In Your Eyes

      Медленно открыв глаза, Гук переворачивается на спину. За окном уже слышно щебетание птиц, гул улиц и машин. Сев на кровати, он трет глаза и слышит какое-то копошение в стороне кухни. Поднявшись с кровати, ступив на прохладный паркет, альфа медленно идет на кухню, где застает Сокджина, колдующего над столом.       — Доброе утро, Чон, я уже приготовил завтрак, ты… как себя чувствуешь?       — Пойдёт… — вздыхает парень.       — Хорошо, иди, приводи себя в порядок, будем завтракать. За нами заедет Намджун, поедем в больницу.       Альфа кивает и, развернувшись, уходит в ванную комнату. Джин провожает его взглядом, вид, конечно, у него так себе — опухшие глаза, синяки. Он кое-как успокоил друга вчера. Никогда Гук так сильно и много не плакал. Все, что накопилось в нем, просто вырвалось наружу. Конечно, что произошло у Мингю, он так и не выяснил, да и не до этого было. Джин все понимает, Тэхён пострадал. И в этом, видимо, как-то замешан бывший омега. Придет время, и альфа сам все расскажет, он не будет давить на него. Ему и так нелегко сейчас.       Приведя себя в порядок, Гук возвращается и садится за стол. Аппетита совсем нет, но он пытается затолкать в себя хотя бы кусочек тоста и выпить кофе. Омега все видит и говорит, что не нужно себя заставлять, если он не хочет, может не есть, естественно, Джин не обидится. Гук слегка улыбается и доедает тост, после поблагодарив друга за заботу. Примерно через час за ними приезжает Намджун. До самой больницы Гук не проронив ни слова, не обращает внимания на тихие разговоры менеджера и омеги. Ему нужно быстрее увидеть Тэхёна, но он боится. Пришел ли он в себя? В каком он состоянии? Чон сжимает руки, смотря в окно автомобиля, уже виднеются стены больницы.       ❖❖❖       Они ставят машину на парковке и вместе заходят в здание, проходясь по холлу, заполненному больными и людьми в белых халатах, в сторону лифтов. Внутри Гука нарастает волнение. Ожидая лифт, Джин кладет руку на его плечо, слегка сжимая, тем самым поддерживая и немного успокаивая друга. Негромкий сигнал оповещает, что лифт спустился, и двери разъезжаются в разные стороны. Навстречу Гуку и остальным выходит Мингю в сопровождении медсестры. Увидев альфу, омега болезненно смотрит на него, а после опускает голову вниз. Пройдя мимо, Чон, обернувшись, смотрит на бывшего, выглядит он очень плохо, бледный, еле передвигается, согнувшись, а шея и плечо перемотаны бинтами.       Поднимаясь на нужный этаж, Джин и Нам переглядываются, не решаясь заговорить. Они тоже немного шокированы видом омеги. Он похож на ходячего мертвеца. Значит, скорая вчера приехала быстро. И почему его привезли именно в эту больницу, где находится Тэхён?       — Я… — раздается тихое бормотание сзади, и парни оборачиваются. — Никто не смеет трогать мое… он заслужил за все, что сделал… Я, лишил его метки… лишил права на жизнь… — последние слова альфа проносит шепотом.       Сокджин сглатывает, обеспокоенно смотря на Джуна. Альфа только качает головой, можно было решить все по-другому, но Гук перешел границу. Если Мингю останется жив, это будет просто чудом. Лишая метки истинного, он не сможет больше существовать в этом мире, но некоторые находят в себе силы, излечиваются, хотя их слишком мало. Что овладело вчера Гуком, раз он решился на такой шаг? Никто уже не узнает.       ❖❖❖       Чонгук тихонько заходит в палату и подходит к кровати, на которой лежит альфа. Пищат аппараты, к его руке тянется капельница, а левая сторона его лица перетянута бинтами. Гук садится на стульчик рядом с ним и обхватывает его руку своей ладонью. Теплая. Его глаза закрыты, а к носу присоединены кислородные катетеры. Чон наклоняется и оставляет легкий поцелуй на лбу, сильнее сжимая руку, прислоняется виском к его плечу. Нужно успокоиться, он в порядке, просто спит. Совсем скоро он очнется, и Гук снова будет наслаждаться его улыбкой.       В палату заходят Джин и Намджун, вернувшиеся из кабинета лечащего врача. Он ставит хороший прогноз, но придется Киму задержаться в больнице на срок чуть меньше месяца. Гук смотрит на менеджера и слегка улыбается, кивая головой. Все обошлось. Чон будет рядом и поможет ему восстановиться.       Пока Ким в больнице, Богом и Хосок решают все дела компании. Сейчас на них лежит огромная задача, и они пытаются выполнить всю работу. Богом не может подвести Кима, все-таки Пак его заместитель и по совместительству лучший друг. Все волнуются и переживают за своего директора, так же, как и работники волнуются за своего босса. Пак успокаивает их, говорит, что все будет хорошо, ведь их начальник не так прост, в скором времени он очнется и опять будет командовать и править всем, сидя в своем кресле.       Одно только жаль — так это бар. Здание сгорело, а сотрудники лишились работы. Это заведение было одним из лучших, после новостей о пожаре многие, конечно, не могли поверить в то, как такое могло произойти. Да и к тому же в то что пострадал сам Ким Тэхён. Это были громкие новости, ведь Ким — один из самых богатых и влиятельных людей Кореи. До сих пор говорят об этом, и Богом пытается хоть самую малость, но сократить количество толпящихся возле компании журналюг, а возле больницы и палаты дежурит охрана. Но уже ничего не поделаешь, Пак замял дело о происшествии, когда Тэхён придет в себя, они будут вместе решать эту проблему. Впрочем, кажется, Богом и так уже знает ответ директора.       Гук больше не сталкивался с Мингю в больнице. Возможно, он находился в другом крыле здания, либо его уже выписали. Чону нет до этого дела, не нужно было совать свой нос в чужие дела, теперь омега лишился всего, а помог ему в этом истинный. Как он проживет с пустотой на шее, его даже не волнует. Нужно было думать, а не сходить с ума. А что бы на его месте сделал Ким?       Было ли Гуку жаль Мингю? Нет. Что сделано, то сделано, теперь-то омега поймет, что все, кто у него был, просто игрались, не было настоящей любви, вновь окажись он в таком состоянии, как сейчас, никто не придёт к нему. Потому что всем плевать. Он был только хорошей игрушкой для развлечения, которую после бросали и откупались деньгами, пускай омега думал наоборот. Мингю так жалок. Но больше Чон даже и не вспомнит о нем, потому что сейчас рядом с ним находится любимый человек, что пока не открывает глаза, но время от времени дергает указательным пальцем.

❖❖❖

      Прошло несколько дней, но Ким так и не пришёл в себя, хотя аппараты показывают, что жизненные показатели в норме. Чон ненароком думает, что хоть выспится здесь, а то со своей работой не было такого шанса. Он приходил к нему каждый день, порой оставался на сутки и более, но не приносил ни цветов, ни фруктиков. Он ждет, когда альфа откроет глаза, и первое, что он преподнесёт — так это поцелуй.       Многие приходили навещать Кима, но Гук запрещал им таскать все, что вздумается, только захламлять палату. Вот когда он очнется, тогда и пусть тащат свои поздравительные букеты. Одна Сони его не слушала и приносила каждый раз по маленькому букетику. Порой она оставалась с Тэхёном, когда Чону нужно было хоть немного передохнуть и привести себя в порядок. Ему, конечно, не хотелось бросать альфу, ведь тот мог открыть глаза в любой момент, так что альфа грозил, чтобы, если Тэхён пошевелит даже пальцами на ноге, девушка живо звонила ему. Сони улыбалась и выталкивала Чона за пределы палаты чуть ли не ногой.       Конечно, девушка планировала улететь обратно в Нью-Йорк после того, как Ким сделает Гуку предложение, но никто не думал, что случился такая трагедия. Она все же останется в Корее до тех пор, пока Тэхён не придёт в себя, не оправится, а она не будет удостоверена, что они оба в порядке, окольцованы и счастливы. Вот тогда омега со спокойной душой улетит в Америку.       В один из таких дней по дороге в больницу Гук тормозит возле лавки с цветами. Он осматривает прилавок, заставленный вазами с букетами. Он долго думал и выбирал, что же именно подарить Тэхёну. По итогу собрал большой букет из разных видов цветов. Улыбаясь во весь рот, Чон поспешил к альфе. Бармен очень надеется, что Ким очнется, в конце-то концов, хватит уже пролёживать бока, пора бы уже прийти в себя. Гук очень этого ждет.       Сони приветливо улыбается, увидев Гука, и тут же скрещивает руки на груди, состроив недовольное лицо, всем видом показывая: «Какого хрена это ты приперся с цветами, а нам запрещал?». Чон только кривит лицо: «Да ладно тебе», — и не находит подходящей вазы для цветов. Он решается найти медсестру и просит Сони еще немного побыть с альфой, пока он не раздобудет вазу.       Шагая по коридору в поисках кабинета медперсонала и повернув за угол, Чон резко останавливается, делая шаг назад. Возле окна он видит Мингю. Парень стоял и смотрел в окно, даже не шевелился. Чон осматривает его с ног до головы: он сильно похудел, обмотан бинтами, под глазами залегли глубокие тени. Альфа сжимает руки в кулаки. Он специально попадается ему на глаза, чтобы надавить на жалость? Или, может, это просто совпадение?       — Господин О Мингю! — Чон видит, как к нему подбегают медсестры. — Вам нужно принимать лекарства, без них вы не сможете оправиться!       Девушки начинают его осматривать, легонько трясут за плечи, но он стоит, словно каменный, не реагирует ни на что. Не сможет оправиться? Так значит, какая-то надежда все же есть? Решил немного устроить цирк, поиграть в бедного и несчастного? Омега это хорошо умеет, но стоит ли думать сейчас о таком, ведь парень совсем в плохом состоянии, и Гук знает, что такие люди не проживут долго без метки. Мучает ли Чона совесть? Ничуть. Ему совсем его не жаль. За свои поступки нужно отвечать, хоть пришлось пойти на крайние меры. И, окинув взглядом омегу в последний раз, Гук уходит, позабыв про чертову вазу.       ❖❖❖       День спустя.       Медленно открыв глаза, первое, что видит альфа, так это лохматую макушку рядом. Мужчина тянет губы в дрожащей улыбке, потому что Чон выглядит так мило, сопя рядом с ним, уложив голову на кровать. Размяв пальцы рук, альфа тянется до этой самой макушки и указательным пальцем задевает прядь волос, чуть накручивает на палец и отпускает, а потом касается кончика его носа. Парень морщится во сне, и Ким наблюдает за пробуждением своей детки.       Буквально секунду нужно Гуку, чтобы понять, что это не сон, что Тэхён действительно пришел в себя. Он тут же подскакивает со стула, обнимая альфу, но осторожно, чтобы не причинить ему боли. Чон улыбается, закусывая губу, наконец-то Ким пришел в себя. И, смотря в его глаза, Чонгук исполняет то, чего так желал и так долго ждал. Дарит ему нежный, первый после пробуждения поцелуй.       — Я так волновался за тебя, ты пролежал почти неделю, знаешь, что я себе здесь понакручивал?       — Прости, детка…       — Не извиняйся, придурок… — Чон обхватывает его лицо руками. — Я так счастлив, что с тобой все хорошо, я не отходил от тебя, ждал, когда ты откроешь глаза, так переживал, Тэхён, спасибо, что ты цел и невредим, — он снова коротко целует альфу в губы. — Я люблю тебя…       — Детка, я тоже тебя люблю, — еще не оправившимся голосом шепчет Ким.       Чон обнимает, ласково и осторожно, и Тэхён, подняв руку, прикладывает ее к его спине, чуть ниже лопаток, прикрыв глаза. Ким даже представить не может, что пережил Чон. По его словам, он довольно долго пребывал в отключке, конечно, Гук понапридумывал себе глупостей. Он бы, наверное, вообще на себе все волосы вырвал, если бы был на месте Гука.       — Теперь всё будет хорошо, не волнуйся, детка, я с тобой… Я не мог допустить того, чтобы с тобой что-то случилось… — тихо говорит Ким.       Чон кивает головой и, отстранившись, заглядывает в любимый океан глаз. Этот чертов огонь оставил небольшой шрам на щеке Тэхёна. Гук осторожно тянется до его лица и прикасается пальцами к шраму. Ким блаженно прикрывает веки, как же давно он не ощущал его тепло, прильнув к ладошке, он прижимается, как кот, требующий ласки. Чон не может сдержать счастливой улыбки, от радости аж бабочки начинают порхать в животе. Словно он впервые влюбился. Разве такое возможно? С Тэхёном возможно все. Бармен целует его в лоб и прижимается к нему. Он так соскучился, им обоим так не хватало друг друга, почувствовать эту связь, ощутить эту искорку.       — Я больше не намерен наблюдать за тобой на больничной койке, поэтому… никогда не рискуй своей жизнью… ведь у тебя есть я… — говорит Гук, у него глаза на мокром месте.       — Хорошо, детка, только не плачь, — а у самого слёзки на колёсках.       Тэхён берет его за руку и губами касается тыльной стороны ладони. Он оставляет короткие поцелуйчики, дойдя до безымянного пальца, и застывает. Все-таки из глаз падает одинокая слезинка, и Чон, ощутив жидкость на коже, гладит Кима по кудрявым волосам. Альфа закрывает глаза, ведь он даже не успел сделать ему предложение.       — Гук, прости меня…       — За что ты извиняешься? Тэхён, все ведь хорошо, слышишь? Главное, что ты цел и невредим.       Альфа не может отвести взгляд от его глаз. Бармен вытирает слезы с его щек и смеется. Сам сказал не плакать, а сейчас пускает слезы. Но перед Гуком можно все. Ким тянется губами, прикасаясь к его губам. Медленно ведет по нижней губе, перебираясь на верхнюю. Теперь уж точно все будет хорошо.       ❖❖❖       — Мой дорогой Тэхёнушка!       Дверь в палату распахивается, и на пороге появляется Богом с распростёртыми объятиями. Плавной походкой он подскакивает к кровати, обнимая директора со словами: «Гук, подвинься». А следом за ним проходят в палату менеджер и Сони.       — Тэхён, как ты? — интересуется девушка, пока Ким пытается освободиться от объятий друга.       — Спасибо, Сони, уже лучше, — охрипшим голосом пытается сказать альфа.       — Ну, все хватит, задушите мне его! — на помощь приходит Чон.       — Как дела в компании? — сразу переключается Ким.       — Не переживай, пока ты тут отдыхал, мы с Хосоком решили все дела, но вот насчет клуба… мы замяли ситуацию с поджогом… — последние слова Пак произносит с осторожностью, наблюдая за выражением лица директора.       — Значит, нужно найти того, кто это сделал, он у меня за все ответит! — почти сквозь зубы цедит Ким.       Гук, прикусив губу, опускает голову вниз. Все присутствующие замолкают, поглядывая в сторону Чона. Ким ничего не знает, значит, Чон еще ничего ему не рассказывал.       — Вот как только выйдешь из больницы, так сразу, — быстро тараторит Богом. — И вообще, хватит пока о работе, давай поправляйся скорее, и тогда поедем, покушаем лечебного супчика, к тетушке, — машет головой Пак.       Ким тяжело вздыхает, да, от тетушкиного супчика он бы не отказался, как и найти того гада, что сотворил с его клубом такое. Хочется его уничтожить. Но сначала ему и правда нужно окрепнуть, хотя на нем заживает все как на собаке, а уже после обидчики ответят за содеянное.       Киму было совсем не одиноко находиться в палате. Несмотря на то, что Гук был с ним круглосуточно, так еще приходили работники компании и бара. Каждый что-то приносил — то цветы, то фрукты, то кефирчик. Уж теперь Чон-то разрешил, сам говорил, таскать все что угодно после пробуждения директора. Вот теперь работники и отрываются, даже притащили его любимый дорогой виски.       Богом тоже захаживает почти каждый день, и, хоть Киму стало немного лучше, он принялся за работу. Гук ругался, что, мол, он еще не оправился, а уже снова за свои бумажки. Тэхён улыбается, кто, если не он, решит все дела, и вместе с Хосоком и Богомом в палате они устраивали небольшой рабочий кабинет.       ❖❖❖       Тэхён не унимался в поисках того, кто устроил поджог в баре, и Богом решил, что нужно все-таки рассказать Киму о случившемся. Все равно рано или поздно он все узнает, ведь Тэхён до всего докопается, всех и вся найдет. И Пак рассказал ему всё, что знает, что произошло в тот день. Что это Гук узнал, кто именно совершил поджог. Он рассказал о состоянии Гука в тот момент, и, если бы не Джин, что пытался разобрать слова альфы, когда тот был в гневе, они бы точно не остановили его, от Мингю живого места бы не осталось. Тэхён слушал внимательно, не ведя бровью, и просто не верил словам Богома. Гук в тот момент совсем не контролировал себя, им правил зверь. Он постоянно говорил, что никто смеет трогать то, что принадлежит ему.       — Значит, Мингю остался без метки?       — Да, мы нашли Гука, он был в отключке, а позже пришёл в себя… а на Мингю было больно смотреть, там было столько крови… Поэтому мы и замяли дело, чтобы не было никаких разбирательств, омега и так ответил за все…       Ким тяжело вздыхает. Гук быстро расправился со всем и ведь за это время даже слова не сказал, хоть Ким и упоминал, что найдет того, кто это сделал. И почему альфа не захотел говорить? Он бы сам устранил проблему и теперь вспоминает свои слова, когда-то сказанные омеге, что разорвет его, если он притронется к Чону, а Гук сделал то же самое — лишил его «жизни».       — Так что, можешь больше не поднимать эту тему? Гук ответил за тебя и защитил тебя, — улыбается заместитель. — А, и еще, — Богом лезет в карман пальто и достает коробочку, — кажется, это твоё.       Тэхён выпрямляется, забирая коробочку. Он думал, что потерял кольцо, хоть и коробочка немного потрепанная, пострадавшая в пожаре, но кольцо продолжает всё так же блистать.       — Спасибо, Богом, — Ким улыбается, смотря на друга. — Я думал, что потерял его… ведь так и не успел…       — Не благодари… нужно что-то с этим делать, не думаешь? — усмехается альфа.       — Кажется, мне еще долго придется пробыть в больнице, так что хочу кое о чем тебя попросить…       ❖❖❖       Гук идет по коридору больницы до палаты Кима, неся в руках пакет с домашней едой. Тэхён как-то заикнулся, что ему надоела больничная еда, что он отведал бы чего-нибудь вкусненького. Сказано — сделано. Чон простоял у плиты несколько часов, чтобы приготовить для любимого немного домашней еды. И вот теперь, на радостях, он скорее хочет накормить альфу, чтобы тот поправлялся скорее.       Зайдя в палату, Ким улыбается и, приветствуя альфу поцелуем, откладывает бумаги в сторону. Сузив глаза, он странно косится на Гука, пока тот хитро скалится.       — Я чувствую запах чего-то вкусненького…       — Я приготовил все это для тебя, — Чон ставит пакет на тумбу и разворачивает его, показывая контейнеры с едой.       — Ты всё это сам сделал? — удивляется альфа.       Чон кивает головой и присаживается рядышком с Тэхёном на край кровати. Он оглядывает альфу и подмечает, что тот как-то странно выглядит.       — Что-то в тебе сегодня не так…       — Я выгляжу, как и всегда… — пожимает он плечами.       — Нет, ты… словно сияешь изнутри… произошло что-то хорошее, пока меня не было?       — Возможно, ты прав… — Тэхён берет его за руки, заглядывая в любимые глаза. — Ты — это самое лучшее, что произошло со мной.       У Гука сердце начинает биться быстрее, а волнение окатывает все тело — до онемения ног.       — Thank you for coming into my life* (спасибо что появился в моей жизни)       Чон хотел было что-то сказать в ответ, но дверь в палату открывается, и заходят работники бара, Намджун, Сони, Хосок и Богом. Все они держат в руках по несколько небольших шаров, создавая атмосферу праздника. Гук большими глазами осматривает всех, почему они так красиво одеты? И зачем эти все шары? На лице полное непонимание, и он переводит взгляд на Кима, а у того такой влюбленный взгляд, что у Гука в лёгких рассыпалось тепло.       — You, everything to me, my life, my ray of sunshine, my ocean… More than anything, I want us to be together forever…*(Ты, все для меня, моя жизнь, мой луч солнца, мой океан… Больше всего на свете я хочу, чтобы мы были вместе навсегда…)       У Гука внутри все замирает от его слов. Бабочки перестают порхать и томятся в ожидании. А сердце издает глухие удары.       — You know how much I love you…*(ты ведь знаешь как сильно я люблю тебя.)       Тэхён достаёт из ящика тумбы коробочку и, открыв её, достаёт кольцо. У младшего альфы глаза на мокром месте, он не может поверить в то, что сейчас с ним происходит.       — So, Jeon Jung Kook, will you be with me forever? Will you marry me?(Поэтому, Чон Чонгук ты будешь со мной навсегда? Ты выйдешь за меня?)       Гук даже не понял, как его дыхание прервалось на этой минуте. Большими карими глазами, из которых капают слезы, он смотрит на Кима. Он еле разлепляет губы, по которым бежит соленая вода, это правда происходит с ним сейчас?       — I'm sorry I can't get down on my knees in front of you…*(прости, что не могу встать перед тобой на колени)       — Kim Taehyung… nothing is needed… I love you… I agree… *(Ким Тэхён… ничего не нужно… я люблю тебя… я согласен)       Альфа тоже не может сдержать слез радости и наконец-то надевает на безымянный палец любимого золотое кольцо. Палата тут же разрывается громкими аплодисментами и криками с поздравлениями, наблюдатели отпускают шарики, что тут же притягиваются к потолку. Богом подносит букет цветов Киму, и тот дарит его Чону. Гук крепко обнимает альфу и уже открыто плачет на плече от счастья. Он и представить не мог себе такого. Что Ким сделает ему предложение. Это самый потрясающий день в его жизни, еще с утра он даже и не подозревал ни о чем. Сони утирает слезу, она так рада за них. Теперь её сердечко спокойно за эти двоих.       — Поцелуй!       Начинает гласить толпа, и Тэхён, смотря на свою любовь, утопает в бездне его глаз. Гук утирает слезы со своих и своего возлюбленного щек, смеется и прижимается к его губам, целуя. Толпа начинает отсчет, и вскоре — на десяти — все громко хлопают, кто-то даже умудрился притащить конфетти и хлопнуть хлопушкой, осыпав всю палату разноцветными круглыми бумажками. Тут же хлопает пробка от бутылки шампанского, которое пеной льется на пол, а после его разливают по бокалам. Но только пока Тэхёну и Гуку не до этого.       Прислонившись лбом друг к другу, они тихо, только друг для друга, произносят клятву, что скрепит их любовь еще сильнее. Соединив руки в замок, они скрепляют её поцелуем, смотря в глаза друг друга.       — Я люблю тебя, Ким Тэхён, я навсегда только твой…       — Теперь ты из семьи Ким, и я тоже до безумия люблю тебя, детка.       Этот день навсегда останется в их сердцах, и начнется новая глава их замужней жизни. А если кто-то снова попытается встать на их пути, альфы уже знают, как с этим бороться без лишней головной боли. И всегда рядом будут только верные друзья.

❖❖❖

      Полтора года спустя.       Зал ожидания полон народу. Большие железные птицы приземляются в аэропорту Инчхон, и Богом поглядывает на табло, их самолет должен скоро приземлиться. Ему нужно поскорее их встретить и бежать на свидание с красавцем Чимином.       Да, Пак наконец-то осмелился и перешел к более решительным действиям. Иначе бы молодого танцора увели и не вернули. Ведь Богом давно ухаживает за ним, а Чимин был не против, он принимал все его подарки и ухаживания, но все же первый шаг сделал омега, поцеловав Пака, пока тот нес всякий бред и краснел. А ведь он заместитель крупной компании, а тогда стоял, мялся, как ребенок, пытаясь признаться, ну и Чим помог ему немного расслабиться и набраться храбрости.       Объявлена посадка самолета из Нью-Йорка в Сеул. Богом быстрым шагом преодолевает огромный зал, чтобы встретить новобрачных. Он выглядывает их среди толпы, что крутится рядом, и, когда двери открываются и показываются две знакомые фигуры, Богом машет им рукой. Они похожи на героев из криминального сериала. Одетые по стилю, Ким как обычно в костюме, поверх плеч накинуто пальто, на лице темные очки, но и Гук не отстает от него. Облегающие джинсы, черный плащ и — под стать Киму — затемнённые очки. Они держатся за руки и выхаживают, как две модели, катя за собой небольшие чемоданы. И все это в глазах Богома происходит, словно в замедленной съемке, когда нужно в фильме показать эффектное появление героев.       — Вы похожи на мафию… что, натворили дел в Америке и вернулись в Корею? — усмехается Богом, приветствуя директора.       — Правда? А что, если это так? — подмигивает Гук, снимая очки.       — Ага, знаю я, что вы там делали в своей Америке, — бубнит заместитель. — Как отдохнули? Как ваш медовый месяц? — играет бровями Богом, и они вместе идут к выходу из аэропорта.       — Великолепно, Сони немного побыла нашим гидом, а потом оставила на произвол судьбы, — смеется Ким. — Мы отлично провели медовый месяц, да, любимый? — он смотрит на Гука и, притянув его ближе, чмокает в губы.       Загрузив чемоданы в багажник машины, Пак говорит, что они увидятся немного позже, он опаздывает на важную встречу. Но они-то в курсе, что у него за «важная встреча». Поблагодарив альфу за то, что встретил и пригнал машину, альфы отпускают его, на прощание благословя. Гук смеется, наблюдая за счастливым Богомом, тот быстро прыгает в такси и уезжает.       — Ну, вот мы и снова дома, — Ким глубоко вздыхает родной воздух.       — Это был самый лучший медовый месяц, — Гук лукаво улыбается и, прижав Кима к машине, быстро, глубоко целует.       — Ну, вот, детка, что ты делаешь, я так сдерживался в самолете, чтобы не зажать тебя в туалете, теперь ты от меня никуда не денешься, — шепчет Ким.       Гук демонстративно облизывает губы и, усмехнувшись, садится в машину. Желание не на шутку разыгралось яркими красками, и теперь все, чего они хотят, так это добраться до дома и принять горячий и страстный душ вместе.       ❖❖❖       Дело о поджоге бара давно закрыто и забыто. Мингю после того дня в больнице Гук больше не видел. И теперь даже все равно, что сейчас происходит с ним и где он. У Гука своя жизнь, куда более важная. Он начинает свыкаться с тем, что теперь его иногда называют «господин Ким», ведь он теперь под крылом семьи Тэхёна. Альфа просто светится от счастья и сам порой называет Чонгука — Кимом. Парню даже лестно, он теперь не просто Чон Чонгук, а Ким Чонгук, и теперь они точно как маленькая семья мафиози, что так прилипло к языку Богома.       Тэхён выплатил всем работникам бара денежную компенсацию. От здания совсем ничего не осталось, теперь только под снос эти обугленные колонны. Работники тоже пострадали от пожара и остались без работы. Но это ненадолго, как оказалось. Совсем скоро в Итэвоне откроется новый модный бар — клуб Кима. И, конечно же, он позвал всех на новую работу. Такого никто не ожидал, некоторые уже работали в других местах, но предложению директора не смогли отказать, это была приятная и неожиданная новость для всех. И, конечно, был рад и Гук, он снова встанет за барную стойку.       Хейли была очень рада, когда узнала, что семья Ким прилетит к ней в Америку для проведения медового месяца. Девушка даже забронировала лучший отель для новобрачных и сама украсила для них номер. Она правда была рада за Тэхёна и Гука, а по приезде в Нью-Йорк за ней приударил один симпатичный и статный альфа, так что омега счастлива вдвойне.       Она показала друзьям все красивые места города и попросила, чтобы здесь её называли Хейли, а не Сони. Это было сложновато поначалу, Гук так и норовился назвать её корейским именем, но после парни втянулись. Девушка подарила им в знак их свадьбы одинаковые браслеты с выгравированными надписями: «Forever». Их свадьба в Корее прошла скромно. Были только близкие люди и друзья. Ким не хотел это афишировать, но все же что-то просочилось сквозь закрытую дверь алтаря, а все благодаря настырным журналюгам. Конечно, многие восприняли такой брак неуместным, но Гуку и Тэ было похер на их мнение. Они любят друг друга и скрепили свою любовь клятвами.       — С возвращением, директор!       Киму было приятно, что его так встречают работники компании. Он успевал только кланяться всем, пока не дошёл до своего кабинета. Хосок улыбается, поднимаясь со своего места, и Тэхён машет ему рукой, чтобы тот шел за ним. Накопилось так много работы, нужно теперь все разгребать. Чон показывал ему документы и что вообще требовалось от Кима. Стол был завален папками, им пришлось перейти в кабинет совещаний. Позже подтянулся и Богом, поэтому они успели большую часть сделать до заката солнца.       По возвращении домой Тэхёна ждал сюрприз. Гук приготовил для него любимое блюдо и устроил романтический ужин. Но чтобы попробовать приготовленную любимым еду, Ким пробует его губы на вкус. И, как по закону жанра, о еде было забыто минут на тридцать, потому что Чон выглядит так сексуально в фартучке с рюшечками и без рубашки, Тэхёна с ума сводят его чуть подкаченные руки, поэтому штанишки с альфы быстро оказались на полу, а секс на кухне стал самым остреньким, как приготовленная еда.       Их жизнь нисколько не стала скучной после замужества. Они все так же могут заняться любовью в любом месте, пусть это кабинет директора, машина и еще уйма локаций. Их жизнь не стала рутиной, как бывает это у многих пар, а Гук не превратился в домохозяйку, он все тот же капризный, уверенный и порой острый на язык альфа. И как только эти двое появляются на публике, это просто удар по самому хрупкому — что у мужчин, что у женщин. По их сердечкам. Потому что Кимы всегда выглядят сногсшибательно, убивая всех на своем пути красотой.       ❖❖❖       — Как будто ничего не менялось, — улыбается Пак, подходя к Киму, приобнимая того за плечи.       — Да, — на выдохе говорит директор, качая головой.       Бар не знает тишины. Все его работники снова здесь, собрались все вместе. Разливают только что открытую бутылку шампанского по бокалам, улыбаются и отдыхают. Тэхён позвал всех, потому что совсем скоро бар откроется, и теперь его будут посещать не только большая часть корейцев, но и иностранцы. Район очень популярен, и Ким не прогадал, открыв здесь свой бар.       — Так приятно видеть их снова, словно ничего и не произошло за столько времени, — к ним подходит Гук и, взяв альфу за руку, целует того за ухом.       Столько всего произошло за этот промежуток времени. Намджун и Сокджин по-прежнему вместе, кажется, никакой водой их не разольешь. Нам тоже планирует для своего омеги сделать сюрприз и предложить ему руку и сердце. Богом и Чимин. Спустя столько времени они наконец-то вместе, пока у них конфетно-букетный период, но Чимин уже души не чает в заместителе. А еще Тэхён очень рад за Сони. Девушка тоже обрела счастье с мужчиной, и они собираются как-нибудь прилететь вместе в Корею, чтобы познакомиться поближе.       — Итак, минуточку внимания! — все тут же обращают внимание на директора, притихнув. — Ну, во-первых, я правда рад видеть вас всех, — улыбается он, вызывая такие же искренние улыбки у персонала, — давайте не будем оборачиваться назад, сегодня мы все собрались здесь, потому что совсем скоро откроется наш бар!       Тэхён поднимает бокал, следом за ним работники громко хлопают в ладоши, это снова очень волнительно, заведение в два раза больше, да еще в самом крутом районе Сеула — Итэвон. Здесь полно иностранцев, это будет большим плюсом, если всем понравится их заведение.       — Мы очень благодарны вам, господин Ким, — решила выступить одна девушка, поклонившись директору. — Спасибо вам за то, что приняли нас на работу, мы будем стараться усерднее!       — Файтин! — Тэхён поднимает руку вверх, сжимая кулак, таким образом желая удачи своему персоналу.       — А еще, — шум в зале на мгновение затих, — мы хотим поздравить вас и Чонгука с днем свадьбы, — смущённо улыбается она. — Мы правда рады за вас.       — Спасибо, — отвечает Гук, подходя ближе к Киму.       Зал загудел, и кто-то выкрикнул среди толпы: «Поцелуй!». А что еще остается новобрачным, кроме как исполнить их прихоть? Громкие крики с поздравлениями, все действительно счастливы. Это самый лучший день, а дальше их ждет всё новое и необычное. Новая жизнь и новая страница.       Тэхён не сводит взгляда со своей детки, крепко обнимая его за талию, прижав к себе. В его глазах вселенная, в которую Ким попал, как в сети. В его глазах безграничная любовь, нежность и тепло. Гук жмется сильнее, прислонившись к его лбу своим, улыбается мягкой улыбкой, шепча в губы: «Я безумно люблю тебя…». Тэхён легонько чмокает его в губы, говоря, что тоже сильно любит, что никогда не отпустит его руки. Будет держать крепко, ведь они принадлежат друг другу. Ведь они были предназначены судьбой.