Решаемые проблемы

— Ладно, Майки, сегодня только ты и я, — воодушевленно проговорил Стайлз, усаживаясь на пол рядом с сыном, держа в руках коробки с настольными играми, — выбирай на свой вкус! Стайлз с трудом выбил себе выходные, чтобы провести время с сыном, как следует. Чтобы там ни говорили сующие нос не в свое дело соседи, он хороший родитель. Да, развод его подкосил. Сильнее, чем он предполагал. Затем суд отказал ему в полной опеке над ребенком. Слишком много стресса и слишком мало поддержки. Ему до сих пор стыдно перед Майки за свою слабость. За свой срыв и уход в алкогольное пьянство. Он сам не понял, как превратился в собственного отца, который забил на воспитание своего сына, залечивая горе при помощи виски. Это сравнение отрезвило лучше, чем ледяной душ. Он рос с обидой на отца, который не уделял ему внимание. К сожалению, ему пришлось рано повзрослеть, чтобы позаботиться о себе самому. Майки он не желал пройти подобный путь. Боже, он так сильно любит своего мальчика и хочет, чтобы у того было лучшее детство. Ему безумно жаль, что в последнее время он потерял над собой контроль, но с этим покончено. Стайлз компенсирует сыну все дни своего отсутствия. Майки было пять лет и, несмотря на то, что он рос смышлёным парнишкой, он все еще был слишком юн, чтобы понять произошедшее. Почему папы больше не живут вместе? Иногда он задает такие вопросы, на которые Стайлз не находит ответы. Отчасти потому, что не хочет их искать. — А давай сыграем в «прятки»? — Майки поднялся с пола и начал прыгать на месте. — Прятки, прятки, прятки! — повторял он, хлопая в ладоши. — Ладно, ковбой, но поддаваться я не стану, — согласился Стайлз и закрыл свои глаза, принявшись считать, — один, два, три… — Майки завизжал от радости, и Стайлз услышал топот его босых ног, что рванулись с места, ища подходящее укрытие, -… девять, десять. Я иду искать, а кто не спрятался — я не виноват! — Стайлз открыл глаза и не спеша встал на ноги. Он не смог подавить в себе улыбку, заметив очевидный бугорок за занавеской. — Где же Майки? — стал он подыгрывать, оглядываясь по сторонам. — Может, за диваном? — он стал медленно подкрадываться, зная, что за тонкой занавеской сыну было видно все представление. Стайлз прыгнул к дивану, желая поймать сына, и наигранно расстроился, не найдя там никого. Майки захохотал, наблюдая за происходящим. А Стайлз поставил себе мысленную пометку, провести влажную уборку в доме. За диваном была уйма пыли! — А может, Майки спрятался под подушкой? — громко говорил Стайлз, размахивая руками. — Нет! — захихикал Майки. Стайлз все равно героически поднял подушку, которая была слишком крошечной, чтобы спрятать ребенка, но кому есть до этого дело? Майки веселился, а это главное. Они играли еще десять минут, и за это время Стайлз проверил места под столом, за телевизором и даже под пледом, что аккуратно лежал на кресле. — Ох, я сдаюсь! — театрально вздохнул Стайлз. — Майки, неужели у тебя появился плащ-невидимка, как у Гарри Поттера? За занавеской вновь захихикали. — Нет, пап, я здесь! — Майки вышел из своего укрытия и бросился на шею к своему родителю. — Ах, ты настоящий мастер в игре «прятки»! — Стайлз поднял сына на руки и покружил, вызывая у того дикий, радостный гогот. — Теперь твоя очередь прятаться! — сообщил Майки, и не успел Стайлз согласиться, как раздался звонок его мобильного телефона. — Милый, иди пока собери все коробки с настольными играми, я сейчас отвечу быстро и буду думать, где спрятаться, — сказал Стайлз, подходя к столу, на котором лежал его телефон. Он нахмурился, как и всегда, когда звонят с работы. Особенно, когда у него выходной. Особенно, когда звонит Дерек. — Слушаю, — без какого-либо приветствия начал Стайлз, приняв звонок. — Ты мне нужен, — устало выдохнули на том конце связи. — Если эта фраза не синоним к «я хочу тебя», то ничего не желаю слышать, — своим обыденным тоном заявил Стайлз, наплевав на то, с кем говорит. Его отношения с Дереком едва можно назвать дружескими. Тот являлся ведущим детективом, одним из лучших, если брать в расчет раскрываемые им дела. Тогда как Стайлз был обычным специалистом в области психологической криминологии. Ладно, он немного уменьшает свои заслуги, ведь в профилировании ему равных нет, но это никак не помогло ему сблизиться с Дереком. Они общались только на рабочие темы и никогда за их пределами. Дерек уважал его и всегда считался с его мнением, а большего и не надо. — Блять, Стайлз, — видимо, Дерек был слишком усталым, ведь даже огрызнуться у него не получилось, — ты нужен мне здесь, на работе, — пояснил он. — Нет, — тут же возразил Стайлз, — я взял выходные, и тебе должны были об этом доложить. — Вчера вечером нашли новое тело, — тихо проговорил Дерек, — снова подросток… Стайлз, это серия. — он вздохнул, плохо скрывая свои эмоции. Убийства детей всегда воспринималось острее. — Мне нужно, чтобы ты взглянул на отчеты и составил психологический портрет преступника. Стайлз сжал губы, обдумывая свои следующие слова. — Ты можешь обратиться к Патерсону, — предложил он, — или подождать, когда я выйду на работу. — Нет! — твердо произнес Дерек, — любая ошибка и неточность может привести к очередному трупу, а я не могу подобное допустить. Поэтому мне нужен ты и как можно скорее. Этот ублюдок убил троих за две недели — мы не можем медлить! Я всю ночь пытался найти, что же могло объединять трех жертв, помимо возраста, но мало к чему пришел. Мне нужен твой свежий взгляд. Стайлз кивнул, забыв о том, что собеседник его не видит. — Ты вообще спал? — поинтересовался Стайлз уже только по голосу Дерека определяя уровень его усталости. — Нет, — честно произнес Дерек, — кажется сейчас я на восемьдесят процентов состою из кофе, — попытался он пошутить, — Стайлз, ты едешь? — отчетливо можно было услышать мольбу в его голосе. Стайлз повернулся к Майки, который послушно убрал все настолки на нижнюю полку комода и сейчас послушно стоит, ожидая, когда он договорит по телефону. Стайлз мог бы отказаться, но он слишком хорошо себя знал и не смог бы простить, если бы во время его отдыха убийца совершил бы очередное преступление. К тому же, огромную роль играло то, что все жертвы были детьми не старше пятнадцати лет. Что если замедлив дело, убийца заляжет на дно? Майки тогда подрастет, пойдет в среднюю школу… Стайлз зажмурился, не желая даже представлять подобное! — Через полчаса буду, — хорошенько поразмыслив, сказал Стайлз. В трубке послышался облегченный вздох. — Захвати по дороге что-нибудь перекусить, а то сэндвичи из автомата даже прожевать сложно. Когда разговор с Дереком был завершен, Стайлз стал думать о главном: что делать с Майки? Он пытался убедить себя в том, что идет на важное дело и ни в коем случае вновь не предает доверие сына. К тому же, он не планирует оставаться в штабе до вечера. Максимум пару часов — и он вновь свободен. — Пап? — позвал его Майки, ожидая, когда они снова начнут играть. — Ладно, дружок, дай папе еще пару минут, — улыбнулся он сыну, не желая расстраивать. Стайлз включил свои контакты, ища нужный номер. С нянями он дел никогда не имел, поэтому у него был лишь один человек, на которого он мог оставить ребенка. Помимо, конечно, его второго родителя. Но ему Стайлз зарекся звонить лишь в экстренных случаях. Эрика подняла трубку на четвертом гудке. — Даже не хочу знать, зачем ты мне звонишь! — сразу же начала она, отнюдь не ласковым тоном голоса. — Эрика, прошу, — попытался Стайлз, но девушка его перебила, не желая слушать. — Ты снова пьян? Клянусь Богом, что сама тебе врежу, Стайлз, ты ведь обещал! — набросилась она на него. — Я трезв, — Стайлз понимал, что не в том положении, чтобы обижаться на подругу, — меня вызвали на работу. Это буквально на пару часов и… — Откажись, — вновь перебила она, — ты сказал, что возьмешь выходной. — Я и взял, но там важное дело! — Важнее собственного сына? — тут же вставила Эрика, заставляя Стайлза почувствовать себя кретином. — Нет, конечно же, нет! — возразил он. — Но… — Нет никаких «но», — с ней просто невозможно было поговорить, — Стайлз, в последнее время я так часто сидела с Майки, что мне начало казаться, что это мой сын. Но твоя депрессия затянулась! Ты обещал, что завязал со всем, но не прошло и трех дней, как ты находишь новое оправдание, чтобы не проводить время с сыном. А представляешь, что было бы, если бы ты выиграл дело о полной опеке? Майки сейчас больше всего нуждается в тебе, а если ты не вывозишь, то позвони своему бывшему — он-то точно всегда находит время для сына! — Хватит, — с трудом произносит Стайлз, — я тебя понял, — и сбрасывает вызов. Слова Эрики били точно в цель, напоминая, каким паршивым родителем он был два прошедших месяца. На душе стало гадко еще и от того, что первой мыслью, после того, как он сбросил вызов, было выпить спиртное. Но Эрика лично вылила в раковину все его запасы. Нет, сейчас не время для самобичевания. Предательство мужа и последующий за ним развод выбили всю почву под ногами Стайлза, но довольно жалости к себе! У него был Майки, который сейчас, словно почувствовав резкий перепад в настроении родителя, прижался к его ноге, теребя за штанину. — Пап, ты в порядке? — взволнованно спросил Майки, глядя на отца снизу вверх. Стайлз смахнул набежавшие на глаза слезы, не позволяя им пролиться, и обнял рукой сына. — Да, ковбой, — он пересилил себя и улыбнулся, не давая ребенку повода для волнения, — хочешь поехать со мной на работу? — спросил он, словно у Майки действительно был выбор. — Да! — радостно завопил мальчишка, подпрыгнув на месте. — Тогда беги, одевайся, — улыбнулся Стайлз, растрепав рукой сыну его белокурые волосы. *** Стайлз никогда прежде не привозил Майки на место своей работы. Он надеялся, что в штабе обнаружится детская комната, но это здание ФБР, а не торговый центр. Поэтому он молча, под пристальными взглядами коллег, шел к своему столу. Кабинет Дерека находился чуть ниже. — Так, ковбой, что скажешь насчет того, чтобы немного порисовать? — Стайлз усадил сына за стол и достал чистые листы для принтера. Цветных карандашей у него не наблюдалось, но была черная ручка, которую Майки мгновенно оценил, став выводить на листе какие-то узоры. — Я сейчас приду, — предупредил он сына, — рисуй и никуда не уходи, — Стайлз погладил сына по голове, а после направился на поиски Дерека. Тот нашелся в своем кабинете, сгорбившийся над какими-то бумагами. Увидев Стайлза, он тут же выпрямился. — Спасибо, что пришел, — сказал он, выдавливая из себя уставшую улыбку, — и прости, что потревожил в выходной день. Стайлз отмахнулся, проходя вглубь кабинета. — Результаты судмедэкспертизы уже у тебя? — перешел он сразу к делу. — Да, — кивнул Дерек, — вот отчеты с места происшествия, — протянул он исписанные бумаги, — вот фотографии, а это анализ вскрытия, в том числе и последней жертвы. Стайлз принялся изучать полученные документы, сосредоточившись на деле и не замечая, как пристально за ним наблюдает Дерек. — А вскрытие трех тел проводилось одним и тем же патологоанатом? — поинтересовался Стайлз. — Вроде как да, — неуверенно выдал Дерек, — там должно быть указано имя, — Стайлз кивнул, пролистывая страницу, — будешь кофе? — предложил Дерек, чтобы не стоять истуканом. — Ох, точно, — вспомнил Стайлз, — я по дороге зашел в «Taco Bell». Оставил пакет на своем столе. Дерек благодарно улыбнулся, и они оба вышли из кабинета. Но дойдя до рабочего стола Стайлза, Дерек нахмурился, уставившись на ребенка. — Стайлз, здесь ребенок, — подавив удивление, сказал он. — Да, для ведущего детектива ты весьма проницателен, — закатил глаза Стайлз. — Нет, я… это твой сын? — запоздало додумался он, понимая, что отсутствие сна не добавило никаких бонусов к его анализирующим способностям. — Но что он делает здесь? — Я же говорил, что у меня выходной! — огрызнулся Стайлз. — Просто, разве ты не мог оставить его на ком-то? — Дерек понял, что сморозил лишнее, когда взгляд Стайлза стал жестким. — Подумай, пожалуйста, — Стайлз сделал шаг к Дереку, угрожающе нависая над ним, — привел бы я своего пятилетнего сына в место, где по стенам развешаны фотографии различных расчленённых тел, если бы был хотя бы малейший шанс, оставить его дома под чьим-либо присмотром? Дерек хотел было спросить про мужа, но вовремя заткнулся, вспомнив, что Стайлз брал отпускные из-за развода. Все же, отсутствие сна, делало его еще тем кретином. — Прости, — извинился Дерек, — я не хотел выставить тебя плохим родителем. — И ты прости, — смягчился Стайлз, — в последнее время я слишком вспыльчивый, если речь заходит о Майки. Между ними повисла тишина, пока Стайлз не прервал ее, хлопнув в ладоши. — Так, Майки, — позвал он сына, — познакомься, это дядя Дерек и он поиграет с тобой, пока я немного поработаю. — Что?! — удивленно вскрикнул Дерек, напуганный тем, что ему предстоит остаться наедине с ребёнком, — Стайлз, я никогда прежде не сидел с детьми, — предупредил он. — Успокойся, Майки обожает рисовать. Просто следи, чтобы он не решил сыграть в «прятки», — снисходительно улыбнулся Стайлз. — Мне нужно время и желательно тишина, чтобы я изучил все, что мы имеем на нашего преступника. Дереку ничего не оставалось, как кивнуть и предложить свой кабинет в качестве укромного места для работы. *** Стайлз не знает, сколько именно ему понадобилось времени, но в итоге он смог составить психологический портрет преступника. Картина вырисовывалась не самой приятной, но он надеялся, что этого будет более чем достаточно, чтобы сузить круг подозреваемых. Он вышел из кабинета и направился к Дереку, держа свой собственный отчет, что успел набросать в спешке. Не дойдя до своего рабочего стола, он замер, наблюдая за тем, как Дерек играл с его сыном. Он посадил его к себе на колени и рисовал то, что диктовал Майки, добавляя от себя какие-то смешные комментарии, заставляя мальчишку смеяться. — А еще клыки! — воодушевленно произнес Майки и зарычал, показывая свои молочные зубки. — У оборотня должны быть клыки! — А то! — поддержал идею Дерек. — Как у вампиров? — Нет же, как у оборотня! Широкие и острые, — исправил Майки, следя, чтобы Дерек рисовал все правильно. — Я смотрю, вы нашли общий язык, — улыбнулся Стайлз, — и я закончил. Дерек приподнялся, усаживая Майки на кресло. — Нарисуешь шерсть сам? — спросил он, отдавая ручку Майки, что закивал головой. Он подошел к Стайлзу и, прежде чем забрать отчет из его рук, произнес: — У тебя потрясающий сын, — на что Стайлзу не нашлось, что ответить. Он хотел бы, чтобы это была и его заслуга тоже. Он знал, что Майки удивительный ребенок, но слышать похвалу от других, тем более от Дерека, было непривычно, но приятно. Доделав все дела, Стайлз стал собирать Майки домой. Было время ужина, а Стайлз запоздало вспомнил, что ничего не готовил на вечер. — Майки, попрощайся с дядей Дереком, — сказал Стайлз, но не ожидал, что сын подбежит к мужчине и обнимет его, даря свой рисунок. *** Прошло два дня, и сегодня был последний выходной день Стайлза. Он успел найти няню на неполный рабочий день и проверить, все ли готово для школы. Они с Майки смотрели «Тимон и Пумба», когда раздался стук в дверь. Стайлз нахмурился, ведь гостей он не ждал, а неожиданные визиты никогда не приводили ни к чему хорошему. Он лишь надеялся, что за дверью стояла Эрика, а не его бывший муж или какие-то там недовольные соседи. Еще могли быть люди из служб опеки, которые прознали бы о его недавнем увлечении алкоголем, но теперь ему бояться нечего. Он был трезв, посещал психолога и всеми силами старался быть хорошим родителем. Отворив дверь, Стайлз удивленно замер, глядя на Дерека. Тот никогда не приходил с визитом, что было понятно, ведь Стайлз никогда его не приглашал. Он даже не станет спрашивать, откуда у мужчины адрес его дома. — Дерек? — совладав с собой, спросил Стайлз. — Я… — замялся Дерек, — хотел сказать, что мы нашли убийцу. Ты оказался прав, он был знаком со всеми жертвами… вот, — неловкость ощущалась слишком остро. — И ты решил сказать мне об этом лично, а не позвонить? — допытывал Стайлз, пытаясь разобраться в непривычном поведении своего коллеги. — Да, — кивнул Дерек, — а еще поблагодарить, и вот, — протянул он коробку с игрушкой, что все это время держал в руках, — Майки упомянул, что обожает трансформеров и, увидев в магазине, я не смог пройти мимо. — Это мило с твоей стороны, — улыбнулся Стайлз, отходя в сторону, давая мужчине возможность пройти в дом, — Майки, — громко позвал он, — дядя Дерек пришел тебя увидеть. Майки отвлекся от просмотра мультфильма и подбежал к мужчине, который опустился на колени, чтобы быть на одном уровне с мальчишкой. Тот радостно завизжал, завидев новую игрушку. — Майки, что ты должен сказать? — закрывая входную дверь, спросил у сына Стайлз своим воспитательным тоном. — Спасибо, дядя Дерек! Дерек улыбнулся, обнимая ребенка. На самом деле он сам до конца не понимал, что здесь делал. Что заставило его копаться в личных документах Стайлза, ища адрес? Что двигало им, когда он намеренно зашел в отдел с игрушками, выискивая нужного трансформера? А самое главное, как так вышло, что он не мог избавиться от мыслей об Стайлзе и Майки, отодвигая на второй план даже дело об убийствах? Нет, безусловно он и до этого рассматривал Стайлза, считая его компетентным, смышлёным, веселым, а еще безумно красивым, но тот был недосягаемым. Он был замужним мужчиной, и об этом напоминала рамка с фотографией его семьи, что стояла на рабочем столе, а еще обручальное кольцо на безымянном пальце. А затем резко все изменилось. Фотография была заменена на другую, где был изображен Стайлз с сыном, без своего супруга. Кабинет Дерека проходил мимо рабочего стола Стайлза и тот начал волновался, когда мужчина перестал выходить на работу. Это уже потом, подслушав разговоры местных сплетников, которые всегда были в курсе всех событий, происходящих в штабе, он узнал о разводе. Обрадовался ли он? Дерек был в смешанных чувствах. Он хотел утешить Стайлза, но понимал, что они были не в тех отношениях. За несколько лет совместной работы, Дерек не позволил им сблизиться, понимая, что в подобном случае пропадет, влюбившись в янтарный цвет глаз. А потом происходит то, что происходит. Стайлз приводит на работу сына, и Дерек понимает, что хочет стать ближе не только к родителю, но и к ребенку. Раньше за собой он подобное не наблюдал, но наверное, пора уже остепениться. Он отчетливо осознает, что не сдался Стайлзу. Тот недавно пережил тяжелый разрыв и сейчас не нуждался в новых отношениях, но может, он хотя бы позволит с ним подружиться? А там, как знать, может Дереку удастся побороться за его сердце?