Книга без названия

Капли дождя застучали по чёрной, покрытой трещинами и рытвинами, земле. Лёгкая пыль вздымалась и тут же опадала, прижимаемая водой. В воздухе стоял запах приближающейся грозы, и небосвод озаряли яркие вспышки молний. Раскатистый гром пронёсся по полю, заставляя дрожать землю и воздух, проникая в тело, отдаваясь резонансом глубоко в груди. Он стоял в сердце бури, омываемый каплями холодного дождя, взглядом прикованный к гигантской тёмной башне, стоящей посреди безжизненных пустошей. – Башня Ундан. Выглядит меньше, чем я думал. Неужели, это и есть моя судьба? – Произнёс Дал. Неспешным шагом он направился в сторону башни. Покрыв расстояние, разделявшее его и башню, Дал предстал перед огромными тёмными, сделанным из плотного дерева, дверьми. Приблизившись к ним вплотную, он жадно втянул воздух в свои лёгкие и услышал чёткий аромат Чёрного Ирда. Приложив ладонь к холодному и покрытому узорами дереву, Дал закрыл глаза и окунулся в пучины своего бессознательного. Тягучая, вязкая и холодна тьма обступила разум Дала, оставив его одного в темноте. Бесконечная пустота распространилась в его голове, время вокруг остановилось и стало словно кристальным. Когда Дал проникал в это состояние, он чувствовал, что, если откроет глаза, весь мир будет виден через кристальную призму, словно сотканный из огромного количества осколков, которые преломляются и наслаиваются друг на друга бессчётное количество раз. Но суть пустоты была такова, что ты мог находиться в ней лишь с закрытыми глазами, отрешённый от этой реальности, сумев преодолеть барьер, разделяющий человеческий разум с бесконечным знанием самого бытия. Медленно, словно во сне, он осторожно вспомнил запах Чёрного Ирда, боясь разрушить этот момент лишней мыслью, способной превратить это место в бурю, что была сейчас снаружи в поле перед огромной тёмной башней, на входе которой стоял Дал. – Я знаю твою историю. Я вижу, как ты когда-то был лишь семечком, упавшим в землю. Я вижу, как ты рос, годами набираясь сил и крепнув, с каждой зимой уходя в сон, чтобы весной вновь обрести красоту и распустить листья и цветы, что росли на тебе. Я вижу, как к тебе пришли люди с чем-то острым, сделанным из железа. Я чувствую, как тебе было больно, когда они били тебя этими орудиями днями напролёт. Я ощущаю, как силы покидали тебя, а листья с цветами опадали на землю, из которой ты рос триста лет. Я знаю, что ты пытался выжить, я помню, как ты бросил все силы на то, чтобы излечить свои раны, но этого было мало. Жизнь уходила из тебя, и они повалили тебя наземь. Ты не хотел умирать, но так случилось, такова твоя судьба. Я знаю это, потому что я – это ты. Мы с тобой – одно целое, объединённые судьбой, сплетающей нас сквозь время и пространство. Всё так же с закрытыми глазами Дал убрал свою руку от холодного тёмного дерева и сделал шаг навстречу. Его тело прошло сквозь двери, и в этот момент его сознание сплелось с деревом, из которого они были созданы. В этот момент ничего в мире не осталось – лишь воспоминания о том, что было до этого момента, воспоминания Чёрного Ирда, раскинувшего свои могучие ветви на опушке в лесу, опаляемые тёплым летним солнцем и ветром, играющим между листьев и выписывающим свои хитрые узоры. Когда воспоминания оборвались, Дал открыл глаза. Перед ним предстал огромный зал, освещаемый слабым светом фиолетового огня, покоившегося в маленьких прозрачных шарах, парящих вдоль стен башни. Внутри было пусто, как и ожидалось, – ни одного живого существа, лишь гнетущее чувство нависшей смерти. Вдоль стены тянулась винтовая лестница, уходящая к самому своду башни Ундан. Приготовившись встретиться со своей судьбой, Дал откинул все мысли о предстоящем сражении, из которого по пророчеству о его судьбе он должен был выйти живым, и, самое главное – восстановить баланс сил в мире, остановив нашествие великой пустоты. Ступив на холодный камень лестницы, Дал начал продвигаться по ней тяжёлыми шагами навстречу своей судьбе. Чем выше он поднимался, тем холоднее становилось вокруг, пар вырывался из его рта, а там, где только что были капли дождя, образовывался лёд. Дал плотнее закутался в свой плащ, стискивая зубы от подступающего холода, пронизывавшего его насквозь до самых костей. Не обращая внимания на комнаты и этажи башни, он продвигался вперёд без малейшего желания исследовать это место, для того чтобы подготовиться к предстоящему сражению. Когда холод уже стал нестерпимым, Дал остановился и взглянул на стеклянный шар с фиолетовым огнём, пляшущим в нём. Приложив руку к этому шару, он ощутил слабое тепло, но этого должно было хватить, чтобы противостоять холоду. Закрыв глаза, он окунулся вновь в пустоту и сразу же произнёс: – Здравствуй, старый друг. Я вижу, что цвет твой изменился, но внутри ты всё тот же, как и раньше. Дай мне часть своего тепла ненадолго, мой дорогой друг. Дал стоял напротив шара с огнём, прижавши к нему свою руку. Пламя слегка встрепенулось, и Дал увидел накатывающую стену огня в своём сознании. Она должна была сжечь его, не оставив ничего, кроме пепла, поглотив за долю секунды, но огонь замедлился и проник в тело Дала, напитав того жаром изнутри, распространившись по всей поверхности его кожи. Секунда – и все огни в баше погасли, погрузив её в непроницаемую тьму. Дал открыл глаза и увидел распространяющийся от его тела фиолетовый огонь. Он равномерно горел на нём, не причиняя какого-либо вреда. Внутри стало тепло и холод моментально отступил. Озаряемый светом огня, он прошествовал дальше по лестнице к самой вершине Ундана. Достигнув пика, Дал легко толкнул железную дверь, та поддалась ему, и он вышел в маленький дворик на самом верху башни. На самом краю, напротив изгороди из ледяных цветов, стоял он, взирая на безжизненные поля, расстилающиеся под башней. Иллиан, как его именовали, некогда должен был спасти мир от надвигающейся пустоты, повергнув предыдущего властителя Ундана. Но то было пятьсот лет назад, а пустота так и не отступила, оставшись в этом мире. Медленным шагом Дал продвинулся вперёд, не спуская глаз с фигуры Иллиана, который спокойно рассматривал свои цветы, словно не обращая внимания на приближающуюся фигуру позади него. Когда между Далом и его судьбой осталось менее десяти шагов, Иллиан обернулся. На его лице не было ни одной эмоции, словно он уже ждал этого момента всю свою жизнь, и всё нетерпенье, которое когда-то было в нём, успело испариться за давностью лет. – Я знал, что ты придёшь, Дал. Судьбу не изменить, так ведь? – С лёгкой усмешкой обронил Иллиан. – Ты можешь не объяснять, зачем пришёл сюда, ведь как и ты, я когда-то был ведом этой судьбой спасителя мира, но что со мной стало? Теперь я, некогда герой из старинных легенд, сам стал тем, против кого боролся. – Он посмотрел своими холодными и жёсткими глазами на Дала, словно оценивая того, выжидая, что тот может сказать ему. – Ну же! Не молчи, ответь что-нибудь! Дал сделал лёгкий шаг вперёд и достал из ножен свой тёмный стальной меч, который не отбрасывал бликов даже в самый светлый день. – Я пришёл свершить свою судьбу, и тебе не удастся околдовать меня своими речами, Иллиан, предатель! – Последние слова он выплюнул с такой злостью, что на секунду могло показаться, что огонь вокруг него стал ярче и злее, приобретая формы невиданных существ. – Ты так ничего и не понял. – С горечью проговорил Иллиан, помотав головой. – Но мне придётся тебе объяснить, иначе это никогда не кончится, пусть даже ради этого мне придётся пролить твою кровь. – После этих слов Иллиан вскинул правую руку вверх, и в ней, формируясь из тени и льда, возник тонкий и элегантный меч, переливающийся странным серо-голубым свечением. – Глупое решение – противостоять огню с помощью льда. – Сказал Дал и направил часть своего огня в меч, из-за чего на том начали плясать языки фиолетового пламени. – Ты обречён. – Я всегда это знал, Дал. Вот только ты этого не понимаешь. Нападай, я готов встретиться со своей судьбой, ожидание было слишком долгим и утомительным. – Иллиан выставил вперёд свой меч, а другой рукой поманил к себе своего противника. Дал сделал несколько быстрых шагов в сторону своего врага и совершил выпад, желая закончить всё одним ударом. Иллиан лёгким движением отразил атаку и сделал быстрый рубящий удар сверху, решив обрушить его на голову Дала. Схватив меч двумя руками, Дал выставил блок над своей головой, остановив лезвие в считанных сантиметрах от его волос. – Пришёл вершить свою судьбу, говоришь? – Произнёс Иллиан, усиливая давление своего меча. – Ты веришь в эти сказки, но те, кто подарил тебе эту судьбу, скрывают страшную правду, и тебе стоит выслушать меня, пока не поздно. – Ни за что! Тебе не переманить меня на свою сторону, предатель! – Дал оттолкнул того ногой в живот и отпрыгнул в сторону, не дав мечу пройтись по нему. – Сегодня всё будет кончено. – Дал отбросил в сторону свой плащ, который стеснял движение и сильнее разжёг огонь вокруг себя, заставляя снег, который был некогда дождём, падающим с небес, моментально испаряться. – Именно это и я ожидал услышать от тебя. – Холодно бросил Иллиан. – Продолжим.