Рон Уизли и необычная книга

— Да встаю я, мам, встаю. — Рон перевернулся на другую сторону, удивляясь спросонья, какая твердая у него подушка. — И не надо на меня брызгать водой! — Эй, малой, да очнись же ты!        Это был явно голос не Молли Уизли! Рон резко подорвался с земли, вскакивая на ноги, отчего в ушах зашумело, а перед глазами всё поплыло, как будто он надел очки Гарри. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя, да ещё и комментарии портрета Гриндевальда стучали по ушам.  — Ну, наконец-то! Проснулась спящая красавица! А теперь руки в ноги, как говорят анимаги, и бегом в дом, если не хочешь принять душ в одежде.       Рон непонимающе поднял голову вверх и поймал лицом несколько особо крупных капель. Всё небо затянуло дождевыми тучами, что создавало угрозу нового потопа на земле. Далёкий рокот грома стал для Уизли сигналом стартового пистолета, и он, прихватив книгу, рванул в дом наперегонки с начинающейся грозой.

***

      Запыхавшийся гриффиндорец ввалился в свою комнату, пытаясь на ходу отряхнуться от воды. Он летел как квоффл, но дождь всё равно накрыл его возле крыльца. Разгорячённый бегом, Рон заметался по спальне, пытаясь унять бешеный пульс. Капли ливня, стучавшие по окну, вторили биению крови в висках. И быстрый бег явно был не основной причиной возбуждения Рональда Уизли. — У меня получилось!       Рон выдохнул и на мгновение замер, вспоминая то небывалое чувство, когда заклинание сорвалась с кончика волшебной палочки. Эта невероятное ощущение полного контроля над магией стало откровением для него. В тот момент ему не казалось, нет, он был абсолютно уверен, что с помощью этой подвластной ему силы может сотворить любое колдовство. И это осознание разгоняло кровь, заставляя сердце биться всё сильнее и сильнее. — У меня получилось!       Ужасно хотелось поделиться этой радостной новостью, да и чего греха таить, совсем немного похвастаться. Но в доме были лишь Перси и Джинни со своей подружкой, которая так выручила Рона. Вот были бы здесь Гарри и Гермиона! Хотя представив, что ему скажет последняя, если узнает о применении заклинания из книги, не утверждённой министерством, Рон невольно скривился. А вот Гарри!.. Тот смог бы по-настоящему оценить успехи друга.       Но Гарри жил у своих ужасных родственников-маглов и не мог разделить эту радость. Однако здесь был ещё один возможный собеседник, который даже принял небольшое участие в испытании заклинания! Рон метнулся к своему столу, по пути отшвырнув ногой старую мантию, которая неизвестно как выползла из шкафа прямо на середину комнаты. Раскрыв книгу на говорящем портрете и глядя прямо в глаза Гриндевальду, он с восторгом повторил в третий раз: — У меня получилось!       Рон даже зажмурился, вновь вызывая в памяти ощущения. — Ну, теперь Малфой у меня попляшет! Да что там Малфой?! Весь слизерин как ветром сдует! — Рон рассмеялся собственной шутке и обратился к Гриндевальду. — Слушай, ощущения просто невероятные! Вот она какая — высшая магия!       Заливистый смех, раздавшийся в ответ, стал для Рона Уизли настоящим шоком. Во-первых, он никак не ожидал, что самый тёмный маг, про которого ему ещё с детства рассказывали страшные истории, может так увлечённо и самозабвенно ржать! Во-вторых, было немного обидно, что ржали явно с него, чему доказательством служил палец нарисованного Гриндевальда, который он тыкал в рыжего парня, словно собираясь что-то сказать, но не сумев сдержаться, вновь заходился заразительным смехом. Наконец наржавшись до коликов в животе, если это возможно у портретов, он, сдерживая смех, проговорил: — Уизли, ты всего лишь вызвал ветер и считаешь это высшей магией? Это было самое простое заклинание в моей книге! Я его изобрёл ещё на третьем курсе, когда учился в Дурмстранге. Оно ведь даже не покалечит твоего противника, если он случайно не ударится головой, а вот ты, — Гриндевальд резко посерьезнел и укоризненно посмотрел на Рона, — ты свалился с магическим истощением, и с твоей бессознательной тушкой могли делать всё, что им заблагорассудится. Как тебе такая перспектива событий?       Рон даже побледнел, когда представил, как над ним будут издеваться разозлённые змеи. Внутри него словно лопнул воздушный шарик, остатки эйфории, вызванные успешным применением нового знания, испарились без следа. — Так это что же получается? — Рон отчаянно пытался сдержать слёзы разочарования. — Я совсем неспособен на серьёзную магию, раз свалился без сознания после простейшего твоего заклинания? — Эй, парень, я этого не говорил. — Голос Гриндевальда совсем немного изменился, лишь на небольшую тональность, но стал успокаивающим и вкрадчивым, словно словами он старался влезть в душу собеседника. — Просто тебе нужен наставник, который сможет объяснить, как правильно развивать свой магический потенциал, как применять заклинания и как достичь величия. Ведь именно для этого ты раскрыл мою книгу?       Рон рассеянно кивнул, ещё не совсем понимая, к чему клонит тёмный маг. — На твоё счастье в этой комнате есть прекрасный говорящий портрет красивого молодого волшебника, — Гриндевальд обвёл себя руками, слегка намекая, о ком он говорит, — который как раз может оказать тебе эту услугу.       Однако природную недоверчивость Рона Уизли было не так легко преодолеть. — То есть ты хочешь меня научить всем этим своим штукам? А чего хочешь взамен? — Мне скучно, Уизли! — Гриндевальд экспрессивно взмахнул руками как заправский актёр, обведя по контуру рамку портрета. — Ты даже не представляешь, как скучно сидеть здесь, взаперти, десятки лет ни с кем не разговаривая! Не считать же за собеседников пробегающих мимо мышей? Так что простого общения в качестве платы вполне хватит. Будешь рассказывать мне, что твориться в мире, а я буду рассказывать тебе о магии. Договорились?       Рон ещё немного поколебался, рассматривая это предложение со всех сторон, как рассматривают красивое, но очень опасное животное наподобие змея Оккамия, невероятно красивого своей наружностью, но смертельно опасного своим ядом. Значит, Рон получает себе в качестве говорящего справочника самого Геллерта Гриндевальда, а взамен придётся лишь поболтать со скучающим портретом? Всего делов-то! Так и не найдя в его словах подвоха, он медленно кивнул, соглашаясь. — Договорились.       За окном комнаты Рона Уизли совсем рядом ярко блеснула молния, освещая спальню зловещим светом, и спустя мгновение раздался оглушительный гром, от которого задребезжали стёкла. Договор вступил в силу.       Гриндевальд прислушался к разбушевавшейся за окном стихии и, щелкнув пальцами, довольно констатировал: — Чудесно! Тогда начнем с самого сложного. — С самого сложного?! — Рон аж задохнулся от неожиданности. — С самого сложного. — Гриндевальд подтвердил свои слова кивком головы. — С манер, Уизли, с манер.       И весь день превратился для Рона Уизли в ад. Только на отработку правил, как и с кем надо здороваться, когда входишь в помещение, ушло больше двух часов! Рон раз за разом открывал дверь своей спальни и, заходя, произносил в пустоту: «Добрый день, мисс… Добрый вечер, мистер…».       Когда Рону надоедало и он начинал возмущаться, следовала долгая теоретическая лекция от Гриндевальда, по большей части подкреплённая примерами из жизни последнего, как такие манеры помогали ему в налаживании контактов с людьми. К концу дня от всех этих историй и фамилий магов, о большинстве из которых он читал лишь в учебнике по истории магии, у Рона кругом шла голова. Но Гриндевальд неожиданно оказался удивительно увлекательным собеседником, он мастерски поддерживал интерес юного слушателя, рассказывая галантные истории с описанием яростных схваток, заманивая Уизли звучанием незнакомых проклятий и описывая невероятно красочные ритуалы. Рона настолько захватило ораторское искусство тёмного мага, что даже спустившись вниз для очередного приема пищи, он старался побыстрее проглотить еду (за что по возвращении выслушал от Гриндевальда лекцию о правильном поведении за столом), и бегом отправиться к себе наверх за очередной историей. Благо в тот день родные дали ему право побездельничать, раз у него заслуженный выходной, не обращая на него внимания, впрочем, как обычно.

***

      «Гермиона бы не поверила!» — усмехнувшись собственной мысли, Рон Уизли перелистнул очередную страницу. — «Рон Уизли читает! Сам! Добровольно! И даже не журнал про квиддич, а заданную в качестве домашнего задания книгу! Только ей лучше не знать, кто мне выдал эту домашку». Гриндевальд решил чередовать занятия по манерам и прикладной политологии с совершенствованием магических умений своего ученика.       Рон вздохнул и принялся всматриваться в следующие строки книги «Дуэльная магия для школьников» за авторством Филиуса Флитвика. Кто бы мог подумать, что этот полугоблин написал такую интересную книгу! Здесь подробно и понятно описывались заклинания и легкие проклятия, не запрещенные министерством магии, а подвижные картинки наглядно демонстрировали, как правильно исполнять движения палочкой. И теперь Рон штудировал этот увесистый том, как только выпадала свободная минутка, стараясь не упустить ни одну важную деталь и запомнить всё до мельчайших подробностей. — Да, миссис Бёркли, я вас слушаю? — Голос Мейсона заставил Уизли оторваться от изучения проклятия слипшихся ног.       Перед прилавком стояла невысокая, слегка сгорбленная годами старушка, одетая в весьма приличную мантию. Возле своих ног она поставила небольшую плетёную корзинку с покупками и теперь рассчитывалась с продавцом, опираясь на тяжёлую трость. Рон ещё раз осмотрел покупательницу и решил проверить слова Гриндевальда про манеры на практике. В конце концов, эта пожилая леди явно не похожа на миссис Пигги и вряд ли набросится на него, избивая своей палкой. Поэтому Рон выпрямил осанку, решительно обошёл прилавок и обратился к ней, стараясь говорить уверенно и вежливо: — Миссис Бёркли, позвольте вам помочь. — Рон перехватил у удивлённого Мейсона купленные книги, поднял с пола корзинку и предложил старушке локоть, намереваясь провести её до крыльца магазина. — Какой воспитанный молодой человек. — Пожилая леди довольно улыбнулась и, ухватившись за предложенную руку, не спеша заковыляла к выходу.       Рон придержал для неё тяжёлую входную дверь и вручил покупки уже стоя на ступеньках. — Спасибо, юноша, в это время так мало обходительных молодых людей.       Старушка всунула в руку Рона серебряную монетку и движением пальцев подозвала к себе стоящую возле крыльца метлу, явно спортивного класса. Лихо перебросив ногу через древко, старушка взмыла в воздух со скоростью, которой позавидовал бы и сам Виктор Крам. Рон хмыкнул, перекатывая сикль между пальцами, и поймал себя на мысли, что это работает. Для подтверждения парень открыл двери, придержав их для двух симпатичных девчонок, года на два старше него, спешащих в книжный. Девушки весело захихикали тонкими голосами и, проскочив в дверной проём, стрельнули глазками в сторону Рональда Уизли, вызвав пожар на лице рыжего парня. — Мерлин, это работает! — с такими словами Рон вернулся в магазин, пытаясь согнать краску с лица и успокоить учащённое сердцебиение.