И не погаснут звезды

Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте. А так ли это? Вы лишь слышали с рассказов, Вам говорили, что любовь коварна, зла, Что погубила. Но любовь — Она прекрасна. Любовь в слезах всегда сгорает до конца. Я рассказать хочу историю другую, Она не так прекрасна и красива, Я переписывал её вручную, Достав листы из пожелтевшего архива. Этот рассказ, о, он в сто крат больнее, На сердце камень будет долго тяжелеть, Но в отличие́ от Ромео и Джульетты, Этим героям больше не взлететь. Никто уже не помнит точно время, Когда и где все то происходило, Я расскажу, все потому, что это — бремя, Мне нужно, чтоб средь вас это прослыло. Он был обычным, просто человеком, Столь неприметным в гуще серых пятен, Как старый сборник книг в библиотеке, Но глас судьбы звучал тогда злораден. Жизнь пошутила с ним ужасно, гадко, шутку; Он встретил дьявола, и дьявол полюбил. С того момента воли не было рассудку, Ведь каждый каждого в себе превозносил. На ухо тихим гласом ворковали Друг другу бережно слова любви, Они любили и они переживали, Порывы чувств поди, останови! И ничего вокруг не замечали, И рады были, И клялись в любви, И вместе воздухом одним они дышали, И были всех счастливее они. Один зарок их ныне сохранился, В руках последнего из дьявольских жрецов, И в нем о клятве звезд, Да, точно, Говорилось О светлом небе безо всяких облаков. И на тех ярких и сверкающих веснушках Ночного неба Было обещанье, Когда полны любви, и страсти жаркой Влюблённые озвучили желанье. «Не расставаться никогда, доколе, не догорит последняя звезда, Пока все звезды не погаснут ввыси, Мы будем, милый, счастливы всегда». Ничто, казалось, не омра́чило бы жизни, Но смерти глас раздался в тишине. И над могилою душа, сине-прекрасна, зависла в недвижимом тихом сне. Она была слепа, глуха и беззащитна, Она ждала с надеждою того, кто смог её бы увести, Молитвой Осве́тив путь с улыбкою тепло. Но дьявола не допустили к той могиле, Он слезы лил, кричал и бил преграды, Он выл, царапал, проклинал. Не в его силе, Закон нарушить. Не снести все баррикады. И человек тогда с улыбкою красивой, И со слезами, жгущими глаза, Воскликнул «О, судьба несправедлива, Но ты послушай, что хочу тебе сказать. Люблю тебя, мой свет, мой рай, мой ад, мой бог, Люблю тебя как жизнь и даже больше, Мы не увидимся с тобою, увы, вновь, Но я хочу, чтоб ты не плакал дольше. Пожалуйста, забудь меня, живи, Ведь ты бессмертен, ты ведь бесконечен, И не кричи ко мне, меня ты не зови, Как сон твой долог, будет путь твой вечен, Тебя люблю, И то, что вижу, Значит, Что любишь меня тоже. Я уйду. Уйду, и пусть хоть кто-нибудь оплачет Меня, когда я в вечность забреду». И он погиб, он умер, он исчез, Ведь душу на тот свет никто не проводил, Никто не смог пойти наперерез, Никто любовно его так не защитил. Но до конца сей жизни, Эту вечность, Пока на месте том не выросла трава, Пока не стали здания извечны, Пока не пролилась на той земле река, Пока не отцвели оттенки пёстры, Пока не возник новый вновь Эдем, На месте том, и не погаснут звезды, Лежали белые созвездья хризантем.