Оставайся Золотым/Stay Gold

      Знаете такие ночи, когда, после долгого дня, ты лежишь на кровати и не можешь заснуть? Потому что осознаешь, что сегодняшний день был потрачен впустую. Эта ночь перед экзаменом была именно такой. Юнги отдыхал на мятой кровати, заперевшись в своей комнате, и смотрел на грязно белый потолок. В голове, как перемотка, он проигрывал прошедший день. Он вертит в руках уже запутавшийся провод от наушников, приятный бит играет будто в самой голове. Но музыки было недостаточно, чтобы отвлечь от мыслей, что озвучивались его внутренним голосом одна за другой, не давая услышать и секунду тишины. Его взгляд падает на стены, трескающуюся побелку, оборванные обои. -"Хотелось бы исполнить не только свои мечты, но и мечты родителей о нормальном доме», — думает он, и эту мысль тут же заменяет другая, — «Я даже не знаю, как буду сдавать чёртов экзамен завтра. А от него, возможно, зависит, буду ли я жить в коробке всю оставшуюся жизнь. Хотя, может, мне повезёт? Хоть один раз в жизни… И кто-то заметит мой талант, и возьмёт на работу, поможет построить карьеру… «. Лёгкая улыбка показалась на его лице, настолько насмешила его собственная мысль. — Что за бред… — шёпотом произносит он перед тем, как накрыться одеялом с головой. Юнги выходит из кабинета. Он вздыхает, как только закрывает дверь за своей спиной. — Будь я проклят. — Да ладно, хён, не всё так плохо, — с лёгкой улыбкой сказал Чимин. Его настроение было приподнятое, впрочем, как и всегда. — Чимин! Ты идёшь? Чонгук и Тэ уже стоят возле лестницы на первый этаж. Чимин ответил им и обернулся к Юнги. -Хён, мы и ещё пара людей идём в кино, не хочешь с нами? — Не, я домой пойду. — Пф, как всегда, не умеешь ты веселится, — сказал Чимин с шутливой улыбкой. Он успел сделать несколько шагов в сторону своей компании перед тем, как Юнги, немного подумав, все-таки спохватился и присоединился к брату. — Ладно, я пойду. Только чтобы за вами, малышами, следить. — Ага-ага. Подростки вышли из кинотеатра, смеясь и делясь впечатлениями от фильма. Солнце уже садится. — Давайте пройдёмся по супермаркету? Остальные согласились с предложением Чонгука, но Юнги не пошёл за ними. — Вы идите, я тут подожду, подышу воздухом. Он остался один. Смотреть на вечернее небо, слышать шум проезжающих рядом машин и болтовню прохожих… Что сейчас может быть лучше? Музыка. Юнги услышал музыку, играющую рядом на площади. В той стороне он увидел толпу, но непонятно, что именно привлекло их внимание. Он перешёл дорогу и подошёл ближе, но за чужими высокими спинами мало увидишь. Он понял одно — это уличный танцор. Женщина в толпе заметила, как Мин встаёт на носки в попытках наблюдать за представлением. Со стороны это выглядело мило: только любопытные глазки выглядывали из-за плечей незнакомцев. И как тут можно подумать, что Юнги 17 лет? — Проходи, маленький! Женщина позволила ему пройти в самый перед, ее слова смутили парня, но в ту же секунду он был отвлечен на само представление, что теперь было полностью доступно его глазам. Юнги стоял в ступоре следующие 5 минут. Он был заворожен, очарован резкими и красивыми движениями танцора. Как только человек способен так контролировать каждую часть тела, двигаться так резко и в то же время плавно, попадая в каждый бит и ноту музыки? Юнги так сильно задумался и не мог оторвать глаза, что не заметил, как уличный танцор начал выполнять прыжки и сальто разных видов, и люди вокруг каждый раз делали шаг назад, боясь, что им прилетит в лицо ногой. Юнги был единственным, кто не отошёл назад при очередном трюке танцора. Удар. Юнги упал на асфальт. Ему попали прямо в лицо коленом, хорошо, что ещё не ботинком. Он издавал звуки боли, лёжа на земле и держась обеими руками за нос, согнув колени к груди, в то время как все вокруг паниковали, включая виновного в произошедшем. Танцор сразу же подбежал к нему. — Т-ты как? Боже-боже мой, я вызову скорую! — Агх… нет-нет-нет…! Не надо никого вызывать! Я в порядке… — Эй, народ! Танцор встал посреди толпы и повысил голос. — Извините, но шоу окончено! Спасибо всем! Люди разошлись, парень помог ему подняться и посадил на ближайшую скамейку. Затем танцор поднял с земли свою панаму, наполненную купюрами и монетами от некоторых людей из аудитории, взял свой портфель и сел рядом с Мином. Он достал пару салфеток и протянул их ему, Юнги пытался остановить кровотечение из носа. — Прости пожалуйста… Твой нос не сломан? — Вроде нет. — Прости ещё раз… — Ничего, я сам виноват… Не надо было так задумываться. Юнги сложил салфетки и засунул их в обе ноздри, и тут же услышал звонкий смех. — Что? — Ничего, прости…просто забавно выглядишь. Его смех был заразительным, и Мин не мог не улыбнуться. Он на секунду отвёл взгляд, чтобы спрятать это, отвлечься и вернуться снова к серьёзному лицу. — Отличное выступление, кстати. — Спасибо! Рад, что тебе понравилось. — Ну, за исключением того момента, когда ты мне в лицо ногой заехал. В этот раз они посмеялись вместе. — Я Чон Хосок. — Мин Юнги. Я тебя раньше здесь не видел, ты приездом? — Да, недавно в городе, приехал учиться. А ты чем занимаешься? Юнги отвёл взгляд и задумался. — Я… — ГЕЙ! — выкрикнул один из подростков в компании, что вышла из супермаркета. Юнги и Хосок обернулись на них, первый сразу заметил своих братьев. — Я тебе говорю, гг точно гей, — похоже, друзья обсуждают недавно просмотренный фильм. — Окей, боже, я не спорю! Откуда ты вообще это взял? — Чонгук смеётся над другом. — Ну, вот он постоянно носит всё такое светлое и нежное, розовое. Пусть тогда уже платье надевает, раз на то пошло, ей богу. Чимин слегка нахмурил брови. -… И со своим лучшим другом они обнимались весь фильм, хах. А, и ещё эта укладка, боже, так по-гейски выглядит. И ещё- — Может хватит уже?! Чимин так повысил голос, что вся компашка даже испугалась. Он обернулся на удивлённого знакомого. — Каждый раз, когда с тобой разговариваю, так у тебя всё что угодно «по-гейски» и «не по-мужски». Тошнит уже от этого. — А что это мы такие чувствительные? — Ой, дай угадаю, это не по-мужски, да? Ну простите. — Эй, прекратите! — почти крикнул Чонгук. Тэхен взволнованно наблюдал, стоя за спиной Чимина, чтобы, если что, удержать его от устраивания драки. Это заметил Мин. — Черт, кажется, мне нужно идти домой, — Юнги встал со скамейки. — Конечно! Ещё встретимся. Эта широкая улыбка бросает Юнги в краску. — «Что за черт? Я знаю его всего пять минут,» — подобные мысли пробегают через его голову. — И где же встретимся? — без задней мысли задал встречный вопрос Юнги. Хосок неловко посмеялся. Юнги сразу же пожалел о том, что вообще решил открыть рот и ответить. — Ну, я вообще учусь в школе №21. — Серьёзно? Я тоже, — парень был приятно удивлён. — Круто! Тогда точно свидемся! Они неловко помахали друг другу, и Юнги, охваченный сильным чувством стыда, как можно быстрее побежал по пешеходному переходу, даже не взглянув на светофор. Машина чуть не сбила его, но водитель успел остановится, парень судорожно от прыгнул назад. Водитель сигналит, и приглушенные ругательства слышны через окна машины. Юнги пробежал дальше через дорогу, бормоча что-то себе под нос. — Вы вдвоём идите домой, нам составит компанию наш старший брат, — предложил Тэхен двум знакомым. Они уходят не попрощавшись, будто бы их прогнали. Хотя, так и есть. — Кстати, где Юнги? — Чонгук начал оглядываться по сторонам. Юнги подбегает к ним. — ВОУ! — Чимин не может сдержать удивления. — Хён, что с тобой случилось? — Тэ рассматривает побитое лицо Юнги и его одежду, что вся в пятнах от крови из носа и пыли от падения на землю. — Да так, долгая история. По дороге объясню. — Эх, хён, это нам надо за тобой следить, а не наоборот, — посмеивается Чимин. — Ты так загляделся, что не заметил летящую тебе в лицо ногу? Серьёзно? — Чонгук надрывается от смеха, пока остальные снимают обувь на пороге дома. Юнги закрывает входную дверь. — Да не загляделся я, а задумался! — смущается он. — Малышня, какого хрена вы так поздно? Джин вышел из кухни, сняв с себя фартук. — Папа-Джин, не ты ли запрещал нам выражаться? — смеётся Тэ. — Я и не выражаюсь, я имел в виду хрен — растение, пряность такая. Мойте руки и ужинать. — А где Намджун? — спросил Юнги после того, как заглянул во все комнаты и не нашёл его. — Ушёл куда-то, сказал, скоро вернётся, — ответил Джин, раскладывая тарелки на стол. Намджун ступает ногой в пустой, слабоосвещенный бар. Он осматривает стены с картинами, столики, барную стойку, где никого нет, однако над полкой с алкоголем включено освещение. Стук каблуков. Сзади слышится женский и знакомый голос. — И все-таки ты пришёл. Ещё не забыл нас, Пуленепробиваемый? Он обернулся. — Невозможно вас забыть, Дионис.