Ночь становится длинней

Волосы щекотали шею. Джаред опустил в карман руку, на ходу достал резинку и собрал хвост. Что-то вылетело из кармана прямо на асфальт, он наклонился подобрать, распрямил смятую бумажку. Это был лотерейный билет, конечно же, проигрышный. И на что Джаред вообще надеялся, когда его покупал? На чудо, конечно же. Не азартные люди, а Джаред прекрасно знал, что совсем не азартен, покупают такие вещи от отчаяния. Вот и он… Наступил в лужу. Чертыхнулся и сунул на автомате мятую бумажку в карман. Он опустил взгляд, а его губы сами собой растянулись в улыбке. В луже отражались потрясающе яркие звезды на ночном небе. Джаред словно шел по небу и не важно, что испачкал джинсы и слегка промочил обувь. Из головы выветрились все неприятные мысли. И все же он опаздывал. Глянув в телефон, Джаред вырубил треснувший во всех возможных местах экран. Нечего в таком районе светить техникой. Даже такой видавшей виды и лучшие дни. Из темноты вынырнули две высокие тени, вызывая усталый испуг. Неужто поздно и думать надо было до того, как додумался достать телефон в незнакомом районе? — Джаред, чувак, я затрахался тебя ждать. Напрягшийся было Джаред резко расслабился. Пускай оба парня еще до того, как он их узнал, и доставали ему в лучшем случае до подмышек, но все же надвигались очень уж самоуверенно. И если подумать, Накамура родился и вырос в таком районе, что ему нигде уже не будет страшно. Да и здесь явно свой, а Джаред просто приехал к нему. Вот если бы не к нему и если бы они вообще не были знакомы… Может, тогда подобная встреча в переулке и оказалась бы такой, какой показалась сначала. Джаред сделал шаг из лужи навстречу Накамуре и парню, с которым тот вместе шел. — Привет. Прости, я немного заблудился, — неловко пряча руки в карманы и горбясь, чтобы не сильно возвышаться, попытался оправдаться Джаред. — Не немного. Мы должны были встретиться на соседней улице. — Я как раз туда шел, — без тени сомнения соврал Джаред. Не хотелось как-то сразу палиться со всей своей несуразностью. — Ладно. Не важно, — Накамура достал из кармана потертый металлический портсигар, достал оттуда сигаретную гильзу, выудил из кармана машинку для забивки табака в заготовки и начал свою магию. Джаред не первый раз видел, как Накамура набивает себе сигарету, но каждый раз подвисал и пялился на то, как ловко и совершенно не задумываясь он орудует машинкой. Смотрел, как частички табака падают мимо, но большая часть филигранно запихивается в желоб машинки, крышка щелкает, формируя тонкую и плотную сигаретную начинку, а потом парой резких движений она отправляется в гильзу. Вот и сейчас Джаред следил за длинными жилистыми пальцами и пахучим табаком в них. — Знакомься, — между делом бросил Накамура, — Это Фрэнки. Джаред кивнул и дружелюбно улыбнулся, но Фрэнки никак не отреагировал. Стоял статуей за спиной Накамуры и был на него похож как внешне, так и одеждой. Но только Фрэнки, а не какой-нибудь Сато или Шинджи. — Фрэнки занимается поставками алкоголя и еды, моя правая рука. В этом году Хэллоуин выпадает на субботу, так что гудеть всё будет знатно, мы не имеем права упустить ни доллара, так что твоя задача, во многом, следить, чтобы бухло внутрь периметра проносил только Фрэнки. — Понял, — кивнул Джаред. Накамура закурил только что сотворенную сигарету и махнул рукой, таким образом явно приглашая следовать за собой. Джаред с готовностью двинулся в указанном направлении. В последнее время неудача что-то совсем задолбала. На работе прошли масштабные сокращения, под которые он, естественно, попал. Собственная квартира быстро оказалась не по средствам, и хотя бы друзья пустили к себе пожить, но и у них все было не слишком хорошо. У одних арендодатели взбеленились, у других случился пожар. В итоге Джаред вспомнил о Майкле, и тот пустил к себе пожить. Бывший сосед по комнате в колледже вроде бы много лет как остепенился, поэтому Джаред даже не думал соваться в его семейное гнездышко, если бы не обстоятельства. Оказалось, обстоятельства были не только у него. Майкл оформил всё сам, но по сути брал его для себя и парня, а дорожки их не так давно разбежались. Теперь тянул неподъемную ипотеку в одно лицо. Конечно, не известно, как там было раньше, а как Джаред к нему переехал, то понял, что и тут одни сплошные проблемы-проблемы-проблемы. Джаред просто не мог закрыть на это глаза. Накамура, с которым Джаред учился в колледже, всегда поддерживал связь со всеми. Выглядел он как японец, но внутренне был самым настоящим американцем. Без мыла пролез бы в самую узкую жопу, жаждал заработать как можно больше долларов в свою коллекцию на банковском счете, а главное — умел все это с блеском. Не мешали ему внешняя неприветливость и язык, который порой хотелось помыть с мылом. И всё это вообще было не важно, ведь именно Накамура возник из ниоткуда в тот самый момент, когда у Джареда закончились последние сбережения, а весь заработок на случайных работах стал совершенно неощутим в быту проблем и в проблемах быта. Накамура позвонил ему пару дней назад и спросил, не желает ли Джаред не слишком легко, но хорошо заработать. Джаред желал и даже очень. Согласился, не выслушав толком, и теперь плелся следом улыбчивым и всем довольным болваном, который из всего знал только, что ему предстоит охранять хэллоуинскую вечеринку. — Тут глушь, поэтому снимать дешево. Хоть стадион! — Здесь нет стадиона, — Фрэнки впервые подал голос, перебивая Накамуру. — Если бы был, он все равно по деньгам был бы вполне подъемным. — А ты что снял? — подал голос Джаред. — Ну ты даешь, я же тебе говорил. Старый особняк. В нем никто не живет уже лет сорок, но его регулярно сдают под вечеринки, так что всё безопасно, не бзди. Ремонт даже есть свежий, сад ухоженный. Кстати, ты как раз в саду дежурить будешь, а то там калитка эта к лесу… Чую жопой беду. Джаред хрюкнул в кулак, но больше никак особенно не позволил себе среагировать. Накамура своей болтливостью возвращал на пять лет назад, туда, где они были полны надежд, заканчивали колледж и обещали не прощаться. Вышло так только с Накамурой да с Майклом, у которого Джаред сейчас и жил. Улицы одноэтажного престарелого пригорода смотрелись ухоженными, и первое впечатление заброшенности, посетившее Джареда у автобусной остановки, растворилось в восторге. Крайне слабое уличное освещение, но у каждого порога стояли стационарные фонари. Где-то висели тыквы-фонарики, ну или хотя бы гирлянда из желтых лампочек. Ухоженные дворики были украшены вовсе не жутко, а очень мило и очень устаревше. — Здесь живут в основном старики, — Накамура обернулся, видимо, заметив, куда смотрит Джаред, прочел мысли и прокомментировал. Он всегда такой был, словно мысли читал. — Это место даже называют пригородом престарелых. — Ничего себе. И ты решил устраивать хэллоуинскую вечеринку здесь? — Джаред крутил головой, но вокруг было пустынно и мило. Мало напоминало место для тусовок. — Здесь дешево, Джаред. Де-ше-во. И в это слово я вкладываю вовсе не тридцать процентов от стандартной цены. Конечно сюда поедут. Я на разницу организую транспорт, рекламу и у меня еще на джакузи останется. Джаред присвистнул. Он не знал, что у Накамуры дела идут так хорошо, но был рад за него. Дойдя до особняка Джаред присвистнул еще раз. Огромный, старинный, ухоженный — в такое место на Хэллоуин поедут, тут никаких сомнений. Настолько аутентичное место просто не могло не пользоваться спросом, а если всё так дешево, как говорит Накамура… — Неужели так дешево просто из-за возрастной категории подавляющего числа жителей? Стены дома, выкрашенные в светлый молочный оттенок, обвивал яркий плющ. Его листья пестрели красным, оранжевым, ядовито-зеленым, они вились по специальным веревочкам, натянутым у фасада, тянулись к окнам и стремились к крыше. Цветочные клумбы у внушительного крыльца рыжели кудрявыми бархатцами, а маленькие фонарики в форме тыкв, украшали края всех видимых дорожек. — Шутишь? Конечно же, дело не в престарелом контингенте. Накамура свистнул какому-то парню, трущемуся у клумб, и тот пошел им навстречу. — Само собой, весь пригород стремный. Отсюда уезжают молодые пары, только что получившие наследство. Сначала заселяются, проходит месяц, и они спешно продают свои дома. Риелторская репутация у здешних домиков никакущая. — И всё? — А мало? — вопросом на вопрос ответил Накамура. Он при этом так вздернул бровь, словно Джаред в этом движении должен был что-то прочитать, но быстро смирился, не увидев на лице Джареда даже признаков понимания. — Прерву ваш разговор. Я Рик. Приятно познакомиться. Высокий, мускулистый, с похожей на Джаредову, только в светлом исполнении прической, этот самый Рик ослеплял улыбкой. — Будете в паре вон в тех кустах дежурить, — Накамура рукой указал направление, а сам достал блокнот и что-то там отметил. Быстро и иероглифами. — А я Джаред. Они с Риком пожали друг другу руки, осветили улыбками округу, а через пару минут уже слушали инструктаж. Отлучаться по одному, график обедов и отдыха в наличии и отправлен имейлом. Бухло внутрь не пропускать, народ досматривать, кусты прослушивать. Если кто из гостей решит устроить поебушки под сводами краснеющего клена, пусть это не будет насилием. Джаред с Риком как болванчики кивали и со всем соглашались. Пять сотен за два дня казались весьма привлекательной наградой. Правда, за них Накамура собирался использовать их и как грузчиков, но Джаред совсем не возражал. Не возражал и Рик. У него была чуть схожая с Джаредовой ситуация — ему тоже позарез нужны были деньги, и много. Вот только повод поблагороднее, девушка Рика устроилась работать и влетела на крупную недостачу. И ежу было понятно, что её подставили, но полиция признаков преступления не обнаружила, её обязали выплатить всё до цента. Джареду даже как-то стыдно говорить про себя. Его никто не обманывал, он ни на что не покупался. Ему просто не везло в последнее время. В доме Майкла платеж по ипотеке всегда был просрочен, стиральная машинка сломалась, трубы текли, стены обваливались, словно были из картона. У них даже проводку погрызли еноты, а страховка кончилась. И над всем этим Джаред легко мог посмеяться и обязательно посмеется с друзьями. Вот только найдет постоянную работу, а случайными подработками поправит финансовое положение Майкла. Они оба вынырнут из этой трясины и тогда… — Парни, не забудьте переодеться. Из сладких мечтаний вырвал тихий голос Фрэнки. Джаред с Риком уже почти перетаскали все ящики с алкоголем из грузовика в столовую, куда прибыли другие работники. Уже началось основное украшение дома, переоборудование комнат и прочее и прочее. За домом же припарковался небольшой старенький трейлер. В нём-то и предполагалось всему обслуживающему персоналу переодеваться, есть, отдыхать и спать посменно. Из дома Джаред с напарником вышли, когда светало и ночное похолодание ощущалось особенно остро. Изо рта вырывался пар, куртка не грела, а разогретые физической нагрузкой мышцы понемногу остывали. По графику Накамуры Джаред с Риком спали первые. Видимо, остальные охранники должны были приехать не с вечера пятницы, а в субботу. Завалившись в трейлер, Джаред скинул куртку и сам кинулся в диван. Ну или что-то вроде. Может, это даже считалось кроватью в трейлере, в любом случае, оно было Джареду мало. Пришлось сильно согнуть ноги и вообще сбиться в калачик. Рику на его «диване» было также неудобно. — Эй, — сквозь дрему Рик звал кого-то. — Эй, спишь, что ли, уже? — Ты кому? — сонно откликнулся Джаред. — Кому еще, а? Мы здесь вдвоем. — Я сплю. Рик кхекнул на реплику Джареда, но приставать дальше не стал. Это в большей степени повлияло на сон Джареда. Его как рукой сняло. — Что надо-то? — Да так… — Уже разбудил, — Джаред перевернулся на спину и слегка приподнялся. Закинул руки за голову и согнул колени, взбодрился и был готов слушать и при этом слышать. — Ну, говори уже. Рик своей позы не поменял. Лежал на животе, говорил чуть ли не в подушку. Звучал смущенно. — А что ты здесь забыл. В смысле, Накамура же известный… ммм… чудила. — Ну-у-у… мы учились вместе. Он вроде нормальный. — Так я же не говорю, что он плохой. Просто… чудила. Взять хотя бы костюмы. — А что с ними? — Джаред широко зевнул и немного съехал с подлокотника, поза стала удобнее, а сознание незаметно заволокло туманом. Да и неинтересно Джареду было. Рик что-то там бурчал себе в подушку, долго, монотонно. Сопротивляться сну под его ровный низкий голос стало решительно невозможно. И как бы это ни было неприлично, Джаред заснул. *** Следующая смена отдыхающих ввалилась в трейлер запахом пота и желанием помыться. Благо возможность была обеспечена. В трейлер была подведена вода к маленькой, но встроенной душевой, а слив шел непосредственно в коллектор. Было бы гораздо удобней все делать в доме, но он уже вовсю готовился встречать гостей, и работникам запретили даже пользоваться каким-либо туалетом, кроме крайнего к заднему входу в дом и того, что был в трейлере. Джаред еще пытался досыпать, когда парни мылись и шумели. Потом ввалились переодевающиеся, пошелестели костюмами, погалдели и окончательно разбудили. Джаред сел там же, где и спал, и, едва разлепляя глаза, пялился в пространство. Незнакомые люди вокруг пыхтели и, похрюкивая, натягивали на себя форму охранников, а по завершении выматывались из трейлера без задержек. Буквально через двадцать минут кроме них с Риком остался только парень в душе и реально высоченный китаец, севший за раскладной столик перекусить. В воцарившейся тишине сработал будильник на телефоне Рика. — Ммм, — промычал Рик, но, ведомый звуком, сначала сел, а потом дотянулся до телефона и выключил трель. — Я что-то пропустил? — Что ты там про форму говорил, когда я уснул? Рик потянулся и встал, он чуть ли не уткнулся головой в потолок трейлера. Да и все ребята, которых Джаред успел здесь повидать, протирали пыль с потолка волосами. И все как один переоделись в крайне откровенную одежду охранников. Вернее, не откровенную, скорее странную… Китаец, который до этого ел и словно бы не говорил по-английски, повернулся к обоим соням, тяжело смотрел, что-то пытаясь передать взглядом. И только не добившись никакой реакции, он заговорил: — Если б я увидел эту форму раньше, может, и отказался бы. Джаред расплылся в улыбке, быстро поднялся и переместился за стол к китайцу, жестом спросив разрешения присесть. Получив в ответ вполне дружелюбный кивок, он плюхнулся на раскладной стульчик напротив и уже не стесняясь вгляделся в смутившие нюансы. — Я Джо. Китаец представился и вернулся к еде. — Джаред. — Рик, — с дивана отсалютовал поднятыми сжатыми в кулаки руками. — Пойду в душ, ты после меня. Джаред кивнул, а сам с любопытством осматривал костюм. По всему, довольно обычная форма. Серая плотная рубашка, сверху куртка на флисовой подкладке, правда, без пуговиц или молнии. Видимо, предполагалось, что она будет большую часть времени нараспашку. В ночи все охранники как один точно будут кутаться. Темные плотные брюки выглядели вполне теплыми. Всё смотрелось нормально, кроме прямоугольного выреза на рубашке прямо на груди. И это не просто разрезанная одежда, это правда было дизайнерским ходом. Края тщательно обработаны и сам вырез открывал грудь от соска до соска, скрывая их или пикантно открывая по краям. Все же строение тела немного отличается у всех. На китайце рубашка сидела так, что оба соска очень пикантно виднелись ровно до середины. Джаред прокашлялся и спросил: — Так… Накамура что-то сказал по-поводу такой… формы? Джо посмотрел искоса, дожевал, вытер салфеткой рот и только потом ответил: — Да мудак Накамура. Хотя бы словом обмолвился, что будем частью представления. Джаред поставил локоть на стол и оперся подбородком на свой кулак. Если подумать, для него ничего не меняла такая форма. Пять сотен за два дня это пять сотен за два дня. Ни на одной своей подработке Джаред столько не получал. Конечно, официантом можно было поднимать за выходные неплохие деньги чисто на чаевых. У него внешние данные вполне позволяли устроиться в модное местечко. Вот только сам Джаред еще не до конца утратил надежду устроиться по специальности… Интересно, а почему Накамура просто не нанял парней, которые и стриптизом, если что, не погрешат? — Потому что они дорогие, — ответил Джо. Джаред покраснел весь до шеи. Видимо, последнюю свою мысль он озвучил, совершенно этого не заметив. — Дорогие, зато не откажутся. Как я понимаю, многих возмутили костюмы… — Ну и что, возмутили и возмутили. Мы пошумели и получили надбавку, обещалось побаловать нас полтинником сверху. — Щедро, — со смешком заметил Джаред. — А то. Да и никто не отказался. Как понимаю, — Джо встал и отряхнулся, явно собираясь трейлер покинуть, как договорит, — Накамура отлично умеет выбирать людей. Здесь ни одного работника не стесненного в деньгах. Кто ж откажется сиськами посветить. Тем более ни у кого из них их и нет. Ладно, бывай. Джаред махнул ему. Всё равно в ближайшее время пересекутся. Так и так им еще патрулировать, да и на связи всё время быть. Не успела дверь захлопнуться за Джо, как в нее постучалась уборщица, быстро и безэмоционально она забрала весь мусор и ушла до того, как Рик вынырнул из душа. Джаред не стал возмущаться, что времени ему осталось совсем немного, просто решил быть побыстрее. Уже через полчаса оба охранника стояли на своем посту в отлично сидящей на них форме. Розовые и довольно крупные соски Рика торчали и выдавали мерзлявость. Джареду повезло чуть сильнее, ему хотя бы не было холодно, а края выреза на груди закрывали побольше, чем у напарника. *** Мумии, зомби, вампиры всех мастей, от Дракулы до сверкающих стразами на коже, казалось бы, обычных старшеклассников. Джаред видел гостей, только помогая на входе. Три автобуса встряли в пробку и подъехали не с интервалом, а одновременно. Чтобы не держать людей на входе, Накамура созвал почти всех охранников. Кто-то ставил печати, другие разъясняли общие правила и выдавали брошюру с планом мероприятия, а Джаред проверял сумки на предмет проносимого алкоголя. — Может, еще в трусики ко мне залезешь? — некая вульгарная, но явно трезвая молодая особа практически шипела на Джареда, когда у нее изымали бутылку горячительного. По всей форме Джаред прицепил на бутылку ярлык, а номерочек отдал девушке в костюме женщины-кошки самой неудачной экранизации. Бутылка перекочевала в одну из корзин, подготовленных специально для несознательных гостей, а её шипение еще долго курсировало у Джареда за спиной. Возможно, ей казалось, что улучить момент и забрать свое добро будет легко, но как только нужную корзину унесли — сдалась. За ней были Джин, три ведьмы, толпа секси медсестер и, внезапно, доктор. Не то чтобы он был первый, но первый такой… обыкновенный. Простой белый халат, даже без кровоподтеков, стетоскоп на шее и чемоданчик. Из-за последнего он и оказался в очереди к Джареду, вместо того,чтобы, как большинство мужчин, спокойно пройти за штампом и веселиться прямой наводкой. — Пожалуйста, откройте чемоданчик, — Джаред улыбнулся, хотя щеки уже немного тянуло, все же он предпочитал улыбаться не дежурно, а по велению души. Душа велела часто, но не настолько. — Это мини-холодильник. — Простите, что? — Это мини-холодильник, — «доктор» тоже улыбнулся, повторяя сказанное, и Джаред засмотрелся. И без того красивое лицо с такой неестественной улыбкой смотрелось отчего-то краше. Буквально притягивало к себе взгляд, очаровывало и резко понижало уровень умственных способностей. «Доктор» хмыкнул, и Джаред поспешил отвести взгляд. — Простите, откройте, пожалуйста, ваш мини-холодильник. На этот раз никакой реплики не последовало. Перед Джаредом щелкнули замками по бокам и открыли сумку-холодильник. Джаред просто не подумал, что это могла быть она. Пустая, но с охлаждающими элементами в рабочем состоянии, судя по повеявшему из нее холоду, сумка как сумка. — Спасибо, — поблагодарил Джаред и посторонился, пропуская «доктора». Тот прошел мимо, не оборачиваясь, но настолько маняще, что Джаред не смог устоять и обернулся сам. Проводил быстро взглядом удаляющуюся фигуру в белом халате. Кольнула легкая обида, парень был полностью в его вкусе, но он здесь на работе, а значит, смотреть, но не трогать. Легкая обида уже не кольнула, а пнула по яйцам. До окончания третьего автобуса приехали еще два, и Джаред простоял не на своем рабочем месте еще около часа. Он конкретно запарился слушать разные «добрые» слова в свой адрес и отбирать разномастное бухло. А вот смотреть на посетителей вечеринки было забавно. В основном они все совершенно никак не реагировали на странноватую форму охранников, да и сами могли дать фору по дизайну костюма. Самым интересным было не это. Джаред установил в качестве планки того «доктора» с морозильной сумкой и оценивал остальных парней как одна пятая доктора, половина доктора. К концу пятого автобуса Джаред так развеселился, что лыбился более чем натурально, и другие охранники изгнали его сразу же, как смогли. Они устали и им надоело. Все хотели, чтобы поток людей кончился уже и они смогли уйти на свои посты. Может, даже перекусить. По рации Рик попросил Джареда завернуть на кухню за «бургерами для персонала». Видимо, есть хотелось и тем, кого оставили стеречь тылы в полном одиночестве. Джаред забежал и тиснул четыре куска наиболее мясной пиццы и поспешил к напарнику. На часах показывало пять. Если вспомнить расписание от Накамуры — в шесть всё начнется и охранникам останется только скучать на своих местах. И без того не слишком уставший Джаред шел с пиццей в дальнюю часть сада и думал о самых легких пятистах долларах за последний год. *** Дом зашумел, замигал всеми возможными красками. Как только начало темнеть, зажглись фонари перед крыльцом, а в саду засияли фонарики вдоль дорожек. Калитка в увитом подсохшим плющом заборе никак не выделялась. Рядом с ней стояла пара лавочек, небольшая беседка чуть в глубине сада сверкала гирляндами декоративных лампочек, Там уже устроилась романтически расположенная парочка. Они просто болтали, затяжно целовались и к разврату на глазах охранников приступать не спешили. Легкий и совсем не холодный ветерок шуршал кронами редких деревьев и всюду пышно высаженных кустов. — Для Хэллоуина скучновато, не находишь? — Рик зевнул и встал с лавочки размяться и согреться. В отличие от Джареда, он сильно мерз в их странной форме и сидеть на месте ему было сложнее. А может, потому, что после работы его кто-то ждал. — Думаю, всё веселье в доме. Если бы в саду были запланированы мероприятия, Накамура нас бы предупредил. Рик хмыкнул: — Наверное, — недолго помолчав и пройдясь туда-сюда раз пять, выдал: — Жрать снова хочется. Джаред засмеялся. Рик выглядел смущенным своим откровением. — Знаешь, мне тоже. — Может, я сгоняю? В отличие от некоторых я точно смогу добыть именно бургеры, а то твоей пиццей и воробей не наестся. Рик смотрелся таким умоляющим, словно еще чуть-чуть и он привстанет на одно колено в мольбе о еде. Или даже на оба. — Иди уже. Рик скрылся в полутьме в мгновение ока. Парочка в беседке ненадолго притихла, когда он пробежал мимо них, а потом снова начала шептаться. Джаред сполз по скамейке и принял крайне расслабленное положение. В чем-то Рик был прав. Скучно на их посту, но по опыту жизни можно смело утверждать — ненадолго. Сколько Джаред работал на таких мероприятиях, сколько трудился охранником в разных барах, а всё всегда кончалось «весельем». Считай повезло, если побоищем без жертв или маленьким скандалом только на словах. Так что его пока что все устраивало. Красивый и спокойный вечер буйного праздника. Джаред сидел на скамейке, разглядывал то гирлянды на деревьях, то фонарики дорожек, то звезды в небе. Направляющуюся к нему фигуру заметил издалека, но встал только тогда, когда стало ясно, что человек идет именно к нему. Белый халат, короткая стрижка. Джаред хорошо запомнил этого «доктора». — Доктор, вы заблудились? — Джаред не то чтобы крикнул, но голос повысил достаточно, чтобы его услышали. — Нет, а вы? — «доктор» так же странно, как и при прибытии улыбнулся, не притормозил и не остановился, подошел вплотную и встал в каком-то шаге. У Джареда даже кровь быстрее побежала по венам. Вот так — вблизи, наедине, этот человек производил совершенно невероятное впечатление. Притягательный, чуть ниже ростом, он смотрелся так, словно был выше, а его странный вопрос не вызывал желания ответить по форме. Хотя следовало бы отправить его бухать дальше в дом или предложить пройтись еще пару кругов — протрезветь. Нет, Джаред просто расплылся в улыбке, подумал, что они больше никогда не встретятся и, не стесняясь собственного интереса, долго смотрел в глаза «доктора». Зеленые, нереальные. В неверном свете лампочек, гирлянд и фонарей, обманчиво яркие и, наверное, это линзы всё-таки. — Может, и заблудился, — спустя некоторое время ответил Джаред, когда понял, что в гляделки не выиграет. «Доктор» мелодично рассмеялся, прошел мимо и сел на лавочку. Он аккуратно поставил чемоданчик рядом с собой и достал портсигар. Следом за ним последовала машинка для набивания табака в гильзы, и Джаред практически просиял. Какой неплохой повод завязать разговор плыл сам в руки! — Надо же, у моего друга такие же… эм… приспособления для курения, — Джаред обернулся к «доктору» и встал как школьник перед учителем. Даже руки непроизвольно за спину завел, потом опомнился, посмотрев вниз. Рубашка от такого движения разошлась в стороны, по краям выреза справа и слева слегка показались соски. И всё это вкупе с неприличными мыслями заставило смутиться и тут же скрестить руки на груди. Куртка тоже, хотя и без застежек, в такий позе прикрыла побольше. Но даже если Джаред не запахивал её, видимо, движение оказалось таким неловким, что выдало его с головой. «Доктор» смотрел внимательно, и губы его, наконец, перестала кривить странная неестественная улыбка, и он на самом деле рассмеялся. — Да ладно тебе, не смущайся. Тут люди ходят в таких костюмах, что их разглядеть сложно, — он ловко и быстро сварганил сигарету и протянул Джареду: — Хочешь? — Не курю, спасибо. — Как знаешь. «Доктор» зажал губами фильтр и прикурил, а Джаред прилип взглядом не к огоньку на кончике сигареты, а к губам. Красивые, пухлые, они очень шли смазливому лицу. — Так… — Джаред помялся с секунду и, прокашлявшись, продолжил: — Вы вышли покурить? — Можно и так сказать, — подняв взгляд, он глубоко затянулся и отнял сигарету от рта. Джаред откровенно нервничал. У него всегда так было с теми, кто ему нравился. Вел себя как придурок или как дерево. Тупое и неподвижное. А «доктор» курил себе, разглядывал Джареда — бесцеремонно и даже естественно — и не собирался ничего больше говорить. — Так… — Так? — Меня зовут Джаред. «Доктор» не ожидал, по нему было видно. Он запутал словами, развязал неловкость и все это не случайно явно. Просто не думал, что у Джареда прорежется голос. А Джаред не понимал, почему нет. «Доктор» с секунду рассматривал его, а потом тихо и мелодично рассмеялся, затянулся сигаретой, повертел её в руках, затушил и выбросил в мусорку рядом. — Дженсен, — уже громче сказал он и встал. Джаред улыбнулся, может, слишком уж радостно и протянул руку. Для него это было вполне естественно и всегда от чистой души. Глядя в глаза Дженсена, он прекрасно осознавал, что простодушный такой он здесь один. С прищуром, теперь в полутьме отлично видимые зеленые глаза, все так же кажущиеся ненастоящими, не смотрелись зеркалом души. Скорее закрытыми дверьми. — Так… — Дженсен снова повторил ту фразу, на которой они так здорово застревали. — Имена мы друг у друга узнали. Познакомимся ближе? У Джареда даже челюсть отвисла. Их разделяло где-то два шага, даже полтора. Смотреть прямо и слышать такое предложение, которое в разговоре двух незнакомых совершенно мужиков, наводило на определенные мысли… странно было. Джаред засмущался и отступил. Даже взгляд спрятал, хотя сам себя считал очень открытым человеком. Да и не святым. — Эм… если я тебя правильно понял, то для меня это как-то слишком быстро. Дженсен стоял спокойно. Красивый, прекрасно вписывающийся в образ доктора, он скрестил на груди руки, а улыбка с его губ соскользнула. Почему-то казалось, что улыбка для него это действие необходимое, поэтому без нее казался красивее. А вот когда говорил, его губы растягивались уголками слегка наверх, и впечатление создавалось умиротворяющее. — Думаю, понял ты меня правильно. Но как же быть, я хочу познакомиться с тобой ближе и без определенного подтекста, — брови Дженсена наигранно взлетели вверх. — Да ты не знаешь слова «нет»! — Джаред дивился самому себе. Он же хотел познакомиться с горячим парнем весь последний месяц. А в отношениях не был еще дольше, чем без секса. Где-то на половине фразы даже попытался сменить тон на игривый. — Я не только его не знаю, я еще и могу заставить тебя его забыть. — Ого, какая уверенность! — Джаред хмыкнул. Эта игра начинала ему нравиться, и теперь, вместо того, чтобы отодвинуться подальше, дав понять, что секс под деревом его не интересует, он хотел рассмотреть Дженсена поближе. Ну не похож он был на типичных любителей одноразового перепиха. Не то чтобы у них это на лбу писали, как правило, все они выглядели обыкновенно, но как-то не вписывался Дженсен в их длинные ряды. А ведь еще и Рик где-то гуляет и однажды гулять закончит, тогда-то будет особенно неловко флиртовать на рабочем месте. Можно будет и не ломаться, и со своими моральными принципами не советоваться. Поздно. Вот Джаред и решил быть прямее, хотя и стеснялся немного. В такой дурацкой форме он больше походил на стриптизера, чем на нормального парня. Быть томным он не умел, легче показаться смешным. Вот он и решил сыграть на своем виде стриптизера, рядом как раз оказалось дерево. — Я готов попробовать, — Джаред сказал это и по своему же плану красивого, но достаточно комичного действа, глядя прямо в глаза Дженсена, скрестил руки на груди и качнулся в сторону дерева. В воображении Джареда он, весь такой забавный, должен был из положения прямо — то есть неинтересно и нескладно — перейти в положение «сексуально облокотился о дерево плечом». По факту Джаред наступил на корень дерева, на нем поскользнулся и вектор его движения прошел немного мимо ствола. Вместо того чтобы плечом прийти в грубую кору — им же он пришел в твердую землю. Только свежеопавшая и потому не убранная листва всколыхнулась, когда мешком Джаред пришел в нее всем корпусом. Из легких выбило кислород при падении, зато зрение не оставляло, и метнувшийся к нему крайне удивленный Дженсен в настоящих эмоциях стал только краше. Казалось бы, куда, но стал. — Эй, ты в порядке? — Дженсен наклонился около развалившегося на земле Джареда и протянул ему руку. Получив ее, помог встать. — Ничего себе не отбил? Крякнув при подъеме, Джаред соврал: — Нет. Плечо пульсировало свежайшим ушибом, дом взорвался диким визгом, возвращая к реальности. Джаред резко повернулся на звук, а его уже сменил такой же дикий и безудержный смех, от которого должна была затрещать крыша со стенами, а не только барабанные перепонки. — Вот им там внутри точно хуже, чем мне. Их ушам так точно. — Само собой, — поддакнул Дженсен и потащил Джареда к скамейкам. Усадив на одну из них, сел рядом, и они с одного ракурса с лучшим видом смотрели вперед. Там как раз в просвете кустов и деревьев из беседки ретировалась парочка. Джаред давно не радовался темноте так сильно — Дженсен не заметил его горящие от стыда шею и лицо. Только дыхание и звуки со стороны дома разбивали тишину. Накатывал стыд и неловкость. Очередная неудача в невезучей Джаредовой жизни. Он в целом привык, сейчас даже хотелось, чтобы Дженсен побыстрее подобрал повод ретироваться от излишне смешного Джареда. Это же следующий шаг, так всегда бывало. А Дженсен положил руку на коробку-чемоданчик, или как он там называл эту сумку, которую с собой таскал. По пластиковой поверхности он оттарабанил забавный ритм и никуда не спешил. Он даже не выглядел нервничающим, только снова полез в карман и стал варганить сигарету. — Может, теперь хочешь? — Не-а, — со слабой улыбкой заметил Джаред. — Но ты можешь закурить об меня, как мне думается. Дженсен глянул на него и отвернулся. Взял в губы сигарету, прикурил, но вынимать не стал. Он очень некрасиво и очень обыкновенно зажал её в углу рта. Конечно, с его внешностью можно было позволить себе и такие портовые жесты. Почему бы и нет. — И чем же ты лечишь смущение от неудач, Джаред? Не куришь, может, ты еще и не пьешь? — Пью, конечно. Но неудачи не заливаю. — Почему? — Не утонут, — хмыкнув, ответил Джаред. В просвете между деревьями показался Рик, он нес бумажный пакетик. Наверное, с гамбургерами. Трепался по телефону и даже не смотрел в сторону Джареда, куда там было заметить, что он не один. А вот Дженсен заметил Рика сразу, уставился на него нечитаемым взглядом и пилил пока тот не посмотрел в ответ. Джаред любовался немой сценой с отрешенным любопытством, прикидывал, как будет представлять их друг другу. Тем временем Рик молча подошел и протянул Джареду пакет с едой, и неловкость молчания стала особенно ощутимой. Он уже хотел разрядить ситуацию как-нибудь, но Дженсен успел первым: — Привет, напарник Джареда. — Привет… я не тебе, дорогая, — Рик все еще не опустил трубку, и там, видимо, отреагировали закономерным вопросом. — Может, погуляешь неподалеку, поболтаешь еще? У нас с Джаредом все никак не завязывается знакомство. Сказать, что Рик опешил, — ничего не сказать. Джаред разделял его чувства. Как-то не привык он к настойчивому вниманию. Обычно это он как верная, но малознакомая собачка добивался расположения. Резко растрачивал весь свой интеллект и выпрашивал благосклонности. А тут такой… Дженсен. И это он хотел побыть с Джаредом наедине, хотя соблазнительности и интересности тут вряд ли надо выписывать благодарности. Может, ему просто любопытно? Рик хлопал глазами, переводил взгляд с Джареда на Дженсена и, видимо, что-то там себе осознавал. — О… — Рик начал и не продолжил фразу. — О-о-о… Он беспомощно метнулся взглядом к Джареду и, что не могло не радовать, прикинув здешние векторы ориентации, нисколько не ощутил омерзения. Скорее, представлял всем собой картину смущения. Но не один Рик тут был смущен прямолинейностью Дженсена. Джаред вовсе сидел краснющий и желающий провалиться прямо на этом месте. — Я тут бургеры принес. У… кхм… угощайтесь! Максимально неестественно Рик повернул в сторону неизвестно чего и по неизведанной тропинке удалился, почти сразу начав извиняться в трубку. «Любимая», скорее всего, совсем не поняла, почему должна висеть на телефоне, пока «любимый» кряхтит и с трудом подбирает слова. Дженсена же ничто не смущало, он потянулся к пакету с бургерами, заглянул в него и поморщился: — Занятный ужин, но не по мне. Желудок Джареда поспешил вставить свое «слово» и урчанием прибавил поводов для того, чтобы чувствовать себя не на своем месте. Нервы нервничали, желудок голодал, а Джаред не видел выхода из столь смущающей ситуации. Он достал из пакета бургер, развернул бумажку, в которую тот был упакован. — А мне нравится, — пожав плечами, признался Джаред и откусил за раз чуть ли не половину. Дженсен не отводил от него глаз. Смотрел внимательно, с явным и видимым любопытством и сглатывал так, словно съел бы. Но не бургер. По спине побежали мурашки от мысли, что желание его казалось буквальным. — Ну, Джаред, Рик гуляет, ты ешь. Это практически первое свидание. И я тебе нравлюсь. Пропустим условности? Джаред чуть не подавился, дожевал и решил быть полностью искренним. К черту заигрывания, как Дженсен он все равно не умеет. — А это вообще работает? — Джаред неопределенно повел головой, обозначая неопределенные величины, именовать которые точно не мог. — Что? — Такой способ, ну не знаю, соблазнения же? — А, — Дженсен словно и правда не понимал. — Не знаю. Я не особенно интересуюсь теорией флирта. Равно как и практикой. Мне не особенно приходится первым делать шаг. Уж точно не в желании познакомиться… — Дженсен расплылся в улыбке, смотрел прямо в глаза и понизил голос, — ближе. Последнее слово прозвучало таким тоном, что у Джареда встал бы, если бы он не жевал и кровь в организме уже не была бы занята. Серьезно. Врал же. В глаза нагло врал, разве что правда был так хорош, что вряд ли нуждался в умении делать первый шаг. У Дженсена чуть ли на лбу надпись не проступала, но все это нехило возбуждало в комплексе. — Ты позволишь мне не поверить? — доев бургер, Джаред утолил голод, но в нем разыгралось любопытство. — Впрочем, не важно. Давай. — Прямо здесь? — Дженсен наигранно обвел глазами хорошо освещенные лавки и остановил взгляд в том направлении, куда ушел Рик. — Я-то не против… — Давай знакомиться ближе, — Джаред закатил глаза не менее наигранно, нежели Дженсен. — Без контекста. Я вот безработный, халтурю охранником. А ты? То ли Джареду показалось, то ли по лицу Дженсена и вправду скользнула тень какой-то эмоции. Не самой положительной. Он так пялился на него, что заметил бы падение реснички, но в то же время чтец мыслей был из него так себе. Не придав значения сомнениям, Джаред улыбнулся пошире и терпеливо дождался ответа. — А я доктор. Тут по делам. Знаешь ли, в такой день как этот докторам лучше быть неподалеку. Ого! — Ого! — у Джареда на языке часто было то же, что и в голове. — Накамура и тебя нанял? — А, Накамура, да, — Дженсен без особого желания говорил, перевел взгляд на гирлянду над ними и задумчиво добавил лишь: — Разве это что-то скажет о человеке? Работа, обязанности, причина местоположения на этой планете… Джаред тоже посмотрел наверх. Звезды сквозь кроны виднелись, их свет не убивало даже искусственное освещение, а Дженсену шла не только улыбка. — От человека, предложившего перепих на первом свидании, в последнюю очередь я ждал бы подобных слов. — Думаешь, способность мыслить как-то влияет на либидо? — Думаю, либидо как-то влияет на способность мыслить. Дженсен кхекнул, но улыбнулся, искоса взглянул на Джареда, тот уже отвел свой пытливый взор от звезд в небе и вернулся к низошедшей на земле. Ему уже даже нравилось собственное подобострастное рассматривание Дженсена. Да к тому же объект этого стоил. Дженсен природой был одарен не только внешне, но и внутренне. Мозги явно неплохо варили, раз он смог стать доктором. В кармане тренькнул телефон. Джаред не сразу вспомнил в каком, не сразу и нащупал. Он вообще выпал из реальности и возвращение было грубым. Нащупав в кармане искомое, он быстро разблокировал экран, прочел короткую смс от Рика: «У тебя начался перерыв. Мне полчаса потусить подальше?» Почему-то Джаред ощутил себя школьником на первом свидании только сейчас. Этот трепет внутри, глупые метания, желание просидеть на скамейке рядом до самого утра… Он быстро набрал: «Да, буду благодарен». И спрятал телефон в карман. Пока он отвлекся, Дженсен тоже нашел себе занятие — разглядывал лотерейный билет. Наверное, он выпал из кармана, пока Джаред там рылся. — И что, ты веришь в возможность выиграть? — задумчиво спросил Дженсен и протянул билет обратно. — Бери выше — я точно знаю, что проиграл. Уже проверил. Но я и до этого знал. — Ты купил заведомо проигрышный билет? — с усмешкой спросил Дженсен. — Я просто знал, что проиграл бы в любом случае. — Зачем же покупал? — в голосе Дженсена отчетливо слышалось вовсе не любопытство, а удивление. Ему словно и не интересна была сама причина, его скорее поражал факт, что все это осознанно. — Ну как же, — Джаред полуповернулся к Дженсену, если бы тот сделал так же, то они оказались бы лицом к лицу на этой скамейке. Но Дженсен сидел боком, повернул в его сторону голову и вежливо ждал продолжения. — Ты правда без идей о причинах? — Думаю, как и многие — от отчаяния, — не стал распинаться в вежливости Дженсен и отвернулся. Джареда это немного оскорбило. Почему-то хотелось, чтобы Дженсен смотрел. — Зачем отчаяние, когда есть желание выиграть, — весело сообщил Джаред и решил поделиться сокровенным: — Я купил билет и очень надеялся выиграть. Прикинул, ну может же хотя бы один раз удача осветить и мою жизнь. И купил. — Как ты ловко отчаяние заменил на надежду… Джаред пожал плечами: — Это очень дешевое удовольствие. Всего один доллар, и до самого розыгрыша я ходил как окрыленный. Думал как закрою ипотеку Майкла, куплю себе квартиру, зимнюю куртку, ботинки новые. Накамуре подарю байк, сестре — типографию, к родителям на могилу съезжу, брату что-нибудь такое присмотрю, что его жена отменит запрет пускать нищеброда на порог. Сказав всё это, Джаред рассмеялся, а Дженсен лишь слабо улыбнулся. — Это что за лотерея такая, что все желания покрыла бы? — Да какая разница? Это же пустые мечты. В них можно мечтать и на Марс полететь, — у Джареда комок встал в горле. Он мог притворяться, что несерьезно обо всем этом. Даже обязан был, не грузить же Дженсена своими внутренними трагедиями, которые очень сильно облегчил бы миллион долларов в кармане. Глупо как-то. И не нужно. — Ладно, — Джаред закусил нижнюю губу. — А ты что бы сделал, будь у тебя возможность? Неограниченный выигрыш! Дженсен надолго задержал взгляд на рте Джареда, смутил этим, как будто было куда смущать, и только потом медленно произнес: — Ни в одну лотерею не выиграть того, что я сделал бы, имея неограниченные возможности. И всё. Джаред даже рот приоткрыл, словно сам хотел закончить предложение. Ответить на заданный вопрос, а Дженсен лишь расплылся в своей чеширской улыбке. — Так нечестно! — возмутился Джаред, поняв, что больше ничего не услышит. — Не только это. Джаред надулся. Ему так хотелось услышать, о чем может мечтать Дженсен… Он уже активно придумывал тему, которую можно было бы свести на рассказ, кто чем живет, но Дженсен неожиданно снова заговорил. Нехотя, как будто его заставляли. Снова пялился на фонарики и говорил с Джаредом, не глядя на него. — Знаешь, ты мне показался идеальным с самого начала. Когда проверял сумки на входе. Улыбка Джареда подвяла: — Как-то это и предельно романтично и несколько… э-э-э… даже не знаю, как выразиться. — Странно? — помог Дженсен. — И это тоже. — Даже если так. Ты показался идеальным еще тогда, поэтому я пошел искать тебя в первую очередь. — Через лес? Тут вроде недалеко… Джаред думал уже проигнорить странные излияния Дженсена, но тот вдруг оставил фонарики без внимания и повернулся к нему, практически отзеркалил позу Джареда. Миг и он крепко схватил пальцами края квадратного выреза на груди и потянул к себе. Конечно, Джаред подался следом. Не только чтобы пуговицы не оторвались, но еще и потому, что соблазн дело очень сложное — устоять можно, только полностью отдавая себе отчет. А любое удивление или другое эмоциональное потрясение ослабляет контроль. Дженсен подтянул Джареда практически вплотную, качнись вперед и губы соприкоснутся в поцелуе. Джаред и осознать ничего толком не успел, а что осознать успел, то не захотел прекратить. — Без шуток, Джаред. Я пришел сюда за тобой. Лично я в этом уверен. Джаред смотрел прямо в гипнотически-зеленые глаза и ничего из сказанного не понимал. К чему вообще Дженсен говорил столь патетичные вещи? Даже не верилось, что услышанное это именно то, что Дженсен имел в виду. Вот только близость его губ смущала сознание. — Если за мной, то что тебе мешает? — Джаред вроде как отказывал Дженсену, но в то же время это не перепихон в кустах. Почему бы не позволить себе немного удовольствия. Вот он первый и подался вперед. Дженсен повторил и подтвердил, как показалось Джареду, всё, что нужно: — Вот и я думаю — что?.. Его губы оказались холодными и совсем не мягкими. Собственные движения смущали Джареда, он как будто никогда не целовался. Неловкий и нескладный, он податливо открыл рот и в поцелуе словно отбивался. А Дженсен нагло лез языком в рот, самым кончиком дразнил или толкал, широко лизал и не позволял сделать и вдоха. Ни на мгновение не отпускал, сминая губы и смущая сознание. В голове Джареда мутилось и он плохо припоминал, почему вообще был против уединиться в каких-нибудь кустах. Принципы? Абстрактный чей-то взгляд? Разве что отсутствие презиков и смазки голосовали с задворок сознания против. И тут всё кончилось. Дженсен отпрянул, нахмурился и странно сжал волосы Джареда. И когда успел пальцами в волосы вплестись? Поглаживал нежно ухо большим пальцем, но отчего-то казалось, что держал крепко. Да и не хотелось вырываться. Хотя поцелуй и кончился, а разум к Джареду не вернулся, он перевел взгляд на губы, чей вкус теперь знал, и тяжело сглотнул. Как же хотелось еще… К груди, прямо там, где пошлый вырез оголял кожу, Дженсен коснулся пальцами. — Какая странная ласка, — с робкой улыбкой заметил Джаред и опустил взгляд. — Что напоминает? Все пальцы Дженсена касались голой кожи Джареда самыми кончиками, но рука не лежала. Он как будто собирался что-то взять. Джаред улыбнулся еще шире и поднял взгляд: — Словно ты собираешься забрать мое сердце, — Джаред не верил, что решился произнести эту несусветную романтическую чушь, но сердце так билось, так неистово рвалось к Дженсену, что разуму оставалось только сдавать позиции. А еще Джареду было очень стыдно признать — он хотел, чтобы это свидание стало не последним. На втором он без каких-либо ухаживаний лег бы с Дженсеном. А потом просто надеялся бы, что наскучит ему не слишком быстро и счастье будет длиться дольше обычного. И пока Джареда одолевали эти сложные, но такие простые эмоции, Дженсен поглаживал подушечками пальцев кожу. Надавливал слегка, аккурат вокруг сердца и молчал. Только ни на секунду не переставал смотреть в глаза. — А если представить, что так и есть, — спустя долгое время прошептал Дженсен, а Джареда повело. Он не мог и не хотел сопротивляться влечению и потянулся вперед. Как он и думал, Дженсен держал волосы на затылке крепко, но как только натяжение стало ощутимо, позволил наклониться. Лишь мимолетное касание Джаред позволил себе, но отстранился совсем чуть, чтобы продолжить их странную игру. — Если ты можешь вырвать у человека сердце, то ты явно не так нарядился. Доктора подобным не занимаются. — Много ты знаешь про докторов… — Я почти уверен, что мое мнение самое распространенное. Дженсен хмыкнул и в этот раз сам притянул. Они прижались губами, оба задержали дыхание и синхронно отстранились. Отчетливое возбуждение охватывало Джареда, он даже не думал, почему Дженсен не захотел невинно мечтать, а кровавые фантазии его занимали. Это же хэллоуинская вечеринка, здесь это логичнее. Поэтому он не стал вредничать и внес ремарку в свой предыдущий ответ: — Но даже если ты именно такой доктор, значит, это очень важно, да? Дженсен надавил пальцами на грудь Джареда, и тот снова посмотрел вниз. — О да. Сердце это вообще очень важно, — Дженсен тоже смотрел туда, где его пальцы касались Джареда. И ни взгляд, ни прикосновение не показались Джареду интимными. Он нахмурился и протянул руку к руке Дженсена, накрыл своей и придавил. — Мне не нравятся такие фантазии, — честно признался Джаред, — но если бы я на секунду предположил их реальность… я бы испугался. Но вряд ли подумал бы, что ты делаешь это без причины. Джаред договорить толком не успел, как ощутил сильный, слишком сильный толчок в грудь. *** Затылок пульсировал, грудь болела. Джаред со стоном оторвался от скамейки и только потом понял, что привело его в сознание. Обеспокоенный Рик всё еще тряс его, усиливая боль в голове. — Хватит, — проскрипел Джаред. Рик тут же отпустил и повалился задницей на землю, закрыл лицо руками. — Я думал ты окочурился. Какого хера, Джаред? — Не имею ни малейшего понятия, — шепотом слова давались легче. Подняв руку к затылку, Джаред наконец-таки полноценно сел. В спутанных волосах крови не было, и на том спасибо, а то ощущения были такие, словно ему голову о скамейку разбили. Скосив взгляд вниз, обнаружил синяки на открытой части груди, счетом ровно пять. Джаред чертыхнулся в сердцах и прикрыл глаза. Вроде шумело в голове уже тише, да и в целом ощущения приходили к норме. — Я, конечно, не осуждаю ничьи предпочтения и с геями в целом знаком никогда не был, но не слишком ли, а? — Ха. Это тут ни при чем. Вообще ничего такого не было… — Тогда что за сцену я застал? — А что за сцену ты застал? — Джаред приоткрыл глаз и взглянул на уже приходящего в норму Рика. Он уже даже отошел немного от потрясения и с земли переполз на скамейку, рядом с Джаредом. — Да ничего я по сути и не застал. Тебя без сознания. Да и всё, — Рик шумно выдохнул и расползся по скамейке. — Все-таки долбанутый праздник… Джаред засмеялся. — Точно. Они посидели так какое-то время. Ночь становилась темней, каждый огонек — словно ярче, а луну на небе периодически скрывали тучи. Со стороны дома звуки безостановочного веселья нисколько не смолкли, а это значило, что в целом всё в порядке. Джаред и рад бы подумать, что это лишь очередной этап невезения, вот только напоминал он этапище. Дженсен, конечно, красивый, замечательный, обаятельный. Джареду он сильно понравился, но по ходу дела оказался маньяком. Да еще и приемчики у него неслабые. Надо же было так вырубить, что даже понять ничего не успелось. — Накамуру надо предупредить, — подумал вслух Джаред и полез за телефоном. — Да уж, стоит. Он как раз в трейлере окупировался с ноутбуком, может и пропустить всё веселье. — С чего ты взял? — Я там диван давил, когда он приперся. Повертев телефон в руке, Джаред решил, что не развалится — дойдет. Такие вещи, которые он собрался сказать Накамуре, еще сформулировать как-то надо. И по телефону это сделать явно будет сложнее, чем лицом к лицу. Он с кряхтением поднялся, прикинул свое самочувствие и остался вполне доволен. Рука сама скользнула к груди. Вот где болело сильнее всего и это прибавило решимости идти к Накамуре быстрей. Какие-никакие вещественные доказательства все ж имелись. — Я до него дойду. А ты тут… — Джаред замялся, его предупреждение звучало как-то глупо. — Просто будь осторожен, ладно. Рик махнул на Джареда рукой, а сам продолжил свой отдых на скамейке. Наверное, укладывал случившееся в рамки. Долго не мусоля решимость, Джаред направился к трейлеру. Обогнул пустую беседку, еще один пост охраны, только обратил внимание, оба ли охранника на месте. Когда он вышел к трейлеру, вокруг никого не было и даже издали не узнать Дженсена было невозможно. Ну разве что кто-то был схожего телосложения, с такой же прической, в белом халате и курил. Он как раз бросил бычок на асфальт и затушил его ботинком, давая Джареду убедиться в правоте. Сделал это и нырнул в трейлер, а у Джареда в голове помутилось — там же был Накамура. Рванув к трейлеру, Джаред правда собирался в него ворваться и сделал бы это, если бы внутри не громыхнуло скорее всего сломанным столом, а голос Накамуры, вышедший за все пределы, знакомые Джареду, намекал, что спасать там некого. Вот Джаред и встал как вкопанный прямо около двери, приоткрывшейся от внутренних событий трейлера — не иначе. Слышно все было прекрасно, но верилось ушам с трудом. — Джареда? Джареда! Джареда, о котором я тебя предупреждал? — Накамура шипел, но очень громко. — Ты сказал, что он неподходящий и чтобы я не тратил время! — Дженсен же сдержанно орал. Оказалось, так тоже можно. — Потому что он не подходит! Потому что я его сюда позвал правда подзаработать! — Надо было так и говорить, потому что он подходит куда больше, чем ты думаешь. Я идеальнее лет двадцать никого не встречал! — Я думал, ты специалист, — голос Накамуры стал издевательским. — В Джареде нет необходимой концентрации. Он самый светлый и улыбчивый человек, какого я знаю, над всеми неурядицами он просто смеется и преодолевает их. — Вот именно, что специалист здесь я. Не важны внешние проявления, это лишь черты личности. И черты его личности я очень даже оценил, иначе пришел бы сюда не с проблемой, а с сердцем в контейнере! Джаред слушал, мало понимал, но слушал. Как-то по пути принятия, что Накамура и правда с Дженсеном знаком и, похоже, в деловых отношениях, радовал факт отсутствия предательства. Спасибо за это. Обычно Джареду если не везло, то сразу и во всем, но за Накамуру он готов был благодарить всевышнего. И пока он радовался своему маленькому счастью, разговор внутри незаметно прервался. Дверь распахнул Накамура, и у Джареда почему-то сработал рефлекс, он развернулся с безотчетным намерением дать деру, но сделал лишь шаг. Врезавшись в Дженсена, он его даже не пошатнул, не то что сдвинул с места. Крепкие руки схватили за плечи, и через миг его заволокли в трейлер. В этот раз дверь закрыли даже на замок. Джаред попытался дернуться, но Дженсен бросил его на диван как какую-то девчонку в полтора метра. Внутри все похолодело, но неверие все же было сильней. Ну не мог он, взрослый и образованный человек, уместить у себя в голове ощущение, что сила Дженсена — нечеловеческая. Но с дивана решил в любом случае не подниматься. Накамура смотрел на него с нечитаемым выражением лица, его брови ломало, он сжимал губы и потом сказал то, что Джаред совсем не был счастлив услышать: — Прости меня. Затошнило от предчувствия. Плохо, когда сообщники, да еще и мутные, переходят к извинениям. От таких вещей пахнет сырой землей. И это на чистой интуиции и тонне просмотренных сериалов. Накамура повернулся к Дженсену и от его излома не осталось и следа, говорил снова четко и негромко: — И что планируешь делать? — Не знаю. Выберу другого, ты пока здесь займешь чем-нибудь Джареда, а там посмотрим. — спокойно подтвердил Дженсен, повел шеей и вразвалочку пошел к противоположному от Джареда дивану. Тому, на котором дрых Рик, когда они утром отдыхали. — Ты же знаешь, что свидетелей мы не оставляем… На этой фразе Накамура нахмурился, как будто ему было больно. Дженсен же провел пальцем по сильно пострадавшей скуле, огромный кровоподтек на глазах Джареда затянулся, и ощущение нереальности происходящего сменилось животным страхом. — Я никому ничего не скажу, — Джаред поклялся как и многие обреченные до него. А Дженсен не стал врать в ответ: — Да кто ж в таком деле будет верить на слово? Накамура поднял руку к лицу и напряженно стал потирать надбровные дуги, одну большим пальцем, вторую указательным и средним. Его ладонь закрывала глаза, не давала разглядеть эмоции. Джаред с испугом все смотрел и смотрел, надеялся поймать взгляд Накамуры, а сам на себе чувствовал прожигающий взгляд Дженсена. Неужели всё? — Ну и что ты предлагаешь? — наконец Накамура заговорил. Не с Джаредом. — Я могу найти другого. Проведу обряд. Учитывая, что до полуночи буквально два часа, не факт, что не поспешу. Знаешь ли, я с самого начала приглядывался к Джареду. Накамура убрал ладонь и глянул Джареду на грудь, где виднелись следы пальцев. — Да уж. Я вижу. Инстинктивно Джаред приложил руку к груди, пытаясь закрыть то, на что сейчас смотрели. Он просто не успевал думать. А если бы успевал, то запутался бы в своих же мыслях. Найти другого. То есть и Джареда убьют и еще кто-то пострадает? Неминуемость кончины хотя и казалось нереальной, но молчать уже было просто выше всяких сил. — Зачем другого? К чему множить жертвы? Накамура с Дженсеном переглянулись. — Может, он у тебя идиот? — Дженсен спросил Накамуру, но тот ответил только циканьем. А вот Джаред разозлился. Сколько можно-то. — Знаешь, я, может, и идиот, но считать умею. Один труп лучше, чем два трупа. А для себя альтернатив я пока что не вижу. Дженсен изогнул бровь, но и только. Смотрел на Джареда, думал о чем-то там своем и вдруг легко, прыгуче даже, поднялся с дивана. Он прошелся туда-сюда, насколько позволяла длина трейлера. Пнул оторванный от стены и сломанный стол, а потом вернулся куда-то назад и принес оттуда свой контейнер. Поставил на пол, открыл. За всем этим Джаред с Накамурой наблюдали неотрывно. Один со страхом, второй с непониманием. Джаред прикидывал, мог бы он отсюда рассосаться. Имей он дело с психами, может, и мог бы попытаться отбиться, вот только без заданных вопросов он и так понимал, что имеет дело либо с собственным сумасшествием, либо с… Да с чем бы не имел. Когда Дженсен встал над ним, занес руку для, наверное, удара, Джаред изо всех сил пнул его в пах и даже успел подняться, чтобы толкнуть его на Накамуру. И только поняв, что нисколько не сдвинул Дженсена с места, да и от удара он разве что поморщился, вот в этот момент Джаред и перестал как-либо сопротивляться. Только нервно хохотнул и отчаянно спросил: — Ты не человек, что ли? — А ты не идиот, оказывается. — Не человек… и на вопросы отвечать вообще не любишь. Дженсен улыбался ему прямо в лицо, широко, по-настоящему. Почему-то казалось, что он пришел к какому-то внутреннему решению, которое до этого не давало ему покоя. — Накамура, я тут уволиться решил. Джаред дернулся. Безуспешно, конечно, но хотя бы попробовал. Он краем глаза видел, как на сказанное отреагировал сам Накамура. Он резко… устал. Привалился к стене с вмятиной, наверное, туда отлетел Дженсен, когда они в самом начале, еще до обнаружения Джареда, выясняли что-то между собой. Накамура снова тер рукой лицо, выглядел так, словно у него болела голова, и ответил очень и очень безразлично: — Ты обалдел? — Не то чтобы. Просто не хочу убивать Джареда. Все равно же уволят, его тоже тихонечко сожрут в темном переулке или светлым днем. — Не вижу логики. Джаред покивал в знак согласия с Накамурой. А еще в конце туннеля его жизни внезапно загорелась лампочка. Какая бы жизнь у него ни была, а ему хотелось её еще пожить. — Тоже не вижу, но отчаянно поддерживаю твое нежелание, — не удержался и вставил свою ремарку Джаред. А Дженсен засмеялся, не громко, зато заразительно, на губы невольно полезла улыбка, объятия перестали казаться клещами и душу стало охватывать то самое пленение, какое чувствовалось в самые первые минуты знакомства. — Я сколько проработал без отпусков? Уже восемьдесят лет торчу здесь. И ни разу не воспользовался правом на обряд, а ведь имею его. — Шутишь? Начерта тебе сердца, ты же и так не бедствуешь, и кормишься, просто по улицам ходя. — Обряды бывают разные… Дженсен посадил Джареда обратно на диван. Усадил скорее. Хотя Джаред и не сопротивлялся, увидев шанс на спасение более реальный, чем побег, он тщательно вникал в слова Дженсена. Старался сдержать тошноту, когда воображение на слова про кормежку отреагировало не полностью… адекватно. Он сидел тихо как мышь и смотрел на того, кто убить его хотя и собирался, но не смог, а теперь не хотел. А Дженсен… Дженсен скинул халат и начал расстегивать пуговицы на рубашке. — Да ты шутишь… Накамура неверяще смотрел на происходящее, а Джареду форменно плохело. Он как-то вообще не был сторонником выносить дела постельные на всеобщее обозрение. Что уж говорить о перспективе публичного секса. — Я вполне серьезен, — Дженсен отвечал легко и не прекращал раздеваться. Манжеты, последняя пуговица, и вот он уже в одной майке и штанах. — Секс тоже вполне себе ритуал. Заявлю свое право на человека и… Накамура открыл рот, никаких звуков не выдал, а когда столкнулся с совершенно обалдевшим взглядом Джареда, просто матюгнулся и пошел к двери. Не поворачиваясь, он попрощался только с Джаредом: — Падалеки, прости мне ошибку, если сможешь… Но Дженсен гораздо лучше, чем себя ведет. И когда-то был хорошим человеком. Не думай, что это блажь. За собой Накамура хлопнул дверью, а по скрежету Джаред понял, что она «сама» закрылась. Переведя взгляд на Дженсена над собой, проследил, как тот смотрит вслед хмуро и недовольно. — Вот урод. Не верь ему, — отчеканил Дженсен и опустился к Джареду на диван. Джаред же забился в угол дивана и готовился к тому, что будет. — Ну что ты смотришь на меня так, словно я тебя насиловать собрался? — хохотнул Дженсен и подвинулся ближе, подцепил пальцем вырез на рубашке, прошелся им по краю до самого соска, по нему, чувствительно задев ногтем, и дальше. — Еще недавно твои устои трещали по швам и ты вполне готов был им изменить. Звучало, может, и обидно, но по сути дела правда так и было. Джаред переспал бы с Дженсеном, забил на все свои правила и дал бы всё, что тот ни пожелал. Он был так очарован, а сейчас стало просто обидно. — Так почему ты не взял тогда, когда я слова против не сказал бы? — О, тогда я намеревался тебя убить, а не трахнуть. Я правда собирался, но пойми меня правильно — это просто работа. Сильнее вжавшись в угол дивана Джаред расценил свои шансы уменьшить боль, увеличить возможность выживания. Ну, допустим, он не полный дебил и между жизнью и жопой выберет первое. Но как ему переварить то, что слышит? Какая такая работа, где жизнь человека настолько малозначима? Пока Джаред думал, Дженсен цапнул его за коленку и подтянул к себе. Легко, как ребенка, а не прилично весящего мужика. Раздвинул ноги принялся за пояс и ширинку. Не церемонясь ни секунды. — Вот так? — Джаред от своей смелости сам офигел, но остановиться не мог. До него с диким опозданием, но ужасающе четко дошло, что его собрался трахать монстр. Самый настоящий и несуществующий. Вроде бы. — Мм? А как? Я хочу смотреть на тебя. Трахнул бы на столе, но Накамура сломал его мной. — Кстати, как у него вообще получилось? — Тянешь время? — Дженсен стряхнул руки Джареда, которыми он пытался прикрыться, поддержать свои штаны. Хоть как-то притормозить процесс. — Просто все слишком стремительно. Дженсен на секунду замер, обеими руками он держал пояс Джаредовых штанов вместе с боксерами, только дернуть оставалось и все тылы окажутся в доступе, а там останется только думать об Англии. То, что Джаред тоже вцепился в свои штаны, не значило ничего. Силы здесь были катастрофически не равны. — А ты предпочитаешь по любви? — Дженсен задал вопрос так по-детски наивно, словно правда не мог подобного предположить. Джаред растерялся и не знал, что ответить. Лгать не хотел, но и говорить, что занимался сексом и без любви в том числе было как-то противно. Удивительно, что его вообще волновало, что о нем подумает монстр, убивающий людей по работе. Но волновало. Возможно, Джаред слишком долго мешкал, но лицо Дженсена стало спокойным и каким-то безразличным. Он дернул штаны Джареда и тут же согнул ему в коленях ноги, наваливаясь, придавливая собой к дивану. — По любви больше никогда не будет. Пусть не сильно, но до этих слов Джаред сопротивлялся. Смотрел в глаза своему вот-вот насильнику, осознавал, что это меньшее из зол, не хотел того, что скоро будет, и… Он совсем не думал, что там в голове Дженсена. Но что бы там ни было, произнося эти слова он казался не злым, а скорее грустным. Такая жестокая фраза для него словно значила совсем другое. Он откуда-то выудил смазку, презики, грубо, но не чрезмерно, смазал Джареда внизу, каждым движением заставляя вздрагивать. Не позволял разогнуться, оставив в унизительной позе, стреноженным собственными штанами, с выставленной на обозрение задницей. Дженсен всё делал и правда не как любовник, но и не как насильник. И когда он осторожно, но не нежно вошел в Джареда, заставив бездушностью происходящего зажмуриться, тогда Джаред и понял, что не сопротивляется после сказанного Дженсеном. И не желает сопротивляться, хотя было и больновато. Он зажмурился сильнее и охнул, когда его груди коснулся влажный горячий язык. Он тут же распахнул глаза. Дженсен целовал кожу Джареда так нежно, так легко, что стоило ему сомкнуть губы на соске и лизнуть его, что вдох задержать становилось невозможно. Дженсен ласкал, ритмично трахал, Джаред постанывал и извращенным образом получал удовольствие. Каждый раз Дженсен входил правильно, как надо давил и в целом явно умел то, что делал. А Джаред жмурился и не хотел так, без любви. Может, он не мог поменять все, но прямо здесь и сейчас мог, что-то да мог. Он протянул руку, схватил Дженсена за шею и потянул к себе. Они почти поцеловались, но Дженсен уперся. Весь замер, а Джаред невесело засмеялся, а после протяжно застонал. Это Дженсен снова стал двигаться и губами в этот раз припал к шее. Лизал широко, покусывал, пуская мурашки по спине. Создавалось ощущение, что он хотел заставить Джареда кончить от одного траха сзади. И что-то он уже не был уверен, что у Дженсена не выйдет. Движения стали быстрее, соображалка и вовсе отключилась, Джаред хрипел и постанывал и сам потянулся к своему члену. Обхватил его так, как любил. Закрыл глаза, чтобы не видеть безразличное и холодное лицо Дженсена, и не думал ни о чем. Дрочил себе в такт толчков. Но кончил когда его губ коснулись знакомым сладким поцелуем. Минут через десять всё закончилось, Джаред натянул на место трусы и штаны, но подняться с дивана пока не мог. Чувствовал себя немного разбитым. Или побитым. Трах был ну очень уж интенсивным, а член явно не маленьким. Дженсен сидел рядом и вертел в руках свою машинку для забивания сигарет. Думал о чем-то своем. Джаред не хотел его ни о чем спрашивать, но, видимо, только в такие моменты Дженсен готов был отвечать на вопросы: — Накамура тебя не подставлял. Он вообще тебя позвал потому, что был уверен, что ты не подходишь. Некоторое время Джаред упрямился, не желал вступать в диалог. Вот только он лежал на диване, а к его заднице прижималось бедро Дженсена. Они только что закончили внезапное соитие, а Джаред все еще ничего не знал. Любопытство победило всухую. — Я знаю. Подслушал вас слегка. Ни черта не понял. — Рассказать? У Джареда чуть глаза на лоб не полезли. Он даже привстал, чтобы возмутиться. — Да ладно? Я тебя столько спрашивал, а ты мне сказки плел или многозначительно молчал и теперь так просто расскажешь? — Это — расскажу, — с той самой своей улыбкой-не-улыбкой ответил Дженсен, и Джаред разочарованно плюхнулся обратно. — Валяй. Хоть что-нибудь. — Чтобы ты понимал, Накамура работает на нас не потому, что в неволе. Это его личный выбор. Причин я не знаю, да мне и не интересно. — Очень всё объясняет, — съязвил Джаред. — Это объясняет главное, — уверенно заявил Дженсен, и Джаред подумал уже, что он закончил свое объяснение, не начав, но тот продолжил: — Здесь на Хэллоуин мы собираем вечеринку. До Накамуры это были наркоманские или маргинальные тусовки. Мелкие и разрозненные. Пропажи одного человека никто никогда не замечал. Дженсен все вертел и вертел свою машинку для набивания сигарет, крутил ее в руках, щелкал затвором, но спокойно и безразлично поглядывал на Джареда. Не боялся он ни удара, ни того, что Джаред сбежит и всем расскажет. Последнего боялся скорее Джаред. Он сам-то выписал себе сейчас мягкие стены, что взять с гипотетических докторов. Тем не менее узнать стоило, даже если от начала рассказа озноб пробрал. — И что, так было каждый год? — Так было каждый год здесь. — Дженсен в очередной раз хлопнул машинкой. — Весь этот пригород населен старыми или больными… такими как я или мне подобными. Только голодными. Теми, кто по той или иной причине не охотились на людей десятилетиями. В основном это пары. — Не выглядишь старым. — А Накамура только выглядит человеком. Он уже на невозвратном пути. Замерев, Джаред переваривал информацию. Она застревала и никак не хотела усваиваться. — Вижу, не веришь, — хмыкнул Дженсен и положил уже многострадальную машинку в карман, а свою руку на бедро Джареда. — А он уже лет шесть здесь устраивает «вечеринки». Подбирает подходящих людей на полставки и один из них пропадает. Рука на бедре чуть сжалась, Дженсен повел ею вверх, сжимая мягко, интимно. В его движении все же не было предложения продолжения, но была угроза. Или он весь был угрозой, а Джаред вовремя не понял. Сильные пальцы мяли ногу почти рядом с пахом, Дженсен приподнялся и вот-вот навис бы над Джаредом. Мог сделать что угодно и прекрасно об этом знал. Не он один. Но вместо действий бил словами: — Даже форму вашу придумал Накамура. Чтобы при вырывании сердца не летели в стороны пуговицы, клочья ткани. Облегчает заметание следов. — Зачем ты мне всё это говоришь? — Чтобы ты не заблуждался, кем станешь. В твоем случае это не совсем добровольный выбор. Джаред сглотнул. — В каком смысле? — Обряд, — Дженсен отодвинулся и сел как ни в чем не бывало. Даже немного дальше, они теперь не соприкасались. — Обычно я здесь вырываю сердце того, кто еще очень крепок телом, но сильно нелюбим от момента создания самой судьбой. Самый неудачливый становится пищей. — Но ты же не сделал этого… — а еще Джаред не считал себя таким уж неудачливым. У него были друзья. Ну и что, что все его телефоны ломались, проводка сгорала, а водопровод засорялся. — И я удивлюсь, если ты мне это простишь. *** Они ни о чем особенно больше не беседовали. У Джареда напрочь пропало желание о чем-либо спрашивать Дженсена, а тот куда-то заспешил и вымелся из трейлера, ничего не объясняя. Через некоторое время Джаред просто оделся и поплелся на свой пост к Рику. Ночь перевалила за полночь. Всё такая же сказочная и значительно остывшая, она умиротворяла и за тот недолгий путь, что проделал Джаред, привела его чувства в порядок. Даже увидев рядом с Риком Накамуру, курящего на лавочке в позе малолетнего бандита, он не взволновался. Чему быть, того не миновать, а сегодня он миновал то, чего и не ждал. Джаред взмахнул рукой и из тени деревьев, выходя на освещенный фонариками участок, окликнул обоих. Накамура с Риком синхронно повернулись в его сторону. И если первый почему-то опустил голову и закрыл ее руками, нервно и отчаянно смотрелся, то второй ничего не заметил и тоже замахал в ответ. Не слишком спеша Джаред дошел до своего поста и скамеек. Накамура встал и без единой эмоции на лице подошел вплотную и обнял. Джаред удивился, а Рик явно засмущался. В этот момент затрезвонил его телефон. — Прости, я на секунду. Моя вбила себе в голову, что я ей тут изменяю, — Рик быстро принял вызов и, удаляясь, сходу начал оправдываться. Исчез в стороне беседки так же быстро, как кончились объятия Накамуры. — Какие нежности! А ведь я помню, как ты шутил, что с педиками дружишь, но не обнимаешься. — Да заткнись ты, Джаред. — Я тоже рад, что остался жив, — пошутил Джаред, а вот с Накамуры лицо спало. Он нервно зашарил по карманам, отвел взгляд и слишком неестественно вглядывался в землю под ногами и опавшие листья. — Дженсен тебе вообще ничего не сказал, что ли? Джареду захотелось по-мелкому отомстить. Мелочно и очень недостойно, но он до сих пор ощущал себя в сюрреалистичной сказке. Никто из монстров, коих он встретил, не желал пускаться во внятные и понятные рассуждения о сути своей. Никто не объяснял, что вообще произошло. Про сердце Джаред понял. Не вырвали — спасибо! Но что делать с трясущимися поджилками? Что делать с пониманием, что твой друг ввязался во что-то очень темное? — Дженсен? Он вообще не любитель говорить. Вы с ним на этой почве нашли общий язык? И без того неулыбчивое лицо Накамуры скисло еще сильнее: — Это издержки… профессии. — Ладно. Проехали. Доработаю свою смену и забуду этот день как страшный сон. А ты… ты бы подумал, стоит ли вести дела с такими… Да черт, Дженсен мне намекал, что ты как он, но я же тебя знаю, я же вижу, что ты такой же, какой был. Джаред голоса не повышал, он и так чувствовал себя идиотом, произнося это. А вот Накамура отчего-то становился все больше похож на побитую собаку. Совсем не поднимал взгляда и все шарил по своим карманам. — Да закури ты уже, — вот теперь Джаред вспылил. — И говори, что хотел сказать. За этим же пришел? Руки Накамуры наконец успокоились, он больше не искал в карманах зажигалку, портсигар, что-то еще. Медленно поднял голову и посмотрел прямо в глаза: — Джаред, прости меня. Ты не останешься жив. Видимо, Джаред очень заметно побледнел, потому что Накамура как никогда тут же бросился пояснять. И говорил быстро, частил, чуть ли не глотая слова: — Эти… эти монстры, они так размножаются. Просто превращают людей в себе подобных. Ощущение времени съедается, ты перестанешь стареть, но перестанешь и жить. И в день, когда ты полностью изменишься, ты умрешь, но вроде бы не навсегда. Накамура явно ждал реакции Джареда, а у него ее не было. Для него вообще всего этого было уже слишком много. — Боже мой, зачем, — просипел Джаред и опустился на корточки. Что ж так много-то. Думал — спасся, а оказалось, что только думал. — Ты прости меня, что притащил сюда, — Накамура тоже присел рядом с Джаредом. Наверняка со стороны они смотрелись слишком большими шепчущимися мальчишками. Даже сам Джаред мог бы в любой другой момент шепнуть: «А давай на дерево залезем» и тупо заржать. Сейчас он речитативом шептал: «Зачем?». — Оправдаться могу только тем, что эта случайность спасла тебя и в то же время вот уж настоящее невезение. Оно и правда прямо про тебя. — А у вас на невезении какой-то пунктик? Накамура пожал плечами: — Я всех-то деталей не знаю, но вроде как сердце, когда его ранит сам факт существования, накапливает отрицательную энергию. Ту самую, которая и питает монстров. Должно не везти много лет кряду, тогда сердце пропитывается отчаянием и на самом пороге, когда в череде несчастий сама жизнь скоро поставит точку, оно самое сильное. Может даже совсем древних долбоебов вернуть к жизни. — У вас тут пригород престарелых монстров, что ли? Накамура серьезно посмотрел на Джареда, оглянулся по сторонам и тогда ответил: — В точку. И Дженсен — далеко не самое страшное, что здесь можно встретить. Ноги уже ломило от сидения на корточках, но встать и разрушить магию заговора не было решительно никаких сил. Почему-то казалось, что вот сейчас, только сейчас и никогда более он не сможет узнать больше. Просто не захочет. Только здесь. Только сейчас, пока слова о вырванных сердцах — это просто слова. Пока они не потекли кровью по чьим-то рукам, пока не оборвали настоящую, для кого-то бесценную жизнь. — Если бы я еще знал, что Дженсен такое... — Да я тоже не так уж много знаю, — Накамура опустил руку к земле. Уже пожухлый газон еще торчал зеленой травой, но уже не так весело. Травинки Накамура и стал обрывать одну за другой. — Мои познания еще скуднее, — резонно констатировал Джаред. — Ну да. Он вроде проклятый, но так-то парень неплохой. Магией владеет прикольно, реально врачом работает где-то в соседнем штате. — Опустив то, что я все никак не могу эту ересь принять на веру… проклятый? Серьезно? — Вполне. Я вроде как слышал, его прокляли лет триста назад. Ну знаешь такое, бабы. Приглянулся одной, приглянулся второй, приглянулся ведьме и не так её отлюбил. Вот и прокляла. — Звучит как в сказке. — Ага, в страшной, — Накамура хмыкнул. Вроде бы Джареду весело не было, но он улыбнулся и даже засмеялся. Стало даже веселей. — Что ты Рику-то сказал? Надеюсь, его жизнь в безопасности. — Не боись. Сказал, что у вас с Дженсеном любовь с первого взгляда. — Как романтично, — раздался сверху знакомый голос. От него кровь застыла в жилах, а желание прыгнуть на стену замерло глубоко внутри. Накамура с Джаредом одновременно медленно подняли головы — над ними стоял Дженсен с улыбкой до самых ушей, разодранным горлом и кровью капал на траву между ними. Джаред потерял равновесие и шлепнулся на задницу. Он отполз бы, может, даже убежал, но пошевелиться не мог, не мог и отвести взгляда. — Меня обсуждаете? — на губах Дженсена блестела кровь, как он говорил, дышал, жил с такой раной было непонятно. Но улыбаться он не переставал. — Давно не ощущал такого пристального внимания. Так бодрит. — Ты бы регенерировал, что ли… а то резню придется устраивать, еще засветимся, — Накамура в отличие от Джареда просто застыл восковой фигурой, за траву держался, как за соломинку в бушующей реке. — Мы тут Хэллоуин празднуем, вообще-то. Это грим. Профессиональный. И этот профессионал сказал, что хрен меня уволит, так что планируем резню на следующий год. В сочетании с улыбкой голос Дженсена, ни капли не наполненный весельем, производил жуткое впечатление. От него морозило, и Джаред поверить не мог, что так завороженно любовался им. А вот Дженсен, похоже, наигрался, прикоснулся рукой к своему горло и когда отнял её, оно было целым. Только кровоподтеки повсюду остались, но в таких нарядах тут полно было народу. Видимо, сам Дженсен ожидал чуть более долгой игры, поэтому с видимым недовольством поинтересовался у зрителей: — Так лучше? Накамура кивнул, а Джаред молча встал. Кажется, его нервной системе пришел закономерный конец, потому что от всего услышанного его не бросило в дрожь. Он лишь прикинул, сможет ли помешать кровопролитию. И если сможет, то чья кровь прольется вместо? Рик уже возвращался со своего важного телефонного разговора, на ходу извинялся, что все время отлучается. Джаред что-то ему отвечал, а сам очень ждал рассвета. Еще до того как Рик полностью поведал, что там напридумывала его благоверная, Накамура с Дженсеном ушли в дом. Дженсен на прощание помахал Джареду рукой и подмигнул. Веснушчатый, все такой же красивый, веселый и привлекательный… монстр. И Джаред провел с ним ночь. Он встряхнулся и постарался отогнать от себя эти мысли. Все равно не было от них пока проку. Остаток ночи они с Риком провели спокойно. Пару раз появлялся Накамура. Пьяная парочка посетила беседку и отметила праздник тихим томным перепихоном. Они то ли думали, что их никто не услышит, то ли решили, что охранники — разновидность мебели. Рик краснел и молился, чтобы его девушка не позвонила. У Джареда слегка щипало зад после не самого нежного секса, поэтому он не завидовал и не смущался. Перед рассветом Фрэнки мелькнул с ящиком бутылок, и после него Джаред спокойно смог дождаться солнца. Рик посапывал рядом на скамейке, а Джаред смотрел на светлеющее небо в кронах деревьев. Недалеко хрустнула ветка, и Джаред повернулся на звук. Смешок родился где-то между сознанием и истерикой. Дженсен. В том же окровавленном халате. С той же дурацкой улыбкой. Джареду надоело чувствовать себя на обеде у людоеда в качестве котлеты, вот он и заговорил первый: — Я думал, что ты сгинешь вместе с ночной тьмой. —Я не вампир, — Дженсен поднял руки в извиняющемся жесте и ответил игриво, как всегда, весело. Встав со скамейки, чтобы не разбудить Рика, Джаред пошел Дженсену навстречу. Три шага, и они были друг против друга. Ощущения стали только острее — Джаред был выше, но Дженсен смотрел свысока. Как не блеснуть горсткой знаний, если больше нечем? Джаред не смог решить: — Наслышан. Ты же проклятый, да? Звучит пафосно. Дженсен никак не отреагировал, разве что слегка пожал плечами: — А в мои времена считалось грязно. Все течет, все меняется. Не привыкший вести себя как мудак Джаред быстро устал и от себя, и от игры словами. Да и просто устал. Всё, о чем он мечтал, это автобус до дома. Он там свернется на сидении, поставит будильник и будет дрыхнуть так, словно ничего и не случилось. А пока ему нужна была отсрочка. — Дженсен, я понял уже, что стал частью чего-то мне пока непонятного. Накамура в общих красках рассказал. Но, — Джаред замялся и поплотнее закутался в куртку. — Может, ты дашь мне время прийти в себя? Просящим взглядом Джаред надеялся разжалобить Дженсена. Ведь что-то же заставило пощадить его однажды. И шкурой рискнуть, если вспомнить горло, хотя вспоминать не хотелось. Вот только Дженсен выглядел так, словно с его губ могло сорваться только категоричное «не дам». И Джаред решил его опередить. Не позволить отказать, выпросить, вымолить время. Он сделал маленький шажок вперед, но коснуться Дженсена не смог. Вроде бы хотел, но не мог. И это противоречие Дженсен заметил, обратив внимание на подрагивающие руки Джареда. — Прошу тебя. Я не понимаю, где грань реальности, не понимаю вообще ничего. Даже почему ты не стал убивать. Дженсен улыбнулся и сам взял руки Джареда в свои. — Все очень просто. Ты любишь весь мир. А я — тоже часть мира. — Только поэтому? — Голод, Джаред, бывает разным, — Дженсен наклонился ближе и заговорил тише. — Когда-то, когда я был человеком, меня все любили и я влюблялся легко и всем сердцем. Проклятие лишило меня этого. Я столько лет жажду того, чего не смогу получить. Просто… сегодня не удержался. Дженсен снова отклонился и заговорил обычно: — Тебе только кажется, что я тебя пощадил, — он весело подмигнул Джареду и прошел мимо к калитке. — Скоро увидимся. Калитка, крашенная в белый цвет, скрипнула и закрылась за Дженсеном. Листочки плюща дрогнули от слабого потрясения. Джаред дрожал сильнее. Он так ждал рассвета, но на рассвете узнал лишь, что следующая ночь явно будет длинней. Конец.