Hatred.

«Я чуть ебанутее, влюблен в малолетку, Красные уши тебя выдают с потрохами».

       – Меня тошнит от тебя и твоих бесконечных выходок, – довольно грубо хватает за запястье и тянет на себя, всматриваясь холодным взглядом в лицо напротив.        – Ну и не смотри тогда, – блондин растягивает губы в мерзкой ухмылке, от которой остается разочарованное послевкусие. Во взгляде карих глаз проскальзывает отвращение, смешанное с чем-то более горьким, застревающим где-то за тонкой костью глазницы. А затем Сасори медленно поднимает ладонь и бьет по лицу. Наотмашь, наверняка разбивая губу, но совершенно не заботясь об этом.        Взгляд голубых глаз сквозит откровенной ненавистью. Дейдара сплевывает куда-то на пол вязкую массу из слюны и крови, вырывает запястье из захвата и утирает губы.        – Да ты на себя-то, блять, посмотри. Влюблен в малолетку, презираемый собственным окружением, к своим тридцати... сколько тебе там вообще? Не добился ничего, кроме отторжения и непонимания. И это от меня тут ещё тошнит, м? – Дейдара усмехается даже как-то слишком истерично, стараясь ужалить мужчину посильнее.        – Зато я не малолетний сученок с проблемной головой, который ещё и не видит дальше дешевой бутылки пива. Напомнить, что ты раздвигаешь ноги под взрослыми мужиками? И про влюбленность ты загнул, конечно. Скорее безысходность.        Парень шипит, прожигая взглядом дыру где-то на переносице Сасори, надеясь, что от этого его отвратительный рот закроется. Было бы вообще неплохо, откуси он себе язык, но такое Дейдара может видеть только в самых прекрасных снах.       Акасуна вздыхает так тяжело, что становится неуютно. Блондин нервно прикладывается к бутылке, морщась, когда разбитую губу жжет от алкоголя.        – Я ненавижу тебя.        – Ненавидь, – равнодушно пожимает плечами, отобрав бутылку и вылив её содержимое на светлую макушку.        – Да ты че делаешь?! – Дейдара выбивает из чужих рук бутылку, швыряя её куда-то на бетонный пол, где она разлетается на мелкие осколки.       Сасори не отвечает, лишь вплотную подходит, протягивая руку и сжимая в пальцах мокрые пряди волос. Блондин настолько опешил, что из его головы абсолютно вылетело всё возмущение, а оставшееся недоумение уже вило себе уютное ложе.        – Сделай мне одолжение и закрой рот, – произносит тоном, не допускающим возражений, после чего грубо толкает блондина на пол.        – Я тебе не мешок с блядской картошкой, хм, – огрызается блондин, вытаскивая из ладони кусок впившегося стекла.       Акасуна молча садится на его бедра, цепляя травмированную кисть и рассматривая её со скучающим видом.        – У тебя травмы такие же глупые, как и ты.       Приблизившись, Сасори кончиком языка скользит по краю пореза, после чего морщится и отстраняется.        — Какая же гадость. Или проблема в том, что ты слишком токсичный, — мужчина не то что бы обращался к парню, скорее просто говорил сам с собой, рассматривая этого взбалмошного мальчишку. Заметив легкий румянец на его щеках, Акасуна скептически изогнул бровь.        — Что это тебя вдруг смущать начало?        — Я не смущаюсь, не говори ерунд...       Слово Дейдара так и не договорил, потому что Сасори тыльной стороной ладони потерся о его паховую область, выбивая этим движением из легких весь воздух. Блондину даже показалось, что в комнате стало как-то душно или проблема в жаре, что прилил к лицу.       Блондин повидал многих, но только Сасори мог заставить его краснеть, как школьницу. Дейдара не был уверен, в чем именно была проблема, скорее всего в подлинности чувств, но он запрещал себе думать о том, что может испытывать к мужчине что-то кроме ненависти.        Акасуна сдерживал смех каждый раз, когда блондин заливался краской от его прикосновений. Действительно ведь было смешно, если посчитать, сколько раз Дейдара вытворял более извращенные вещи без тени смущения на лице.       Это было так противоречиво. С одной стороны – развратный и грязный мальчишка, который ни дня не может прожить без алкоголя, а с другой – смущающаяся школьница, которая краснеет при слове «член».        – Слезь с меня вообще, – Дейдара отводит взгляд куда-то в сторону, с мнимым интересом рассматривая битое стекло. Сасори пропускает слова мимо ушей, цепляя пальцами пуговицы на мятой рубашке, резко дергая и срывая их с громким треском. Дейдара возмущенно смотрит в карие глаза, обещая, что за эту выходку ему ни один бог не поможет. Акасуна прекрасно знает, что это пустые угрозы, поэтому стягивает с парня мокрую от алкоголя рубашку.        – Я бы поцеловал тебя, но около твоего рта нельзя даже курить.        – Это ты его сейчас публичным местом назвал или мне показалось?        – Не показалось.       Ответить Дейдара не успевает, потому что его переворачивают на живот и теперь всё его возмущение упирается в пол. Парень приподнимается на локтях, на Акасуна грубо давит на его затылок, заставив ткнуться лбом в бетон.       Акасуна с нажимом скользит пальцами вдоль линии позвоночника, оставляя красноватые полосы от ногтей. Блондин шипит, выгнувшись в спине и пытаясь отстраниться от прикосновений.        – Зная твой образ жизни, тебя даже растягивать не придется, – произносит как-то безразлично и так буднично, будто не трахнуть его собирается, а говорит о погоде в соседнем городе.        – Это оскорбительно, вообще-то.        – Ты оскорбляешь мир своим существованием.       Дейдара наугад бьет куда-то позади себя, надеясь попасть в нос, но у Сасори преимущество, поэтому он с легкостью уворачивается, наблюдая за тем, как парень бьет воздух за своей спиной.       Акасуна вздыхает, после чего крепко сжимает блондинистые волосы на затылке, тянет вверх, а потом с силой опуская на пол. Дейдара, возмущенно шипит и пытается вырваться, в который раз обещая себе, что отрежет эти длинные пряди, от которых проблем больше, чем пользы.        – Да пусти, блять, ты мне нос разбил, – демонстрирует ладонь, перепачканную кровью, но Сасори даже не смотрит.       Стянув с парня джинсы вместе с нижним бельем, мужчина переворачивает его на спину и приспускает свои брюки. Видя окровавленное лицо мальчишки, Сасори слегка морщится, вытаскивает из кармана платок и бросает в блондина.        – Голову только не запрокидывай.        Дейдара демонстративно запрокидывает её, но тут же кровь начинает стекать в горло, оставляя противное послевкусие, от чего блондин кривится и поворачивает голову в бок, прижав к носу платок.        – Идиот, – качает головой, разведя колени блондина в стороны. Парень был крайне благодарен за платок, так как за ним не было видно румянца, однако за разбитый нос он благодарить не станет. Выждет момент и обязательно отомстит.       Сасори вынимает из кармана брюк упаковку презервативов, вытаскивает один из них и надевает, свободной рукой нащупывая где-то под диваном баночку со смазкой, которую случайно закинул сюда на прошлой неделе.        – Тебе бы уборку почаще делать здесь.        – Я тут не живу, зачем, м?       Акасуна устало вздыхает, выдавливая в ладонь смазку и растирая её по члену, после чего кладет стопы парня на свои плечи. Приставив головку к кольцу мышц, мужчина аккуратно надавливает и плавно входит на всю длину, скептически глядя на лицо блондина.        – В тебя ещё ведро со свистом не входит?        – Заткнись, а.       Сасори нависает сверху, не церемонясь и сразу задавая быстрый темп, вдалбливаясь в податливое тело, от чего шершавый пол оставлял легкие ссадины на коже Дейдары. Мужчину это волновало не больше, чем роды черепахи на соседнем материке, а вот сам блондин был слишком занят стонами и насаживанием на член, чтоб обращать внимание.       Сасори двигается грубо, входя резко и на всю длину, с размахом проезжаясь по простате и вырывая изо рта Дейдары громкие стоны. Опустив ладонь на член парня, Акасуна обхватывает плоть в кольцо из пальцев и плавно скользит по ней, благодаря оставшейся смазке. Окровавленный платок уже не справляется со своей ролью, поэтому просто оставляет на лице красные разводы и размазывает всё ещё идущую кровь. Сасори свободной рукой подцепляет чужую рубашку и бросает её на лицо парня. Дейдара от такой подачки отказывается, откидывая одежду в сторону и недовольно шипя.        – Да пошел ты.       Акасуна выходит из тела почти полностью, после чего с силой входит, вновь проходясь по комочку нервов, заставляя блондина едва ли не заскулить. Сасори постепенно подстраивает движения рукой под темп бедер, заставляя Дейдару кончить первым. Мужчина вытирает испачканную ладонь о живот парня, чем вызывает недовольный взгляд. Он делает ещё несколько толчков внутри парня и кончает, представляя на его месте какую-нибудь симпатичную девушку. Скинув чужие ноги с плеч и выйдя из тела, Акасуна проходится оценивающим взглядом по блондину.        – В алкоголе, крови, а теперь ещё и сперме. Всё ещё думаешь, что из нас двоих тошнит именно от меня?       Дейдара ничего не отвечает, лишь резко садится, пользуясь элементом неожиданности и прямым ударом разбивая нос Сасори.        – Один:один, хм, – фыркает, потирая ушибленные костяшки и с довольным лицом наблюдая за тем, как мужчина прижимает пальцы к носу. Акасуна явно этого не ожидал.        – Сученыш, я прибью тебя.

«Отряд уважает свободных и грязных, Но не уважает пустых и навязчивых».