Я? Ты! Мы?

      Снова чувствуя себя бездельником, бесхозным, никому не нужным куском дерьма, Иван сидел на краю жёсткой кровати, держа в руках бутылку любимого пива. Тонкие пльцы крепко обхватывали прохладную поверхность, вцепившись в неё, будто в единственную надежду на будущее. С виду такой крутой, весь из себя, красавчик, Иван давно уже не был жив внутри себя. Он скорее выживал, выполняя естественные потребности. Каждый день просыпался, и заново все, будто, по особому, но такому неизменному, наскучтвшиму сценарию. Да, он имел большую популярность среди девчонок, иногда даже очень симпатичных, богатых, умных, но толку?        Иван давно потерял счёт дням, потерял смысл своей жизни, потерял абсолютно все, кроме одного. Из его дурной головы все никак не выходил его сводный брат, черт его пебери. Иван пытался выбить эту мысль, но каждый раз, с чего бы не начинал, всегда безысходно возвращался к неизбежной мысли о нем. Об этом чертовом мальчишке, с одной стороны он дико его ненавидел, не будь его, не было бы и всех этих прочих проблем. Он также влюблял в себя девчонок, влюблялся в них сам, и все было бы как раньше. Иван всем своим осознанием понимал, но крайне не хотел принимать тот факт, что влюблён в собственного брата. Дааа, он несомненно влюбился.        Его струящиеся ярко рыжие волосы, неопрятно разбросанные по голове. Голубые, невероятной глубины глаза, вечно смотрящие с презрением, но в тоже время некой любовью. А веснушки, эти прекрасные рыжие пятнышки рассыпанные по всему лицу.        Мысли об этом всегда заставляли Ивана глупо улыбаться, он, черт возьми, влюбился. Эти чувства были непохожи на все предыдущие. Но консервативное воспитание, и запрограммированный мозг, крайне отказывались принимать этот факт.        Поэтому Иван просто сидел так с банкой этого гребанного пива, с запракинутой головой. Кудрявые волосы струились по спине. А карие его глаза, то ли от безысходности, то ли от лёгкого опьянения, неотрывно смотрели на белый потолок.        Вдруг дверь резко и неожиданно открылась. В душную комнату зашёл он.