Выстрел в сердце

Мощные струйки тёплой воды омывали аккуратные веснушчатые плечи. Холодный свет играл с его русыми волосами, густые ресницы были опущены, а изящные пальцы выводили незамысловатые узоры на плитке. Тайлер словно от немой усталости прикрыл глаза. Здесь, в ванной комнате, он почему-то чувствовал себя совершенно спокойно. Не было той паники, что охватила его во время работы с реактором, была только горячая вода, приятно окутавшая все тело. Еще присутствовало чувство лёгкой эйфории, ему почему-то очень нравилось, когда его касался Фиолетовый, даже в этих проклятых ледяных белых перчатках. Тайлер представлял насколько же хорошо ощущать эти прикосновения без ненужной холодной ткани. Жаркий влажный воздух душил, а мысли дурманили голову, возникали и тут же исчезали постоянно меняющиеся картинки, где главным героем был о̳н̳. Такой ледяной, недосягаемый с первого взгляда, но дерзкий и огненный внутри, ему казалось, что характер биолога был похож смерч, который непременно погубит всех вокруг. Его глаза. Такой холодный светло-голубой взгляд, наверняка он не первый, кто восхищается им. Стало ощутимо жарко, приятное возбуждение словно током пробежалось мурашками по всему телу. Тайлер опустил стыдливый взгляд чуть ниже пояса. — Бляять. — судорожно закусив губу, Тайлер шумно выдохнул, томно постанывая. Его мысли нашли себя в пошлом физическом воплощении. Интимное место коварно ныло и требовало разрядки, руки предательски подрагивали от нетерпения. Украдкой взглянув в запотевшее зеркало, Тайлер стыдливо прикрыл ладонями лицо, проглатывая очередное тихое постанывание. Он никогда не думал о мужчине т̳а̳к̳. Фиолетовый пробуждал именно те дикие чувства, которые по мнению инженера уже выходили за рамки рассудка. И Тайлер боялся этого, он даже не знал его имени, но уже думал о нём т̳а̳к̳. Точнее не думал, это его тело решило все за него, по крайней мере так внушил себе инженер, но ведь не тело начало жаждать прикосновений е̳г̳о̳ рук, а сам Желтый. Эти мысли, которые так нежданно заняли его голову, возбуждали, выводили из себя. Теплая вода ритмично постукивала по кафельной плитке изредка заглушая тихие вдохи и томные постанывания. /// В кафетерии, как всегда, было тихо, только изредка, едва слышно, потрескивал электрический чайник поставленный Конором на разогрев. В кружке уже были накиданы заготовленные лепестки каркаде, как обычно, с долькой лимона, без сахара. Фиолетовому в некотором роде нравилась людская жизнь, эта суета, постоянная взбалмошность, а главное, настоящее, непритворное желание жить. Нет, речь совершенно о не о существовании, скорее об умении заботиться о других, умении без надобности улыбаться и жить моментами. На его планете все по другому, там право на существование получали только достойные, наиболее умные, хитрые, агрессивные, иногда даже жестокие. Предатели называли такой отбор чистым видом, не имеющим никаких изъянов. Именно поэтому на его планете считалось, что людей нужно истреблять и порабощать, ведь они могут занимать более "нужное" и "выгодное" место в цепи жизни, быть к примеру инкубаторами. Губы Фиолетового дрогнули от воспоминаний многолетней давности, так внезапно нахлынувших на него, он помнил людей, что привозили другие предатели в гнездо после экспедиции, видел как их тела судорожно разрывало пополам и в каких адских муках они умирали во время созревания. Оставшиеся в живых, не в силах терпеть эту боль, ползали на коленях и умоляли о скорейшей смерти для них. В воспоминаниях словно вкопанный отпечатался вид пола, залитого кровью и кишками так, что все это месиво порой заливалось в невысокие сапоги. Конора передернуло, во взгляде отчётливо застыла обречённая усталость и у̳ж̳а̳с̳? Вроде на людской манер, эти эмоции можно было назвать бы беспокойством. Биолог понимал, что предателю ненормально испытывать сострадание или какую-либо привязанность к людям. Но бороться с этим почему-то не было желания, хотелось окунуться с головой в водопровод опасных чувств. Инженер вызывал в химике непреодолимое желание быть рядом. Это не соответствовало норме предателей, по протоколу люди могли служить инкубатором или едой, третьего варианта не было дано. Конор не видел и желал инженера в какой-либо из этих ролей. —Тайлер... — Конор приглушено шепчет его имя, словно пробуя на вкус. Это имя он знал с самого начала. Ещё до полёта им поручили проанализировать личные дела всех членов экипажа, особенно запомнилось досье на Тайлера Торреса. В документе помимо указания роста, который составлял шесть фунтов и три дюйма, были указаны сухие элементы биографии. Главным пунктом указывалось звание кандидата наук торжественно присвоенное инженеру Кембриджким университетом. Звонкое посвистывание чайника, словно легкая пощечина вернула Фиолетового в реальный мир. Напиток в кружке приятно обжигал горло, оставляя после себя лёгкую лимонную горечь. Обстановка была успокаивающая, в углу тихо потрескивал щиток под напряжением. Конор посмотрел на настенные электронные часы, они показывали давно за 11 вечера, весь экипаж уже должен разойтись по каютам. В долю секунды комната погрузилась во мрак. Помещение окутала мёртвая тишина. Щиток больше не трещал, а часы не тикали. — Блять, ебланы. — химик раздражённо фыркнул переводя взгляд на металлическую дверь ведущую к коридорам в электричество. Оперевшись левой ногой в пол, Конор откатил стул от стола и отправился к выходу из комнаты. /// Длинные тёмные коридоры, менялись один за другим и казалось бы тянулись бесконечность, не желая заканчиваться. С каждым проходом станции, казалось, что помещения становятся всё мрачнее. В кромешной тьме Тайлер с большим трудом мог различать свои ноги, да и в принципе любые предметы вокруг, дороги не было видно совершенно. Очередной, наверное последний поворот перед заветной комнатой был особенно тёмным. Тайлер шагнул в неизвестность, как вдруг под ноги попалось что-то тяжёлое и металлическое, инженер споткнулся и полетел вниз, не успевая подставить локти для удара. В последний момент его перехватили руки, крепкая мужская хватка с лёгкостью подхватила почти возле жёсткого пола, сильно сжимая талию. На некоторое мгновение у Тайлера робко перехватывает дыхание, только непонятно от чего, то-ли от возможной перспективы сломать себе все на свете, то-ли от холодных рук, что так крепко прижимали к себе. — Мне уже кажется, что ты специально попадаешь в неприятности при виде меня. — эта фраза словно отрезвляет и приводит в чувства Тайлера, он ловко выворачивается из импровизированных объятий, неловко отходя на два шага. — Это ты, вечно находишь причины полапать меня. — обвинение вышедшее из уст инженера, казалось даже, звучало смешно и довольно забавно. Тайлеру резко захотелось провалиться сквозь землю. — Полапать тебя? — уголки рта Конора растягиваются в саркастичную, словно издевающуюся улыбку, — Я ещё не лапал тебя, но если ты такой не терпеливый могу и начать. Тайлера с ног до головы, будто облили кипятком, лицо приобретает розовый оттенок, а щеки накрывает багровый румянец, воспоминания о том, чем он занимался в ванне как на зло приходят не вовремя и ещё больше будоражат рассудок. Только сейчас до него доходит весь абсурд ситуации и нелепый вид со стороны. Когда вырубили электричество, парень уже готовился спать и побежал разбираться со щитком в полурастегнутой ночной рубашке и пижамных штанах. Словно читая его мысли Фиолетовый пристально, оценивающе оглядел Желтого и издевательски хихикнул. По спине будто пробежался разряд электрического тока, инженер одернул рубашку поплотнее. Желтый был счастлив, что мрак помещения не позволял разглядеть его красное от смущения лицо, хотя казалось что Фиолетовый видел в̳с̳ё̳. — Так, прекрати. — Тайлер закатил глаза и попытался сделать максимально незаинтересованый вид. — Мне надо работать. — Идем помогу. — инженер скептически отнёсся к этому предложению, что биолог может понимать в электрощитке? Но с ним было спокойнее, в его присутствии тени казались не такими тёмными, а комната не такой мрачной. На пороге электричества стало прохладно, казалось, что там было холоднее, чем во всем остальном корабле. Тайлер поежился, по едва прикрытым рубашкой плечам прошлись судороги. Легкие прикосновения. На плечи легла плотная ткань, что приятно окутала тело. Парень кратко кивнул биологу, безмолвно благодаря его. Войдя в комнату, нога наступила в какую-то жидкость. Тайлер аккуратно наклонился к полу, чтобы рассмотреть и попытаться понять, откуда она здесь? След из капель вёл за щиток, где в огромной луже крови лежало обезглавленное тело.