мальчик забытый кайф

Чанёль сидит на краю сцены, свесив ноги, и смотрит на пустой зал, который через несколько часов будет забит фанатами их группы. Он улыбается, предвкушая эти моменты, в которые его накрывает похлеще наркотиков. Он получает отдачу от людей и это, пожалуй, главное его искушение. Публика и популярность захлестывают с головой и уже не отпускают. А Пак не против плыть по такому течению. Ему нравится, он кайфует, отдаёт всё своё время работе. Разве это не мечта? Влюбленными глазами в последний раз смотрит на зал, а потом поднимается, ведь его зовёт Сехун. Им пора делать последнюю репетицию. Взяв любимую гитару в руки, настраивает некоторые моменты, и говорит, что готов. Лидер, по совместительству лучший друг, кивает ему и начинает литься музыку из колонок с усилителями звука. Чанёль прикрывает веки, ресницы дрожат, а пальцы плавно перебирают струны. В момент отчаяния, боли и грусти, музыка была единственным способом не думать о первых отношениях, которые закончились слишком болезненно. Для Пака так точно. В тот день, когда его бросили, он больше не видел своего бывшего — Бэкхёна. Тот как сквозь землю провалился. И единственным выходом было следить за ним в социальных сетях. Именно оттуда он и узнал, что Бён уже нашёл ему замену. Множество приторно милых фотографий, при просмотре которых его душили слёзы. Он взрослый парень, но рыдал над фотографиями бывшего, потому что действительно влюбился и не мог забыть его. Со временем он стал чаще работать, писать собственную музыку и песни, и у него просто не оставалось времени думать о чем-то, помимо работы. Обид нет, как и зла. Ведь это прошлое, и Пак не привык оглядываться назад или тонуть в воспоминаниях. Их разлучила жизнь, сама судьба, и всё. Конец. Но Чанёль однолюб, и долго привыкает к любому знакомому. Разочаровавшись в любви, решил, что спокойно может прожить и без неё. Ведь любовь — не самое главное чувство, что человек испытывает. Гитарист на несколько секунд замирает, вслушиваясь в разговоры стаффа. Ему показалось, что кто-то из тех парней произнесли имя бывшего. Он бы и дальше пытался прислушаться, но получил выговор от Сехуна, лидера их маленькой группы Black. Чанёль — гитарист, мастер своего дела. Бэк-вокалист. Еще и композитор и автор многих песен. Сехун — лидер, главный репер и вокалист. Читает отменно: быстро, красиво, чётко. Он точно способен довести девчонок одним только языком до Гонконга. Причем, во всех смыслах. И последний участник их трио — барабанщик Чонин, который является ещё и вокалистом. Три способных парня, до последнего идущие к своей мечте, сейчас стоят на сцене и репетируют перед их концертом, на который придет больше пяти тысяч людей. — Давай сначала, Чан, — недовольно качает головой О, стоящий около микрофона. Его худое, но подкаченное тело, плавно двигалось под биты. Черные рваные джинсы соблазнительно обтягивали ноги, а короткая рубашка постоянно задиралась, являя миру бледную кожу живота и видный пресс. Чанёль стоял чуть в стороне от центра, но всегда находился в центре внимания, его никогда не обделял вниманием. Да, что уж тут, все в группе равны. И каждому уделяется равное количество экранного времени. Пак одергивает широкий свитер, что задрался, а потом заправляет его края в синие джинсы, что красиво показывали и подчеркивали его длинные ноги. Хрустит суставами на пальцах, под кожей которых набиты различные узоры и слова. Пак всю жизнь мечтал быть с татуировками, и чуть ли не каждый месяц набивал новую. — Я не собираюсь лгать, я остаюсь реалистом, — четко, но шепотом начинает петь Чан, в это же время играя на гитаре, — Я не хочу рассказывать тебе, как себя чувствую. Я хочу затащить тебя в свою комнату, где мы сможем делать всё, что пожелаем, — к концу строчки голос становится увереннее, прямо как на записи, и уже подхватывает Чонин, что на секунду отвлекся поправить блондинистые пряди, упавшие на лицо. Ким никогда не парился насчет одежды, и именно сейчас сидел с обнаженным верхом. Все видели его загорелую кожу и накаченный торс, да и барабанщик не стеснялся этого. — Порви мою рубашку, поцелуй меня в шею. Швырни меня на пол, детка, заставь меня вспотеть, — облизывает пересохшие губы от предвкушения реакции фанатов на эту новую песню, которую они писали все вместе и нигде её не анонсировали. Сехун разминает шею, улыбается друзьям и медленно, с чувством, начинает:       Я могу быть тем, кем ты хочешь, чтобы я был.       Я могу сделать всё, что ты от меня хочешь.       Хочешь дунуть? Для тебя всё бесплатно.       Хочешь денег? Конечно, бери.       Я не был дома ни минуты, я где-то проебался.

***

— Ну, Бэкхён, пошли со мной? — дуется Минсок, пытаясь уговорить вредного друга со скверным характером, сходить с ним на концерт любимой группы. Изначально с Минсоком идти должен был Чондэ, ещё один его друг, но того в последний момент вызвали на работу, и ему пришлось отказаться. Он будет допоздна разбиться с маленьким ресторанчиком. Дать слово, что он успеет вовремя, не мог, потому что не был в этом уверен. А Ким не хочет никуда идти один, пусть билеты и дорогие, но в одиночестве он может остаться и дома. Но на концерт он обязан взять кого-то из друзей. На глаза попался Бэкхён, и друг решил приклеиться к нему. Но тот уже десять минут говорил одно и тоже. — Нет! Я же сказал тебе, Минсок, — ворчит Бэк, отпив немного горячего чая из картонного стаканчика, — я не слушаю эту группу, да и вообще не знаю, что это за парни или девушки, — поморщился Бён. Он никогда таким не увлекался, и не убивался по каким-то певцам. И ему было не понять друга, который как только услышит название группы, расцветает на глазах и готов зацеловать вся и всё. Бэкхён вырос из такого возраста, и тусовкам предпочитал учёбы, желая поскорее закончить этот университет и наконец-таки, пойти на практику в больницу. В конце концов, быть психологом — дело нелегкое, а еще хуже — это на него учиться. Ему просто хотелось быть таким же ответственным, как и один человек, раньше присутствовавший в его жизни. — Это не парни или девушку, это боги! — воскликнул Минсок, подняв указательный палец к университетскому потолку. Друг такой порыв не оценил, и закатил глаза. — Ну, Бэк, тебе жалко что ли? Просто сходи со мной, послушай их песни, может, тебе они приглянутся? — спрашивает, хлопнув потными из-за ожидания ладошками, и надеется, что близкий человек не окажется врединой. И согласится. Это же не сложно, верно? — А кто это вообще? — спрашивает нехотя, наткнувшись на слишком грустные глаза, на дне которых плещется надежда. Причем её волны слишком крупные и, буквально, валят на лопатки Бёна, не привыкшего видеть Мина подавленным, ведь он же батарейка веселья. — Три парня, — улыбается ярко-ярко, что Бэк удерживается от желания надеть очки, — они просто легенды. А песни-то какие! Зашибенные. Уверяю, ты не пожалеешь. Мы будем в первом ряду у сцены стоять. У меня вип-билетики. — Откуда ты их вообще взял? Бэкхёну хочется произнести фразочки по типу: «отработал на коленях или лежа? Ты что, мозг продал за билеты?» Но он сдерживается, прекрасно понимая, что его юмор в какой-то степени обидный. А Ким явно не оценит таких шуточек, ибо принимает всё близко к сердцу, если брать в расчет его нетрадиционную ориентацию. Каминг-аут он сделал несколько месяцев назад, когда у него сорвался умопомрачительный секс с крутой девицей второкурсницей. Он просто взял, налакался соджу и приперся пьяный в зюзю к Бэку, с порога крича о том, что его возбуждают парни. Смешной ситуация была только для проснувшегося от криков алкаша-соседа-друга студента. — Помнишь, я рассказывал про парня младше нас на два курса? — кивок, — ну, так он знает, что мне нравится эта группа, а его брат работает у них стаффом, вот и достал их мне, чтобы не был должником. Признаться честно, я думал, что трахну его прямо посреди коридора. И мне было бы всё равно, что вокруг студенты. — Ой, Мин, ты хотел его трахнуть не только из-за билетов, — беззлобно фыркает будущий психолог, — а лишь потому, что у того китайца аппетитная и пухлая задница. Признайся хотя бы мне, ну. — Ладно, раскусил. Билеты были лишь возбудителем. Или неким путеводителем к тому, что я наконец-таки трахнул его. Он, кстати, был не против. Это Исин. — И имя такое красивое. Исин — отсосин, — вырывается из рта Бэкхёна, не подумав. Ким на несколько секунд замирает, а потом заливается диким хохотом от такого, уже возможно, прозвища для китайского мальчика, — черт, и это реально, как вариант звучит, — и смеются парни вместе. У ребят закончился обеденный перерыв, и они разошлись по разным аудиториям, так как их расписание редко когда могло совпасть. Решив, что пойдут они сразу после этой пары, договариваются, на чем поедут: автобус или такси? Полностью увлеченный перепиской, Минсок не замечает, как перед ним стоит преподаватель, скрестив руки на груди. Как итог: скандал, в процессе которого студент оказывается в коридоре, без единого шанса на возвращение. Ким извлекает из этого выгоду и шагает в сторону общежития, чтобы переодеться и прихватить вещи Бэка. Тот не сахарный, переоденется и в туалете, ибо идти в белой рубашке на концерт «Black» — это стыд и позор.

***

— Я, конечно, предполагал, что будет много людей, — протягивает Бэкхён, оглядываясь назад, где стоит просто огромная толпа кричащих людей-фанатов: некоторые держат плакаты и трясут их, другие же кричат и просят взять их замуж, а несколько особ так вообще сняли с себя лифчики и кинули на сцену. От этого зрелища глаз студента начал дергаться, — но чтобы настолько много… никогда. — Ой, — отмахивается Минсок, внимательно следящий за сценой, на которой никого пока что нет, — это ещё маленький зал для них. Сейчас из-за учебы не так много людей может позволить придти сюда, потому они и здесь. Обычно людей в раза три больше. Я видел и знаю, что говорю. — Мне кажется, меня раздавят, вот честно, — шипит Бэкхён, когда очередная девица толкает его вперед, хотя места и так нет. Непонятно, куда она хочет пройти. И от такого тесного контакта со множеством людей, ему становится не по себе. Розовая футболка, взятая по ошибке Мином, сейчас душит, как будто он в шерстяном свитере, а лоб покрывается испариной. И когда здесь стало настолько душно. — Слава богу, хоть литры своих духов не вылили, а то так я бы задохнулся. — Блять, не ворчи уже, а! — дает подзатыльник психологу, — все-таки надо было прогулять тебе пару. В интернете прочитал бы про них. Если ты не знал, то у их гитариста Ёля аллергия на любые духи, одеколоны, а Кай и Сэ его поддерживают. Вот это настоящая дружба, а не то, что у нас, Бён-старая-ворчливая-бабулька-Бэкхён, — показывает язык и отворачивается, а Бэк давится воздухом. И почему же он бабулька? Решается не говорить ничего, потому что и не нужно. Минсок и не обижается, просто он королева драмы, и этим всё сказано. Свет во всём зале гаснет, погружаясь в кромешную тьму, где Бён не видит даже собственного носа. На сцене включаются софиты, прожекторы и в некоторых местах даже гирлянды. Люди за спиной пищат, что-то кричат и Минсок присоединяется к ним, замахав руками. И тут он замечает три фигуры, медленно ступающие на конец сцены, чтобы быть ближе к фанатам. — Всем привет! — кричит блондин с обнаженным верхом. Он держит в одной руке палочки, а в другой адски-красный микрофон. Соблазнительно улыбается и облизывает губы, лишь бы его образ казался ещё горячее. — Надеюсь, вы готовы порвать этот зал в клочья! — кричит второй, одетый во всё черное. Бэкхён задерживает взгляд на красивых ногах, поймав себя на мысли, что хочет такие же: худые, прямые и в меру накаченные. — Группа Black готова довести вас до оргазма! — психолог предполагает, что это лидер, раз он стоит по центру. Пытается рассмотреть лицо, но с его угла освещение не очень хорошо падает на них, и он не может ничего не понять. Сейчас для него эти парни, фактически, безликие. — Готовьтесь выжимать трусики! Сегодня будет слишком жарко и потно! — Тот, что в центре — их лидер Сехун. Полуголый парень — барабанщик, его зовут Чонин. А тот, что с гитарой — их гитарист, его зовут Чанёль. — О? Чанёль? Так звали… э, моего бывшего друга, — дергает плечами, чуть не сказав про бывшего парня. Прошло уже пять лет, и он так ни разу с ним и не пересекся. Да и не хотел вовсе. Просто надеялся, что тот забыл его и начал жизнь с чистого листа, на котором уже никогда не будет написано имя Бён Бэкхён. Разбить сердце человека очень легко, но привкус горечи так и останется на языке до конца, ведь мысли, что ты причинил кому-то боль, как яд. Их никак не выведешь из организма, и они медленно его травят. Но он смог себя перебороть и уже не думает о прошлом.

Lil Peep — problems

Начинает играть музыка, и начинает петь гитарист, пальцами перебирая струны гитары: Проведя много времени в тени… Ты знаешь, я провёл много времени в тени. Каждый раз, когда мы вместе, я отключаюсь. Каждый раз, когда мы вместе, она уходит. Я помню, но теперь она часть моего прошлого, Берём таблетки и теряем сознание, Я заключил сделку с дьяволом. Бэкхён поражен таким мощным и низким басом гитариста, что прикусывает губу, пытаясь вслушиваться в текст песни. Ты знаешь, что у меня проблемы, Но у тебя свои. Держись за мой револьвер, Они не найдут тебя. О, детка, даже не утруждай себя, Почему она ведёт себя так, будто мы не знакомы? Я беру то, что предлагает дьявол, Мне нечего терять. Голос барабанщика сексуальный, который и вправду может зачаровать. Бэкхён теряется в голосах и атмосфере данного мероприятия, что, можно сказать, отключается от внешнего мира. Он только слушает, а перед глазами стоит сплошная пустота. Их голоса гармонируют между собой, что завлекает. И он, наконец-таки, понимает, почему Минсок так фанатеет по этим ребятам. Они профессионалы своего дела: энергичны на сцене, без остатка отдаются, наслаждаются процессом. Очнулся Бэк только в самом конце, когда группа планировала подойти к самому краю, чтобы дать пять своим слушателям. К ним сначала подошёл Чонин, а потом Сехун. Тот чут задержал взгляд на Минсоке, а потом и вовсе расписался у него на руке, предварительно что-то тому прошептав. Что именно сказал лидер, Бён не знает, потому что Ким всячески отказывался говорить. Последним к ним должен подойти гитарист. Свет отлично падает на лицо парня. Идеальная и ровная кожа, выразительные и сексуальные глаза, пухлые губы и оттопыренные уши, которые выглядывают из растрепанной прически. Студент замирает, не веря своим глазам. Он узнает это лицо из тысячи. Приоткрыв рот, наблюдает, как тот подходит к ним, не обращая внимание на удивленного человека. Чанёль просто кайфует от данной атмосферы и ему нет дела до лиц фанатов, он просто пожимает их руки, дает их пять или просто их касается. Для всех этого достаточно. Закончив петь свои строчки, поворачивает в сторону и чуть ли не спотыкается. Его прошлое, о котором он предпочитал не говорить, сейчас стоит здесь. На его концерте. И смотрит такими родными глазами. Пак отмечает про себя, что тот вовсе не изменился: такой же худенький, маленький и такое же милое лицо. Видя его реакцию, понимает, что тот сам не ожидал такую встречу. Переборов замешательство, подходит к ним. Присаживается на корточки, пожимая попутно руки. Бэк свою не тянет, но Пак, не спрашивая разрешения, берет его ладонь, которая тонет в его большой. Улыбается напоследок и уходит к своим. — Чувак, мне кажется, ты ему понравился, — шепчет какая-то девушка на ухо студенту. Тот отрицательно мотает головой, словно это сон и он хочет его прогнать. Не может быть такого совпадения.

Lil Peep — Awful Things

Беспокой меня, говори мне ужасные вещи, — и смотрит в глаза прямо Бэкхёну, отчего тот ежится. Ты знаешь, мне нравится, когда ты это делаешь, Так мне легче пережить это без тебя, Так мне легче пережить это без тебя, Беспокой меня, говори мне ужасные вещи, Знаешь, мне нравится, когда ты двигаешь задом передо мной, Нравится, когда ты делаешь это со мной. Как бы Чанёль и не относился к прошлому, которое уже не вернуть, но он хочет Бэкхёна обратно. Тот слишком родной. И стоя прямо сейчас на сцене, он понимает, что ради него готов всё это бросить. Как бы он не любил смотреть в прошлое, но это прошлое, что пришло на его концерт, он обратно добьётся. Уже после завершения мероприятия, ребята стоят на улице и Минсок возбужденно рассказывать, что такого сказал ему Сехун: -… Ты представляешь? Он просто сказал мне, что я ему понравился и написал на моей руке свой номер. Конечно, я не думаю, что это его настоящий, но всё-таки, может ему позвонить? А Бэкхён друга вовсе не слушает, увлекшись тлеющей сигаретой и своими тяжелыми мыслями. Воспоминания, когда он полил грязью нового бывшего, ударяют по глазам с новой силой, отчего хочется сжаться в комочек и рыдать. Он слишком хуево обошелся с тем, кто его по-настоящему любил. В тот вечер Бён втоптал гитариста в грязь, обматерил и пожелал ему смерти. Напоследок сказав самую отвратительную вещь, которая вообще могла вырваться из его рта — сказал, что не любил, а просто использовал. Мол, ему было слишком жалко, а родители в детстве учили, что бездомным животным надо помогать. Не хочет представлять, что чувствовал тогда Чанёль, и не хочет. И удивляется, почему тот ещё и приветлив с ним, словно ничего не было и им это приснилось. — Мне хочется себя убить, — шепотом выдает Бэкхён, направив свой взгляд в небо, — я сделал слишком больно человеку в прошлом. Поступил, как самая настоящая тварь, а этот человек сейчас улыбается мне в лицо. Будто бы ничего не было. Зачем он это делает? Минсок на мгновение растерялся. Друг никогда ничего такого не говорил ему. А если и было, то такие моменты можно отмечать в календаре красным цветом. — Просто он не такая змея, как и ты, — пожимает плечами, — возможно, он простил тебя ещё давно. И не держит зла. Хотя я бы затаил обиду на всю жизнь. — Он не злопамятный, — кивает головой, зарывший ладонью в темные пряди, — а я бы хотел, чтобы именно таким он и был, если честно. — Закон бумеранга, — крутит пальцем в небе, — к тебе такое должно вернуться… в двойном размере. — Даже, если и так. Заслужил, верно? — тушит сигарету носком ботинка, — если бы он высказал мне это в лицо, я был бы рад. — Стоп. Ты можешь мне объяснить, что вообще происходит. Мы стояли плечо к плечу, а у тебя успело что-то случиться. Когда, кто и где? — Сейчас, Чанёль, на концерте. — Стоп! Что? — вскрикивает Минсок, чуть подпрыгнув на месте.

***

Пак кидает гитару в багаж, совершенно не заботясь о её сохранности. Ему сейчас не до этого. Проходит мимо Чонина и садится в машину, откинувшись на сидение. Сердце бешено стучит, стоит только вспомнить эту безумную встречу. Он не ожидал и не надеялся встретить Бэкхёна. Парня старшеклассника, с которым он встречался в школе; с которым познал, что такое настоящая любовь; с которым получал настоящее наслаждение от жизни. И с которым он умер. Умер в тот злополучный день, когда все его чувства были выброшены в помойку, втоптаны в землю, а сердце выброшено. Спустя столько лет, принимает те чувства, что в нём остались. — Ты какой-то отрешенный, — в машину следом садится Сехун, — что-то случилось? — Я хочу расслабиться. Или забыться. Запутался, если честно. — Травка в бардачке, — поняв друга, говорит и кивает, — я тоже не откажусь. Сегодня безумно устал, и ещё я очень хочу трахнуть того парнишку-лисичку. Ты бы видел его глаза. Но он что-то мне не набирает. — Думаю, еще позвонит. Мало ли, может голос тренирует, чтобы поговорить с тобой, — отвечает тому Пак, рассматривая бардачок, — а таблеток у нас нет? — Мы в тот вечер их все сожрали. Забыл уже? — Камон, бро, мы были обдолбанными в конец, — в машине появляется Минсок, — конечно мы этого не помним. Ты сам-то проснулся в душевой кабине. — Если тебе позвонит твой недо-парень, скажи, чтоб приходил со своим другом. Его зовут Бэкхён. Чанёль надеется, что их встреча будет очень скоро…