Подхватить Рождество

Я чувствовал себя немного глупо. Ну, то есть, кто вообще покупает рождественскую елку, которую не может унести? Что за родитель покупает елку один, без машины? Что ж, это я. Я старался быть лучшим папой… и это включало в себя огромную ель на Рождество. Я хотел, чтобы мы с Наруто вместе наряжали ее теперь, когда он жил со мной. Он раньше никогда этим не занимался, да и я в общем-то тоже. Но теперь, когда нас стало двое, может, было самое время начать жить, как семья, а не как двое сирот. Так я думал. И немного увлекся, радостно приобретя слишком высокую елку, чтобы тащить одному. Я вздохнул и положил дерево обратно на землю. На мне были перчатки, но пальцы все равно уже болели. Я не мог никому позвонить — мой дом был всего в трех улицах. Нужно было справляться самому. Я осторожно нагнулся и снова поднял дерево. Его верхушка свисала и волочилась по земле. Я надеялся, что она все еще будет ничего, когда я принесу ель домой. Поднимать выше толку не было, я скорее уронил бы дерево. Так и потащил. — Прошу прощения, — услышал я позади себя. Черт. Конечно, тротуар был неширокий. Ничего удивительного, что я кому-то помешал идти. — Простите, — быстро пробормотал я, стараясь отойти в сторону. Мужчина поравнялся со мной, подошел чуть ближе и остановился: — Нужна помощь? Готов поспорить, я уставился на него, как на умалишенного. Похоже, людей действительно пробрало рождественским духом. — Нет. Эм, я живу тут неподалеку. Я сам. Мужчина рассмеялся, маленькие смешливые морщинки собрались вокруг глаз. Он хорошо выглядел. Волосы были седыми, но выглядел он молодо. Привлекательно. — Тем более нужно помочь. Мне не сложно. Он положил руку на дерево рядом с моей. Сердце забилось быстрее от мысли, что наши руки могут соприкоснуться. Как я и сказал, он был очень, очень привлекательный. — Бери сзади, — сказал он. Я медленно отпустил. — Спасибо большое. — Не вопрос. Рождественские елки существуют для того, чтобы их носили вместе. Я засмеялся. — Думаю, да. Теперь я едва нес дерево. Я знал, что перед гораздо тяжелее, чем зад. К тому же мне нужно было говорить, куда идти. Но как бы там ни было снова класть дерево и меняться, было глупо. Так что мы шли. И попадали в шаг. Было чувство умиротворения. — Здесь налево, — сказал я. — Понял, — беззаботно ответил он. Интересно, жил ли он поблизости. Я раньше жил в другом районе. Моей маленькой квартирки вполне хватало, пока я жил в ней один. Когда я усыновил Наруто, я хотел, чтобы у него была хорошая комната, и, может быть, комната, где он будет заниматься, когда станет постарше. Наш новый дом не самый огромный, но в нем две спальни и кухня с большим столом. Елку я поставлю в гостиной возле окна. Окно перекроется ветвями. Будет красиво. Будет выглядеть так, как у любой нормальной семьи. — Тут направо. — Красивый мужчина повернул. — Это моя улица. Мужчина повернулся на секунду и улыбнулся мне. — Мне нравится. Улица была небольшой с маленькими старинными домами. Мне повезло. — Да…мне тоже. Мы пришли, кстати. Мы остановились, осторожно опуская дерево. Он взглянул на мой дом, затем снова на меня. Ему словно было неловко. — Спасибо огромное. И извините за то, что доставил проблем, — сказал я. Он покачал головой и улыбнулся. — Никаких проблем. У меня наоборот появилось новогоднее настроение. Я кивнул, закусил губу и протянул руку. На него было сложно долго смотреть — у него был глубокий взгляд. — Я — Ирука, — сказал я как можно более обыденно. Он пожал мою руку. — Какаши. — Приятно познакоми… — и тут дверь громко распахнулась. Наруто, выскочив, закричал: — Рождественская елка?! — я не смог сдержать улыбки. Ради такой реакции все и делалось. Какаши, похоже, тоже понравилось, он ухмыльнулся. — Приобрел, пока ты был в школе, — объяснил я Наруто. — А этого дядьку ты тоже там приобрел? — показал Наруто на Какаши. Какаши рассмеялся. — Нет. Он помог мне донести елку. Мы должны его поблагодарить. Наруто усердно кивнул. — Спасибо! В этот момент в открытых дверях появилась Куренай. Она выглядела уставшей. И я ее понимаю — дети, за которыми она обычно присматривает гораздо (повторяю: гораздо) спокойней, чем Наруто. — Он так ждал тебя, — мягко проговорила она. Какаши тщательно осмотрел Куренай. — Ну… я пойду, — неловко сказал он. — А вы, ребята, начинайте украшать. Куренай, надевая куртку, кивнула. — Я тоже. Мне пора на работу. — Еще раз спасибо, — сказал я ей и повернулся к Какаши. — И, Какаши, как насчет кофе? Хоть так отблагодарю, — я ослепительно улыбнулся. Я не хотел, чтобы он уже уходил. Какаши понаблюдал, как Куренай садится в свою машину, понаблюдал, как с ней прощается Наруто, и кивнул: — Звучит отлично. Да, от кофе я не откажусь. Мы занесли ель внутрь, поставив ее на нужное место. Наруто орал какую-то рождественскую песенку, но я не мог понять, какую именно. Какаши тоже тихо напевал, но я сомневался, что он понял, что это за песня. — Спасибо еще раз, — сказал я, когда ель оказалась на своем месте. Какаши еще чуть-чуть выровнял ее. У меня сердце застучало быстрее. Я задумался, какая из нас получилась бы семья, если бы кто-то вроде Какаши помогал мне с елью, устанавливал бы ее, пока я мыл руки, а Наруто дергал меня за рубашку. — Наруто, — мягко произнес я. Краем глаза я следил за Какаши, который рассматривал фотографию в гостиной. На фото были мы с Наруто в день, когда начали жить вместе. — Ты же знаешь, что у меня в комнате стоит большой шкаф? Там лежат рождественские украшения. Сможешь принести их? — Да, конечно! — радостно воскликнул он и побежал по лестнице. Я проследил за ним взглядом и вернулся к кофе. Какаши зашел в кухню. — Вы пьете кофе черным? — спросил я у него. Какаши облокотился о стойку. — Ага. — Почти готово, — я всегда готовил кофе вручную. Получается немного дольше, но пахнет и на вкус гораздо лучше. — Твоя жена не хочет украшать с вами? Я резко вскинул голову. Получилось слишком быстро — Какаши был удивлен такой реакцией. — М-моя жена? Он неловко пожал плечами. — Ну, да. — У меня нет… жены? Брови Какаши взлетели. — А, — произнес он. Похоже, он решил, что Куренай — моя жена. Я попытался представить себя с женщиной. Но ничего не вышло. — Да. Наруто — приемный, и пока мы живем только вдвоем, — я протянул Какаши кофе, а сам взял две чашки с чаем для себя и Наруто. Какаши очаровательно улыбнулся. С этой новостью он немного расслабился. — Это хорошо. Ему очень повезло. Я кивнул, переходя в гостиную. — Я очень стараюсь стать для него семьей, — и это была правда. Я верил, что одного меня может быть достаточно. Я видел много детей с дерьмовыми родителями. И был уверен, что лучше один хороший родитель, чем два дерьмовых. Я знал, что лучше однополые, но любящие родители, чем натуралы, которым наплевать на своего ребенка. Я видел это своими глазами. Я видел ситуацию Наруто. И теперь ему было куда лучше. — Ему повезло с тобой. Не обязательно торопиться и искать жену. Теперь он, похоже, спрашивал. Я опустил взгляд на свои руки, которые согревал о чашку с чаем. — Я… эм… Я не думаю, что здесь появится жена. Вообще когда-нибудь. В этот момент в дверях появился Наруто. Он осторожно нес в руках большую коробку. Он поставил ее на журнальный столик и посмотрел на меня с румянцем на щеках. — Я устроил бардак в твоем шкафу, — заявил он. Я положил руку ему на голову. — Потом разберем все вместе. Давай сначала украшать. — Я аккуратно открыл коробку. Я чувствовал на себе взгляд Какаши. Думаю, он все еще пытался понять, что именно я имел в виду. — Ты вешаешь первую, — сказал я Наруто, и тот радостно кивнул. Какаши спокойно попивал свой кофе. Я достал телефон, подключился к колонке и включил плейлист лучшего рождественского джаза. — А ты действительно стараешься по полной, — ухмыльнулся он. — Ничего не могу с собой поделать. Я не отмечал Рождество с семьей уже очень давно. Он, конечно, прожил бы и без этой информации. Но внимательно посмотрел на меня, когда я это сказал. — Я знаю, каково это, — сказал он. Голос вдруг смягчился. Какаши смотрел, как Наруто вешает снеговичка на елку. — Я тоже сирота, потерял родителей, когда был чуть старше, чем Наруто сейчас. Я не хочу, чтобы он проходил через то, через что я прошел. Не только в Рождество, но и вообще. Какаши чуть приблизился и положил руку на мое колено. Рука была теплой, такой же как выражение его лица и сам он. Я понял, что хочу, чтобы он оставался рядом так долго, как сам этого захочет. Я хотел увидеть его снова. Но я также хотел сосредоточиться на Наруто. Я не хотел, чтобы влюбленность помешала этому. — Ты потрясающий, — сказал Какаши. — Спасибо, Какаши, — улыбнулся я. — А теперь помоги своему сыну. А я пойду, — он поднялся. Я поднялся следом. — Наруто, Какаши уходит. Наруто обернулся. — Но он должен увидеть елку, когда она будет наряженной! Какаши кивнул, хотя я знал, что он сделал это, только чтобы порадовать Наруто. Я мягко коснулся его руки. — Мы оба будем рады. Оставайся на ужин. Я собирался запечь сладкую картошку. Хватит на всех. Вдруг довольно неожиданно он стал серьезным и заглянул мне в глаза, пытаясь прочесть. — Я могу остаться. Но могу я тебе сначала кое-что сказать? Я согласился, хотя то, как он это сказал, меня немного напугало. Он наклонился ко мне и прошептал: — Ты гей? Я здесь, потому что… ну… ты… — он прикусил губу, больше не говоря ни слова. Я уставился на него. Это было очень дерзко. Меня еще никто так напрямую не спрашивал. Обычно мужчины вертелись вокруг и пытались догадаться, ловя каждый оброненный мной намек. Какаши не собирался ходить вокруг да около. И мне это понравилось. Я тоже не видел смысл тратить время. Может, мои дни, когда я заигрывал, намекал и флиртовал сочтены. — Потому что от меня исходит гейская аура? Какаши кивнул, слегка покраснев. — Да, немного. — Отлично, — промямлил я. — Отлично, что я ее не растерял. В общем, Какаши остался. Я сделал ему еще одну чашку кофе, поставил на столик шоколад и сосредоточился на Наруто. — Надеюсь, ты не против? — сказал я Какаши. Он покачал головой. — Конечно, нет, я не украшал елки уже целую вечность. Мне нравится наблюдать. И ему, похоже, действительно нравилось. Он отклонился на спинку и с мягкой улыбкой на губах наблюдал, как мы доставали украшения из коробки. Наруто очень понравились северные олени, и он захотел повесить их всех (хотя мне они не нравились). Я достал гирлянду и долго пытался распутать ее, тогда Какаши встал, чтобы помочь. Я был рад, потому что уже терял терпение. Все дальше и дальше… я понимал, что Какаши — непринужденный в общении и терпеливый человек. Ну и прямой, этого не отнять. Он спокойно распутал гирлянду и отдал ее мне. Я повесил ее на ель под джазовую музыку, льющуюся из колонки. Было славно. Пока я был занят гирляндой, Наруто улучил момент и спросил Какаши, как ему олени. Какаши хохотнул, показал на самого уродливого и сказал, что этот ему нравится больше всех. Я развернулся и одними губами произнес «какого черта», и Какаши вновь рассмеялся. Было все же странно, что в нашем доме был незнакомец, который помогал нам украшать елку. Незнакомец, который был не против поболтать с моим ребенком. Незнакомец, который честно признался, что хочет залезть ко мне в штаны, потому что я гей, и ушел бы, если бы я им не был. И я позволил ему остаться. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как я смотрел на кого-то с намерением пофлиртовать. Я считал, что другие мужчины будут отдалять меня от Наруто, поэтому намеренно держался от них подальше. Я не хотел уходить по ночам и не хотел, чтобы Наруто видел, как я экспериментирую дома. Поэтому свидания даже не обсуждались. Но теперь Какаши уже был здесь, и я начал задумываться, возможно ли для меня снова встречаться с кем-то. Черт. Я знал его чуть больше часа, но уже пересматривал все свои устои. Я завязал на дереве ленты, Наруто повесил шары на ветви, и, когда мы почти закончили, он взял верхушку. — Ирука! Можно я ее надену? Я кивнул. — Какаши, подержишь елку, чтобы не упала? Какаши, тихонько попивавший кофе и наблюдавший, встал. Я принял это за согласие. Я поднял Наруто на руки так высоко, как мог, чтобы он мог достать до верхушки. — Ты держишь? — спросил я. Наруто качнул дерево, но Какаши твердо держал его. — Да. — Вот молодец! — я опустил его на пол. — Тебе нравится? Наруто кивнул. — Да! Наша елка лучше всех! — и с этим он куда-то побежал. Скорее всего, чтобы принести фотоаппарат, который я ему купил. Он ему безумно нравился. — А тебе? — я боднул кулаком Какаши в плечо. Он усмехнулся. — Если бы я знал, что вы сотворите с этой елью, я не стал бы помогать нести ее. Я в шутку ударил его и поймал его озорной взгляд. Ему так это шло. — Не груби. — Зачем ты вообще хранишь все это барахло? — Я просто забрал вещи, которые были больше не нужны моим друзьям. Они нравятся Наруто, — я поддавался на провокацию, придвигаясь к нему ближе. — Мне тоже нравится. Видно, что они сделаны с любовью. — Здесь все сделано с любовью, — ответил я. Это был дешевый флирт, но мне было все равно. Какаши улыбнулся. — Тогда жду не дождусь попробовать твою готовку. — Она идеа… — Какаши!!! — громко перебил Наруто, врываясь в комнату. — Сфоткай, пожалуйста, меня с Ирукой? Он вручил фотоаппарат Какаши и подтолкнул меня к дереву. Наруто весь сиял. Я притянул его к себе и ярко улыбнулся. Наруто показал знак мира. Камера щелкнула. — И еще одну, где мы кривляемся, — сказал Наруто. Наруто высунул язык. Я сморщил нос и тоже показал язык. Какаши щелкнул. Я смущенно отвел взгляд, покраснев и в то же время улыбнувшись. Какаши смеялся. — Вы, парни, действительно классные, — сказал он. Наруто быстро забрал фотоаппарат, прокричал «спасибо!» и убежал в свою комнату. — То есть, ты правда классный, — сказал Какаши. Я вспыхнул. — Спасибо за напоминание, что ты здесь для того, чтобы пофлиртовать. — Не хочу, чтобы ты забывал об этом, — усмехнулся Какаши. Я подошел ближе к нему, решив немного раззадорить его. — Потрясающий баланс между добротой к Наруто и желанием залезть ко мне в штаны. Он мазнул взглядом по моим губам. — Я мужчина многих талантов. — Ну, это мы посмотрим, — отозвался я. — Как грубо. Я уже спас твое Рождество. — Да, спас. Какаши положил руку мне на плечо, затем скользнул на щеку. Я думал, он собирается поцеловать меня. Но он не стал. Он лишь смотрел на мои щеки, мой нос, мои глаза. — Знаешь, я не просто хочу залезть к тебе в штаны. — Хм? — Только наполовину. Я искренне рассмеялся. — А остальная половина? — Пригласить тебя на свидание… Поужинать вместе… Может, нанять няню и заняться с тобой медленной любовью. — В общем… другая половина — это залезть в мои пижамные штаны? Какаши задумался. — Отлично сказано. В этот момент в другой комнате раздался оглушительно громкий звук. Как будто что-то очень громко упало. Сердце ухнуло в пятки. — Наруто?! — крикнул я. — Я уронил коробку с игрушками! — Ты поранился? — Нет! — громко крикнул он в ответ. Я вздохнул и повернулся к смеющемуся Какаши. — Кажется, все, что мне достанется — это пижамные штаны. Ты тестировал его на СДВГ? — Ты, похоже, очень терпеливый. — Какаши усмехнулся и облизал губы. — И нет. Думаешь, это вообще нужно? У него он определенно есть, и мы отлично справляемся. Пока Наруто занимался чем-то в своей комнате, я достал два винных бокала. Какаши приподнял одну бровь. — Ты превратил это в свидание, — сказал я. Он усмехнулся и взял бокал. — Думаю, да. Он улыбался, очевидно, довольный тем, как все обернулось. Я тоже, все шло так гладко. Я подпел мелодии Нэт Кинг Коула, достал батат, немного тимьяна и стал резать. Какаши сел с бокалом вина в руке, глядя на меня. — Расскажи мне о себе, Ирука. Я взглянул на него, мягко улыбаясь. — Я учитель начальных классов. Наруто — мой ученик. Мне действительно нравится то, чем я занимаюсь, хотя иногда с детьми бывает тяжело. Некоторым нужно особое внимание. Какаши пригубил вино, наблюдая за моими руками. — Ты хороший человек. — Хм, — я выложил батат на противень. Достал из холодильника паприку. — А ты чем занимаешься? — Я тоже учитель, — сказал он. Я удивленно поднял на него глаза. Он не выглядел, как человек, который легко ладит с детьми. — Я преподаю философию детям в колледже. Я хохотнул, нарезая паприку. — Это все объясняет. Какаши встал, подошел ко мне ближе. — Объясняет что? — То, какой ты есть. Он взял кусочек паприки и положил себе в рот. Я попытался смерить его укоризненным взглядом, но провалился. Он легко рассмеялся. — Какой я человек? — Ты человек, который преподает философию в колледже, — я развернулся к нему. Он просунул пальцы в мою петельку для ремня, глядя на свою руку. У меня дрожь пошла по спине. Я хотел, чтобы он погладил меня по бедру. — Невозмутимый и критично рассуждающий в одно и то же время. Ты кажешься человеком, который никогда не думал, что будет преподавать. Учитель, который закрывает глаза на опоздания студентов, если они приносят ему кофе. — Я действительно так легко читаемый? — Типа того… уверен, я тоже. — Ну, ты определенно тот тип людей, которые пригревают незнакомцев с улицы и готовят для них. — Пригревать — это определенно про меня. Какаши усмехнулся, наклонился и положил лоб на мое плечо. — Ты идиот. Слишком хороший для этого мира. — Он провел рукой по моему бедру. Наконец-то — все, о чем я мог думать. Меня не трогали с такими намерениями уже целую вечность. — Когда в последний раз кто-то делал для тебя что-то приятное, м? Я немного отодвинулся. — Мне нравится делать приятное другим. — Я спрашивал не об этом. Я прикусил губу. — Последний раз был сегодня. Ты помог мне донести елку. Какаши улыбнулся. — Как непохоже на меня. — Теперь, когда я знаю, что ты сделал это, чтобы забраться ко мне в штаны, вполне похоже. Какаши усмехнулся. — Можно тебя поцеловать? — Конечно. Уже давно. Какаши медленно обхватил мою шею своей большой рукой и наклонился. Он не тратил время на нежные поцелуи, сразу раскрывая мои губы. Я позволил ему это, целуя в обратную, без тени сомнения. В голове словно произошел взрыв. Последние мои попытки были… с козлами. Я не чувствовал себя желанным. Просто парень с ребенком. Но Какаши… держал меня в руках так, как будто я ему нравился. Он увидел меня на улице и подумал, что я привлекательный. Такой привлекательный, что он сделал первый шаг. Затем он познакомился с моим ребенком, и его это ни капли не смутило. Он хотел поцеловать меня. Я хотел поцеловать его. Это совершенно отличалось от моих прежних поцелуев. Какаши подался вперед и придвинулся бедрами к моим. Я почувствовал, что медленно завожусь. Так что я отклонился. Его вкус остался на моих губах. — М-м. Наруто. Он… — у меня сбилось дыхание. Черт. Я действительно хотел, чтобы он не останавливался. Какаши ярко улыбнулся. — Верно. — Прости, не хочу, чтобы он… м-м… вошел… — Все нормально. Не переживай, — сказал он, украв еще один кусочек паприки. Он сунул его в рот, ехидно глядя на меня, и мимолетно чмокнул меня в губы. После этого он отошел от меня и спросил: — Я зажгу камин? Рождество же. — Конечно. Только смотри, чтобы Наруто ничего туда не кидал. Я хотел накрыть стол, поставить свечи, сделать ужин особенным. Но Наруто и Какаши каким-то образом решили, что мы должны все вместе сесть перед камином. Они воодушевленно раскладывали по полу подушки. Наруто, похоже, не возражал против того, что Какаши оставался на ужин, так что я не стал спорить. К счастью, Наруто хорошо ладил с новыми людьми. И ему, похоже, нравилось, что он нашел партнера по преступлению. Так что я взял два подноса и положил их на деревянный пол. Раздал Какаши и Наруто тарелки и поставил блюдо из духовки на поднос. Ребята с горящими глазами предвкушали ужин, особенно когда я положил к овощам кусочки курицы. Наруто держал в ручках свои приборы и махал ими вверх-вниз. Меня это насмешило, и я сел между Какаши и Наруто. Какаши положил руку мне на ногу. Сказал: — Выглядит потрясающе. — Ты из тех людей, что часто едят еду на вынос? — спросил я. — Смотря, что значит часто, — шутя, ответил он. Я толкнул его в плечо, взял ложку и положил Наруто его овощи. — Приятного всем аппетита. Возле камина было тепло. В какой-то момент Какаши отставил тарелку, чтобы подкинуть дров. Наруто был непривычно тихий, глядел на пламя. Нужно было это запомнить, я всегда запоминал вещи, которые его успокаивали. Какаши смотрел на меня. Я то и дело мягко смотрел в ответ. Если бы в глазах могли появляться сердечки, думаю, у нас у обоих уже было бы по паре. Какаши скользнул рукой мне на колено и подождал реакции. Но ее не последовало, и он оставил руку там. Это было приятно. — Ты все, Наруто? Наруто кивнул, разглядывая оставшиеся кусочки курицы на тарелке. — Я объелся. — Я могу съесть еще, — воодушевленно встрял Какаши. — Конечно, можешь. Тебе нужно отыграться за всю еду на вынос. Он закатил глаза, засмеялся и взял тарелку у Наруто. — Прости, что считаю, что ты потрясающе готовишь. Тепло разлилось по всему телу. Я чувствовал себя потрясающим, вызывающим интерес, сексуальным и в то же время хорошим отцом. Наверное, это сочетание все же было возможно. Кто бы мог подумать? Точно не я. Когда Наруто оказался в кровати, пришло время больше вина. Больше вина, чем я пил за все последнее время. Я вышел из комнаты Наруто, Какаши притянул меня к себе и положил подбородок на плечо. — Он уснул. — Хм, да, — я отозвался на прикосновение. — Хочешь еще вина? Какаши посмеялся. — И больше огня, больше джаза. — Звучит, как хороший план. Я открыл бутылку, Какаши поднес бокал. В гостиной играла Билли Холидей. «Моя детка согреет меня» — пела она. Какаши это нравилось, он отпил вина и поцеловал меня в макушку. Я утянул его в гостиную и взял за руку. — Потанцуй со мной, — прошептал я. — Какое клише. — Называй, как хочешь, мне плевать. Он глотнул вина и поставил бокал на столик. Положил одну руку мне на бедро, а другую на шею. — Это будет медленный танец? — мягко спросил я. — А ты что хочешь? Тверк? Я рассмеялся. — Не знаю. Но песня быстрая. Какаши начал покачиваться, притянул меня и закружил по комнате. Он крепко держал меня и бодро качался. Я смеялся. Мы, должно быть, выглядели нелепо. Он пронесся по комнате, кружа меня в танце. Я пытался двигаться с ним в такт, но каждый раз он утягивал меня в другую сторону, очаровательно смеясь. — Так пойдет? Я фыркнул. — Я просто хотел… — песня закончилась. Медленно, очень медленно начал играть Чет Бейкер. Я улыбнулся. Это было именно то, что я хотел. — Я просто хотел, чтобы у меня было оправдание обнять тебя. Он уже обнимал меня, но после этих слов прижал к себе еще сильней. Он поднял руку и погладил меня по щеке. — Так? — Хм… да. — Хочешь потанцевать? — Хочу целоваться. — Это, — Какаши наклонился так, что его губы касались моих, — я могу. — Ты такой ду… — и он поцеловал меня. Он целовал меня, как и в первый раз. Он не терял времени и целовал глубоко, затем начал покрывать поцелуями мои губы, щеки, скулы. — Какаши… — Ты действительно очень милый, ты знал? — Хм… не преувели… — он прижался бедрами ко мне и провел носом по щеке. — Мы все еще танцуем? Играла «Милая, снаружи холодно». Какаши ухмыльнулся. — Не под это клише. Я подумал, вспомню ли я эту песню, когда буду мысленно возвращаться к нашей первой встрече. Я подумал, будет ли это вообще важно, посмеемся ли мы над этим позже. Я был рад, что он поцеловал меня тогда на кухне. Но, подумав об этом, я отстранился. — Какаши? — Хм, да? — его глаза были полны восхищения. Я никак не мог привыкнуть к этому. — Ты зайдешь на днях? Может, на обед… Я хочу… — я задумался на мгновение. Какаши ясно дал понять, что я понравился ему внешне, и что он хочет залезть ко мне в штаны. — Это тупо… Не нужно было это говорить… Какаши держал руку на моем бедре, но перестал меня целовать. — Все равно скажи. Я нервно сглотнул. — Я… ты потрясающий. Честно. Но я не ищу ничего непостоянного. Наверное, я как-то поздно об этом говорю, да? Но если тебя не будет здесь во время завтраков, если тебя не будет на дне рождения Наруто… — Ш-ш, Ирука, — Я поднял на него глаза. Он мягко улыбался. — Ты правда думаешь, что я нес сюда елку и упущу возможность насладиться ей? Черт, я буду здесь завтра же. — Я усмехнулся. — Нет, серьезно. Ирука, просто… Когда я увидел тебя, я действительно очень, очень захотел залезть к тебе в штаны. — Не может быть, — усмехнулся я. — Потому что ты сексуальный, — я распахнул глаза. — Но потом ты приготовил для меня, пригласил познакомиться со своим сыном, танцевал со мной в свете камина. Черт. Теперь я остаюсь. На этот раз я дернул его на себя. Буквально набросился на него губами. Какаши усмехнулся сквозь поцелуй, удивленный моим напором, но крепко обнял. Он утянул меня к дивану и усадил к себе на колени. Сквозь штаны я чувствовал, что у него стоит, но он ничего не делал. Просто продолжал нежно целовать меня, будто после того, что я сказал, он не хотел торопиться. Я был только за. Лишь бы не кончались эти нежные поцелуи. Какаши крепко прижал меня к себе. — Я думаю, мне не стоит оставаться на ночь. — Почему? Он поцеловал меня в подбородок, потерся носом о шею. — Я хочу, чтобы Наруто привык ко мне… Хочу встречаться с тобой, — от его дыхания на шее по телу побежала дрожь. Я подвинулся у него на коленях, притираясь к его промежности. Он тихо простонал и откинул голову. — Ты приглашаешь меня на свидание? — Хм… да. Выпьем как-нибудь кофе? — Можем сходить на каток. — Клише, — ухмыльнулся он. Я лизнул его в губы, и он поймал мой язык для еще одного поцелуя. — Нам нужно многое наверстать. — Пожалуйста, пойдем со мной на каток, а потом попьем горячего шоколада? Я поцеловал его. — Пойдем. Оставайся? Какаши ухмыльнулся. — Но милый, снаружи холод… — Это мои слова, разве нет? — Замолчи и поцелуй меня.