Сожги меня

— Какого хера, Даби? Уже глубокая ночь… Шигараки открыв дверь, так и остался стоять на пороге, когда в полутьме увидел, что парень всё-таки не спал и кричал сейчас вовсе не специально. Даби громко и обрывисто дышал, а потом потянулся рукой к тумбочке. Холодное стекло стакана обжигало разгоряченную руку, вот только из-за кривой хватки, тот нелепо выскользнул из его рук и, упав на пол с громким звуком, разлетелся на множество осколков. — Проваливай… — удручённо выдохнул темноволосый, заведя руку в свои волосы и лёгким движением немного растрепал их. Томура бесшумно прошёл вперёд и остановившись около его кровати, наклонился вниз, собирая в руку все осколки. — Эй, пахнет алкоголем. Разве после ночного кошмара его пьют? Шигараки собрал почти все стекло, и подняв последний кусочек, поспешно встал со своего места. — Какая тебе разница, что я собираюсь пить? После чего парень недовольно фыркнул и встал со своей постели, направившись на балкон. Шигараки сморщив нос, решил промолчать, поэтому молча дойдя до кухни, выкинул осколки в мусорку. Почему-то ему в голову пришла идея порадовать приятеля и сварганить кое-что действительно нужное. Томура достал из шкафчика сушёную лаванду, а из холодильника молоко. Так-то он постоянно удивлялся, откуда у них разные чаи, а тем более свежее молоко, но догадывался, что сладкие любила Тога, как и всегда свежее молоко по утру, ведь девушка постоянно завтракала хлопьями или какой-нибудь овсянкой. Шигараки, разогрев молоко в небольшой кастрюльке, закинул туда немного лаванды, постоянно помешивая, пока напиток не обрел легкий фиолетовый оттенок. Сняв посудину с плиты, он перелил жидкость в кружку и добавив туда немного мёда, тщательно перемешал. Томура неспеша понёс это в комнату парня. Открыв дверь, голубоволосый невольно сморщился, ведь опять воняло горькими сигаретами. Он и так постоянно ругал того за то, что не закрывает за собой балкон, а из-за этого потом стойкий запах сигарет витал весь день в их коридоре. Даби все еще находился на балконе и бездумно смотрел куда-то вдаль. Холодный северный ветер перебирал его тёмные пряди. И Шигараки невольно засмотрелся на такого задумчивого его, взяв на заметку, что когда он молчит — выглядит намного привлекательней. Он переступил порог балкона и передал парню кружку. — Что это? Травануть меня решил за то, что я опять не закрыл дверь на балконе? Томура недовольно выдохнул и перевел взгляд на ночной пейзаж города, игнорируя издёвку от парня. Даби, поднеся кружку ближе к своему носу, понюхал, а потом сделал небольшой глоток. — Вкусно… Но там ведь нет яда? Голубоволосый кинул разочарованный взгляд на местного шутника, пихая логктем в бок. Шигараки также взял на заметку и то, что смотреть на далёкие огни города и яркие созвездия довольно-таки красиво. Но долго терпеть холод он не мог и поежившись, чихнул. — Я думал, что те, кто имеют огненную причуду, с трудом переносят холод. Но я смотрю, что тебе хоть бы хны. Я пошёл спать… Допивай молоко и постарайся уснуть. Выйдя с балкона, парень поспешно направился к выходу, а когда он почти дошел до порога, то услышал голос Даби. — Спасибо. * * * На следующую ночь повторилось то же самое. Крики, звук бьющихся бутылок и грохот падающих вещей. На этот раз было понятно, что Даби после своего сна начал буянить. Открыв дверь, Томура прошёл в комнату парня, посмотрев на того, долго всматриваясь в его бирюзово-зелёные глаза. Какой-то черт укусил его и до конца не осознав, что произошло и какого черта, он крепко обнял товарища, прижимаясь телом к телу. — Что ты делаешь, придурок? — недовольно, и даже какой-то мере грубо пробурчал темноволосый, но не пытался отстраниться или отпихнуть его. — Ты не знаешь, что такое объятия? Тебя разве не обнимали? Даби долго молчал, как и сам Шигараки. — Нет, не обнимали. Парень удручённо выдохнул и похлопав проблемное дитя по спине, направился к выходу. — Сейчас вернусь, — наспех проговорил Томура, исчезая в темноте прохода, но уже через пару минут возвращаясь с кружкой, наполненной тёплым молоком. На этот раз Даби даже не вышел курить, а просто сидел на краю постели и бесцельно смотрел в пол. Голубоволосый заставил того взять посудину в руку, а сам начал прибираться в его комнате. Беспорядок он не особо любил, а тем более разбитые вещи, из-за которых можно было пораниться. И всё-таки Томура умудрился случайно порезать палец, когда собирал осколки с пола. Даби отставив кружку в сторону, подошёл к парню ближе и обеспокоенно взял его руку, поднося чужой палец к своему рту и слегка облизывая. — Ты что творишь? У тебя же слюна ядовитая из-за твоих поганых сигарет! Даби недовольно фыркнул и, закончив с пальцем Томуры, отпустил чужую руку. — Пф-ф, ну тогда ты в скором времени умрешь. В воздухе повисла неловкая тишина, вот только в скором времени ее нарушил сам голубоволосый, присев на край кровати рядом с приятелем. Слово за слово и разговор пошел, как по маслу. Это могло бы продолжаться до утра, но Томуре уже сильно хотелось спать и он плюхнувшись на кровать Даби, отобрал его одеяло, укутавшись им полностью, быстро смолк. — Эй, вали к себе, какого хера? Шигараки только слегка приоткрыл глаза, чтобы посмотреть на недовольное лицо собеседника. — Мне лень идти в свою комнату. Если хочешь, можешь отнести меня сам. А если не хочешь, то это уже твои проблемы. Даби не стал долго спорить, он просто залез на свою кровать и пихнул локтем Томуру, оттесняя его в другую сторону. — Ага. Размечтался. Мне похер, я собираюсь спать на своей кровати. Светловолосый довольно быстро уснул в чужой постели и проспал ровно до того момента, пока не услышал громкий голос над своим ухом. Проснувшись, он непонимающе долго смотрел на Даби, который повторял одно и то же: «Нет, я не хочу… Отец… Больно.» Ему было неприятно это слышать, его сердце предательски сжималось и болело, потому что все это чёртово время он сильно беспокоился за черноволосого, но совершенно не знал, как ему помочь. Разбудив его, Шигараки снова без лишних слов крепко обнял и начал нежно поглаживать парня по голове, перебирая между своими пальцами тёмно-угольные пряди. — Всё хорошо… Это просто сон… — Тихим полушепотом повторял он, смотря на чужое лицо и пытаясь приветливо улыбнуться. Для него это было совсем не свойственно, тем более проявлять заботу, но он знал, что Даби в этом нуждается. Темноволосый долго молчал и пристально смотрел на Томуру, совершенно иначе: слишком нагло и настойчиво, и именно это немного нервировало того. Он ненавидит, когда на него так пялятся. — И почему ты так пристально на меня смо… Он не смог договорить, потому что Даби без каких-либо на то объяснений схватил своими руками его за лицо и потянув под себя, поцеловал. Шигараки, оторвавшись от его губ, задышал часто и сбивчиво. — Эй-эй! Ты чего? Он попытался выбраться из-под него, но ничего не получилось. — Ты всегда был таким нудным? Можешь просто на пару минут заткнуться? И после своих слов Даби снова его поцеловал, только уже более настойчиво, чем в первый раз. Томура согласился, что пару минут можно и помолчать. Он посчитал, что с таким горячим парнем, как Даби, и его поцелуями, тоже очень обжигающими, можно немного чуть-чуть да помолчать. Немного погодя, темноволосый отстранился, отказавшись дальше целоваться с этим фриком, потому что сухие губы не в его вкусе. А если они вообще по ощущениям напоминают наждачку, продолжать прикоснуться к ним не хотелось. * * * Из-за этого всего их отношения становились всё лучше. Томура частенько засыпал около Даби, чтобы помочь ему после кошмара. Он и правда не любил, когда посреди ночи кто-то кричит и все ломает, так что был не против проснуться один раз ночью, чтобы крепко обнять парня и немного с ним поговорить перед тем, как вновь уснуть. Но из каких-то таких ночей он услышал кое-что странное и сразу же все понял. Даби говорил это все обрывисто, и настолько грубым тоном, что даже Шигараки испугался, услышав с какой интонацией, он все это проговаривал. — Я убью тебя… Старатель… Убью все, что тебе дорого… Томура хотел бы спросить о большем, но разве он может? После всех этих кошмаров, которые мучают его каждый день, разве он может спрашивать его об этом? Теперь Шигараки прекрасно знал, что сильно привязался к Даби, раз думает о его чувствах. После этой ночи Томура навёл справки насчёт Старателя, и как оказалось, в его семье был еще ребенок, который уже значился мёртвым — сгоревшим заживо. После этого парень почувствовал только боль. Неприятно копаться в чужом прошлом, особенно если сильно привязался к этому человеку. Потом Шигараки пошел к своему знакомому подпольному доктору, чтобы взять разных таблеток от бессонницы и наконец-то скормить их Даби. Парень негативно отнесся к лекарствам. Но когда Томура надавил на то, что ему продолжит все это сниться, Даби все-таки выпил небольшую горстку медикаментов. — Ты можешь валить к себе, раз скормил мне эти чертовы таблетки. Шигараки недовольно фыркнул и залез к нему под одеяло. — Если они не сработают, то я не хочу просыпаться посреди ночи и плестись к тебе. Даби, приподнявшись на локтях, посмотрел в красно-рубиновые глаза. Шигараки снова начал нервничать, потому что тот опять на него нагло смотрит. — Ну что? Что ты на меня так пялишься? Даби оперся поверх его головы руками и нервно выдохнул, из-за чего Томура резко притих. Ни черта он не понимает этого ненормального. Только и умеет, что бесить его и постоянно раздражать. — Если приглядеться, ты не такой уж и страшный. Шигараки тихо матюкнулся и пихнул Даби ладонью, чтобы он наконец-то лег и просто заткнулся. — И что я должен тебе ответить? "Спасибо"? Даби наклонился ближе к его губам и негромко произнес свой ответ: — Для меня ты симпатичный… Каждую ночь, которую ты проводил со мной, я думал только о том, как дико хочу тебя. После чего он поцеловал, начавшего брыкаться Томуру. Шигараки не дурак, решил сразу после этих слов смотать, но Даби крепко схватил его за руки и продолжил настойчиво целовать. — Я знаю, что ты тоже этого хочешь. Чем я ближе прижимаюсь, тем лучше чувствую твой стояк в штанах, — и когда брюнет это произнес, то резко отпустил руки Шигараки и самодовольно ухмыльнулся ему в лицо. Томура только слегка смутился на его дерзость. — Возможно… И почему ты остановился? Продолжай. Даби еще самодовольней улыбнулся и стал поспешно снимать с Шигараки одежду, попутно покрывая его шею и ключицы поцелуями. Томура нервно покусывал нижнюю губу, не зная, куда деть свой взгляд. Ему определенно все это нравилось, даже чересчур сильно. Шигараки нравилось прикасаться к его коже, даже если она шероховатая и сожженная, ему нравилось прикасаться к ней, оглаживая рукой его накаченный торс. — Тебе так нравится меня трогать? Только не увлекись и не убей меня, хорошо? Томура недовольно цокнул, но врать он не станет. Да и зачем увиливать, ведь его определённо все устраивает. — Мне очень нравится прикасаться к тебе. Это, наверное, странно, но мне нравится твоё тело, — Шигараки мельком взглянул на Даби и его слишком сильно озадачил удивленный взгляд брюнета. — Все-таки ты это считаешь странным? А то у тебя даже лицо напря… Даби не дал ему договорить, просто опять нагло и собственнически поцеловал, прижимая тело Шигараки ближе к себе. — Нет… Совсем нет… — обрывисто и немного сбивчиво ответил Даби и снова поцеловал Томуру, попутно стаскивая с себя вещи. Шигараки смущают его слова и действия, а особенно тот недавний взгляд. Томура понимал, что парень все-таки обеспокоен своими шрамами и, наверное, никак не ожидал такое услышать. Но также Шигараки бесит то, что он вечно его затыкает поцелуями и не дает ему нормально закончить предложение, но это же Даби. Было бы странно, если бы он ничем его не выводил. Когда на них не осталось ни одной вещи, Даби поспешно облизал пальцы. — Что ты собрался делать? — Испуганно и сбивчиво пролепетал Шигараки, отползая ближе к подушкам. — Если я войду в тебя без подготовки, тебе будет больно, — отчеканив это, Даби снова поднес пальцы ближе к его ягодицам. Шигараки зажмурившись, перевернулся на живот и спрятал свое лицо в подушках. Даби, заметив его страх, усмехнулся и решил пока не торопиться с этим. — Тебе так страшно? Я буду очень нежным, обещаю. Томура на его слова только недовольно цокнул, но не вылез из подушек. — Давай, делай уже то, что собрался! Если мне будет очень больно, я тебя прикончу! — выкрикнув последние слова, Шигараки сжался еще сильнее. А Даби чем-то, зашуршал и встал с постели, выйдя из комнаты. Томура резко поднял голову вверх и вопросительно посмотрел на закрывшуюся дверь. Не понимая, какого черта он куда-то пошел. Через пару минут Даби вернулся с какой-то хренью в руках. — Что это? Даби, сняв с себя недавно надетые штаны, залез обратно на кровать. — Тога заказывала через интернет себе разные маски и вместо увлажняющего крема взяла случайно себе смазку. Говорит, что не поняла, что это, так как на сайте было написано все на французском. Говорит, что взяла это только из-за красивого флакона. И теперь этот тюбик всегда валялся в тумбочке в ванной. Томура охреневал от своих ребят еще больше. Особенно от Тоги, потому что в их штабе полным-полно всякой херни благодаря ей, а Даби еще и запомнил, где вся эта хрень валяется. — Так вот, кто растрачивает наши сбережения… Ладно, делай уже, что хотел. Шигараки снова спрятал свое лицо. Его смущало смотреть на Даби, а особенно в его бирюзово-зелёные глаза. Они определенно ему нравились. — Расслабься… — прошептал над его ухом Даби. Шигараки слышал, как тот немного выдавил себе на пальцы смазку, а потом медленно стал вставлять два пальца в него. Томура тихо охнул и сжал руками простыни еще сильнее. Даби правда был очень аккуратен и осторожен, не забывая целовать парня. Легкие и обжигающие поцелуи брюнет оставлял на его спине, на лопатках, на шее. Шигараки думал, что помрёт от смущения, но нет, ошибся, от удовольствия. Так как Даби своими пальцами нашёл то самое чувствительное место, то стал еще интенсивнее двигать ими. Томура тихо простонал и тут же прикусил нижнюю губу. — Оказывается, когда ты стонешь, у тебя такой приятный голос. Шигараки нервно выдохнул, когда Даби начал еще интенсивнее двигать пальцами, всё чаще задевая то место. — За... заткнись… — громко высказал своё мнение Томура, сжавшись еще сильнее, почувствовав другую руку Даби на своём члене. Он плавно водил вверх и вниз, изредка сжимая набухшую головку и растирая с нее смазку по всему члену. И Шигараки, не сдержавшись, снова приглушённо простонал, его голос был негромкий, так как подушки все заглушали. Даби, вынув пальцы, взялся своими руками за его ягодицы и не спеша их погладил, а потом медленно подставил член, готовясь войти. — Только не стони громко… Ты же не хочешь разбудить наших ребят, а особенно Тогу, которая спит через стенку? — договорив свое предложение, брюнет облизал его ухо, слегка прикусив за мочку и резким толчком, вошел. Шигараки негромко шикнул, но больше не произнес ни звука. Даби пока не торопился двигаться, он, взяв в руку его член, стал плавно по нему водить. И когда Томура начал негромко мычать и крепче сжимать своими руками простынь, парень стал не спеша делать свои первые толчки. Через какое-то время Шигараки начало нравится, и он, уже не сдерживаясь, томно застонал, всё ещё стараясь делать это негромко. Даби, схватив парня за талию, поспешно его перевернул к себе, чтобы наконец-то увидеть его лицо. Но он никак не ожидал, что заведётся еще сильнее, когда увидит Томуру таким. Сексуальным, с распухшими губами, милым, с раскрасневшимися щечками и со слезами в уголках глаз. Брюнет, не сдержавшись, поцеловал его в губы и продолжил наращивать темп, а Шигараки ухватился руками за его шею. Даби был на пределе, но он желал удовлетворить Томуру, чтобы ему тоже все понравилось. Обхватив рукой его член, он стал часто и интенсивно по нему водить. Томура пытался выдохнуть и простонать, но Даби не давал ему отстраниться от своих губ. И сделав последние толчки, он кончил внутрь, а следом за ним Шигараки. — Сукин ты… Сын… Не мог, что ли не в меня кончить? — недовольно пробурчал Томура, попутно восстанавливая дыхание. Даби не дал ему и дальше возмущаться, вновь поцеловав. — Прости… Я помогу тебе потом помыться, хорошо? — наспех проговорил Даби, продолжая его и дальше целовать. Через какое-то время брюнет расставил его ноги в разные стороны и навис над ним. Шигараки только испуганно посмотрел в его бирюзово-зеленые глаза. — Нет… Даби, я же нифига не высплюсь… — начал недовольно бурчать Томура, пытаясь как-нибудь выползти из-под брюнета. — Я все еще хочу тебя… И после своих слов он начал его целовать. Все это продолжалось еще три раза. После чего Шигараки и Даби моментально вырубились, не сумев даже пойти в ванну, чтобы привести друг друга в порядок. *** Томура проснулся в ужасном состоянии, еще и Даби закинул на него свою тяжелую руку. И что удивительно, брюнет спал, как убитый после всего, что он вытворял с ним этой ночью. — Блять, — негромко выругался Шигараки, когда попытался подняться. Вся его спина жутко болела, и каждый позвонок ломило. И сумев как-то встать, он начал одеваться, чтобы пойти в ванную и наконец-то помыться. — Куда собрался? Если в душ, то пошли вместе помоемся. Томура скорчил недовольную гримасу на своем лице и глубоко выдохнул, махнув на все рукой. — Хорошо. Но мы не будем там заниматься сексом. Даби сразу же ответил ему согласием и, одевшись, они ушли вдвоем. Многие до сих пор спали, так что никто задавать лишних вопросов не будет, почему они вместе направились в ванную. Зайдя туда, Томура закрыл дверь за собой и начал раздеваться. Забравшись в ванную, Шигараки включил и настроил температуру воды. Даби долго смотрел на его спину, на темно-красные отметины, которые он оставил этой ночью, и невольно вспомнив обо всем, снова завелся. Подойдя ближе к Томуре, он огладил его ягодицы и немного наклонив, залез пальцами внутрь. Шигараки недовольно шикнул. — Я же обещал тебя почистить. Так что дай мне этим заняться. Томура прекрасно знал, к чему всё это идёт, и невольно сам возбудился. Даби прижал его тело ближе к себе и начал жадно целовать его шею, слегка покусывая на ней кожу. Шигараки только обрывисто выдыхал, закусывая свою нижнюю губу. — Можно… Я нарушу свое обещание? — томно прошептал ему над ухом Даби, и когда Томура дал своё согласие, сразу же немного грубо вошёл в него. Вода всё продолжала идти, но они уже давно не беспокоились о ней, не обращая внимание даже на то, что горячая вода уже давным-давно закончилась. И когда они еще раз это сделали, то наконец-то смогли нормально помыться. После ванны Шигараки выполз наружу чистым, но немного потрёпанным. Пока он шёл в свою комнату, то попутно ругался и матерился. Сказал напоследок Даби, что он собирается нормально отоспаться, и чтобы к нему никто не заходил или он точно сегодня кого-то убьет. Брюнет на его слова только усмехнулся, ему нравилось, когда парень недовольно бухтит и сердится, точнее ему нравилось его доводить. Во всех смыслах.