Двойственность

      Решетчатые створки лифта отворились, выводя девушку из некоего подобия транса. Через силу подаётся вперёд, перебирая ногами, по направлению к своему жилищу. С каждым пройдённым шагом припечатывается к стене, будто железка к магниту. Кажется, не стоило столько пить. Или всё же стоило?       Просто похуй — это была одна единственная разумная мысль в данный момент.       И несмотря на своё состояние, удерживала бутылку она вполне крепко. Остатки алкоголя то и дело бултыхались от её рваных телодвижений. Искривлённые губы жадно припали к горлышку, делая спешные глотки. До жжения во рту и гортани.       Хочется проблеваться. Избавиться от всего этого дерьма, что скопилось в её метавшейся «душе». А была ли она вообще?       Дверь скромных апартаментов сдвигается в сторону, впуская девушку внутрь.       И ровно в тот момент она рухнула на пол, разбивая бутылку, напарываясь ладонью на крупный осколок. Ничего серьёзного, если сравнивать со всем остальным.       Морщится, но продолжает всматриваться. — Дерьмово выглядишь.       Ви поднимает взгляд и тут же хмурится, слегка оголяя зубы.       Разделять тело между двумя «душами» стало уже чем-то обыденным для неё. Но скорее всего это была не более чем вынужденная привычка. Ни её, ни его не устраивало такое соседство, что отчасти напоминало какое-то психическое расстройство.       Он присутствовал во всех аспектах её повседневности, и это не могло не раздражать. Сначала мимолётные помехи, после которых следует он сам.       Под обстрелом пуль или в баре. Неважно.       Стоит рядом, сидит рядом. Всегда рядом. Но в последнее время ей начинает казаться что это «рядом» приобретает странные очертания.       Очередная перестрелка закончилась на не очень приятной ноте. Пуля задела плечо, и пролетела насквозь. Похоже, сука удача решила смиловаться над ней. Пришлось латать очередную дыру.       И какая эта по счёту пуля, «пойманная» ей за одну только неделю? Рвётся в самое пекло, будто бессмертна. Или же просто окончательно свихнулась.       Чужие вопли, брызги крови и ошмётки тел, разрезаемые лезвием катаны. Среди этого месива алого цвета она отчётливо различает его фигуру, что не просто стоит, а словно бежит по направлению к ней. И ровно в этот момент тело пробивает острая боль, вырывая из глотки неконтролируемый приглушённый стон.       А после чей-то невероятно отчётливый ухват, одним резким рывком заставляет её опуститься вниз к укрытию. — Тупая ты сука, что творишь!       Джонни. Невероятно близко к её окровавленному лицу, продолжает удерживать локоть. И лишь одна мысль зарождается в голове в тот момент.       «Какого хера он так близко? Какого хуя я чувствую его касание?»       Ви непрерывно смотрит на него и не понимает. Нихера не понимает.       Мужчина снова дёргает её на себя и, кажется, что они вот-вот столкнутся лбами. Но ведь он всего лишь в голове. Всего лишь грёбаный чип. Не материален. Тогда почему воздуха стало так мало? — Отвали! — чуть ли не с визгом прокричала девушка, отдёргивая руку на себя.       Но нет. Не вышло. От слова совсем.       Острее ощущает боль в плече, сильнее ощущает его пальцы. — Какого…       Придвигается ближе. Снимает круглые солнцезащитные очки и смотрит. Столь озлобленно, с диким прищуром. — Совсем ебанулась? Сдохнуть решила?       Жадно хватает воздух ртом, по-прежнему не понимая, что происходит. — Ви! — громкий рык срывается с его уст.       Пули свистят над головой, а она в ступоре. Лишь хлопает длинными ресницами, продолжая всматриваться в его черты лица, осознавая насколько он… близко. Казалось, протяни пальцы и коснёшься наверняка шероховатой кожи. Горячей кожи. Живой. И она это делает. Тонкие пальцы тянутся к обросшему густой щетиной подбородку, желая почувствовать.       Касание.       Насквозь.       Ничего.       Лишь голубая рябь вокруг него. — Соберись, и не лезь на рожон. Ты нужна мне живой, — теперь же голос мужчины стал менее громким, но отчётливо властным.       Сильно сжимая челюсти, до скрежета зубов, девушка тянется к стволу, делает перезарядку, после резко выныривает из укрытия. Под обстрел.       В самое пекло…       Рвотный позыв быстро привёл её в чувства, посылая мгновенные импульсы прямо к мозгу. Отрывается от пола, всё ещё шатаясь, добирается до туалета.       Надрывно закашливается, ощущая до отвращения горький вкус, от которого блевать хочется ещё сильнее. Между процессом, пытается вспомнить сколько коктейлей она в себя залила, или может что покрепче. — Если не умеешь пить, не берись, — раздаётся раздражённый мужской голос прямо за её спиной. — Отстань. Не видишь, что плохо. — Скажу тебе больше. Я чувствую это. Завязывай жрать эти таблетки. От них всё равно проку нет.       Она не ответила. Лишь беззвучно приоткрыла рот, для того, что бы в очередной раз послать его нахер или куда-нибудь глубже.       А таблетки и вправду не помогают. Почти. И она действительно сжирает их горстями. Лишь бы хоть ненадолго отдохнуть от его присутствия, что с каждым днём становится более ощутимым.       Особенно остро она заметила это после очередного беспокойного сна, и головной боли, от которой собственно и проснулась.       Лежала в собственной постели, укрытая тонким одеялом. Украдкой взглянула в сторону окна. Всё ещё ночь. Всё ещё хочется спать. Хочется закинуться очередной дозой.       Выполнить желаемое не вышло, ибо тело просто не слушалось. Встать не может. Руками пошевелить не может. Шумно заглатывая воздух, поворачивает голову в противоположную сторону и натыкается на него.       Мужчина лежит рядом с ней, в очень раскрепощённой позе, от чего становится немного не по себе. Механическая рука согнута в локте, подпирает наклоненную голову. Тонкие губы растягиваются в загадочной ухмылке.       Хочется встать, и отдалиться. Взять контроль.       Её зрачки перебегают по его фигуре. Кротко осматривает ноги, обтянутые узкими штанами, быстро перебегая на руку, что спокойно расположилась на животе.       Рельефная мускулатура проглядывалась даже сквозь чёрную жилетку, и она не могла это не замечать. Особенно сейчас. — Нравится? — тембр его голоса на долю секунды показался непозволительно бархатистым. — Джонни, я не могу пошевелиться, — изо всех сил пытается приподнять голову. — Знаешь, я тут пораскинул мозгами и решил кое-что проверить.       Ровно в тот момент она поняла, о чём речь. Контроля над телом нет, и всему виной вовремя не проглоченная таблетка. Всему виной чёртов чип. Всему виной он.       С каждым днём контролировать собственное тело всё сложнее. С каждым днём мысли становятся более спутанными. Каждый ёбанный день превращается в борьбу.       Остаться собой.       Отчётливо замечает, как мужчина придвинулся ближе. Голубой ряби всё меньше. Такого раньше не было.       Дуги её бровей сдвигаются вниз, образовывая несколько маленьких морщинок над переносицей. Продолжая шумно дышать, не прекращая бесполезные попытки подняться на ноги, или почувствовать любую часть своего тела.       Медленное движение руки, после которого он начинает тянуть пальцы к её лицу.       Медлительно. Даже слишком.       Ви отворачивает голову, не желая соприкоснуться, хоть и это не представлялось возможным.       Покалывание на коже, что распространилось по скуле и ниже. А за ним следует приятное жжение.       Зрачки девушки расширяются.       Она чувствует. Ощущает прикосновение пальцев Сильверхенда.       Шероховатые подушечки пальцев, что оглаживают скулу, плавно переходят к линии челюсти. Затем уже вся ладонь скользит по тонкой шее и далее. Касается ложбинки меж ключиц. Останавливается. — Не говори, что не чувствуешь это, Ви. Всё равно не обманешь.       Горячий шёпот прямо в её ухо, от которого она лишь сильнее вдохнула воздух сквозь стиснутые зубы. — Это просто бред собачий, — теперь же она сверлила хмурым взглядом тёмную радужку его глаз. — Мы оба знаем, что нет.       Невыносимая височная боль, за которой следует звенящий шум в ушах и очередные помехи.       Она не сразу поняла, как это произошло. Как снова ощутила, что может контролировать себя. Как дошла до небольшого столика. Как проглотила очередную дозу блокаторов. — Эй, не спи, — громкость его голоса эхом распространилось по её мозгам.       Ви сидела возле унитаза, и, по всей видимости, не заметила, как вырубилась.       Голова всё ещё раскалывалась, будто разламываясь на куски. На две равные половины.На ходу скидывает ботинки, отбрасывая их в сторону. Следом летит кожаная куртка, сминается футболка, отлетая в противоположную сторону. Далее стягивает латексные штаны, что так пикантно обтягивают её упругие ягодицы.       В последнее время хотелось носить именно такой комплект одежды, дабы привлекать к своей персоне внимание. Особенное внимание.       Вытягивает шею навстречу горячим потокам воды. Задерживает дыхание, подставляя лицо. Протягивает руки к волосам, дабы снять кольца цвета платины. Тонкие пальцы зарываются в чёрные волосы, чуть взъерошивая их у самых корней. Стягивает лямки лифчика, освобождая грудь от сковывающих ощущений. Трусы не заставили себя долго ждать. Теперь бельё валяется возле её ног, но ей совершенно похеру на это. Девушка концентрирует всё своё внимание на шуме воды. На горячих струях, что размеренно стекают по её телу, немного притупляя боль. Хотя бы ненадолго.       Голубая рябь перед глазами как правило влекла за собой далеко не приятные известия.       Вышагивал бесшумно, но она отчётливо ощущала его присутствие по ту сторону тонкой стенки душевой.       Игнорировать — это самое лучшее решение в данный момент. Отдалиться сознанием от его вечно мельтешащей фигуры перед её глазами.       Провела пальцами по плечу, чуть сдавливая кожу. Медленно водила ладонью по шее, невольно вспоминая тот случай. Те странные ощущения, что короткими импульсами пронеслись под кожей. Вдумчиво оглаживала себя, совершенно не следя за собственными движениями. Остановила пальцы лишь тогда, когда уловила приятное покалывание собственных отвердевших сосков.       И когда она успела зайти чуть дальше?       Уставилась на свою на грудь, а после оглянулась.       Сильверхенд стоял облокотившись спиной о стену, раскуривая сигарету. Само собой фальшивую. Лишь его проекция и всё что с ним связанно.       Ловила отчётливый взгляд на себе. — Подглядывать не хорошо. Мама не учила? — смешок сорвался с её уст. — Пиздой меня не удивить, так что расслабься.       Откидывает сигарету и начинает подходить. — Свали, Джонни. Дай постоять в тишине и привести мозги в порядок. — Тебе не поможет. Да и к тому же, ты не этого сейчас хочешь.       Отвернулась, мысленно прогоняя его. Бесполезно. — И чего же я хочу? — спросила, словно не зная ответа. — Не прикидывайся конченой идиоткой. Злишься, что проебала потенциального ёбаря, и теперь кромсаешь всех, кто под руку попадёт, — низко отозвался мужчина возле её уха.  — Не лезь … куда …. не просят, — шипит, словно ядовитая змея, готовая вот-вот наброситься.       Она злилась. Пиздец как злилась. И это бесило.       Нарастающее напряжение, которое она не могла унять. А ему оставалось лишь делить с ней напополам. Окунаться в это дерьмо с головой.       Она стоит обнажённая. Тяжело дышит, со всей силы вжимая ногти во внутреннюю сторону ладоней, оставляя на той глубокие красноватые следы.       Он стоит почти вплотную к ней, вслушиваясь в её внутренний выкрик, состоящий лишь из бранных слов.       Как же она похожа на него…       Мимолётная мысль развернуться и врезать со всей силы по его роже растворилась сама по себе. Снова не контролирует собственные руки. Голову пробивает невыносимая боль. Непроизвольно делает шаг в сторону. Не получается. Что-то удержало её, а точнее его ладони, что жёстко сцепились на талии. — Давай разберёмся с этим раз и навсегда, — душевая лейка больше не обрушивает потоки воды, но она чётко уловила горячее дыхание на собственной шее.       Могла поклясться чем угодно, что почувствовала. — Блять, — так невольно сорвалось из её приоткрытого рта. Слишком протяжно.       Слишком.       Цеплял кожу с таким рвением, будто желая содрать. Длинные, узловатые пальцы скользнули к её животу. Теперь прикосновение, которого не может быть стало чуть мягче. Шероховатая ладонь опустилась ниже. — Джонни, прекрати, — сдвигает голову в его сторону. — Нет. Меня заебал твой недотрах. И раз ты не хочешь другого члена, то я с превеликим удовольствием предоставлю свой.       Пальцы механической руки подцепляют мокрые волосы девушки, откидывая те назад. Губы. Его чёртовы губы, что прикасаются к чувствительным местам. Трётся обросшей щекой об шею, вызывая морось на коже.       Ноющее ощущение в районе живота опускается ниже, заставляя прогибаться. Срывается короткий и одновременно сладостный стон. Немного приглушённый, но будоражащий их сознания. — Это невозможно, — быстро облизывает пересохшие губы, подхватывая очередную волну возбуждения. — Сам охуеваю.       Разум Ви вырисовывает самые потаённые желания, словно голову вскрывают без наркоза. Прикрывает глаза, мимолётно улавливая его мысли и ощущения.       Никогда прежде она не чувствовала такого дикого возбуждения.       Потому что они хотели этого?       Металлические фаланги его пальцев сжимают отвердевший сосок. Перебирает меж пальцев, вслушиваясь в стон, что повторился ещё раз.       Хочется больше. Хочется дальше.       Ноги расслабляются, предоставляя доступ ладони, что без предупреждения вторгается внутрь.       Будто ему нужно было, какое-либо разрешение.       Глубоко засаживая несколько пальцев во влагалище, непреодолимо желая услышать её стон.       Протяжный.       Желанный.       Тормозов больше нет.       Голову пробивает жгучая пульсация, но прежней боли не ощущает.       Лишь пальцы Джонни, что так быстро двигались внутри.       Только это теперь имело смысл.       Отпускает слишком быстро. Пальцы более не пытаются выдолбить всё её нутро, отчего становится как-то до отвращения тоскливо. — Пошли, — низко отзывается Сильверхенд, утягивая её за собой.       И она идёт. Послушно, будто на поводке.       Взглядом оглядывает комнату, останавливая всё внимание на голубой банке. Далее обдумать что либо он ей не позволил.       В несколько широких шагов преодолел расстояние до стола, схватил банку, со всей силы швырнув об соседнюю стену. — На хую я вертел твои колёса.       Остервенело толкает на кровать, с неприкрытым удовольствием засматриваясь на её грудь. Продолжает буравить взглядом её растрёпанные волосы, плавно перебегая к лицу. К приоткрытым и невероятно влажным губам, которые она так игриво закусывает.       Всё ещё мокрая. Всё ещё желанная.       Она стонет, просто не в состоянии контролировать этот процесс. Стонет после того, как мужчина опустил собственные пальцы на бляшку ремня, в одно умелое движение избавляясь от неуместной тесноты.       Их сознания, чувства, ощущения словно слились в унисон. Столь громкий, до разрыва барабанных перепонок. До помутнения рассудка.       В один миг уже рядом. Нависает над ней, удерживая собственное тело на руках. Так близко его глаза. Тёмно-карие. Словно сама бездна вглядывается в неё.       Она поддаётся вперёд, заведомо ожидая, что столкнётся с воздухом. Жадно приоткрывает влажные губы, отчаянно желая.       Чёрт, он был прав как никогда.       Сталкивается. Вжимается. Сминает губы, чувствуя привкус стали. Пальцы оглаживают его шею поднимаясь чуть выше, ощущая всю жёсткость его растительности на лице.       И похуй как это всё выглядит.       Похуй что мужчина, которого она хочет, всего лишь чип в голове, что убивает её.       В этот момент, … ровно в этот момент, … для неё он стал реальным.       Открывает рот шире, впуская его язык. Ловит каждое движение, нисколько не желая уступать.       Властно прижимается к ней пахом. Подхватывает под бёдра, в одно движение, приподнимая на себя. Рычит прямо в её рот, закусывая нижнюю губу.       Её пальцы цепляются за грубую поверхность его жилетки, желая разорвать ту в клочья, и он это уже знал.       Чуть отстраняется, расстёгивает, оголяя широкую грудь, обросшую густыми волосками. Ви припадает к его груди. Подцепляет ногтями горячую кожу, опуская ладони к подтянутому животу.       Извивается под ним, ощущая неимоверно тугой узел внизу.       Мужчина сжимает её запястья, поднимая обе руки вверх, прижимая к постели.       Резкий толчок.       Её оглушающий стон.       Его дикий рык.       Вошёл без предупреждения, во всю длину. Грубые толчки сопровождаются оглушающими стонами Ви.       Продолжает извиваться, двигая тазом в такт его быстрым движениям, закусывая собственные губы до крови. Раздирает глотку, от этой наполненности. Им…       Бешенный ритм сердца, которое вот-вот выпрыгнет из груди. Быстрое дыхание, до жжения в лёгких.       Она чувствует.       Тугой узел развязывается. — Давай, Ви, — подхватывает губами кожу на её груди — Кончай для меня.       Занавес…       Надрывно распахивает рот. Мощный спазм, скручивающий каждую частичку её тела.       Она выкрикивает имя. Его имя. Бьётся в сумасшедших конвульсиях, выгибая спину. До адской боли в позвоночнике.       Довольная ухмылка растягивается на его лице.       «Хрен ты от меня избавишься»