«Это всего лишь сон»

      — Нет, нет… Папа…       Лотор замедлил шаг. В Замке Львов ему плохо спалось. И часто ночные часы он коротал в обширной библиотеке, пока система корабля не возвещала о том, что подъём состоится через пару-тройку варг. Он как раз шёл в свои покои, чтобы немного отдохнуть, но не напрямую, а запутанными переходами. Император не отдавал себе отчёта, делает ли это специально, или просто так получается, но каждую ночь он проходил мимо покоев принцессы, неосознанно замедляя бесшумный шаг возле дверей. Лотор всё чаще ловил себя на мыслях об Аллуре: если она плохо спала и под глазами залегали тени, он всегда это замечал; когда она была в приподнятом настроении, то казалось, что и в Замке становилось светлее. Несколько дней назад он вдруг обнаружил себя рассматривающим её профиль, когда она изучала очередной манускрипт своего отца.       «Глупо, это глупо», — повторял сам себе Лотор, решительно отбрасывая всякую возможность углубиться в собственные чувства. Это было сложно. Слишком сложно. План есть план, и его надо придерживаться, но так сложно это делать, когда Аллура поднимает на него сияющие восхищением и радостью голубые глаза.       И чем больше он находился здесь, в оплоте Коалиции Вольтрона, тем меньше хотел покидать это место. Лотор давно приучил себя не поддаваться чувствам — потому что это всегда грозило перерасти в трагедию, но, кажется, в этот раз шансов у него почти не было.       — Не-е-ет! — тишину разрезал пронзительный крик. Прежде чем император сообразил, что делает, он оказался в покоях Аллуры и торопливо, почти бегом, приблизился к её постели.       Она сидела на кровати, сжав простынь в кулаках, глядя невидящими глазами прямо перед собой, и раскачивалась вперёд-назад, повторяя снова и снова: «Это неправда, это неправда…» В груди Лотора что-то неприятно шевельнулось. Аллура сейчас выглядела такой беззащитной, совсем не похожей на себя ту, которую он каждый день наблюдал. Густые волосы растрепались и упали на взмокший лоб, по щекам текли слёзы, и Лотор не мог этого выносить, он осторожно присел на колени возле постели и тихо позвал:       — Принцесса…       Она не отреагировала.       — Аллура, — сказал он громче и осторожно дотронулся до её руки, сжатой в кулак с такой силой, что смуглая кожа стала мертвенно-бледной.       Она дёрнулась и посмотрела на него, не понимая, кто перед ней.       — Тише, это я, — Лотор говорил как можно ласковее. — Ты кричала во сне.       Ей понадобилось несколько тиков, чтобы сообразить, где она и кто перед ней. Сначала она отшатнулась, и впервые Лотор увидел в её глазах страх перед ним. Но потом Аллура заморгала, прогоняя остатки сна. Она медленно провела рукой по лицу, с удивлением посмотрев после на слёзы, оставшиеся на ладони. Потом ещё медленнее повернулась к Лотору.       — Что случилось? Почему ты здесь? Который час? — она пыталась прийти в себя, сыпя вопросами, чтобы восстановить цепочку событий. И вдруг её глаза расширились и она испуганно охнула.       — Тише, — Лотор продолжал большим пальцем поглаживать её руку, которая пока так и цеплялась за простынь. — Это просто сон.       Ему стало жаль её. Ему тоже снились кошмары. Которые обычно были вовсе не кошмарами, а его настоящей жизнью. Воспоминания из прошлого, которые жгли огнём, превращая сердце в безжизненный камень. Так было до того момента, как он стал узнавать Аллуру. Она не знала, какой властью обладала над ним. А он ни за что не признался бы ей в этом.       — Как… как ты вошёл?       — Эм… — вопрос застал его врасплох. — Дверь не была заперта.       — Странно, — Аллура зажмурилась, видимо, припоминая, могла ли она и правда оставить дверь незапертой. А потом вдруг посмотрела на его руку, которая всё ещё лежала поверх её. Она едва заметно потянула её на себя, и Лотор сразу понял, отпуская её.       — Тебе лучше? — спросил он.       — Немного.       Дыхание принцессы и правда становилось спокойнее с каждым тиком. Слёзы почти высохли. Что же могло её настолько потрясти?       — Ну, раз тебе стало лучше, я пойду.       Лотор поднялся с колен, разворачиваясь к двери.       — Подожди! — окликнула его Аллура. — Ты… может… Я…       Даже в неоновом слабом освещении комнаты Лотор видел, как краснеют её скулы. Что ж, он прекрасно понимал, признаваться в своих слабостях — это не по-королевски.       — Если хочешь, я побуду немного здесь, пока ты снова не уснёшь.       — Да, — ответила она с заметным облегчением. — Пожалуйста.       — Конечно, ваше высочество, — он слегка улыбнулся ей, надеясь вызвать у неё ответную улыбку.       Обращение по титулу и правда сработало. Плечи Аллуры заметно расслабились, губы дрогнули. Она откинулась на подушки, бросив взгляд на своих мышек, которые мирно спали, несмотря на то, что их хозяйка кричала во сне.       Лотор возвышался над ней, не уверенный, что ему теперь делать. Он подошёл к мягкому креслу и, откинув полы сюртука, опустился в него, закидывая ногу на ногу. Со своего места ему была видна вся Аллура, но он не мог видеть, спит она или нет. Лотор решил посидеть здесь несколько добошей, а потом удалиться, чтобы не спровоцировать ненужные слухи.       В комнате воцарилась абсолютная тишина, даже их дыхания не было слышно. Лотор подпёр щёку рукой и, уставившись куда-то в изголовье кровати Аллуры, позволил мыслям свободно парить от одного предмета к другому. Но так или иначе они всё время возвращались к принцессе, и император позволил себе то, что никогда до этого не разрешал: он попробовал представить, что было бы если она приняла его предложение о союзе, упомянутого лишь однажды и вскользь. Но если копнуть глубже, в его словах было здравое зерно. Их брак стал бы символом новой эры для всей Вселенной. Брак в политических интересах, конечно. Хотя… кто знает? Нет-нет, этого лучше не знать. Аллура — прекрасный дипломат, воплощение света, одним своим присутствием она склоняет на сторону Коалиции целые народы. Конечно, если за её спиной стоит Вольтрон. Но куда он денется? Это ведь творение её отца.       В отличие от Заркона, Лотор никогда не был помешан на Львах и Вольтроне, не мечтал стать одним из паладинов. Ему больше нравилось самостоятельная игра. Команда — это не совсем про него. Хотя Лотор умел и подстроиться, и сказать то, что желают услышать, и всё равно вывернуть всё в свою пользу. Взять хотя бы его генералов. Где они сейчас? Не с ним. И скорее всего, против него. А жаль.       Так вот, Аллура в качестве супруги — идеальный вариант. Умна, талантлива, красива, отважна — не стоит списывать это со счетов. Настоящая принцесса. Лучшей партии ему не найти. Лотор невольно вздохнул, и Аллура в ответ на это тихо позвала его:       — Ты здесь?       — Да. Не волнуйся.       — Не могу уснуть, — сказала Аллура и прозвучала, как капризный ребёнок.       — Это нормально, если сон был таким ужасным, — отозвался он. — Подумай о чём-нибудь хорошем.       — Я не могу. У меня в голове всё крутится этот кошмар, — её голос дрожал, когда она говорила, и Лотор поднялся, подходя к постели.       Он помедлил мгновение, а потом спросил, слегка наклонившись и жестом указывая на кровать:       — Можно мне?..       — О… — Аллура завозилась, краснея, но потом кивнула.       Император осторожно опустился рядом с ней на постель, старательно выдерживая достаточное расстояние.       — Может быть, если ты расскажешь мне, поделишься, тебе станет легче?       Аллура подняла на него глаза, прикусывая нижнюю губу. Потом снова отвела взгляд.       — Я не знаю, уместно ли это. Дело в том… — она запнулась.       — В чём дело? — Лотор почти сознательно играл своим голосом, зная, что очень многие не могут устоять перед тем, как он звучит. А ему, признаться, стало очень любопытно, что же такое приснилось принцессе.       — В том… — Аллура, зажмурившись, быстро замотала головой по подушке, — это просто сон, — сказала она словно сама себе.       — Я не настаиваю, это должно быть твоё решение, — вдруг отступил Лотор.       Аллура снова посмотрела ему в глаза. Долго и пытливо, взвешивая все за и против. Она снова завозилась в постели, приподнимаясь на подушках, и он придвинулся чуть ближе, готовый выслушать все её тайны.       — Мне снилось, как твой отец убивает моего, — она медленно выговаривала каждое слово. — И снилось, что я это вижу. — Она посмотрела прямо перед собой и заговорила уже быстрее, Лотор видел, как она волнуется, её грудь неровно вздымалась, а пальцы снова сплелись в замок. — Алтея была в огне. Повсюду крики, раненые люди. И папа… он падает на колени, сражённый мечом.       — Но ведь это уже в прошлом, — печально ответил Лотор, с тоской осознавая, что хоть и не виноват, но каким-то образом причастен к произошедшему.       — Это не всё, — Аллура снова посмотрела ему в глаза и придвинулась ещё ближе. Её голос перешёл на шёпот. — Всё меняется. Я в Замке, на мостике и разговариваю с голограммой папы, как мы делали до того, как мне пришлось уничтожить её. Он… говорит, что… я не должна доверять тебе, — словно стесняясь своих слов, она опускает глаза, и ресницы отбрасывают длинные тени на её скулы. — И… потом, потом вдруг я снова на Алтее, но вместо твоего отца ты, и ты уничтожаешь мой народ. Ты убил стольких людей! Ты… — она задохнулась и заплакала.       Лотор, подчиняясь неведомой ему силе, обнял её, позволив спрятать лицо на его груди. Он смотрел в темноту комнаты, чувствуя, как его сердце крошится, разрывается на части. Насколько же Аллура доверяет ему, если после столь ужасного сна с радостью принимает помощь от него — того самого монстра из кошмара?       Новому императору Галрийской Империи не был ведом стыд. До сегодняшней ночи. Всё, что он делал, он делал на благо, всеобщее благо. Но неужели?.. неужели ему придётся допустить мысль, что он был не прав. Что где-то поступал не совсем достойно. Он осторожно прижал к себе затихающую Аллуру, несмело проведя пальцами по спутавшимся волосам.       — Это всего лишь сон, — сказал Лотор, и голос не дрогнул. — Это просто сон.       Аллура заснула в его объятиях, и он ещё долго полулежал рядом с ней, прежде чем покинуть её спальню. Сон в эту ночь так и не пришёл к императору.