Сага о скитальцах

В одном из многочисленных переулков, усеянных дерьмом, крысами и Боги знают чем, раздавались ритмичные звуки. Звуки, напоминающие удар. — Ну что, дрянь, еще рискнешь ступать на нашу территорию?! , — кричал обладатель слегка басистого голоса. Парню, горланящего на мальчишку, с виду было не больше 15-ти. — Хах, — хриплый смешок еще больше разозлил обидчика, — Передай этой дворовой шавке, что его матушку уже весь город оприходовал. Удар последовал незамедлительно, а за ним еще один и еще. Каждый последующий удар был сильнее предыдущего. Удержать в захвате и параллельно наносить удары, не было чем-то сложным для того, кто с детства оказался на улице. Улица, особенно таких районов учила многому, но ничему полезному для честной жизни. Будь то обедневшие люди, или те, кто жил здесь испокон веков, переулки учили всех одинаково: больно, жестоко и беспощадно. Те, кто смог адаптироваться, научились воровству и лжи, иногда могли пригодиться грубая сила и устрашающий внешний вид. Будь то сильный громила, или лизоблюды, вечно лижущие всем зад, все они подчинялись авторитетам. Каждый из них подчинялся конкретному лидеру, на его конкретной территории. Малец, что был, к его несчастью пойман, выходец из другого района, вдобавок, из района, с которым велась вечная враждовали между лидерами парня и мальчишки. — Ты сам довёл до такого , — злорадно заявил обидчик, сплюнув на пол. Видя то, что он сделав со своей "грушей" для битья, парень заметно начал нервничать, до этого он никогда никого не убивал, максимум калечил. Вид его оппонента всё больше тревожил его. Не найдя лучшего решения, кроме как быстренько и тихо свалить парень воспользовался этой возможностью. Мальчишка лежал весь избитый, из носа и рта стекала кровь, а на руках и ногах красовались многочисленные ушибы. Не впервой он так получал по морде, однако этот раз может стать фатальным для него. Роковая была ошибка заходить на территорию этого амбала, именно амбала, ибо был он для своих годов широк в плечах, да и ростом не обделён. Жизнь его поднатаскала неплохо. Однако сегодня мальчишке, по всей видимости, не суждено было сгинуть в этих переулках. Приближались звуки шагов, если он мог их правильно интерпретировать. Слышно было несколько ритмичных звуков, а значит кто бы к нему не бежал - он был не один. — Живой, — проверив пульс, шептал парень самому себе, — в этот раз чуть не перестарался, благо живой, вроде, таким то ты нам и нужен. Увидел он вместо чуть подбитого лица, сломанный нос, залитые кровью оба глаза, рассеченные брови, да и в целом не очень презентабельный вид. Кровь струилась отовсюду, откуда только можно было, а так-же из парочки выбитых зубов. Парень задумался над тем, стоило ли поддаваться на провокации этого шкета, ведь ему его ещё нужно было тащить к боссу. «Мда, мелкий, с таким красивым личиком я не рискну привести тебя к нему. По хорошему нужно немножечко поколдовать над тобой, может более презентабельный вид приобретешь». Корить себя за появившуюся из-за гнева дополнительную работу он не стал, а просто окликнул кого-то. — Дорм, ты где? , — сорванец был явно раздражен отсутствием своего «напарника». Бросив мальчишку на землю, он двинулся в сторону соседнего переулка. «Не думаю, что после моих ударов этот урод сможет быстро оклематься» — мысленно, парень гордился своими силами, для своего возраста он явно был сильнее сверстников. Зайдя в иной переулок, он резко остановился. Его напарник вертел головой из стороны в сторону, будто в поисках чего-то, или кого-то. Это было не характерно для него, ведь он всегда был начеку, а тут что-то произошло и это заинтересовала парня. — Дорм, где тебя черти носят? , — раздраженно рявкнул «силач», — Я того малого слишком сильно приложил, нужна помощь твоя. — Тише, Гун, у меня какой-то шустрый малый подрезал кошель, думаю, он всё еще где-то здесь. Говорил напарник спокойно и размеренно, будто с ним такое каждый день случается. Спокойствие ему добавляли его мускулы, несмотря на то, что из-за своего роста и телосложения его могли принять за полукровку человека и дварфа, однако оным он не являлся. Природа одновременно и благословила и прокляла Дорма. С 10-ти лет обладать силой, сопоставимой со взрослым мужчиной, но в замен, терпеть в лучшем случае обидные шутки, а в худшем — изгнание в Гурты — район, где он обитает уже долгих 6 лет. — Ты нацепил кошель на ремень ?, — Гун был явно удивлён происходящим , — Тебе уже 20 лет, вдобавок живешь здесь не первый год и всё равно совершаешь тупые ошибки, у тебя вообще мозги для чего существуют? Однако Дорм уже привык к пристрастию Гуна к упрёкам. Он просто пропустил замечания от «коллеги». В тоже время коренастый юноша заметил несколько свежих следов, ведущие в следующий переулок. — Гун, давай за мной, — говорил он тихо, жестом указывая следовать за ним, — Пока ты опять поливал меня дерьмом, я походу нашёл где этот крысёныш. — Будто я на тебя без причин всегда злюсь, — все так-же раздражённо, но тише отвечал Гун, — если бы ты хоть иногда меня слушал, мы бы сейчас этой хернёй не занимались. Идя по следам небольших ступней, бандиты то и дело оглядывались по сторонам, около сотни метров оставалось до территории «Алой плети» и они очень не хотели бы столкнуться с этими на голову больными уродами. Опираясь на слухи, весь этот сброд промышлял заказными убийствами, занимались мародёрством во время бедствий и это только самое «невинное». Основной заработок приносила работорговля, ни один из законов города либо страны не запрещал эту деятельность. Большая часть налогов приходилась именно на таких «серых предпринимателей». — Не повезло тем счастливчикам, у кого был свой бизнес в центре, — Дорм вздрогнул, вспомнив про погром Плети, — одно дело хлопнуть торгашей, все так делают, но затем вырезать большинство из них ради забавы. Они самые больные ублюдки из всех тех, кого я знаю. — Заткнись, только попробуй еще заикнуться за них, — Гун старался закрыть тему. Она по всей видимости была причиняла боль ему. Но Дорм продолжал, будто его напарника здесь и не было. Настолько этот фрагмент отпечатался в его памяти. — Только Лор знает, что случается с людьми, ставшие их «товаром», — нотки сочувствия слышались в его голосе, ведь они могли им только действительно только посочувствовать, никто не знал куда их увозят, да и остались ли их них кто-то живой. — Блять, Дорм, — парень не выдержал и сорвался на крик, — закрой свой рот, я не хочу больше слышать про этих ебанутых ублюдков. И когда ты успел уверовать в Богов? ,— Последний вопрос немного озадачил Дорма. — К таким вещам, приходят только с возрастом ,— флегматично ответил он, пожав плечами. Диалог бандитов прервал громкий звук. Будто что-то металлическое и тяжёлое свалилось на землю. Подняв руку вверх, коренастый остановил напарника, совершив несколько круговых движений кистью, означающие «двигаться тихо». Старший немного удивился этому звуку. Младший из бандитов моментально исполнил приказ. «Довольно редкое явление» — он усмехнулся у себя в мыслях. И ведь действительно, шуметь в таких районах - себе дороже. Это и насторожило Дорма. Возможно кто-то целенаправленно их туда манит. Хотя он был слишком уверенным чтобы предать этому сколь значимое внимание. Два человека продвигались аккуратно и не спеша. Малец, что подрезал его кошель старшего, был на удивление вёртким, доставляя некоторый трудности для его поимки, а его умение незаметно срезать закреплённые и не только вещи, немного удивили даже Дорма. Он видал всяких мелких и ловких детишек, но почти всегда их ловил за руку и наказывал, однако сегодня он слишком расслабился. Продвигаясь всё ближе к ящику, на удивление железному, Гун краем глаза заметил тень, приближалась она со спины. Изначально парень был удивлён ящиком, откуда он здесь взялся. И только после того, как была замечена тень, он окончательно всё понял. Кто-то намерено вёл их сюда, скорее всего намять бока, в лучшем случае. Но Гун решил поступить хитрее, сделав вид, что тени не видел. Младший доверился своим навыкам, ведь они его редко подводили, ибо он — один из лучших следопытов своей банды, если не лучших. Вот только из-за своего бахвальства, либо из-за большого количества мыслей, даже умения Гуна не уберегли его от на удивление быстрого и тяжелого удара в затылку. — Кхаа, — Гун рухнул, даже не успев ничего крикнуть. Дорм, услышав посторонние звуки, инстинктивно замахнулся кулаком, поворачиваясь в сторону шума. Даже если там никого не окажется, лучше будет не игнорировать своё шестое чувство, а оно как раз говорило ему о ком-то за его спиной. Резкая боль в икрах разрушила все планы. Рука по инерции полетела вниз и кулак впился в сырую землю. Рухнув на одно колено, старший молниеносным движением достал кинжал из сапога, довольно полезное приобретение, особенно в трущобах, а после метнув его в, как он предполагал, сторону неприятеля. Сталь лишь влетела в каменную кладку дома, с лязгом отбившись от неё. — Это тебе за Ника, урод, — раздался детский голос, — Макс, твой выход! Услышав их голоса, Дорм впал в ступор. Даже десять лет боев, во многих из которых он был при смерти, даже его холодная голова в большинстве ситуаций, даже его статус сильного бойца никак не смогли предугадать то, что произойдет что-то подобное. Хоть он и был членом банды, который не раз и не два убивал, он был не готов к этому. Перед ним оказались дети, он просто не мог поднять на них руку. Этим недолгим ступором и воспользовались его противники. Двое мальчишек работали слажено, будто практиковались вместе долгое время. Решив просто запугать детишек, Дорн в мгновение ока извлёк кинжал из своей обуви. Сейчас, любое промедление или ошибка стоит ему жизни. И умереть здесь, отправившись к Лору, он не намерен. Как и не намерен причинять существенный вред детям. «Хоть и дети, но уже способны на убийство, что же вы в жизни увидели такого, что в таком возрасте способны лишить жизни кого-то?», — с досадой и грустью думал Дорн. По их движениям и яростью в глазах одного из них он понял, они настроены решительно, возможно даже готовы переступить через этот моральный барьер. Тяжёлый удар пришелся по затылку коренастого, оттуда медленно начала струиться кровь. Сколь не был силён боец, против тяжёлой дубины и без доспеха мало что можно сделать. Дорн упал лицом в грязь. Кровь постепенно мешалась с землёй, в ней распластавшись лежал уже бывший боец. После такого мало кто сможет выжить, если такие вообще найдутся. — Хорошо ты его тюкнул, мужик даже испугаться не успел. Младший быстро подбежал к телу и принялся лазить по карманам и поясным сумкам, в поисках всего, что можно сбагрить торгашам. Глаз у мелкого был на такое намётан. — Толинс, одну монету оставь ему, не забирай её, — спокойным, но твёрдым голосом настаивал старший. — Брат, нам эта копейка нужнее нежели ему. Мертвым жрать не нужно, в отличии от нас, — отмахнувшись от брата, младший продолжал дело. — Армейский друг нашего отца по пьяни говорил: «убьешь противника-воина — обобравши его, оставь ему последнюю монету, так воины демонстрируют своё уважение к погибшему противнику. После попаданию к Лору, этой монетой он расплатится с Ним и для воина будет выбрана судьба в загробном мире. Только солдаты удостоены такой чести.» — Ладно, — Толинс тяжело вздохнул, переводя взгляд на второе тело, — Уж его я смогу обобрать? Или это по твоему тоже воин? , — съязвил младший — Не уважаешь ни себя, ни старших. Делай что хочешь. , — устало причитал Макс

***

Обобрав, а после и связав второго паренька, закрыв того в ящике, Макс торопил брата, ведь еще нужно было латать Ника. Второй бандит никуда не убежит, ведь изначально он был оглушён первым, а значит и не видел их и сдать тоже не мог. Оставив того в ящике, младший подбежал к второму брату. Средний из троицы особо ничем не выделялся средь остальных. Старший был сильнее как физически, так и морально, а младший — шустрым и жизнерадостным. Оное несколько раз помогло им морально выдерживать давление трущоб. Ник же мог хвастаться только своим подвешенным языком. Он являлся для него одновременно и даром и проклятьем. Его быстрый и зачастую «заумный» говор, помогал как при обольщении прекрасных трущобных "фрейлин", так и при торговли с кем либо, хотя это было сложно назвать честной торговлей. Средний настолько сильно капал на мозги, что торгаши были готовы отдать товар дешевле, лишь бы он уже купил и отстал от них. Вот только была проблема, Ник никогда не мог трезво оценивать оппонента в своего рода дебатах. Сегодняшняя ситуация вновь подтвердила этот тезис. Слишком уж Николас был вспыльчив, это, вкупе с его языком, порождало настолько обидные и язвительные оскорбления, что казалось, даже самый безэмоциональный человек мира — мог бы разозлиться на него. Средний из братьев жаждал знаний, в то время когда Макс зачастую боролся с сильными, даже для него, оппонентами, становясь с каждым разом крепче, младший же в поисках новых мест для его «тренировок» часто пропадал сутками. А средний же, либо сидел в книге, либо размышлял о прочитанном в книге. Уж слишком рано он научился читать, при этом полюбив это дело всем сердцем. Ник предпочитал фолианты, содержащие в себе, либо историю государств, их политику, экономическую систему, армию, религию и подобные рукописи, либо трактаты с тактикой ведением войны, к которым прилагалась ещё и её философия. К сожалению книги о религии и философии, так горячо любимые им, было трудно заполучить. Если еще трактаты о войне, в государстве, которое на ней же и построено, были распространены среди населения, с остальной литературой было туго. Ведь людям нужно знать своё славное прошлое, а над будущим будут думать верха, ведь так всегда было. Постоянные войны требовали чуть ли не каждого мужчину на службу, среди них явно были талантливые люди, но так и не раскрывшие себя из-за конфликтов и зачастую бедственного положения.

***

Закончив со вторым, Толинс разложил все ценности по специальным внутренним карманам рубахи, вышитые лично им. Рубаха была больно широка для него, но он уверенно чувствовал себя в ней. У второго бандита так-же при себе имелось *низшее зелье исцеления*, разбавленное 1к50. Обнаружив находку младший мигом подорвался и побежал к Нику. — Я побежал за Ником, этих держи до нашего прихода в ящике, а дальше разберемся, — убегая тараторил младший брат.

***

Часто, когда Максу ничем не занимался, он погружался в свои мысли. Постоянно перебирая моменты из прошлого, пытаясь понять совершенные ошибки, размышляя о чертах воина, которых ему, возможно, не достает и стараясь научится понимать окружающих людей. Макс старается следовать по стопам отца и он готов к тому, что ждёт его в будущем. Армейская служба в Глейновской Федерации тяжела, но довольно перспективна для обитателей трущоб. Постоянная экспансия требует множество солдат, для поддержания порядка на захваченных территориях. Федерация состоит из десятка государств, каждая обладает юридической и политической самостоятельностью, но только в рамках, установленных главой альянса. Армия же остаётся полностью под контролем главы — Королевства Сории. Каждый солдат может достичь определённых вершин, в зависимости от расположения его места службы. Дикие территории на западе опаснее всех остальных, но за уничтожение поселений и последующее истребление орков в определенной области, обещают пост управляющего либо одним замком, либо тремя городами, либо десяток деревень. Макс часто задумывался о походе на запад, его не манили обещанные чины, он был не таким человеком, его манила неизвестность и опасность, а там, где есть эта пара, находится либо вечная слава, либо бесславная смерть. Такой вариант пришелся по душе старшему.

***

От мыслей его отвлекли. Младший пытался «разбудить» старшего от его «сна». Средний из них тоже был здесь, выглядевший уже намного лучше, чем был до прихода Толинса. — А ты все так-же смазлив и прекрасен, — Макс не смог удержаться от того, что бы не подколоть среднего. — А ты все такой же тупой амбал с тупыми шутками, — парировал Николас. — А ты все такой же лизоблюд, кисть, видимо, тебе нужна только для бальных танцев на банкетах, — молниеносно выпалил Макс. — Вижу, ты решил подготовиться ко встрече со мной, неужели я такой «опасный противник»? , — ехидно улыбнулся средний, поднимаясь на ноги. — Единственное, что у тебя из опасного — так это твой длинный язык. И то, он опасен не для меня, а для тебя, — строгим голосом высказался старший. — Ладно-ладно, ты победил. Перестань бухтеть. К твоему сведению, еще бы чуть-чуть и пришлось бы вам по частям меня собирать. Благо Толи откопал где-то зелье, оно меня и спасло. — Зачем ты вообще полез к ним? , — интересовался младший. На самом дело находка зелья было не иначе как чудо. Ведь даже разбавленное оно могло исцелять раны, вроде тех, что были у Ника. — Я от знакомых услышал, мол у них в группировке бардак, каждый друг на друга идет, ну я и думал послушать местных, может чего-нибудь да скажут ,— Ник был явно расстроен тем, что опять попал в передрягу, да ещё какую. — Очень повезло тебе на ту парочку наткнуться, — хихикнул Толи. — И не говори, будто из гузна Карога вылезли и вид их был подобающий ,— Среднего передёрнуло от гримасы того чёрта, который мутузил его. Благо всё это останется в прошлом. Завтра на рассвете братья покинут этот город навсегда, начиная этим свои странствия. Так и начинается эта история, история расцвета и упадка, взлетов и падений.