Я ненавижу его

В квартиру я переехала как и планировала — на следующий день. В сухом ответе на мое сообщение был только адрес, что обрадовало меня, потому что объяснить произошедшее в коридоре я не могла даже себе. И вот уже неделю я наслаждаюсь жизнью насколько это возможно. Меня взяли на стажировку в небольшое модельное агентство, где мне удавалось показать себя с лучших сторон. Оставалось отработать ещё пару недель и меня возьмут в основной штат, в чём я уже не сомневалась. Хотелось дышать, жить, все складывалось, меня даже прекратил раздражать Бён и тот факт что сейчас я наполовину завишу от него. Честно говоря, я даже забывала о его существовании, занимаясь любимым делом, однако время от времени происходили разные вещи, что не давали мне забыть о нём совсем. Сейчас по телевидению и в интернете гуляет много новостей и интервью, куча хейтеров и обычных пользователей обсуждают таинственный роман айдола с неизвестной девушкой. И хорошо, что я себя с ней не ассоциирую, потому что в сторону этой гипотетической личности льется столько грязи, что врагу не пожелаешь. И вот сейчас, я прервалась на кофе на работе, и сидя на кухне смотрю очередное интервью Бэкхёна на одной из самых скандальных передач. Не знаю, то ли он мазохист, то ли что ещё, но все менеджеры были наслышаны о Ким Хёне… Эта дамочка наверное самая противная журналистка во всей индустрии, и зачем Бён поперся к ней на огонек я понять не могу. — Бэкхён, а что вы скажете о ряде последних заявлений? В интернете появилась информация о ваших связях со многими женщинами и даже мужчинами, есть фотографии подтвержденные Dispatch. Ваша возлюбленная находится явно в непростой ситуации, зная о всех ваших прежних похождениях. — Я даже глаза выпучила. Ну чего и следует ожидать от Ким. Такое неприкрытое оскорбление в прямом эфире — это ж ещё уметь надо. Бён заметно подвис. Думается мне, инструкций по ответу на подобное он не получил. Хреновый у него менеджер в таком случае. В итоге он наконец собрался с мыслями: — Не буду отрицать, что прежде имел отношения с женщинами, но все они закончились мирно и по обоюдному решению. Моя возлюбленная — девушка умная и понимающая, я не устану убеждать ее в искренности своих чувств и очень надеюсь, что она не станет принимать близко к сердцу мои прошлые связи. — Вот это загнул. За такое его по головке не погладят. Он открыто признался в том, что нарушал контракт. Хотя я его не видела, конечно… Но факт есть факт. Почему-то вдруг стало неловко. Я не выступала инициатором создания этой легенды, но зачем Бён так подставляется? Что и кому он хочет доказать? Ведь никто никогда не видел нас вместе, выгораживать не имеет смысла. Зачем и почему? Я только пожала плечами. Сидящий рядом менеджер Чхве тихо хмыкнул. — Вот это его разобрало. — Я недоуменно посмотрела на него. — Вы это о чём? — Он взглянул на меня как-то снисходительно. — Да ты посмотри на него: напряжённая поза, спазм шеи и мышц лба. Парень явно не в своей тарелке из-за всего, но говорит то правду. Конечно, черт их этих айдолов разберёт, но как психологу можешь мне поверить. Язык тела говорит за него. — Я взглянула в экран снова, подмечая то, о чем говорил Чхве. Ему верить можно, поскольку он действительно психолог и занимается постановкой и проработкой поз и поведения лучших моделей республики. У нас он проводит дорогущий мастер-класс раз в неделю и мне посчастливилось с ним встретиться сегодня. Однако мы были знакомы ещё по SM, да и с ребятами из EXO он работал пару раз. Но поведение Бёна это все равно не объясняет. Он что правда рехнулся? Я покачала головой. Ну что за идиот… В воскресенье я отправилась в квартиру Бэкхена, чтобы забрать оставшиеся вещи. Спасаясь бегством я забыла жизненно важные ключи от склада, где сейчас хранится вся моя жизнь. Ничего умнее сделать не могла, конечно. Код он не поменял, что странно, поэтому в квартиру я попала беспрепятственно. И вот тут стало не по себе. Бардак и запустение были заметны даже по прихожей, не говоря уже о кухне, где нашлось по меньшей мере двенадцать пустых бутылок от разного алкоголя. Запах тоже не ахти. И совершенно никаких следов еды, что меня уже откровенно напрягло. Открыла окна и собрала мусор в мешок, потому что оставить все в таком состоянии я просто не смогла. Видно Бёну здорово попало, раз здесь видны явные признаки запоя. За несколько лет работы с ним я такого не видела. Заглянула в комнату артиста и та оказалась на удивление чистой, за исключением приличного слоя пыли. Словно несколько дней здесь никто не появлялся. В ванной тоже пугающее запустение. Стало жутковато. Что если этот придурок что-то сделал с собой? Дверь в гостевую комнату открыла на автомате и застыла. Нашлась пропажа. Здесь оказалось ещё больше бутылок, но самым удручающим зрелищем оказался хозяин квартиры. Опухшее бледное лицо, волосы как веник, мешковатые пижамные штаны и серая флиска. Валяется на кровати, обнимая скомканное одеяло. Я заметила что постельное белье осталось то, на котором спала я и стало вообще не до смеха. В голову вдруг закралась мысль: неужели все это правда? Неужели этот противный Бён действительно говорил мне правду о своих чувствах? И теперь из-за них пострадал? Я помотала головой, силясь осмыслить. Появилось желание поговорить с ним, но сначала нужно привести это тело в порядок. Открываю окно и здесь, впуская дневной свет и воздух, а затем иду к кровати. Тормошу долго, пока не раздается мычание. Энтузиазма на подъем у него нет, но зато он есть у меня. Внятной реакции удается добиться через пару минут. Тяну его с кровати и это чудовище поддается, поднимаясь с закрытыми глазами. — Ну же, Бэкхён! Давай, помоги мне. Сделай шажок. — Тело опирающееся на меня вздрагивает, от чего мы едва не падаем на пол. — Нет, тебя не должно быть здесь. Тебе нельзя видеть меня… — Продолжаю тащить причитающего страдальца в ванную. Путь выходит долгим и трудным, но заканчивается успехом. Сажаю на край ванны, и начинаю снимать флиску. Сейчас не до соблюдения приличий. От Бёна пахнет алкоголем и теплым естественным запахом кожи. Что в принципе не противно, хотя я ожидала что от него будет нести. Аккуратно подталкиваю в ванну прямо в штанах, но он в итоге все равно валится туда как мешок с картошкой, почти утянув меня за собой. Настраиваю теплую воду и принимаюсь поливать его из душа. Он тут же начинает смешно фыркать, напоминая мне собаку-переростка. Другой рукой тяну на себя штанины брюк поочередно, пока не замечаю, что белья скорее всего нет. Так, ничего страшного — помоется в них. Бён начинает фыркать и вяло отмахиваться руками, но до адекватного состояния ему ещё далеко. Штаны намокают, облепляя всё что можно и нельзя. — Чёрт возьми, Бэкхён. Ну давай же, нельзя так! — Что ж он так напился, сил никаких нет. — Нет, нет… Хватит, мне плохо. Мне же без тебя плохо… Зачем ты пришла? — Ну ты уж определись, со мной или без меня. — Вдруг Бён распахивает глаза. Его взгляд заполошный обращается ко мне. — Боже, спасибо, это и правда ты! — Он уже тянет руку, но я легонько шлепаю по ней. — Раз уж ты очнулся, мойся. Я приготовлю тебе бульон. Не смей засыпать здесь. — Всовываю ему в руки несчастную лейку от душа и жду реакции, чтобы понять, действительно ли он меня слышал. Смотрит на меня так, словно я его пнула. — Помоги мне. Пожалуйста… — Ну что за неувязок. Вздыхаю. Ладно уж, а то ещё действительно голову разобьёт тут. Но не лезть же мне к нему в душ? Решаю снять рубашку. Если майка намокнет, то просто сниму её, а рубашка останется сухой. Пожалуй да. Бэкхён не выглядит таким уж пьяным, когда я начинаю раздеваться. Я бы даже сказала, что в его взгляде появились кое-какие проблески энтузиазма. Думать, что меня попросту развели не хотелось. — Давай, поднимайся. Я тебе помогу. — О, теперь ты называешь меня на «ты». Я так рад. — Только качаю головой, всё-таки этот человек — невозможен. Поднять его из ванной оказалось делом нелегким, но я даже не могла предположить, что начнется дальше. Этот негодяй начал спускать штаны так резво, что я еле успела отвернуться! — Что ты делаешь?! — Я же не могу мыться в одежде. — И голос ещё такой. Праведное возмущение. Боже, да почему всё это происходит именно со мной? Стараюсь держать взгляд на уровне его груди, пока устанавливаю лейку душа в крепление. — Бери мочалку. — И тут Бён начинает подозрительно крениться вбок. Еле успеваю перехватить, что удается с трудом. Вот вроде мелкий, а весит будто под сотню. И не дай бог ему прямо сейчас станет плохо. Глаза прикрыты, дыхание тяжёлое. — Эй, тебе плохо? Можешь стоять? Бён! — Мне плохо, помоги мне вымыться. — Черт те что. Он мне что предлагает потереть ему спинку? Видимо я сказала это вслух, потому что тут же поступает предложение: — Только голову и спину, пожалуйста. — Так жалобно. Вот же артист несчастный. Но делать нечего — беру мочалку и гель для душа. Пахнет чем то хвойным, приятным. — Повернись спиной. — Бён слушается, поворачивается, упираясь в стену двумя руками. Из-за чего я имею возможность лицезреть широкую спину с проступающими мышцами. Кожа светлая и гладкая, позвонки, две сильные прямые мышцы, которые плавно тянутся вниз к пояснице, а там… — Так ты потрешь мне спину? — Ох чёрт. Ни за что не поверю, что он не делает это специально! И я как назло поддаюсь этому нехитрому совращению. Так, срочно нужно взять себя в руки и никаких взглядов ниже поясницы! Начинаю тереть, не слишком сильно, но ощутимо и через некоторое время раздается стон. — Бён, ты в порядке? — В полном. — Голос сиплый какой-то, но стоит ровно и падать не собирается. Заканчиваю со спиной и беру шампунь. Волосы у него достаточно длинные и оказывается мягкие. Всегда любила потрогать чужую шевелюру, поэтому не отказываю себе в удовольствии. Ну и наплевать, что это Бён. Который снова издает странный хрип. Решаю не обращать внимания. — Встань под воду, нужно всё смыть. — Пена красиво стекает по рельефной спине, так, что я невольно любуюсь. Да, о том что этот самодовольный индюк хорошо сложен спорить не приходится. — Нужна ещё помощь? — Нужна. Но я не думаю, что ты захочешь мне с этим помочь. — Без всяких предупреждений, без объявления войны, этот негодяй поворачивается ко мне лицом. И нужно быть абсолютно слепой, чтобы даже не глядя прямо туда, не заметить, что парень передо мной возбуждён. Сильно и крепко возбуждён. Я чувствую как уши и щеки начинают гореть. Упрямо смотрю Бёну в лицо, стараясь не подавать вида, что увидела ВСЁ. Он не отводит тяжёлого взгляда. Его глаза черные из-за широкого зрачка, кожа мокрая и кажется глянцевой, дыхание глубокое, а рот приоткрыт. И я не знаю что происходит со мной, потому что тело словно само реагирует странным томлением. В голове проносятся поцелуи в темноте коридора, объятия в общежитии группы… Нет, это сумасшествие. У меня конечно давно никого не было, но ведь это не повод так реагировать на Бёна. Не повод же? Мне кажется, что я под гипнозом. Иначе почему я позволяю ему снова приблизиться к моим губам? Влажные пальцы обводят моё лицо по контуру, пока я смотрю и смотрю в эти глаза. Неотрывно и неизбежно. Когда он касается поцелуем, я не могу даже вдохнуть. Голова кружится, ноги подкашиваются, мокрое тело прижимается ко мне, увлажняя одежду. Его кожа очень горячая, почти огненная, губы настойчивые и может быть я чувствую такую бурю эмоций именно из-за того, что это Бён? Не могу больше оправдываться ненавистью.