Сборник драбблов. Всем сорян.

- Эй! Ты там где вообще?! - Иди нахер, я не выйду! - Я тебя слышу, и сейчас ты у меня попляшешь, сволочь!       Лева через ступеньку проскакал всю лестницу вниз и пошел на голос, прислушиваясь.       А все Влад, которому как всегда не сиделось на месте, и он снова решил побесить друга тем, что напрыгнул со спины и дал деру. Стандартный прикол, но Лева легко вёлся на данную затею и бежал отомстить; "ибо нефиг было лезть" - говорил он каждый раз, когда давал другу поджопник, и тот лежал на полу и старательно делал вид умирающего.       Вот и сейчас, когда Влад пришел к Леве на ночёвку, не обошлось без традиционного подъеба. - Ага, мразота, посмотрим, как ты сейчас посмеешься, - Лева открыл шкаф для курток и ухмыльнулся ржущему Владу так, что эта ухмылка ничего хорошего не сулила.       Влад, сидевший в углу и сжавшийся в три погибели, выпучил в шутку "испуганные" глаза так, что выступили слезы. Лева увидев эту картину смог только заржать. Тогда старший (всего, кстати, на 22 дня) решил воспользоваться ситуацией. Он схватился рукой за ногу Левы, потянул на себя, и с нешуточным грохотом Лева упал на пол. Влад заржал, Лева тоже, а Лиза, проходившая мимо кинула на них быстрый взгляд, улыбнулась и пошла дальше, то есть наверх.       Она планировала закрыться в комнате, «а там и чем позаниматься в голову прийдет». Но ее планам было не суждено сбыться. Мимо пролетел сначала Влад, а затем и Лева, крича что-то про смерть и месть, ей-богу, Саске, аж страшно.       Мальчики заскочили в комнату и упали друг на друга на кровать всё ещё стоявшей в коридоре Лизы. - Лева, иди нахуй, уже не смешно, - говорил Влад, но сам ржал, как не в себя. - Давайте, теперь поцелуйтесь и валите отсюда подальше на медовый месяц, - Лиза встала рядом, опершись на шкаф и ухмыльнулась полетевшей в яойный рай фантазии. - Да ты бесишь меня с такими шутками!       И в лицо любящей сестре от столь же любящего и краснеющего Левы полетела подушка.

***

      На часах доходит 3 часа ночи. В комнате никто, кроме самой младшей - Ульяны, не спал. И каждый, из троих неспавших, втыкал куда-то и думал о своем. - Лиз, ты спишь?       Этот братский шепот конечно не заставит Лизу признаться в том, что сон очень далеко от ее мыслей, ибо спящих в обнимку мальчиков сфоткать хотелось. Целью фото был шантаж брата тем, что эти фото полетят в беседу его группы, и взымание у него в результате своего бездействия карманные деньги. - Она спит. - Не спит она. Думаешь, я не знаю? Я тут всю жизнь с ней..       Чтобы подтвердить свои слова, Лева привстал из спальника, оперевшись на локоть, и запустил в сестру одну из лежавших под рукой игрушку. Лиза, понявшая, что «что-то эти пидорасы задумали», не шелохнулась и для виду что-то промямлила - типо спит. - Я же говорил, что спит, - Влад тоже поднялся на один локоть и посмотрел на друга. - Ну ладно, говори тогда, что хотел, - это прозвучало более чем повелительно, - и вот надо было тебе именно этого момента ждать, ей все равно пофиг, она редко ког... - «...да родителям сдает меня...».       Но эта фраза так и останется незавершенной и раствориться на затворках памяти и сознания. Последнее, кстати, было близко к пропаже, но просто не успело, а шок, устроившись на диванчике и попивая кофе, готовился к долгому нахождению в организме "жертвы".       Щеки горели, сердце отбивало бешеный ритм, а губы подрагивали, что намешило причину всех этих последствий, поэтому Влад засмеялся, но вовремя вспомнив, что на дворе ночь, он прикрыл рот рукой.       По правде говоря, причиной был даже не сам парень, а то, что он сделал. Чмок. Поцелуем это назвать сложно. Губы приятно пульсировали у обоих, и оба явно смущались того, что только что произошло. - И зачем ты это сделал?       Отсмеявшись и заглянув в глаза Леве Влад ответил то, что примерно Лева от него и ожидал: - А тебе не понравилось?)       Краснеющий Лева только закатил глаза, надул по-детски губы и отвёл взгляд.       Влад, явно довольный реакцией и тем, что его любовник не начал создавать конфликт, как он умел и мог, решил не останавливаться, ведь предпосылки к ночи были неплохими, как он рассудил.       Медленно перекладывая правую свободную руку от себя к боксерам парня напротив, он ухмыльнулся, нащупав в этих боксерах бугор, а владелец этих боксеров упал головой на подушку и закрыл от смущения лицо руками. - Зачем ты это, черт возьми, делаешь, Влад? Ты головушкой ударился? Мы не одни в доме, если ты забыл.       10-секундная пауза. - Ты не ответил.. Тебе не нравится?       Это прозвучало пошло, шепотом, от чего Лева, снова краснея, застонал в подушку не то от негодования, не то от удовольствия, ведь Влад ни на секунду не переставал придерживаться своей затеи и уже активно поглаживал боксеры "друга", и сам получая немалое удовольствие. - Ну так что? Я услышу ответ на свой вопрос?       Снова шепот. Тот же - пошлый. Рука скользнула под резинку боксеров, проводя по всей длине члена. Изо рта уже не знающего куда себя деть Левы вырывается стон удовольствия, который он удерживает в себе, кусая указательный палец. - Ну же, не сдерживайся для меня. - Прекращай так шептаться, идиот! Все дома, ещё раз говорю! Если я не буду сдерживаться нам влетит, ты сам-то не догоняешь? - Черт... Так хотелось снова услышать твои стоны...       Шепот на самое ухо, только чтобы побесить сопротивляющегося Леву, возбудил обоих, поэтому сдерживаться и правда становилось трудно. - Сука, кусок дерьма.       Лева не хотел обидеть своего любовника этой фразой, нет, он просто только так умел выражать свое негодование. Поэтому, чтобы не оставалось неприятного осадка, после колкости последовал поцелуй. Нахальный, но нежный язык, скользящий по чужому рту, дрожащие закрытые веки и румянец на щеках. Именно так выглядел Лева, каждый раз целуя Влада. И Влад это знал. Знал, как для Левы это важно, знал, как его неловкий парень, кажущийся на первый взгляд грубым, трепетал и переживал, и знал, как он "тает" после каждого поцелуя в его руках.       Лева разорвал этот поцелуй также быстро, как и начал. И Влад бы обиделся, он был к этому готов, но не успел, ибо его парень потащил "бедного недоумевающего" в соседнюю комнату - комнату бабушки. Ее как раз не оказалось дома.       Буквально бросив Влада на кровать, Лева сел верхом и снова затянул парня в поцелуй. - Только давай быстрее, родители в другом конце коридора, разбудим из-за тебя - я тебя прикончу. - Во первых: не сможешь, солнышко, ведь ты меня любишь, - самодовольная ухмылка, - а во вторых: когда ты так агрессивно шепчешь, это возбуждает.       Шептать им приходилось обоим, не хотелось в момент соития обнаружить в дверном проходе маму или, того хуже, отца Левы: выпорет и выгонит обоих из дома со словами: «я разочарован, пошел-ка ты нахуй сынок, хоть в прямом, хоть в переносном смысле, но подальше от сюда». Ладно Лиза, она ж чокнутая, поржет, может денег за молчание попросит, но не выдаст, а так...       Не найдя, чем парировать своему парню, Лева решил показать свое недовольство делом. Он начал тереться своим, уже давно жаждущим внимания, членом об так же стоящий колом член Влада. Младший знал, что его парень не любит такое, ибо был нетерпелив и быстровозбуждаем, и сейчас Леве нравилось наблюдать, как лицо Влада ежесекундно менялось с «наслаждение» на «отвращение» и наоборот.       Конечно, будь Лева моральным садистом, он бы продолжил то, что начал, но так как таковым не являлся, он хохотнул и снова затянул своего парня в поцелуй.

***

      Хотя, знаете, Лева был тем ещё моральным садистом, только попроси. Но на Владе он бросил крутить свои финты ещё в 12 лет, потому что понял, что ему самому не приятно видеть, как его друг недоволен.       Он не был гомофобом, но относился к ЛГБТК+ не очень хорошо, хоть и нейтрально в большей степени. Влад, как и Лиза, были и есть яойщики, а потому ни одна встреча двух друзей не обходилась без шуточек с подтекстом. «И все эти шуточки, всё из-за них, из-за них я все думаю об этом педике, нехер шутить такую хуйню, и Лиза... Охуеть, спасибо, сестрёнка, только хуже делает, сволочь».       Но потом он понял, что если бы не его столь добродушная сестра-идиотка, он бы никогда не понял, что «возможно, люди же разные, и каждый имеет право любить того, кого захочет». Ну вы поняли, охуенная у него сестра, кароче.       Кстати, о сестре, которая спать и не собиралась, и все, что произошло, прекрасно расслышала и увидела, благо глаза открыть можно было свободно: темно же. Стараясь не кричать, зажимая рот обеими руками она все прокручивал в голове: «А Я ЗНАЛА!!!» и «ТЕБЕ ПРОСТО ТАК НЕ ОТВЕРТЕТЬСЯ ТЕПЕРЬ, *смех выигравшей эту жизнь яойщицы*!!!».       Сейчас же она тихонько стоит возле закрытой двери в бабушкину комнату и вслушивается в каждый шорох и вздох. И как только диктофон включить не догадалась...

***

      Поцелуи, кажется, не прекращались ни на секунду. Поза оставалась та же, за исключением того, что Лева уже не уверенно сидел верхом на любовнике, а лежал на его груди и захлёбываться стонами. А ведь это пока что всего лишь пальцы. Влад разрабатывал Леву, ибо боль своему парню доставить не хотелось уж точно. А младшему оставалось просто наслаждаться, цепляться в экстазе за плечи Влада и стонать ему тихо на ухо, чтобы не разбудить весь дом. - Я войду.(?) Можно? - Ах, блять, нашел время спрашивать, ты идиот? Ты думаешь, я позволю-ахмм!* - Много болтаешь.       Влад медленно входил в Леву, придерживая руками за ягодицы второго и доставляя последнему массу удовольствия, ведь он как раз, в отличие от своего парня, любил растягивать удовольствие и ощущения. Влад это знал, и частенько пользовался этим в подобных ситуациях, чтобы довести любовника буквально до потери сознания. Но сейчас другая история, им надо закончить все, желательно, побыстрее, дабы не разбудить весь дом продолжительным сексом. Поэтому младший, вопреки истинному желанию, насадил свое тело на член Влада и, чтобы его стон не услышали ещё и соседи, он прикусил мочку уха любовника и застонал вполголоса, сразу почувствовав, как член внутри него слегка увеличился от возбуждения.       Давая привыкнуть к себе, Влад чуть ли не перестал дышать, но Лева все ещё горел желанием закончить все побыстрее, поэтому привстал и снова насадил себя на член любовника. Они застонали в унисон и Влад понял, что медлить - глупо.       Поза не располагала к тому, чтобы старший мог достать до простаты своего парня, а доставить ему удовольствие, опять же, хотелось, поэтому Влад взял Леву за плечи, слегка оттолкнул его наверх, от себя, и, когда младший со слегка разочарованным видом сел поудобнее, Влад сплел пальцы своих рук с пальцами рук парня напротив и одними губами сказал: «двигайся».       Лева был слегка смущен позой и романтичностью своего парня и решил, что тоже должен заставить его смущаться, поэтому расцепил руки, на что Влад недовольно цокнул, и навалился руками назад, на ноги Влада, а свои ноги поставил и развел так пошло, как смог. На его лице заиграла ухмылка и он начал медленно подниматься и садиться обратно, смотря в глаза Владу, а затем закатывая свои глаза и закусывая губу. Влад был мягко говоря в ахуе, но таким его парень ему нравился больше, честно говоря. Клубника бомба, честно говоря🤧...       В теме извращений и соблазнения Лева был прошарен больше своего парня, сестра-яойщица, что сказать. Влад знал про эту его черту очень мало, но ему всегда было интересно. И иногда младший баловал его подобного рода штуками: наручниками, повязкой на глаза или извращенскими выражениями лиц, одним из которых он светит сейчас.       Лева поднял правую руку и медленно провел по своей груди и остановил ладонь над пупком. - Вот здесь... Сюда ты толкаешься, акх, - по щекам текли слезы удовольствия, и сказал он это почти неслышно, но так сексуально.       Влад, находящийся как в тумане, расслышал каждое слово четко, так, что каждая буква отложилась в памяти надолго и отдавалась эхом и дрожью по всему телу. Тут в его глазах потемнело, он взял своего парня за плечи перевернул на подушку, а сам оказался сверху. - Что же ты делаешь, долбодятел, - прошипел Влад, навалившись на Леву, и начал вдалбливать последнего в кровать, придерживая свое тело руками, которые тряслись и сгибались от возбуждения.       Лева же, который вообще не понял, что произошло, но только что потерявший последнюю возможность здраво мыслить, просто шептал что-то нечленораздельное и стонал Владу на ухо.

***

      Лиза стояла и не могла пошевелиться. Прямо сейчас, буквально в пяти шагах от нее, ее брат трахается со своим другом, с которым она его шипперит. Горящее лицо трещало от улыбки во все 32, а в голове вырисовалась картинка, и все, что происходило за дверью звучало в этой же голове так, будто она стояла прямо над ними.       Из комнаты послышались два приглушенных протяжных стона, и стало ясно, что они закончили. Лиза сорвалась с места, и запрыгнула на кровать, притворяясь спящей. Благо было темно, и ее краснючее лицо мальчики заметить были не должны, но на всякий случай она закрылась одеялом с головой. Так она спала часто, поэтому вопросов это бы не вызвало.       Через десять минут вышли парни и сразу завернули в туалет. Ещё десять минут и дверь ванной открылась, освещая своим светом коридор. Щёлкнул выключатель, шаги начали приближаться, шуршание спальников и тишина.       Прошло около получаса, и Лиза решила, что после такого мальчики уже спят. Она выглянула из-под одеяла. Комната слабо сияла от света луны и звёзд. На часах 4:20, девушка сидела совершенно не двигаясь уже 10 минут и смотрела на двух лежащих и обнимающихся Леву и Влада. В голове роились тысячи мыслей. Она сегодня не уснет, а днём начнет свой план по шантажу и вымоганию денег из своего «тупого младшего брата».