В новую жизнь...

За окном светило яркое солнце. Февральские морозы стояли уже целую неделю, и температура скачет от минус двадцати до минус тридцати градусов. В такую погоду приятно было проводить время за чашкой горячего напитка перед камином или нежиться в теплой постели в обнимку с любимым человеком. На часах было около двенадцати, просыпаться в такое позднее утро, особенно в выходной день от работы, было незабываемым чувством. Даша перевернулась с одного бока на другой и незамедлительно была схвачена сильными мужскими руками в объятия. Уткнувшись носиком в его шею, неразборчиво что-то пробубнила. Грудь мужчины сотряслась в тихом смехе, он поцеловал ее в макушку. — Ты ведь даже не понял, что я сказала, — сонно проговорила брюнетка. — Мне не нужно слышать, что ты говоришь, я это чувствую. — Ммм, как это мило, — она приподняла голову и поцеловала его в губы. — Да я вообще самый милый парень на всем свете, — он рассмеялся и, склонившись над девушкой, стал осыпать ее поцелуями. Снова ощущать его любовь, ласку и заботу для Даши было лучшим чувством на земле. Она так долго сопротивлялась своему сердцу, что когда открыла его, то не смогла уже вновь запечатать, не смогла жить, так как раньше. Он смешил ее, любил, радовал всякими мелочами, и именно в этих мелочах и скрывалось настоящее светлое чувство, живущее в двух сердцах. — Кстати, — Паша прекратил свое занятие и поднялся с кровати. Девушка недовольно цокнула языком и сморщила носик, гневно смерила его взглядом и подперла свою голову руками, дабы лучше видеть, как он среди множества папок и бумажек что-то ищет. — Что это? — она приподнялась на кровати и заглянула в папку, что принёс Паша. — Человек, который станет равноправным партнером этого ресторана, — он улыбнулся своей фирменной улыбкой и чмокнул девушку в щечку. — Я не могу… Я ведь ничего не сделала… — она отодвинула от себя документы, где на ее имя была переписана доля ресторана. — Даша, только лишь благодаря тебе все тут работает. Если бы не ты, то я давно это все продал и спился где-нибудь! Ты достойна этого! — Паша очень долго думал над этим и пришел к тому, что только она смогла вдохновить его на изменение своей жизни. — Но… — Никаких «но…» — Паша вложил в ее ладошку шариковую ручку и открыл самую последнюю страницу договора. Его уверенный взгляд говорил, что возражений он не потерпит. Парень давно думал над этим решением и знал, что поступает правильно. Даша смотрела в его глаза и не верила в происходящее, да и вообще она мало различала где реальность. Ей было так хорошо с Пашей, в их маленькой комнатке, что менять совсем ничего не хотелось. Да она даже и не думала, что все может так измениться. Оставив на последнем листе свою подпись, она крепко обняла Пашу, роняя его на спину. — Ты будешь рядом со мной? — этот вопрос был чистой формальностью, она и так это чувствовала, но все равно было приятно слышать из уст любимого. — Всегда. — он улыбнулся и прильнул к губам брюнетки. Сегодня предстоял трудный день: было назначено несколько собеседований. И если большинство сотрудников были наняты, то оставался лишь шеф-повар, которого никак не могли найти. Каждый приходящий повар был хорошим специалистом в своем деле, но все равно не дотягивал до установленной черты. Паше нравилось видеть, как Даша ходить в его вещах. Чёрная майка идеально сидела на ней, ее волосы были собраны в неряшливый пучок. Он с каждым днем все больше убеждался, насколько сильны его чувства к ней, и это его подстегивало к дальнейшим действиям. Она единственная, с которой ему хотелось говорить о своих родителях, о жизни в Сербии, да обо всем на свете. Но Паша, ни при каких обстоятельствах, не хотел говорить о ссоре с тетей. Конечно, он понимал, что сам виноват, вел себя, как избалованный ребенок, полностью пренебрегал ее советами, временами даже игнорировал. Отчасти такое его поведение можно было списать на одиночество и непонимание с ее стороны. Паша часто думал о тете, хотел сделать первый шаг, но его все время что-то останавливало. Входная дверь открылась, пропуская в теплое помещение холодный воздух, который сразу же вывел из раздумий и, повернувшись на посторонний мужской голос, Паша решил отложить свои мысли. — Здравствуйте, я на собеседование. — Здравствуйте, я Павел, проходите. Гостем оказался мужчина, Петр Алексеев, тридцати лет, высокий, немного худощавый. Довольно приятный и в общении и на лицо. Петр пришел со своей концепцией меню и некоторыми готовыми фирменными блюдами. Отправив его на кухню, Паша задержался, отвечая на звонок. — Значит, мы с вами коллеги будем, — переступив порог кухни, Пётр улыбался, осматривая Дашу. Вальяжно облокотившись на дверной косяк, он окинул своим профессиональным взглядом все помещение, отмечая, что владельцы не поскупились на хороший ремонт и технику. — Нет. Я всего лишь помогаю владельцу Павлу. — она чуть смутилась от пристального внимания. — Оу, просто я подумал, что вы тоже повар. Вы все так внимательно осматривали. — Петр пытался установить дружеский контакт, но чаще всего переступал черту и начинал в открытую флиртовать со своими собеседницами. — Просто проверяла все ли в порядке, — она отвела глаза. — Не хотелось бы сюрпризов перед открытием. Даша, — девушка протянула руку. — Петр, — он пожал ее, все еще улыбаясь, Канаева явно ему понравилась. — Дарья, получается, ресторан назван в честь вас? — Да, — брюнетка все никак не могла свыкнуться с мыслью, что в ее честь назвали ресторан. Паша вернулся, и они приступили к обзору меню. Петр уверенно рассказывал о своих замыслах, угощал их специально приготовленными блюдами, которые должны были стать фишкой ресторана. Около часа они обсуждали все нюансы. Происходило все довольно спокойно, не считая того, что Паша все время отвлекался на свой телефон. Ему поступали смс и звонки. Вроде бы ничего особенного, возможно, звонили поставщики или предполагаемые инвесторы, но Даша чувствовала, что это не просто звонки и Галанов что-то скрывает от нее, что-то очень серьезное. Из-за этого она становилась подозрительной и нервной.

***

Высокая темноволосая женщина в дорогой шубе вышла из черного автомобиля. Осмотревшись по сторонам, она заметила большую вывеску «DARIA» и последовала к входу. Элеонора открыла стеклянную дверь, которая была занавешена темной шторой. Большое помещение было уставлено столами, в самом центре стояла барная стойка, в углу стояли коробки. А на приличной высоте от пола ловко лавировала на двух стульях Даша, она вешала большую картину, и каждый раз ей казалось, что она висит криво и неровно. Услышав звук открывающейся двери, она, не поворачивая головы, что-то пробубнила и чуть взвизгнула, поскольку ее конструкция начала потихоньку разваливаться. — Наконец-то ты пришёл, я уже проголодалась! — опустившись на пол, Даша увидела внезапного гостя и застыла. — Здравствуйте, Элеонора Андреевна. — Здравствуй, Даша, — женщина стояла в самом центре, окидывая своим оценивающим взглядом все заведение. — Можно? — Да, конечно, — девушка подлетела к одному из столиков и сняла стулья, чтобы можно было сесть, — Присаживайтесь. — Спасибо. А Паша где…? — женщина чувствовала себя немного растерянно, она очень волновалась перед встречей с племянником. — Он вышел в магазин, должен уже вернуться. — Тетя? — в подтверждении ее слов дверь распахнулась: Паша весь в снегу стоял на входе, впуская в тёплое помещение морозный воздух. — Здравствуй, Павлик, — они давно не виделись, и женщина чувствовала себя виноватой, что бросила своего племянника одного. Когда он ей сообщил свое намерение открыть ресторан, то она подумала, что это его обычное ребячество. Но как только оказалась в «DARIA» поняла, что сильно недооценила Павла. Даша подскочила к Паше и забрала из его рук пакеты, скрываясь на кухне и оставляя их наедине, чтобы они поговорили. Даша с улыбкой смотрела, как Паша с Элеонорой о чем-то увлеченно разговаривают. — Останетесь с нами на ужин? — Даша, спустя двадцать минут, вышла, и за ней с кухни последовал запах, который заставлял течь слюнки. Ужин прошел в легкой беседе, воспоминаниях, планах о будущем. Даша быстро нашла общий язык с Элеонорой. Конечно, Галанова знала о симпатии племянника к обычной горничной, но не представляла, что у них все зайдет так далеко. Она была рада, что у Павлика наконец-то появился любимый человек, ради которого он старается измениться. — У нас через пару дней будет бал-маскарад, придете? — Элеонора посмотрела сначала то на Дашу, то на Пашу. Они одновременно кивнули, и она поняла, что не ошиблась в своих предположениях насчет их отношений и чувств. Пока Паша провожал Элеонору, Даша вспомнила о полученном с утра письме. Неизвестным оставил большой толстый конверт с ее именем. Любопытство вперемешку со страхом неясности от анонима тянул ее в мрачную бездну воспоминаний, сердце зажималось, холодный ужас сковал все мышцы. — Что это? — Паша вошел и заметил, как Дашино лицо с быстротой меняется от недоуменного, яростного до болезненного, страдальческого с мертвенной бледностью. — Даш, что случилось? — она откинула от себя листки и пыталась сохранить спокойствие. — Это… это, видимо, чья-то глупая шутка… — дрожащим голосом произнесла девушка, на ее глазах стали скапливаться капельки слез. Она давно привыкла жить без родителей, считай, выросла без них. Но каждое упоминание больно резало по сердцу, появлялась тоска, ей всегда хотелось узнать их по-настоящему, не по рассказам бабушки. А тут такое известие из прошлого о смерти родителей: различные вырезки из газет, видеокассеты, факты от очевидцев и много фотографий. — Шутка, да… глупая шутка, — он прижал ее к себе, убирая подальше конверт, — Шшш, все хорошо.