Глаза цвета моря. Часть ll.

Трава ярко контрастировала с алой кровью, оросивший ее. Но за пределами этого контраста мир стал серым, безжизненным, как тело русоволосой и синеглазой девушки, что утонула в луже собственной крови. - Нееет! - Тише, Эрен! - шикнула Микаса. - Опять кошмары? Юноша рывком сел. - Я... Я никогда не забуду, Микаса. - сдавленно прошептал он, едва сдерживая подступающие к горлу слезы. - Прошло больше месяца. Нам всем было нелегко смириться с этой потерей. Я знаю, что ты сильно ее любил. Эрен, послушай. - она робко обняла его. - Выкинь это из головы. Просто прийми, как факт: Лиссы больше нет. Лиссы больше нет Эти слова звучали ужасно. Как тогда, так и сейчас. Но Эрен месяц ждал, что очнется от жуткого кошмара, проснется, и первым, что он увидит, будут ярко-синие глаза и нежная улыбка. Но он все не просыпался, и с каждым днем надежда таяла. Ночью его мучили сны про Лиссу. Чаще всего он снова и снова пересматривал момент ее смерти, не в силах что-то изменить. И каждый раз его будили Армин и Микаса. - Когда тебе снятся эти кошмары, ты сильно ворочаешься, и на лице у тебя весь ужас отражается. А иногда ты даже кричишь. - сказал ему однажды Армин. - Простите, я снова заставляю вас беспокоиться обо мне. - виновато ответил полутитан. Месяц. Месяц он не мог уснуть по-нормальному. Ему было легче вообще не спать, чем каждый раз наблюдать за телом, медленно падающим на траву, обагряя ее кровью. Саша тоже часто не высыпалась, потому что именно она тогда оттаскивала Эрена от Лиссы. Когда она умерла, на них напали титаны, и Бронированный со Звероподобным ретировались, а вот Атакующий титан ни в какую не хотел оставлять Лиссу, и Саше прешлось силой забрать Эрена в безопасное место. Сначала Йегер винил себя в ее смерти, потом весь несправедливый мир, потом, кажется, притих на время. Саша всегда чувствовала себя виноватой. Пока она лежала в отключке, Лисса погибла. Если бы только она раньше пришла в сознание, если бы помогла!... Но это "если" ничего не меняло, ведь... ...Лиссы больше нет. Когда Эрен, шатаясь, и давясь слезами, подошел к Леви, и рухнул на колени, тот скривился: - Йегер, сопли подбери! Что случилось? Но шатен не мог и двух слов связать, поэтому пришлось говорить Саше. - Она погибла. Всего два слова. Кто бы мог подумать, что двух слов хватит, чтобы сломить Сильнейшего Воина человечества на несколько дней? Леви не разговаривал ни с кем, даже с Ханжи, не ел и почти не пил. Когда на пути встречались титаны, он никому не позволял притронуться к ним, а убивал сам, жестоко кромсая их тела на куски, вкладывая всю свою боль в свирепые удары. Через дня три он более-менее оправился, но, хотя не говорил не кому, в душе чувствовал пустоту. Умри Лисса годик назад, он был бы рад, но она выбрала не то время. "Ты столько пережила! Я избивал тебя, я пытался убить тебя! Ты попадала в пасть титану! Ты сражалась бок о бок со мной против Кенни и его прихвостней! Но почему ты погибла сейчас?!" - в ярости рубя титанов направо и налево, думал Леви каждый раз. Вечером, во время привала, он ложился спиной на траву, раскинув руки, и снова пытался осмыслить, возможно ли это вообще. Ему казалось, что Лисса не могла просто так умереть. Как давно он стал так дорожить ей? Точно не сказать. Но Лисса чудесным образом превратилась для него в младшую сестру, пусть капрал ни словом об этом не обмолвился. Он боялся привязываться, потому что после смерти Фарлана и Изабель сложно было опять кого-то сильно полюбить, ведь потерять близкого человека - хуже собственной смерти. А он подпустил девчонку из другого мира слишком близко к себе. Боль утраты, казалось, никогда не пройдет. Леви чувствовал, как душа разрывается от одной только мысли... ...Лиссы больше нет. Армин часто вспоминал, как они читали книги по ночам, тайком прячась в библиотеке от Леви. Лисса рассказывала про свой мир столько необычного и интересного! Армин запоминал каждое ее слово. "В школе, кроме родного языка, преподаются еще и иностранные. Например, мой родной язык - русский, но я еще отлично знаю английский и немного немецкий. Я училась в гимназии, школе с языковым уклоном." - Арлерт подумал, что она точно очень умная. "Дирижабли, самолеты, ракеты, а УПМ - нет. Вот так вот." - и на вопрос, что такое дирижабли, отвечала: "Это чем-то похоже на воздушный шар... Точно не знаю. Попробую объяснить тебе." - и она объясняла, даже рисовала затупившимся карандашом где-то на форзаце книжки по истрии. Армин молчал днем, терпеливо вынося муку, ведь Разведкорпусу было достаточно опустошенного титана Прародителя и едва контролирующего себя капрала. Ночью блондин тихо плакал о своем погибшем друге. Лиссы больше нет. "Она была моей соперницей, и я даже желала ей смерти." - подумала Микаса. Ей не хотелось, но приходилось быть сильной, чтобы ночами успокаивать Эрена, хотя самой хотелось волком выть. Микаса даже понять не могла, что хуже: смерть Лиссы, или страдания Эрена, или то, как она, проснувшись от крика последнего, слышала всхлипы Армина, или то, что она не имела права поддаваться эмоциям, чтобы защищать друзей? "Тем более, одного друга я уже потеряла." Тогда она была далеко, ведь Зое не позволила ни ей, ни Леви пойти искать Лиссу. Через несколько дней после гибели русоволосой разведчицы, Микаса слышала, как Леви сказал Эрену: - Ты обещал спасти ее, щенок. После этого Микаса, Ханжи и еще несколько солдат оттаскивали озверевшего капрала от полутитана, которому Леви успел поломать добрую половину костей и оставить яркие синяки. Сам же Эрен даже не защищался от ударов, но это Микасу не удивило. Сжав зубы, она игнорировала собственную боль, успокаивала Эрена и делала вид, что не замечает слез Армина. Лишь один раз она позволила себе потерять самообладание: когда Жан подошел к ней и тихо, дрожащим голосом прошептал: - Лиссы больше нет. *** - Эрен, ты будешь жить среди наших врагов. В Марлии. Шатен пустым взглядом посмотрел на Ханжи и кивнул. "Уничтожу этих ублюдков." Эта идея пришла Армину, вспомнившему, как Бертольд, Энни и Райнер несколько лет прожили на Парадизе, собирая информацию и истребляя их. Идея была опасная, но ее все поддержали, кроме Микасы, которая продолжала пытаться везде и всюду защитить Эрена. Но там, в Марлии, он будет один, и она не сможет прийти ему на помощь. - Микаса, не волнуйся за меня. - Эрен, я уже потеряла одного друга, потому что позволила себе остаться в стороне! Если бы я была там в тот день, Лисса была бы жива! В ее глазах застыли слезы. Эрен молча обнял подругу детства. - Но это произошло. Я отомщу за нее. - Будь осторожен. - попросила Микаса. - Этого я пообещать не могу. Но я постараюсь. - слабо улыбнулся Эрен. Вскоре план Армина был приведен в действие.