Кто не спрятался, я не виновата!

***

      Что бы не говорили про Копирующего ниндзя, своих подопечных он любил, и искренне за них переживал. Поэтому, когда ему сообщили, что старший Учиха сломал свою бывшую напарницу, Хатаке даже на время с себя пыль стряхнул. В конце концов он эту троицу с пелёнок знает, и теперь откровенно не понимал — что случилось?       И ведь самое неприятное, что и спросить теперь не у кого. Шисуи — погиб, Итачи — изгнанник, а у Юми — амнезия. Что такое могла узнать Кошка, раз Учиха поступил ТАК жестко? Сколько Какаши помнил эту троицу, то парни всегда защищали девушку. Даже в ту проклятую ночь, когда Итачи не пожалел даже младенцев, в чём сам Хатаке искренне сомневался, ну не мог его подопечный так тронуться умом, Юми совершенно случайно оказалась в госпитале.       Почему это казалось Какаши странным? Шиноби вообще редко болеют, именно обычными болезнями, ранения не в счёт, а тут Котёночек свалилась с простудой. Подозрительно? Ещё как! Но окончательно Какаши убедился, что Рен осталась в живых далеко не просто так. Вот тут он был готов аплодировать стоя уже покойному Фугаку. В том, что в Юми течёт кровь клана Учиха, не было большого секрета, за исключением разве, что того, что получила она эти гены не традиционным путём.       Да, Юми не родилась Учихой в прямом смысле этого слова. Она, как и Тензо — детёныш Орочимару. И что там с ней накрутил гениальный ученик Третьего Хокаге, не смогли определить всем госпиталем. Единственное, что могли сказать — она точно принадлежит по крови к кланам Учиха и Узумаки. Вот только выявить прямых связей не смогли. Никто из ныне живущих, да и недавно почивших, под родителей не подходил. Ну, да это и не удивительно, Орочимару хоть и отбитый на голову, но всё-таки гений.       Хокаге подумал, и не стал прятать девчонку в подземельях, позволяя Учихам взять ребёнка на воспитание, но с условием — дать ей клановое имя, те смогут только если у неё проснётся Шаринган. Фугаку только плечами пожал, ему в целом вообще безразлично было, он уступил жене, у которой как раз материнский инстинкт шарашил во все стороны. Их старшему в то время было два года, так у них в доме появилась и полуторагодовалая девочка, в которой Микото души не чаяла.       Вот только геном у Юми хоть и был, по уверениям медиков крайне сильным, проявляться он не спешил. И если Итачи и примкнувшего к ним Шисуи, открыто называли гениями, то Юми была хорошим середнячком. Раз не получилось с Шаринганом, она сделала упор на стихийные техники, многие из которых удавались ей куда лучше, чем тем же парням. Низкий поклон генам Узумаки, с их резервами и контролем.       Именно эту тройку и получил под своё командование Какаши. Выросшие вместе, они понимали друг друга с полувзгляда, полунамёка. Хатаке восхищался подобной слаженностью, и глядя на их работу не раз говорил, что они эталон команды. А потом всё рухнуло. Смерть Шисуи словно провела незримую черту между всеми. Учихи не понятно с чего окрысились на Итачи, а тот не пожелал тащить с собой на дно подругу, фактически избегая Юми.       Те несколько месяцев, что прошли до того момента, как случилась резня в клане, парень как мог избегал подругу. И только по этой причине не знал, что не только на нём отразилась смерть Шисуи. Именно Какаши застал рыдающую в три ручья, над футболкой Шисуи, Юми, для которой смерть друга стала тем камнем, что спровоцировал ту самую лавину. Что ещё должен был сделать в этой ситуации Какаши?       Он мог самоустраниться, мог сделать вид, что всё нормально, но… Внешне безразличный Копирующий, искренне переживал за своих подопечных. Если у Итачи был целый клан, который должен был помочь парню пережить потерю близкого друга, то у Юми кроме Итачи и Какаши не было никого. Поэтому он сделал то единственное, что должен был сделать любой здравомыслящий человек. Он видел многих шиноби, которые психологически ломались, и видеть свою Ученицу в их рядах ему не хотелось совершенно. Лечится такое состояние хорошей трепкой (ну еще и вытрахиванием дурных мыслей — прим. G).       Поэтому Какаши и взялся за неё всерьёз. Раз остальные Учихи временно недоступны, значит, придется ему учить её осваиваться с новым приобретением в её арсенале. И видимо, придётся ему это снова повторять. Хотя в этом есть большой плюс, сама девушка освоилась с Шаринганом намного лучше, чем он сам. И это не могло его не радовать.       Когда Какаши вернулся с миссии, и Гай «обрадовал» его, что у ученицы теперь ещё и амнезия, то Копирующий на какой-то момент, даже решил, что это к лучшему. Всё же у девушки в её 16 лет хватало потрясений. Кровавые слёзы, после резни Учих тоже вытирал Какаши, который и запретил ей кому-либо показывать Мангекью Шаринган. Это Юми и сама понимала, в конце концов она всегда была на карандаше у сильных мира сего, как эксперимент Орочимару, а теперь получается, что она осталась единственной носительницей генов Учих, ну по женской линии. Саске ещё совсем сопля, ну, а Итачи… Он Нукенин, и вряд ли займётся восстановлением популяции Учих прямо сейчас.       Вот уж кем Юми не хотела быть, так это инкубатором для будущего деревни. Сами такой генофонд просрали, а она теперь отдувайся? Неа, не на ту наехали.

***

      В той, прошлой жизни Яна хоть и не была убеждённой чайлд-фри, но всё же в свои 37 у неё не было своих детей. Просто она была замужем за своей работой. Так получилось, что она действительно жила на работе, точнее жила ей. Своего Шефа Яна держала в ежовых рукавицах, контролируя и его жизнь, и фирму в режиме 24/7. Как показала практика, Антон Александрович настолько привык, что у него есть незаменимая Яна, что стоило той однажды уехать в отпуск… Едва самолёт приземлился, и Яна включила телефон… 67 пропущенных, этим всё сказано. Впервые за 5 лет, офис остался без Железной Леди, и у них началась паника.       Но, тут нечаянно выяснилась, что у неё внезапно и у самой есть подопечные. Эту потрясающую информацию до неё донёс Какаши. Тот уже отошёл от встречи с тазиком, и даже вернул его хозяйке, заявившись с данго и горячим чайником. Юми мрачно оглядела своего тайчо, видимо ему уже успели рассказать, как она первый раз на кухню зашла. Пришлось впускать. — Ну, рассказывай, как докатилась до жизни такой? — Улыбаясь одним глазом, спросил Какаши. — Да, чтоб я знала, — буркнула Юми, доставая кружки. — Я про себя почти ничего не знаю. — Ну, с этим я помогу, — ответил Хатаке, медленно стягивая маску. — Спрашивай.       Разговор затянулся надолго. Чайник доливали и кипятили ещё три раза, вот она роскошь стихийных техник. Юми честно понимала, что она бы скорее общагу спалила, чем филигранно вскипятила воду. От Какаши не укрылся печальный взгляд ученицы. — Ты тоже так можешь, — хмыкнул Хатаке. — Просто не помнишь. — И как мне это вспомнить? — Буркнула Юми. — Как с хождением по стенам? Абураме меня теперь за километр обходит. — С шести до одиннадцати, на десятом полигоне, понедельник, среда, пятница, — просто ответил Копирующий. — Вторник, четверг и субботу, с тобой позанимается Гай. Когда мы будем на миссиях, нас подменят Генма и Хаяте. — Ик, — впечатлилась от открывшихся перспектив Юми.       И это при том раскладе, что в воскресенье у неё по плану — Наруто и Саске. И если против первого Юми ничего не имела, то вот младшенький Учиха бесил неимоверно. Добавило ему штрафных очков и воспоминание, которое проснулось после разговора с Какаши. Девушке приснилась сцена, которая имела место в жизни бывшей Кошки.       Тогда четыре года назад, Юми пришла к Саске в палату. В конце концов, они выросли в одном доме, и хоть Мелкий по жизни ревновал брата, что к Шисуи, что к Юми, она всё же пришла к нему. И тут это встрёпанное недоразумение, вокруг которого бегал весь госпиталь, лишь бы он хоть словечко сказал, выдал такую тираду…       Мелкий паршивец вывалил всё, что у него накипело, и с чистой совестью провозгласил себя Мстителем. Плюнув в душу последнему человеку, который искренне за него переживал. Опешившая тогда Кошка сбежала, фактически поджав хвост. Но, тем не менее нашла в себе силы, чтобы раз в неделю заскакивать в квартирку Саске, чтобы слегка прибраться и затарить холодильник продуктами. Хотя это Чудовище вполне могло жить исключительно на помидорах.       К Наруто они шастали ещё все втроём, всё же они прекрасно помнили это маленькое солнышко, которое до двух лет наводило шороху по всему поместью, на пару с мелким демонёнком. И да, Шисуи, Итачи и Юми были откровенно уверены, что из них двоих демон именно Саске, по сравнению с ним Наруто был просто ангелочком.

***

      Полгода до знаменательного выпуска генинов из Академии, промчались со скоростью «Сапсана», и Юми уже вполне освоилась со своей новой жизнью. Но и тут не обошлось без сюрпризов. Желанный Шаринган у неё оказался на весьма продвинутом уровне, вот только тренировать его в деревне — это нарисовать на себе мишень.       У них всё-таки случился Армагеддон, то есть Ремонт в общаге, который растянулся аж на четыре месяца, и опять по вине Юми. Когда они дошли до черновых стен и фундамента, девушка не дала их ломать с воплями: — А ну стоять! Там фуин! — Какой? — Тут же встрепенулись все, пытаясь разглядеть хоть что-то, на гладких стенах. — Вы, что не видите? — Удивилась Юми. — Нет, — покачал головой Генма, нервно грызя любимый сенбон. — Да, блин, купите очки! — Возмутилась девушка, доставая из пучка карандаш. — Вот же они!       По мере того, как Юми расчерчивала стену, лица коллег удивлённо вытягивались. Похоже в строительстве их общежития явно отметились Узумаки. Вот тут-то и встал вопрос: — А что делать?       С мастерами фуин в Конохе так же печально, как и с половозрелыми Учихами (а чтобы они были еще и адекватными-мм… — прим.G). Вроде и есть, но смотрит Юми на эту вязь, как баран на новые ворота. Пришлось отскребать от штукатурки все стены вручную, чтобы убедиться, что фуин есть вообще везде. Похоже, что Узумаки не мелочились, и отгрохали здание по полной программе, тут начинаешь понимать, почему оно до сих пор не развалилось.       Решил проблему Шеф. Его весьма озадачило отсутствие главного демона офиса. Вот он и застал консилиум из действующих и бывших сотрудников, которые дружно чесали в затылках, пока потеря Шефа ползала уже по потолку, что-то вычерчивая. Командующий подозревал, что может тут подобное оказаться, и волевым решением послал Юми в архив. Чего только не было в закромах родины, АНБУ те ещё барахольщики — тащат домой всё, что плохо лежит, или не очень плохо, но не приколочено намертво. — Да я это не то, что не выучу, — охреневшим голосом выдала тогда Юми. — Я даже прочитать это за всю жизнь не успею! — Включай свои глаза, и вперёд! — Рыкнул на неё Шеф.       Когда Юми отошла от состояния когнитивного диссонанса, то пришла к выводу, что Коноха это всё-таки большая деревня (ну как бы и название оправдывает-прим. G). Тут все и всё про всех знают! Хотя Шефу по должности положено. Вот так Рен и переселилась в родные казематы, и жила бы там безвылазно, если бы её не вытаскивали на тренировки, причём фактически за шкирку. Ибо оторваться от сакральных знаний самостоятельно у неё не получалось. И если Какаши и Хаяте ещё были готовы подождать, пока она дочитает свиток, то Гай и Генма просто утаскивали вместе с бумагами.       Как у истинной, но хорошо замаскированной Учихи, у Юми в активе оказался огонь и земля. Какаши на свою голову решил попробовать начать с той стихии, что должна была по его мнению быть роднее — с Катона. И хорошо, что тренировка проходила на подземном полигоне, а не то Коноха рисковала лишиться народного достояния. Засунул её туда как-то Генма, так Юми, что продрала глаза в рукотворном чуде, явно созданном Первым Хокаге либо в пьяном угаре на спор с Мадарой Учиха, либо с не менее жесткого бодуна, была свято уверена, что выберется оттуда под стать Какаши. Но ничего, обошлось. Женское население общежития потом проинспектировало шевелюру, и заверило, что ни одного седого волоска не обнаружено.       Отомстить гаду, который за эти месяцы снова ухитрился стать другом, сразу не получилось, но Юми про это не забыла. Правда, пришлось отложить разборки на попозже, потому как, ну должен же кто-то после тренировки с Гаем её в госпиталь отнести? Майто реально Зверь, Зелёный. В первое время Юми отрубалась где-то через час, и приходила в себя уже в тёплых объятиях медиков. У неё даже личная койка организовалась, до палаты пока не доросла, но злобные сослуживцы таки прикрутили табличку с милой кошачьей мордашкой. И убить бы надо, но старались же!       Понятное дело, что разобраться в фуин за полгода — нереально. И в конечном итоге, Юми пошла простым путём — она просто начала искать хоть что-то, что похоже на те каракули, что она на стенах нашла. Слава Святому Шарингану, за идеальную зрительную память! В конце концов Узумаки этому всю жизнь учились!       С горем пополам, но Юми разобралась, чего же там накорябали на стенках Аловолосые Дьяволы. Начать эксперимент по восстановлению вязи, Юми решила с душа. Кто же знал, что туда нелегкая Какаши принесёт? Вот девушка даже предположить подобное не могла. А уж как впечатлился сам Копирующий, когда на него вместо уже привычной ледяной воды, обрушился поток кипятка, вперемешку со льдом. И как не таял только… На матерные вопли Хатаке сбежалась вся общага, во главе с вездесущей комендантшей. Генма с Юми, которые как раз торчали под потолком и экспериментировали, отлично заметили КАКИМ взглядом окинула Копирующего эта старая мымра.       Ширануи уже по привычке поймал за шкирку охреневшую Юми, за последние месяцы он это делал чуть ли не через день, если не был на миссии. Но подругу надо выводить из ступора, что Генме тоже удавалось отлично: — Спорим, он маску носит, чтобы никто красноту на лице не заметил?       Сама же Юми в этот момент вообще на лицо Какаши не смотрела, ей как взрослой и устоявшейся женщине, открылся прекрасный вид на роскошное, тренированное мужское тело. Как говорится, спасибо, что слюнями не закапала всю душевую. Ширануи заметил состояние Юми, и запоздало осознал, что девочка похоже выросла. Ему пришлось несколько раз встряхнуть Кошку, дабы привести в чувство. Взгляд у Юми прояснился, и теперь настала уже её очередь краснеть. Поскольку она не сильно отличалась от их Домомучительницы. — Слушай, Рен… — вдруг тихо произнёс Генма, когда народ внизу разошелся. — А ты не думала, что тебе пора начинать ходить на свидания, а не только пыль в архиве глотать? — Нафиг этот конфетно-букетный период, — буркнула Юми, после того, как видение голого Какаши её отпустило. — Мне нужен мужик, срочно. Минут на десять. — Почему на десять? — Обалдевший от такой откровенности Генма аж сенбон выронил. — Опыт, — пожала плечами девушка, слезая с потолка на пол. — Судя по моему опыту, средняя мужская особь не бывает мужчиной даже 10 минут за всю жизнь*. — Ты видно надумала сменить ориентацию? — Ошарашенно ляпнул Ширануи. — Не пойдет. — припечатала Юми. — Бабы — истерички.       И оставив Ширануи собирать разорванный мозг, Юми направилась к себе. Всё же день прожит не зря. Маленькая гадость — но на душе-то приятно!       А вот где-то в далёком убежище Акацуки на старшего из братьев Учиха напал жуткий приступ икоты. Парень искренне не понимал, кто же это по нему так соскучился?       Ему было невдомёк, что конкретно сегодня его недобрым словом поминал весь гарнизон АНБУ Конохи. Причём мысли у них всех сходились к одному: — Ну, и козел же ты Итачи! Это же надо было ТАК девку сломать, что воет весь гарнизон!