверять? Ты уже виделся с ней, вы общались, а мне ничего не говорил! — альфа рукой зачесывает челку назад, отходя в сторону. — Прости, Тэхён, я просто не знаю, что со мной.       — Зато я знаю, детка, ты просто ревнуешь…       — Ревную? Да плевать мне на нее, просто мне не нравится, что она пришла сюда, так говорила с тобой… Так смотрела на тебя, она явно влюблена в тебя и, конечно, надеялась на что-то большее, а если бы она поставила тебе условие, от которого ты не смог бы отказаться? А если у нее течка начнется, ты тоже побежишь ей помогать?!       — Гук, ты уже перегибаешь палку! — вот теперь начинает злиться Тэхён.       Чон поджимает губы, а глаза начинает колоть от подступивших слез. Почему он так ведет себя, ведь все хорошо, живи и радуйся дальше, но что так противно ковыряет внутри?       — Лучше я пойду, чтобы еще не наговорить лишнего.       — Гук!       Чон выбегает из квартиры, хлопнув дверью. Он прислоняется спиной к стене, пуская стыдливые слезы. Он не знает, что с ним происходит, но при виде нее сердце стало так сильно биться. Бармен обнимает себя руками, зачем только наговорил всего Тэхёну, идиот. Дверь тихонько скрипит, Ким выходит на площадку, облокотившись о дверь, смотрит на альфу. Его глаза прикрыты чёлкой, но все же он видит мокрые щеки.       — Детка, — тихо говорит альфа, а у самого сердце сжимается. — Ты забыл обуться…       — Прости, Тэхён, — Чон кидается ему на шею, крепко обнимая, утыкаясь мокрым носом в область шеи. — Я не знаю, что со мной, прости, я просто… просто не хочу тебя потерять…       — Не потеряешь, никогда не потеряешь, детка, я твой и только твой. Мне никто не нужен, кроме тебя, я люблю тебя, очень.       Альфа заглядывает в красные глаза, и Чону становится стыдно за свое детское поведение. Именно сейчас он ведет себя так глупо. Сам говорил не обращаться с ним, как с омегой, а в данный момент ведет себя именно так. Он ведь альфа, сильный, дерзкий, а уже второй раз показывает свои слезы.       — Я тоже люблю тебя, — шепчет Чон в губы.       Ким улыбается: «Мой ревнивый дурак…» — и, прижав парня к себе, глубоко целует его. Чон поддается ему навстречу, нащупав дверь, не прекращая наслаждаться поцелуем, они заходят в квартиру, закрывая за собой дверь.

❖❖❖

      Невероятное кайфовое чувство течет по телу. Альфа лежит на спине, руками залезая под подушку, сжимая её. Ступнями скользит по простыне, сгибая ноги в коленях, и сладко закусывает губу. Жар по телу, наслаждение, это сон? Приоткрыв глаза, закатывает их обратно, чуть прогибаясь в пояснице. Чьи-то руки ласкают живот, ягодицы, раздвигают ноги шире. Все же альфа пытается открыть глаза, понять, во сне он или наяву, и чья-то темная макушка распологается между его ног.       — Тэ… — хрипло стонет Чон.       — Доброе утро, — шепчет Ким и мокрыми от слюны пальцами проводит по головке члена вниз. — Мой сладкий слоненок уже проснулся, — хищно улыбается он.       — Боже… придурок… — бурчит Гук, закрыв глаза ладонью.       При каждом касании языка к головке Чон дергается, как от электрошокера, это самое охренительное доброе утро. Тэхён не любит долго задерживаться на одном месте, беря член полностью в рот. Гук выгибается, постанывает, альфа так умело со всем справляется. Он ведет языком вниз, губами кусая яички, слыша тихое шиканье. Чону не хочется кончать так быстро, но, сука, чертов Ким слишком хорош. Он снова вбирает, обильно смачивая член слюной, и Гук чувствует, как упирается в глотку — это невероятное удовольствие. Альфа пальцами ласкает проход, проталкивая два пальца, и вынимает их обратно, делая так несколько раз, останавливается, но не прекращая ласкать половой орган. Внутри так горячо, и Тэхён, помогая себе рукой, надрачивает любимому, не выпуская член изо рта, кончиком языка проталкивается в уретру, а после лижет головку. У Гука рвет крышу, он стонет в голос, и Тэхён снова возвращает свои пальцы на прежнее место, двигая ими внутри быстрее.       Бармен сжимает пальцы на ногах, оргазм подкрадывается так стремительно, он закрывает лицо подушкой, громко стонет в неё, кусает, эти невероятные длинные пальцы бьют по простате, и Гук мечется на постели. Его спина выгибается, и альфа наконец-то доводит своего парня до ослепительного оргазма и маленьких Тэхёнчиков перед глазами.       — Ох, блять, Тэ… — он нервно облизывает губы. — Иди сюда, — отбрасывает подушку в сторону, он тянет руки к нему, цепляясь за плечи.       Поцелуй мокрый, а член легко проскальзывает в разработанную дырочку. Гук как умалишенный тонет в поцелуе, внутри всё так чувствительно, и он кончает снова, прикусив его губу. Да и Тэхёну много не надо, то, как альфа сжимает его внутри, как стонет, при оргазме выстанывает хриплое «Тэ», хватает и нескольких глубоких толчков, чтобы излиться в парня.       — Вот теперь доброе утро, детка.       ❖❖❖       Клуб полон людей, в выходные дни клиенты удваиваются, большинство из них тусуется в стрип-зале, залипая на чарующие танцы омег и Чимина. Ну, хоть большая часть работы перепадает Юнги, и Гук может немного расслабиться. Тэхён обещал, что заедет, у них с Богомом важная встреча по подписанию договора, он надеется, что у них все пройдет гладко. Насчет Сони Гук вроде успокоился, действительно, это глупо ревновать, когда Ким ясно дал понять, что любит его. Чон думал, что Сони будет настаивать на своем, ведь он ее судьба, и она прилетела сюда, к нему. Но Чон даже рад, что всё закончилось миром. Немного удивляет тот факт, что девушка вот так просто его отпустила. И её слова о том, что не любит влезать в чужие отношения, немного успокоили, но и насторожили одновременно. Можно ли верить её словам, или это просто уловка, а может, очередной хитрый ход? Но Гук всё равно держит ухо востро и, наверное, будет спокоен окончательно, когда девушка улетит в Америку.       — Здравствуй, Чонгук.       Этот голос уж слишком знаком, и бармен, повернувшись в сторону звука, в общем-то и оказывается не удивлен. Тэхён ведь приглашал её посетить свой бар, кажется, она время зря не теряет.       — Здравствуй, что будешь заказывать? — бармен совершенно спокоен.       — Я даже не знаю, на твой вкус, — улыбается она.       Чонгук кивает, приступая к созданию очередного «женского коктейля». Сегодня омега выглядит сногсшибательно, волосы собраны в хвост, платье в пол с открытым декольте, неяркий макияж, она привлекает к себе взгляды своей необычной внешностью. У нее не раскосые глаза, но стрелки придают обворожительности её взгляду.       ДжейКей готовит коктейль, Сони с восторгом наблюдает за ним и даже хлопает в ладоши, когда Гук ловко подбрасывает бутылку, наливая содержимое в шейкер. Парень улыбается, он любит устраивать шоу, а сейчас он готов показать себя со всех сторон.       — Вау, Чонгук, ты просто потрясающий бармен, даже в Нью-Йорке я мало встречала таких талантов, — хихикает девушка.       Чон горд собой, украсив коктейль долькой лайма, он двигает бокал к омеге. Она осторожно берет его в руки, пробуя на вкус, и её глаза светятся: «Это очень вкусно, спасибо». Чон тоже улыбается ей в ответ, но его взгляд сейчас прикован к одному человеку, что так «пафосно» зашел в бар. Чон закатывает глаза, этот придурок как обычно в своем репертуаре.       Ким подходит к барной стойке, он с улыбкой приветствует Сони и тянет руку к Гуку. Парень, усмехнувшись, протягивает руку в ответ, и Тэхён обхватывает его ладонь, целуя тыльную сторону: «Я соскучился, детка». Сони, смутившись, опускает голову, Чон тут же вырывает руку и хитро улыбается. Богом, стоящий рядом, прыскает в кулак. Женатики. И альфа, помахав всем ручкой, направляется в стрип-зал, ведь там танцует его «божество» в белых одеяниях.       — Как все прошло? — Чон подносит стакан с виски Киму, и альфа, присев рядом с Сони, выпивает его залпом.       — Отлично, договор подписан, — улыбается Тэхён. — Как тебе здесь? — он обращается к омеге.       — Здесь очень классно, Чонгук прирожденный бармен! Ты молодец, Тэхён, заведение пользуется успехом, мне очень нравится атмосфера, — омега хлопает альфу по плечу в дружеском жесте.       — Это ты еще во втором зале не была, — кивает Ким.       — Ну, тогда я пошла на разведку, — подмигивает Сони.       Чон провожает её взглядом и сразу же стреляет глазами в Кима. Тот коварно растягивает губы, а после складывает их бантиком, посылая Гуку воздушный поцелуйчик. Чон машет головой в разные стороны, мол, дите великовозрастное, но все равно подходит ближе и, оглянувшись по сторонам, чмокает того в губы. Ким доволен.       Однако буквально через минуту в зале раздается звук разбитого бокала. Чон переводит взгляд на шум и замирает с тряпочкой в руках. Только этого ему сейчас не хватало.       — Смотри куда прешь, слепая совсем?       «Только не Мингю. Снова».