На старт! Внимание! Отношения!

***

Гостиная — Шикамару, ты ничего не забыл? — Например? — Может, у нас сегодня есть какие-нибудь планы? — Не припомню такого. — А, может, если ты посмотришь на календарь, это как-то поможет? Усталый взгляд метнулся на стену. Обычная, на первый взгляд, дата не внушала доверия — этот день не мог быть обычным, иначе разговора бы не было. В такие моменты было важно сохранять спокойствие. Молчание здесь не лучший помощник. А вот попытка добыть больше информации — вполне себе выход. — Не поможет. Начиная закипать от злости, Темари была готова опрокинуть диван вместе с лежащим на нём мужем. Либо он очень хорошо притворяется, что не понимает её намёков, либо на самом деле забыл. И лучше бы ему вспомнить. Иначе эта дата будет его последней. — Но я помню другую дату. — Это какую? — Если вернуться на две недели и три дня назад, то это будет ровно три года с даты нашего увольнения с Администрации. — Действительно. Сперва эта работа казалось чем-то важным, пусть и нудным. Стабильность, социалка, престиж. Но действия, а точнее бездействия руководства не выдерживали никакой критики. И ладно бы, если это не касалось обычных, рядовых сотрудников. Но это било по ним в первую очередь. А на вполне справедливые замечания реакция всегда была стандартной — не нравится, дверь открыта… Что ж, открытой она оставалась очень долго. Ведь сложно закрыть то, чего нет. — А ещё, если вернуться на неделю и четыре дня назад, то это будет ровно год с того дня, как ты меня приревновала к коллеге. — К какой ещё коллеге? Ты вообще о чём? — Ну, как же. Ты заявилась ко мне на работу, увидела, как я общаюсь с девушкой из отдела кадров, сцепилась с ней в неравной схватке. А потом обвела красным маркером дату на календаре и сказала, что мы эту дату запомним надолго. Первая попытка вспомнить произошедшее не увенчалась успехом. А вот вторая, после смешков Шикамару, стала более удачной. Та очкастая вертихвостка. Конечно. Прекрасно она запомнила, как её очки разбились вдребезги… Только с чего бы дорогой муженёк помнит этот день? Более того, эту дату? Он, что, совсем страх потерял? — Значит, это ты запомнил! А дату нашей годовщины уже помнить не надо?! — Темари… — Шикамару, я смогла, пусть и с трудом, смириться с твоей ленью, но с твоим безразличием — не собираюсь. Одежда из ближайшего шкафа стремительно полетела в сумку, явно не предназначенную для такого количества вещей. Не желавшая больше мириться с таким свинством девушка хотела как можно скорее покинуть это место. Неужели этот олух в самом деле помнит столько ненужных дат, а самую важную в память не отложил? Ему настолько плевать? — И куда ты? — Восвояси. — А как же сюрприз? — Какой ещё сюрприз? — На годовщину. Руки мгновенно отпустили вещи. Глаз невольно задёргался, стоило девушке увидеть подарок, взявшийся, кажется, из неоткуда. Небольшая коробочка. Бархатная. По размеру, там минимум браслет. Тот самый, который она потеряла перед свадьбой брата. Он его нашёл? Или купил такой же? Стоп! Получается, он всё это время помнил про годовщину? — Нара, скотина, я тебя убью, рано или поздно. — Я бы предпочёл попозже. Хотелось бы ещё пожить. — Иди-ка сюда, любимый. — Зачем? — Буду тебя любить. Сильно и долго. — Темари… — Иди сюда! Если в предыдущие разы у Шикамару хватало сил и задора на забеги по комнатам, то сейчас ему хотелось просто поскорее перейти от момента «обвинения, граничащие с насилием», к моменту «громкое примирение, граничащее с фильмом для взрослых». После таких, даже незначительных ссор, мириться было особенно приятно. И уж точно не опасно для жизни. Казалось бы, зачем провоцировать, когда ты всё прекрасно знаешь и помнишь? Шикамару не мог ответить на этот вопрос. Видимо, он очень любит мириться. — Так, это браслет? — Где? — В той бархатной коробочке. — А как ты догадалась? — Просто предположила. — И весьма удачно. — Может, ты подашь мне её? — Темари, вот, предположи, смогу ли я, после всего того, что между нами было, подняться с дивана, присесть, поднять коробку, встать, подойти обратно к дивану… — Нытик. — Стерва. — Что?! — Просто предположил. — Я тебе предположу. — Только можно позже. Я очень устал. — Ну, точно, нытик.