Тонкая грань

      - Кто ты? - в глазах будто всё померкло. Хина не знала, как сделать вдох, настолько всё внутри сжалось.       Сердце пропустило пару ударов, а черные, как сама ночь, радужки неверяще вглядывались в постное выражение лица Кадэлла. Рю, что сидела возле юноши и меняла очередной компресс, пораженно застыла и удивленно повернула голову к парню.       Он же, не дрогнув и мускулом, продолжал прожигать равнодушным взглядом девушку-зайку, для которой отсутствие хоть каких-то эмоций приносило даже больше мучений, нежели пропитанный ненавистью и злобой взор.       Нет ничего страшнее безразличия.       И именно такую методику выбрал Кадэлл за те секунды, что прошли после входа нового человека в комнату. Он не желал разбираться с теми последствиями, что оставил после него Дэрн. Ему было индиффирентно на те отношения и связи, что тот успел построить, а потому ему не составляло какого-либо труда разрушить их, низведя в ничто, будто их вовсе и не существовало.       Интуиция подсказала, что подобное действие принесет уйму боли и страданий другим людям, тем, в умах которых он оставался тем прежним Кадэллом, которого они знали.       Но фальшивый "Кадэлл" ушел, отыграв свой эпизод, пришел к своему конце, и настало время вернуть бразды реальности в свои руки.       Дерфи не волновали те волны, что предстояло испытать членам Паствы Гестии. Его сердце ничего не трогало, а холодный рассудок твердил о хлопотах и множестве проблем, что ему предстояло бы решить для сохранения статуса кво.       У него не было желания, как и сил на подобное. Кадэлл решил сосредоточиться на собственном развитии, возвышении на вершину и циничной мести тому ублюдку, что едва не убил его в первые дни в Орарио, а также раскрытию собственного происхождения.       Присутствие Дэрна всё же пошло на пользу тем, что Кадэлл смог набрести на след Лазурной Ветви, преступной организации, что была как-то связана с тем ублюдком. Но также он и понимал, что всё еще был слаб. Да, он повысил уровень, и это приносило облегчение, в первую очередь из-за того, что он не сдохнет в ближайшие пару месяцев или лет.       Ему было неизвестно насколько долго его отведенный срок увеличился и эта неизвестность настораживала.       Всё это время он панически убегал от Смерти, а теперь даже не знает, что делать. Это смущало и приводило в ступор. И в таком состоянии едва ли не аффекта, он никак не желал притворяться добрячком перед чужими для него людьми или еще как играть роль, того что отнял у него собственное тело.       Он понимал мотивы Дэрна, его желания, стремления, но всё же не мог просто взять и сдаться, отдать контроль над телом и стать никому не нужным сгустком энергии или просто миражом.       Вот и сейчас, он холодно взирал на глотавшую воздух девушку, что всё не могла отойти от шока.       - Мы знакомы? - выгнул он бровь, продолжая эту игру, что ломала душу звероподобной на части, на мелкие кусочки.       Всё то время, что они провели вместе, пройденные на пару невзгоды, те моменты, в которые они были готовы и способны доверить друг другу спину, когда они болтали ни о чем перед сном, те полные теплоты часы, долгие, сравнимые с вечностью, мгновенья - буквально всё обратилось за половину минуты прахом, оказалось сожжено в потоке скуки, покрытого налетом любопытства от Кадэлла.       Хина не смогла сдержать горьких слез и прикусила нижнюю губу, сдержав себя в порыве чувств и горя, что накатывало всё с новой силой.       Так она и стояла некоторое время, будто пораженная молнией. Чистые кристаллики стекали по щекам, оставляя отчетливые дорожки. И вот, девушка не смогла более присутствовать в одном помещении с Кадэллом и едва ли не летя, выбежала из комнаты, оставив дубовую дверь чуть приоткрытой.       - Ты... действительно её не знаешь? - всё же смогла сказать осипшим голосом Рю.       - Это был первый раз, когда я ее видел своими глазами. - четко ответил юноша и пересекся взглядом с эльфийкой.       После непродолжительных гляделок девушка грустно кивнула, посоветовала еще немного поспать и также оставила юношу в гордом одиночестве.       Она видела, что он сказал правду, а потому не намеревалась встревать в происходящее. Это было не её дело.       В подобном вопросе лишь Кадэлл решал, как поступать и что делать. Юноша же облегчённо вздохнул, стоило ему остаться одному.       Он действительно не соврал эльфийке, но всё же прошел по грани. Парень не желал вплетать Рю к этому балагану Паствы Гестии.       Может ему и вовсе покинуть их?       Он то и присоединился лишь по причине того, что не мог никуда пойти и был слишком слаб, чтобы хоть какая-то другая Семья взглянула на него. Но сейчас подобный вопрос уже обстоял несколько иначе.       В потоке подобных размышлений он и не заметил, как снова погрузился в дремоту.       ***       - Я хочу увидеть босса. - заявил он двум амбалам, что перекрыли проход в комнату их начальства.       Хмуро взирая на мужчину сверху вниз, они переглянулись. Так прошло еще несколько секунд тишины. Казалось, дуэт и вовсе общается телепатически или еще что, но глубокий голос, раздавшийся изнутри, привел их в чувство.       - Впустите его.       - Да, сэр. - ответил через плечо правый здоровяк и, кивнув своему товарищу, сделал шаг назад и повернулся боком, создавая небольшой проход к двустворчатой двери.       Скрипнула качественная и лакированная древесина паркета под ногами, бесшумно отворилась дверь и мужчина скрылся в полумраке помещения.       Закрыв за собой дверь, он еще некоторое время постоял у порога, привыкая к тусклому освещению свечей и нескольких лучей закатного Солнца, что всё же проступали через узкую щелку между тяжелыми шторами.       - Чего ты встал, как неприкаянный? Садись. - умиротворяюще предложил ему хозяин кабинета, что сейчас сидел за широким пишущим столом и искал зажигалку, чтобы зажечь трубку с табаком.       -... - мужчина размеренно прошелся к единственному креслу в комнате и с комфортом уместился в нем, невольно прокряхтев какое-то ругательство.       - Что? Последняя стычка выдалась жаркой? - хитро прищурился старик, так обнаружив желаемое в нижнем ящике стола. Как же его раздражала собственная рассеянность. Это случалось очень редко, что он мог забыть о какой-то встречи или работе, но вот в мелочах постоянно проступала подобная ерунда.       То пропадет зажигалка, что он держал в руках, считай полчаса назад, или прольется от резкого рывка локтем перо с чернильницей, или ещё что-то.       - А то вы сами не знаете? Мой расчет на неоднородность группировки Медведя оказался верным и уже через неделю я смог полностью их поглотить и недовольных убить и выкинуть тела за пределами города. - пожал плечами мужчина, будто для него подобное было сущим пустяком.       - Приятно подобное слышать. Появилось что-нибудь новенькое? - зажгя душистый табак в трубке, старик блаженно вздохнул раздирающий горло дым и выдул небольшое кольцо, чему и оказался крайне удовлетворён.       - По моей зоне влияния ничего особенного. Хотя активизировались ранее спящие, как мы думали, элементы. - устало вздохнул мужчина, потирая костяшки на кулаках и задумчиво склонив голову.       - Имеется какая-нибудь конкретика по ним? - поинтересовался старик и закинул одну ногу на другую на столе. Его поза выражала полную несерьезность и несоответствие их разговору, но мужчина просто проигнорировал подобные заскоки своего босса.       Ведь против чистой силы не попрешь. Могущественные люди в их кругах могут творить едва ли не всё, что им вздумается. И все же никто не выходил за определенные рамки, дабы не навлечь беду авантюристов из Орарио, что могут прийти и зачистить абсолютно всех членов преступных организаций.       Пока они скрываются в тени и ведут дела через посредников, или хорошо подчищают хвосты, то их спокойствие на некоторое время будет обеспечено. Но, конечно, лучше не рисковать, а потому даже те искатели приключений, что вступают на темную дорожку, стараются не расходяться по полной и не нести разрушений и хаос в невероятных масштабов.       Город героев одним своим существованием привел к тому, что преступные элементы вынуждены действовать, оглядываясь на силу авантюристов Орарио, чтобы не накликать на себя из гнев и кару.       Им пришлось учиться прятаться, скрываться, действовать через других, и проживать на задворках мира.       Но всё может уже скоро измениться. Недавно, к ним прибыли старые союзники. Те, кого боялись многие жители Орарио и не только, те, чье само существование вызывало дрожь и разжигало пламя ярости и ненависти в светлых авантюристах города у Вавилонской башни.       Последние члены Эвилума вышли на контакт с их Лазурной Ветвью в поисках ресурсов. Подобная просьба могла показаться нерациональной и наивной, но в то же время могла принести немало пользы для их организации.       Ведь это было очевидно, что самим своим присутствием в Орарио члены Эвилума смогут навести немало смуты и станут великолепной приманкой для сильнейших Паств Орарио, в то время как их Лазурная Ветвь сможет укрепить собственные позиции в тени города и в нескольких других поселениях, а какие-либо происшествия сваливать на Эвилум.       Но о факте столь щепетильной сделки старик никому не распространялся, довольный тем, что его подчиненный не задают слишком много вопросов, да и не положено им было совать свой любопытный нос в дела начальства.       В их профессии самым важным являлась информация. Расположение силовых ячеек, местоположение рабов и тех, кого они держат на крючке, пароли и точки доступа к информаторам и шпионам.       Вся эта сеть существовала именно благодарю высокому умению скрываться и заметать следы, иначе еще лет пять назад они подверглись бы чистке от могущественной бестии в зеленом капюшоне, что сумела за несколько ночей едва ли не полностью       очистить Орарио от всей гнили.       - Касательно их личностей я не могу еще сообщить, так как информации крайне мало и они вполне себе способны, ибо сумели укрыться от хвоста и избежать всех моих наблюдателей. Единственное, что их объединяет - это черные, словно ночь, радужки. Предположительно, что это именно "та" Паства... - неуверенно привел к своим заключениям мужчина.       - Может быть... Вполне возможно... После сражения "света и тьмы" уже прошло почти четырнадцать лет... Или тринадцать? Что-то старею уже я... Но не в этом дело. Вопрос в том - зачем они вновь активизировались? Насколько мне известно, Эос, как и Эриния не пережили исхода их собственной войны. А их Паствы обречены пасть в пучину и исчезнуть на страницах истории. Но вот теперь, они внезапно вновь начали проявлять себя и недолог час, как они снова напомнят о себе всему Орарио. Что стало тем ключом к их возвращению? - протяжно выдохнул старик и покрутил трубку в руках, будто пытаясь понять ту загадку, что не давала ему покоя.       - Не имею понятия. - равнодушно пожал плечами мужчина, после чего раздраженно потер шрам на переносице.       - Хорошо. Продолжай наблюдение, но с приличной дистанции. Не стоит будить пусть и дряхлого, но всё же могучего зверя. Если будут возможности для сотрудничества, то сообщи. Не следует предпринимать поспешных действий в их отношении. Ты же не хочешь навлечь на себя гнев павшей Паствы Богини мести и ненависти? - предостерегающе зыркнул в сторону вытянувшегося под острым взором мужчину.       - Конечно же нет. - отрицательно покачал он головой и сжал ладони в кулаки на ногах до такой степени, что ногти прорезали кожу до крови, пытаясь никак не отреагировать на опасный блеск в чуть помутненных глазах старика.       Интуиция кричала срочно начать действовать или сбежать, но усилием воли он подавил столь необдуманный и откровенно глупый порыв.       Ведь чтобы он не сделал в данный момент, но избежать пожилого тигра он не сумеет и окажется легкой закуской на его пути.       Капелька пота медленно стекла по его спине, вызывая табун мурашек, и вместе с тем вызывая сухость в горле.       - Славно. А теперь свободен. - прикрыл старик веки, откинувшись на спинку дорогого кожаного силенья за рабочим столом, и довольно усмехнулся своим мыслям, отчего сетки морщин у краешков глаз стали еще более отчетливыми.       - Всего доброго, сэр. - склонил его собеседник голову в учтивом поклоне и, не разгибая спину, покинул помещение.       Лишь пройдя длинный коридор и скрывшись за углом от продолжавшего свою службу дуэта, мужчина смог тяжело выдохнуть и прислонить вспотевший лоб к прохладной поверхности стекла, глядя через окно на внутренний двор небольшого особняка.       - Ещё недолго... Совсем скоро... - молвил он одними губами, так и не произнося и звука. После чего приложил ладонь к стеклу и, подождав некоторое время, за которое мириады далеко не самых приятных воспоминаний пронеслись у него в голове, легонько оттолкнулся от него и продолжил идти в сторону выхода.       От его визита остался один лишь кровавый отпечаток ладони на окне.