24
28 января 2021 г., 22:35
Прошло буквально полчаса, а все принесенные вещи уже были разобраны и отсортированы. Кусакабе действительно обеспечил все необходимое, включая несколько комплектов одежды практически на все случаи жизни и средства личной гигиены. Дорогого гостя девушка сослала во вторую спальню, чем он был весьма удивлен, хоть виду старался не подавать.
— Экскурсия по дому будет? — парень присел на край кровати и следил за тем, как девушка раскладывает на небольшом комоде первую партию таблеток.
— Разве есть необходимость? Ванная рядом с кухней на первом этаже, на втором только две спальни. Тут трудно заблудиться, — она наконец закончила и решила принести в комнату пару бутылок с водой, на всякий случай, — Тем более, ты здесь не для бесконечных патрулей, а чтобы отдыхать, — она достала один из комплектов пижамы и положила рядом с ним, — Я пока схожу на кухню, а ты переодевайся и ложись. Таблетки пить только после еды, поэтому было бы прекрасно, если бы ты смог уснуть, — она развернулась, чтобы выйти из комнаты, но была остановлена крепкой хваткой на запястье.
— Что опять случилось? Откуда такая серьезность? — она перевела на него удивленный взгляд и пару секунд раздумывала над вопросом, после чего едва заметно улыбнулась.
Девушка сама подошла ближе и наклонилась к самому лицу брюнета, щекоча его кожу кончиками волос, выпавших из прически.
— Похоже наш больной надеялся пренебрегать режимом, раз уж остался на домашнем лечении, — она едва заметно скользнула кончиком носа по его щеке, приближаясь губами к уху, — Кёя-сама, учтите, что я, как никто другой, заинтересована в вашем здоровье и благополучии, поэтому, эта неделя будет для Вас медицинским адом, наполненным тотальным контролем и полным запретом на любые действия, способные хоть как-то навредить Вашему самочувствию, — она говорила медленно, с издевательским нажимом выделяя каждое слово, — Я не допущу и намека на осложнения, как бы Вы не брыкались.
— Как угрожающе звучит. И как же ты планируешь меня контролировать? — он немного развернул голову и оставил легкий поцелуй на линии ее челюсти, — Ты же осознаешь разницу в силе?
— О, прошу, избавь меня от очередной порции твоих заманчивых угроз, — она резко отстранилась и посмотрела на него сверху вниз, игриво улыбаясь, — Если решишь вредничать, я просто привяжу тебя к кровати, когда ты в очередном приступе горячечного бреда будешь не в состоянии думать верхней головой.
Он потянул ее за руку, аккуратно опрокидывая на себя, и уже хотел обречь свои сомнения в слова, когда она продолжила:
— И буду жестоко надругаться, пока ты полностью не признаешь мою правоту.
Конечно, он прекрасно понял ход ее мыслей, но не смог не поддержать ее игру:
— Пытать будешь? — его руки легли на изящную талию и прижали девушку крепче.
— Ты и представить себе не можешь, — она состроила страшное лицо, но в глазах светилось веселье.
— У меня богатая фантазия, — он медленно откинулся на спину, утаскивая уже во всю смеющуюся девушку за собой.
— Все, прекрати! — она барахталась, пытаясь выбраться из захвата, — Я ведь серьезно! Кёя, бойся меня немедленно! — она продолжала свои тщетные попытки, при этом умудряясь строить устрашающие рожицы.
— Обязательно, — парень довольно посмеивался, наблюдая за ее стараниями и следя, чтобы при особо отчаянных попытках, она не навернулась с кровати.
Они повозились несколько минут, после чего растрепанная девушка все же была отпущена. Она выглядела, как холеная домашняя кошка, угодившая в драку уличных облезлых разбойников.
— Варвар! Я тебе еще устрою! — она гордо вздернула носик и выбежала из комнаты, под аккомпанемент его ленивого смеха.
ничему не удивляемся, она потащила добычу на кухню, где разложила все в более удобную посуду и с потерянным видом понесла все наверх на подносе. Скажи ей кто-нибудь год назад, что она будет добровольно заниматься чем-то подобным, этот человек был бы сразу отправлен в клуб душевнобольных. Но теперь девушка осознавала, что рада возможности лично позаботиться о ком-то. Ком-то конкретном, разумеется.
В глубине души, она уже начала сомневаться в том, что изменения, которые она все чаще замечает в себе, в своем поведении, однозначно негативные. Разве плохо чувствовать себя расслабленно и защищенно рядом с кем-то? Разве неправильно доверять близкому человеку, полагаться на него? Ведь так страшно быть одной, даже в окружении толпы знакомых. Так страшно все время ждать удара, предательства, боли. Отталкивать или прятать подальше все, что хоть отчасти дорого, чтобы никто не увидел, не отнял и не разрушил. Она так устала бояться и оглядываться на кого-то. Устала прятать за высокомерием страх потери. В этот раз все по-другому! Это же Кёя, в конце концов. Он не подпустит к себе ни одного чужака, желающего навредить.
Лицо девушки озарила улыбка, хотя взгляд и остался чуть отрешенным, когда она открывала двери в гостевую спальню.
Они быстро прикончили ужин и проболтали весь вечер.
***
Конечно, она не обижалась на него из-за подобных шалостей, наоборот ей очень нравилось его игривое настроение. Но не постоянные попытки саботировать лечение! И дело даже не в гопниках, к которым Кёя отношения не имел, а в его активизировавшемся либидо. Да, в любой другой ситуации она бы от счастья скакала, от такого подарка! Но в данный момент… гаденькая и никогда не имевшая особой силы штука в ее голове, под названием совесть, вдруг вымахала до небес, заиграла всеми цветами радуги и заорала, словно придурочная сирена. «- Как ты можешь пользоваться ситуацией?! Ему же плохо, а ты только и думаешь о разврате!!!» — примерно так. И как тут наслаждаться процессом?! Поэтому, путем долгих торгов с самой собой, девушка все же решила избегать любых опасных своей заманчивостью ситуаций. И не думать ни о чем, что бы могло спровоцировать срыв. Точно. Может, вообще на него не смотреть, от греха подальше? Конечно, план был провален тем же вечером: — Кёя-сама, неужели Вас опять кто-то обворовал? Что-то я не замечала в своем душе медсестричек или других, охочих до ваших вещей, личностей, — девушка смерила недовольным взглядом полуголого парня, застигнутого посреди коридора. — Что такое? Тебя что-то смущает? — он двинулся в ее сторону, продолжая сушить влажные волосы полотенцем, и одаривая девушку плотоядным взглядом. — Кроме одного больного непоседливого хищника, который решил продефилировать по дому голым и с мокрой головой, хотя ему было четко сказано: постельный режим и теплое одеяло? Нет, дорогой, меня ничего не смущает, — она вложила все силы в то, чтобы не пропустить в свою обличительную речь и намека на постыдные вздохи, когда он подошел совсем близко и прижал ее к стене. — Правда? А мне кажется, что есть что-то еще, что ты хотела бы обсудить более … детально, — он встал к ней вплотную, и девушка вздрогнула, когда холодная капля, сорвавшись с его челки, обожгла кожу приоткрытого плеча, — Не думай, что я забыл о нашем незаконченном разговоре, — он обвел каждую черточку ее лица голодным взглядом и остановился на приоткрытых губах, которые она нервно облизала. Время ответных действий. Она не злопамятная, ни в коем случае, просто память хорошая, грех не пользоваться. Джейн перевела горящий взгляд на его губы и тихо проникновенно заговорила: — Кёя-сама, я понимаю, что Вы очень голодны. Поверьте… я тоже… — она тяжело выдохнула, окончательно взяв себя в руки, и уперлась ладонями в его грудь, стирая маленькие капли воды, — От одной мысли об Этом, у меня голова кружится и внутренности скручивает мучительным спазмом желания, — нежные ладони скользнули выше, к шее, а взгляд проводил еще одну каплю, сорвавшуюся с его волос и проследившую очертания сильного тела вплоть до резинки домашних брюк, — Думать ни о чем другом не могу, всюду мерещится знакомый, будоражащий воображение запах, такой возбуждающий… — она вымученно приникла в его шее и глубоко вдохнула, — Желание ощутить снова эту наполненность… оно с ума меня сводит, — она бессовестно наслаждалась его реакцией на возбуждающий шепот в самое ухо, — Но нужно немного подождать. Любимый… — девушка скорее почувствовала, чем услышала, придушенный рык, утонувший в ее волосах, и мстительно улыбнулась, — … ресторан уважаемого главы доставит наш ужин только через час. Он дернулся, как от пощечины. Отстранился и злобно уставился ей в глаза, только крепче прижимая к стене. — Не играй со мной, кролик. Мое терпение …- на его губы лег ее пальчик. — Знаю. А так же, знаю, что как бы не злился, ты никогда меня не обидишь. И это так сексуально, — она оскалилась, глядя ему в глаза. — Ты… — он звучал очень угрожающе, поэтому девушка вновь его перебила: — Да. И именно ты меня такой сделал. Совсем избаловал, — она счастливо улыбнулась и оставила невесомый поцелуй на его щеке, — У тебя опять температура поднимается, — глаза девушки мгновенно потухли, она печально вздохнула и отвернулась в сторону, — Я ведь правда очень волнуюсь за твое здоровье, но ты продолжаешь вести себя так неразумно. Как мне еще справляться с тобой? Он устало вздохнул и прижался лбом к ее плечу, с которого соскользнул широкий ворот домашней футболки. — То есть, я виноват во всем? Женщина, у тебя вообще совесть есть? — он расслабленно прищурился, ощущая, как ее пальчики начали бережно перебирать волосы на его затылке, — Я ведь и правда разозлиться могу. — Конечно, можешь, — в ее доверительном шепоте он отчетливо слышал легкую улыбку, — Но, давай, ты будешь злиться, когда спадет жар. А до тех пор, пожалуйста, не убивай остатки моего самоконтроля видом своей накаченной шикарной тушки. Я себе не прощу, если изнасилую тебя болезного прямо посреди коридора, — она тоже расслабилась от звука его тихого бархатного смеха. — Как скажете, доктор, — он оставил невинный поцелуй на ее плечике и, медленно отстранившись, ушел на второй этаж, помахивая полотенцем. Девушка устало откинулась затылком на стену и обессиленно сползла по ней на пол. Она размышляла о возможности убийства собственной совести по средствам медитации. Составление плана по истреблению лишних жильцов в ее голове прервал стук в дверь. Прибыл курьер, который принес заказанный заранее ужин. Быстро забрав у него сумки с едой и узнав, что все уже оплачено***
Прекрасное утро — начало прекрасного дня. Девушка лениво потянулась и глянула на часы. В доме царила тишина, и она предположила, что Кёя еще спит, а это значит, что можно занять ванную первой. Она быстро приняла душ и отправилась на кухню, чтобы приготовить простенький завтрак. Девушка сама удивилась тому, что готовка в этот раз была даже в удовольствие. Она, весело напевала себе под нос, заканчивая жарить яйца, когда почувствовала горячие ладони, скользнувшие по талии. — Доброе утро, — мятное дыхание обожгло кожу. — Доброе, — она легонько погладила хищника по щеке и, чуть повернув голову, позволила втянуть себя в утренний игривый поцелуй, — Я собиралась принести тебе завтрак, но раз уж ты здесь, то жди за столом, а не отвлекай меня. Парень опять не потрудился натянуть на себя хоть что-нибудь кроме домашних брюк и тапочек. И почему он такой упрямый? — Мне и тут неплохо, — он плотнее прижался к ней сзади, заставляя упереться руками в кухонную тумбу, — Может доктор все же разрешит мне тихонько постоять рядом? — наглые руки пробрались за отворот халата, а губы напали на чувствительную шею, — Или я отвлекаю? — Похоже, у больного опять жар, — она немного прогнулась, чтобы еще подразнить не в меру активного с утра парня, — Возможно, все же стоит сослать тебя обратно на второй этаж? — Попробуй, — он недвусмысленно прижался внушительной выпуклостью на домашних брюках к ее пояснице, вырывая удивленный вздох, — Сможешь? — Не вынуждай меня любимый… — она сама подалась назад, сама ощутимо потираясь об него и заставляя дышать все тяжелее, — … сотейник об тебя гнуть. Полюбившийся за короткое время подкол не вызвал столь бурной реакции, как обычно. Ответом ей стал только насмешливый хмык и мстительный укус в плечо. Обжигающие прикосновения прекратились, и спустя пару секунд послышался звук отодвигаемого стула. — Доиграешься, кролик, — он вольготно устроился, отвернувшись вместе со стулом от стола. — Будешь угрожать — останешься без завтрака, — она немного неловко распределила свои кулинарные шедевры по тарелкам и переставила их на обеденный стол. — Ты и так меня уже всех радостей лишила. Что мне еда? — он сделал обиженную моську и демонстративно отвернулся. — И чего же я тебя лишила? — она не могла сдержать улыбки, вызванной его словами. Девушка прекрасно понимала, что он имеет ввиду, но и не надеялась, услышать такое прямолинейное заявление. Конечно, Хибари не имел привычки врать, ведь у него не было в этом совершенно никакой надобности, но вывести его на откровения — тоже задачка не из простых. Поэтому такие моменты особенно ценны. — … — Возможно, мне стоит покормить тебя с рук, чтобы ты подобрел? Что скажешь, хищник? — слова вылетели быстрее, чем она смогла их остановить. Девушка и сама уже с ума сходила от собственного запрета на близость. Контроль над языком то и дело давал осечки, которые грозили вызвать настоящую бурю. Серые глаза опасно сузились. Парень уже совершенно не понимал ее поведения. Она упорно пресекала любые его намеки, а сама каждым действием, каждым взглядом буквально выводила из себя. Как понимать эти ее слова?! Что за сложная женщина… Специально она что ли его изводит? — Можешь попробовать, если подойти не боишься, — он грозно зыркнул на нее, а к столу так и не придвинулся. — Чего же мне боятся? Я уверена, что ты влюбишься, — лукавый взгляд (остановите меня кто-нибудь!!!), — в этот омлет, как только ощутишь его вкус, — сказала она, подцепляя вилкой кусочек яичницы. Джейн изящно встала из-за стола и подошла к парню, лениво покачивая бедрами и останавливаясь между его разведенных коленей. Когда она наклонилась достаточно низко, чтобы их лица были на одном уровне, и поднесла вилку к его губам, он разозлился только сильнее. Стерва точно издевается! Теперь это абсолютно очевидно. Кто сможет есть, когда она… Где она вообще взяла этот чертов микроскопический халат?! Он же и так ни черта не прикрывает, а когда она наклоняется… Гастрономический голод в одно мгновение померк перед голодом совершенно иной природы. Секунда и… — И что же ты вытворяешь? — на самом деле, у девушки сейчас сердце в пятках было, она едва смогла сохранить внешнее спокойствие и сдержать испуганный визг. Секунду назад она еле успела отодвинуть вилку от его глаз, пока падала, ведомая сильными руками. Хибари усадил ее к себе на колено и крепко прижал боком к себе. — Что-то не устраивает? — он вопросительно приподнял бровь, замечая непривычную реакцию. — Действительно. Да, шрам от дурацкой вилки на твоем лице меня точно бы не устроил! — она только фыркнула выкидывая злополучный прибор на стол и обвинительно глянула на него. — Ах вот как! Какая трогательная забота, — он положил ладонь свободной руки на ее щеку и коснулся большим пальцем ее поджатых губ, — Почему же тогда ты так холодна со мной? — эти слова он произнес едва слышно, ненавязчиво касаясь кончиком носа ее скулы. В эту секунду мисс Блэйк была слишком близка к провалу. Тело реагировало на Его близость непроизвольно, низкий бархатный голос подчинял сознание, а запах кожи лишал остатков самообладания. Она непроизвольно прильнула ближе, совершенно непроизвольно едва заметно ластясь к нему, отдавая последние силы контролю над речью. Хорошо, хоть ее противный характер никуда не делся. — Кёя, это не я холодна, это у тебя постоянно поднимается температура. Сколько раз можно повторять, что тебе нельзя напрягаться? — под конец она смогла таки добавила в голос достаточно строгости. Мужская логика сломалась в этот момент. Ее слова слишком расходились с действиями. Парень каждой клеточкой ощущал ее ответное возбуждение, видел ее расфокусированный взгляд и чувствовал, как задрожали тонкие пальчики на его плечах, когда она в очередной раз выдала этот бред про напряжение. Неужели не очевидно, какое напряжение такими темпами скоро действительно начнет вредить его здоровью?! — Значит нельзя? — он прижал ее к себе еще сильнее, властно приподнимая голову за подбородок. — Нельзя, — она вложила последнюю волю к сопротивлению в этот тихий шёпот и все же буквально через секунду прикоснулась к его губам своими. Поцелуй снес крыши обоим. Они не могли оторваться друг от друга даже для того чтобы сделать живительный вдох. Девушка крепко вцепилась в волосы парня, не позволяя отстраниться ни на секунду. Руки брюнета скользили по ее телу. Повторяя мягкие изгибы, одна из них спустилась на бедра и проникла под подол легкого халатика. Раздался дикий рык прямо в поцелуй, на что девушка лишь мимолетно понимающе улыбнулась, так и не отпуская чужих губ из своего плена. Она ловко перехватила его руку и переместила на талию, продолжая наслаждаться жаром его рта. — Это так ты не хочешь меня перенапрягать? — он уже не знал, как ее понимать. В голову парня, затуманенную яростью, смешанной с диким возбуждением, пришла заманчивая идея. И ему сорвало последние тормоза, как только эта идея обросла визуальными образами. Он резко отстранил девушку от себя и одним рывком развернул спиной к себе, разводя ее ноги собственными коленями. Она только рассмеялась откидывая голову к нему на плечо и не понимая, к чему эта акробатика. — Я не хотела спровоцировать тебя видом откровенного белья, поэтому решила и вовсе его не надевать, разве я не умница? — похоже, она все же оставила попытки сопротивляться собственным желаниям и теперь хотела только продолжения банкета. — Ждешь похвалы? — От тебя хоть инквизиции, только скорее. — Сама напросилась, — он крепко обхватил ее одной рукой поперек туловища и легко приподнял, прижимая спиной к своей груди. — Что ты… — девушка не успела договорить, потому что в следующее мгновение он свободной рукой быстро сдвинул резинку своих домашних штанов и резко вошел в нее, сразу замирая, чтобы она смогла привыкнуть к нему. — Объявляю взыскание. Она громко застонала, забывая что хотела что-то сказать. Ощущение наполненности на секунду оборвало связь с реальностью. Легкая тянущая боль исчезла почти сразу, и девушка вскоре попыталась двинуться сама, даже не осознавая до конца собственные действия. Другого приглашения Хибари ждать не стал. Он чуть ослабил хватку, позволяя девушке полностью опуститься на него, и начал двигаться. Удовольствие нарастало с каждым движением. Джейн закинула руки назад, вплетая пальцы в мягкие черные волосы, и повернула голову, касаясь губами чужого уха. — Ты же понимаешь, что после такого … ах!.. я вообще тебя слушаться перестану? — после очередного глубокого толчка, она громко застонала, беспомощно опускаясь затылком на твердое плечо. — Может тогда мне стоит стать чуть убедительнее? — хриплый голос заставил ее задрожать. Его левая рука скользнула по ее животику вниз, пробираясь под подол и так задравшегося и почти распахнувшегося халатика. — Что…ах!!! — девушка почувствовала, как его пальцы задели самую чувствительную точку и начали творить нечто невообразимое. Она забилась в его руках, сходя с ума от необычайно сильных ощущений. Низ живота горел, перед глазами полетели звезды, ее колотило от удовольствия. Яркие вспышки от его движений и тягучее непрерывное наслаждение, которое приносили волшебные пальцы, смешались в ураган. Она уже была неспособна разобраться в собственных ощущениях и улетала с каждой секундой, как мотылек на пламя, желая сгореть в Его руках. — Ну что, доктор, я заслужил послабление режима? — он почти промурлыкал эти слова в ее алое ушко, прекрасно понимая, что она вряд ли его услышит. Девушка была уже на грани. Предчувствие скорого взрыва удовольствия и подозрительная покладистость Кёи сдвинули что-то в ее голове, пробуждая не лучшие черты, и она почти бессознательно издевательски упрямо ответила: — Ни за что. — Ах, вот как? — почувствовав ее приближающийся финал, парень внезапно замер. За секунду до того, как она смогла ощутить блаженный взрыв удовольствия, все исчезло. Она все еще ощущала его глубоко внутри себя, но он совсем не двигался. Божественные пальцы тоже пропали, оставляя ее на самой грани, абсолютно беспомощную и неспособную сделать последний крохотный рывок. Она отпустила его волосы и отчаянно потянулась вниз, желая достичь наконец пика, но он жестко перехватил ее руки, сгибая их в локтях и надежно прижимая к плечам, той рукой, которой раньше держал поперек груди. — Почему… Почему ты остановился? — девушка беспомощно захныкала и попыталась начать двигаться самостоятельно, но ей не позволили любимые сильные руки, которые впервые отказывали в удовольствии. — И правда, почему же? — второй рукой он придерживал ее за самый низ живота, чтобы исключить любые самовольные движения, — Ты так бессовестно мучила меня эти дни, но я готов простить тебе эту маленькую шалость, если услышу наконец то, что хочу, — она задрожала от его слегка охрипшего голоса. — Чего ты хочешь? Если ты настолько не хочешь делать интгаляции… — она обречённо простонала. — Звучит хорошо, но не то, — от его неприкрытого веселья стало даже немного обидно, Теперь, когда яркий финал уже помахал ей ручкой, в голове чуть прояснилось и она мгновенно вспомнила тот самый разговор, к которому он постоянно хотел вернуться, и со злым удовольствием поняла, что же от так желает услышать. Тем временем, почувствовав, что последние предоргазменные спазмы девушки прошли, парень плавно возобновил движения, вытесняя все упрямые мысли из ее головы. На этот раз он двигался издевательски медленно с минимальной амплитудой, доводя до безумия, позволяя ощутить слишком мало, заставляя желать большего. Джейн протяжно измученно простонала, закидывая голову назад и недовольно захныкала: — Быстрее… пожалуйста… Я все … ах! — она не успела договорить и громко простонала от неожиданного увеличившегося темпа, закатывая глаза от удовольствия, чувствуя вернувшиеся дразнящие прикосновения пальцев. Все же он не сможет долго над ней издеваться, она была в этом уверена. Девушка сосредоточилась на этой мысли, расслабленно наслаждаясь всеми ощущениями, которые он снова дарил ей, неумолимо толкая к пику блаженства. На этот раз каждое легкое движение ощущалось острее, и она уже была готова сорваться. — Я тебя слушаю, — он пытался сохранить спокойствие в голосе, но и сам уже еле сдерживался, из-за чертовой температуры контроль давался сложнее, — Просто повтори, то что тогда сказала и я буду доволен. Ответом ему стали лишь громкие стоны наслаждения. Она целенаправленно его проигнорировала, уверенная, что даже так, он не сможет ее дольше мучать. Девушка непроизвольно сжалаась еще сильнее и явно была уже готова закончить, когда он опять не позволил ей этого сделать, лишая любой стимуляции. Она забилась словно в агонии. Все ее тело задрожало от острого желания. В глазах потемнело. Джейн чувствовала себя разбитой. — Я не понимаю! Кёя, я правда не знаю, чего ты хочешь… Пожалуйста… еще чуть-чуть… — она жалобно посмотрела на него через плечо, но через секунду резко отвернулась, содрогаясь от очередного мучительного спазма. — Вспоминай, милая. Ты же такая умница, — хоть голос и звучал достаточно твердо, парень и сам уже был на грани срыва. Она выглядела сейчас непередаваемо. Такая растрепанная и возбужденная, но все же полностью беспомощная в его руках. Единственное, чего ему в этот момент по-настоящему хотелось, это утащить ее в собственную кровать и не выпускать оттуда пару часов или даже дней. Но сдаваться Хибари не привык, поэтому с маниакальным упорством продолжил начатое. Убедившись, что сделал достаточный перерыв, он снова перешел на мучительно медленный темп. — Пожалуйста, не мучай меня, я правда не понимаю, — ее голос дрожал, все тело отзывалось даже на самую незначительную ласку, — Просто скажи… Аах! — он опять внезапно ускорился, добивая последние крохи ее сознания мучительными касаниями пальцев. Девушка сейчас вся была словно оголенный нерв, легчайшее прикосновение выбивало из нее дух. Она словно в бреду ощущала удовольствие, граничащее с агонией, прошивающее каждую клеточку тела. Низ живота скрутило сильнейшим спазмом, она уже не могла отличать отдельные толчки, утопая в бесконечном эфемерном наслаждении. Еще немного и она сошла бы с ума… Тем больнее стало в очередной раз лишиться возможности потеряться в этих ощущениях окончательно. Она больше не могла себя контролировать, словно умирая от неудовлетворения, когда он опять замер. — Сволочь! Я ненавижу тебя! — гнев быстро растворился в горькой обиде, — Кёя, пожалуйста, мне так это нужно… — она была уверена, что еще секунда и позорно расплачется, готовая умолять. — Джейни, всего пара слов, и я сделаю, все что ты пожелаешь. Нужно только немного подумать, — если бы она сейчас была способна хоть чуть-чуть сосредоточиться на чем-то, кроме раздирающего ощущения его неподвижной раскаленной плоти, едва заметно пульсирующей глубоко внутри нее, она бы точно поняла, что ее хищник и сам уже на грани, но увы… — Пожалуйста … — ее хриплый шепот звучал совсем измученно, — Я уже… едва соображаю… — она содрогнулась всем телом, ощущая возобновившиеся издевательски-медленные поступательные движения, — Кёя, помоги мне… ах! — она говорила почти бессознательно, — Просто скажи это, я повторю все… ах!..все, что скажешь. ммм… пожалуйста! Девушка не могла уже даже стонать, поэтому, когда толчки вернулись к бешенному ритму, а безжалостные пальцы снова стали терзать ее, она только протяжно взвыла, бессильно отдаваясь в Его власть. Спустя буквально пару мгновений, она доведенная до предела, уже была слишком близко к краю, когда услышала хриплый от безуспешно сдерживаемого глухого рычания голос своего мучителя. Парень и сам уже почти потерял связь с собственным разумом. Им двигала лишь упрямая, почти маниакальная, потребность, которую она взрастила в его сознании, буквально за пару дней. Он совершенно не отдавал себе отчет о происходящем, двигаясь на автопилоте к единственной четко сформулированной цели. Однако, ее жалобная просьба о помощи и расстроенный голос доставили ему почти физическую боль, поэтому он не смог найти в себе сил отказать ей. — Кролик, всего три слова. Повторяй. Я, — резкий глубокий толчок, все же выбивающий из девушки громкий отрывистый стон, — Тебя, — еще один, под немного другим углом, — Люблю, — его хриплый шепот в самое ухо добил ее окончательно. Он снова почти автоматически остановился, в самый последний момент почувствовав ее приближающийся оргазм, но … В голове Джейн набатом билась одна и та же фраза, произнесенная любимым голосом. Она окончательно потеряла связь с реальностью и провалилась в бездну наслаждения, откидывая любой контекст и оставляя только самую суть услышанного. Плевать, что он остановился, плевать, что издевательски не двигается, достаточно того, что она слышала сейчас, того, что она ощущает его жар, прикосновения его рук. Ей хвалило звучания низкого голоса в голове, повторяющего желанные слова вновь и вновь. Все тело напряглось, глаза закатились, она даже дышать перестала, беззвучно открывая рот, в попытке закричать от запредельного блаженства на грани мучительной боли. Ей казалось, что это длилось вечность, и когда она спустя какое-то время обессиленно обмякла в его руках, сквозь звенящую тишину в голову стали возвращаться спутанные мысли. Ее хриплый неконтролируемый смех оглушил парня, до сих пор пытающегося понять произошедшее. Он был поражен случившимся и все еще не мог поверить, что она настолько своевольна, что даже в такой момент умудрилась его провести. — Наконец-то! — в это единственное слово девушка вложила все свое облегчение. Она не была уверена, какой смысл вложила в сказанное, но конкретно в эту секунду ее жизни, была абсолютно счастлива. Джейн хотела добавить еще что-то, но шокировано замолчала, ощущая, как двинулась в ней его все еще твердая плоть. — Подожди! — она только вскрикнуть успела, прежде чем он неожиданно поднял ее, подталкивая к столу. Хибари уже не слышал ее, его сознание заволокла пелена возбуждения. Он наклонил ее, прижимая грудью к столешнице и резко вошел, одновременно впиваясь зубами в оголившееся плечо. Тело девушки прошила мучительная вспышка удовольствия. Дрожащие ноги подогнулись, но упасть ей не позволили. Парень одной рукой настойчиво надавливал на поясницу, заставляя сильнее прогибаться, а второй крепко придерживал бедра, забирая большую часть нагрузки с ее перенапряженных ног. Он двигался в бешённом темпе, полностью придавив ее к горизонтальной поверхности своим разгоряченном телом. Девушка под ним громко стонала, царапая ногтями деревянную столешницу, на которой уже остались характерные борозды. Однако, в какой-то момент, она забрыкалась и закричала, не доверяя собственным ощущениям: — Кёя, подожди! Я странно себя чувствую! Я больше не… — окончание фразы потонуло в ее громком бессильном стоне. Повторный оргазм оглушил ее и на секунду лишил сознания. Кажется, она кричала, абсолютно утратив связь с реальностью. Толчки не останавливались ни на секунду и девушка могла только придушенно стонать, абсолютно потерянная в вихре удовольствия и не способная прийти в себя. После неизвестно какого по счету взрыва наслаждения ее сознание помутилось, мысли пропали, и в какой-то момент она осознала, что яркая вспышка после очередного оргазма никак не отпускает ее. Острое удовольствие все длилось и длилось, и, казалось, никогда не кончится. Когда она уже перестала осознавать реальность происходящего, хищник неожиданно покинул ее тело и со зверским рыком тяжело уперся лбом в ее спину, все еще придерживая одной рукой, чтобы она не соскользнула со стола. Ноги девушки окончательно отказали, но она, кажется, этого даже не замечала, все еще содрогаясь от безостановочных спазмов никак не проходящего удовольствия. Некоторое время ушло на восстановление сбитого дыхания. — Как ты? — спустя пару минут совсем хриплый низкий мужской голос ворвался в ее сознание, и она еле нашла в себе силы чтобы промычать в ответ что-то совсем невнятное, тут же срываясь на неконтролируемый стон, вызванный очередным спазмом. Парень только ласково усмехнулся, невесомо успокаивающе поглаживая кончиками пальцев ее напряженную поясницу, но вызывая своими прикосновениями только очередную волну бесконтрольного удовольствия. — Я … — она еле слышно заговорила, все еще вздрагивая даже он прикосновения кончиков его волос к своей шее, — Я… почему я все еще… чувствую тебя… там? — голос совсем охрип, горло раздирала жуткая боль, голова кружилась, но ей было все равно. — Это должно скоро пройти, не волнуйся, — он бережно коснулся губами следов собственных зубов на ее плече, будто извиняясь. — … жаль… — ее тихий комментарий заставил его беззвучно счастливо рассмеяться. По телу Джейн растекалась такая блаженная слабость, что она периодически отключалась на пару мгновений, теряя связь с реальностью. Абсолютное удовлетворение убаюкивало и лишало воли к каким-либо действиям. Даже думать не хотелось. Постепенно яркие вспышки удовольствия становились все мягче и в конце концов их сменила легкая нега. — Прости, кажется я все же пере… — он не успел закончить возможно первое за всю сознательную жизнь извинение, когда она перебила его. — Кёя… я тебе сейчас хоть апокалипсис прощу… так что просто молчи… — она лишь бессильно выдохнула, наконец замечая его тихий довольный смех, — … лечь хочу. — Конечно, — он тут же аккуратно поднял ее со стола и неспешно понес на второй этаж. Когда она почувствовала под собой прохладные простыни, то не смогла сдержать облегченного вздоха. Но, заподозрив неладное, все же успела сжать пальцы на его ускользающем запястье. — Куда? — В душ. И там на полу … — Не уходи. Хибари только обреченно вздохнул и забрался на кровать, притягивая девушку к себе и за одно стягивая с нее потрёпанный халатик. Она удовлетворенно мурлыкнула, утыкаясь носом в его шею. Ей понадобилось больше времени, чтобы прийти в себя. Тело ощущалось словно чужое, мысли катастрофически путались, поэтому, чтобы сформулировать их и обречь в связную речь, ей пришлось серьезно постараться. Чуть позже она тихо, все еще немного сипло заговорила: — Знаешь, Кёя, я готова хоть каждый день говорить о том, как люблю тебя. Но не по принуждению, — она с удовольствием отметила, как он напрягся от ее слов и едва ощутимо коснулась губами его ключицы, успокаивая. Пара секунд потребовалась парню, чтобы разморенный удовольствием мозг смог сделать выводы из услышанного. От пришедшего осознания он резко распахнул глаза и дернулся. Она его опять провела! Каким образом даже в полуобморочном состоянии можно быть такой упрямой? Он ведь ни на секунду не усомнился в ее жалобных просьбах. Хибари нервно улыбнулся, не обнаружив в душе и следа злости, а даже какое-то неопределенное восхищение. — Я учту это, — его слова потонули в ленивом поцелуе. Они еще немного полежали, ожидая пока девушка восстановит контроль над собственными конечностями, а потом еще около часа возились в душе. Так и наступило время обеда. Остаток дня прошел спокойно, потому что как оказалось, удовлетворенный хищник — та еще соня. Джейн даже не пришлось уговаривать парня, он сам улегся подремать после обеда, бурча себе под нос, что в помещении слишком душно и получив по наглым лапкам, которые потянул к, и так открытому на проветривание, окну. Он проспал большую часть дня, просыпаясь только ради приема лекарств, поэтому девушка успела съездить в город, чтобы пробежаться по магазинам и лично посетить ресторан, из которого приехал их вчерашний ужин. Она оформила предзаказ на несколько дней вперед и заранее все сама оплатила. Это мелочь, но ощущение собственной самодостаточности приятно согрело ее эго.***
— Мисс Блэйк, не потрудитесь ли объяснить, как это вышло? — голос Кусакабе был угрожающе спокоен. — Кусакабе-сан, мне нечего сказать, — она полностью осознавала ситуацию и виновато опустив глаза, поглядывала на Кёю, который, несмотря на «внезапные» осложнения все еще пытался возмущаться: — Тэцу, не начинай… Все нормально… — Лучше молчи, любитель свежего воздуха, — девушка так грозно на него зашипела, что он молча отвернулся, раздраженно фыркнув для вида. Оказалось, что упрямый хищник вылез на крышу «подышать», как только она вчера уехала из дома, так и проволявшись там до ее возвращения, в чем сам и сознался этим утром, пребывая в полном неадеквате от ужасного жара. Видите ли, подумать ему надо было! После визита врача, главе резко полегчало, и теперь он возмущенно сопел, смотря в стену, потому что отточенные годами методы запугивания не произвели никакого впечатления на скептически настроенную публику в лице обеспокоенного заместителя и разозленной девушки. — Кусакабе-сан, я Вас уверяю, подобного больше не произойдет ни в коем случае. Я прослежу, чтобы наш несравненный глава беспрекословно соблюдал режим и выполнял все рекомендации врача, — ее голос звучал виновато, но убедительно, — В противном случае, мне придется испробовать некоторые методы лечения, популярные в России. Может девушка и звучала обеспокоенно и расстроенно, но когда она наконец подняла голову, по выражению ее глаз заместитель понял, что пора уходить. Тэцуя был готов пойти за Кё-саном и в огонь, и в воду, но попасть под горячую руку его девушке все же опасался, по крайней мере после того, как увидел ее взгляд. Он пообещал разобраться со всеми вопросами по поводу отказа от госпитализации (одного стального взгляда хватило, чтобы понять: с места шефа не сдвинет даже танк) и поспешил удалиться. Воцарилась гнетущая тишина.
