Кто не спрятался, я не виновата!

***

      Не всем повезло разобраться с врагами так быстро, как Четвертой Дивизии. Отряд Какаши нёс колоссальные потери, если бы не Кисаме с его Самехадой — им пришлось бы ещё хуже, а теперь ещё и Амои сорвался с места. Час — это огромное время для сражения шиноби, Копирующий ни разу не соврал, когда сказал, что им придётся серьёзно попотеть, дабы справиться. — Я его заменю, — раздался голос Итачи через связного. — Я не далеко. — Отличная новость, — согласился Какаши. — Итачи, устрой им филиал Ада! — Скомандовала Цунаде. — Плевать на ландшафт! — Принято, Хокаге-сама, — ответил Учиха, меняя направление движения.       Да, огонька в этом болоте им явно не хватало, Какаши бы и от Юми не отказался — эта парочка Учих умеет зажигать не по-детски, но и один Итачи тут шороху наведёт. — Яманака, как только прибудет Итачи, твоя задача — навести наш батальонный огнемёт на цель, — скомандовал Копирующий. — Тебе всё ясно? — Так точно, Хатаке-сан! — Отозвался сенсор. — Сай, не высовывайся — твоя задача печати, — продолжил Копирующий. — Просто положись на нас.       Экс-АНБУ НЕ просто кивнул, показывая, что командира услышал. — Гай, Рок, — Какаши повернулся в сторону Зелёных Зверей. — Просто не умрите. — Какаши-сан! — Снова позвал его связист. — Вас вызывает Кошка. — Давай сюда, — Хатаке приложил ладонь к связисту. — Юми? — Какаши, я не могу уйти отсюда, — произнесла девушка. — Но могу помочь, я отправлю к вам Бакэ, она будет выполнять твои приказы. — Спасибо, Юми, — от души поблагодарил Копирующий. — Это нам очень поможет. — Пять минут, — ответила Учиха. — Держитесь там. — Кажется жизнь налаживается, — усмехнулся Какаши. — Чувствую мощную чакру на северо-востоке, 3 километра, — отрапортовал сенсор. — Учиха Итачи. — Быстро он, — присвистнул Гай. — Так из моих же, — съехидничал Какаши. — Всё, закончили, работаем!       Новая волна врагов уже подступала, а у них ещё Мечники Тумана не все упокоены.       Итачи с тревогой поглядывал на левый фланг, пока добирался до точки боя Какаши. Но со стороны Четвертой Дивизии пока было тихо, что не могло не радовать, да и случись что — отсюда он доберётся до Юми быстрее, чем откуда либо ещё. Наперерез ему метнулась маленькая трёхцветная кошка, и Учиха расплылся в кровожадной ухмылке — у призывной кошки характер ничуть не лучше, чем у её хозяйки. — А это что за котёнок? — Вытаращился на новоприбывших Гай. — Майто, твой вечный склероз пора лечить, — пробормотал Копирующий. — Здравствуй, Бакэ. Я рад тебя видеть. — Этого тоже можно сожрать? — Уточнила кошка, принимая свои истинные размеры, после того, как кивнула на приветствие Копирующего. — Давай не сегодня, — уклончиво попросил Какаши, забираясь ей на голову. — Нам бы от этого тумана избавиться. — Глубокий вдох, Какаши, — фыркнула Баке. — Очень глубокий.       Копирующий прекрасно знал методы Бакэ и спорить с ней не стал. Он всё-таки не урождённый Учиха, и долго продержаться в огне Адской Кошки он точно не сможет. — Что это за зверюга? — Тихо спросил чунин из Облака. — Это Бакэ-нэко, — ответил Сай. — Призыв Юми-семпай, у Учих клановый договор с Нин-нэко, Бакэ — одна из них, говорят, что до Юми-сан призвать её мог только основатель нашей деревни — Мадара Учиха. — Тот мужик в маске? — Передернулся шиноби. — А он не сможет перехватить над ней контроль? — Кто знает? — Пожал плечами Сай.       С появлением на поле боя Учихи и их кланового призыва — туман начал рассеиваться, позволяя Третьей Дивизии наконец-то увидеть своих врагов. Итачи не скупился на огненные техники, Какаши наконец-то смог использовать Чидори и Райкири. До этого он несколько опасался пользоваться Молнией, вся поляна была затянута густым влажным туманом, Вода — прекрасный проводник, и он мог попасть по своим. Убить бы не убил, конечно, обувь у шиноби из специальной резины, но тряхнуло бы знатно. Теперь же он мог наносить удары не вслепую, а точно по цели.

***

— Что это такое? — Хором выдохнули сенсоры за спинами командиров. — Что это за чудовищная чакра? — Вот влипли, Муу-сама смог использовать разделение, — проворчал Тсучикаге. — Что за разделение? — Уточнил Гаара. — Долго объяснять, но считай, что он создал клона, который слабее его в половину, — отмахнулся Ооноки. — Там ещё один, — указал пальцем на скалу за спиной Второго Тсучикаге Наруто. — Кто это? — Да это же… — Судорожно вздохнул Тсучикаге. — Мёртвый Анархист, — только и смогла выдать Юми, поворачиваясь точно на 87 градусов. — Ну, ты как скажешь… — Хихикнул Наруто. — Да хоть злобным гением его назови, — сплюнула девушка. — Легче от этого не станет.       Да, Учихи ни разу не сенсоры, но они, как и любой шиноби, прекрасно чувствуют чакру врага, если тот её не скрывает. А конкретно этот враг даже не думал прятаться, он вышел так, словно на променад собрался, а тут кучка насекомых ему дорогу перешла. — Так, завещание написала, дом построила, дерево посадила, — пробормотала Юми. — Можно и помирать… — Ты всё-таки показался… — Напряженно проговорил Ооноки. — Учиха Мадара. — Так вот как он выглядит без маски, — пробормотал Наруто. — Он выглядит так же, как и много лет назад, — произнёс Тсучикаге. — Когда я сражался с ним в молодости. — Ты не прав, Наруто, — покачала головой Юми. — Тот, кто носит маску — не настоящий Учиха Мадара, уж можешь мне поверить, я знаю это наверняка. — А ты-то кто такая, чтобы это утверждать? — Рыкнул на неё старикашка.       Юми только хмыкнула, и перестала скрывать свою чакру, всё же привычки АНБУ не пропьёшь. Тсучикаге резко побледнел и отшатнулся от неё, Гаара только брови приподнял, а у Наруто всё в голове встало на свои места. — Ничего себе… — Пробормотал он. — И, правда, вы очень похоже ощущаетесь. — То-то мне показалось, что где-то мы с тобой встречались, — проворчал Ооноки, беря себя в руки. — А оно вон, что оказывается. — Ощущения бывают обманчивы, — пожала плечами Учиха. — Уж наш клан в этом разбирается. — Да, Юми-сан права, — согласился с ней Казекаге. — Присмотритесь к его глазам — его тоже воскресили. — Тогда кто же под маской? — Спросила Темари. — Я знаю только одного Учиху, что официально считается погибшим, — ответила Юми. — Но, его тело не было доставлено в деревню. И если я права, то Какаши будет в бешенстве. — Какаши-сенсей? — Удивился Наруто, а потом задумался. — Погоди-погоди, ты говоришь об его товарище по команде? Про того, что отдал ему свой глаз? Как же его звали… — Обито, — произнесла Юми. — Его звали — Обито Учиха. — Я только одного понять не могу, — Тсучикаге продолжал насторожённо смотреть на Учиху. — Если он… То как… — Как я появилась на свет? — Уточнила Юми. — Мне тоже интересно, — раздался грозный голос со стороны воскрешенного шиноби. — Я не припомню, чтобы у меня были потомки. — Орочимару, — тут же перевела стрелки девушка. — Надо же… — Протянул Мадара, подходя к девушке почти вплотную, и медленно поднимая руку. — Как интересно получилось, ты знаешь чьё у тебя лицо девочка? — Дядюшкино, — пожала плечами Юми. — А вот глаза у меня — твои! — Что? — От этой новости легендарный шиноби застыл с протянутой к ней рукой.       Юми же на одних рефлексах отскочила от него подальше, не очень то ей верилось, что биологический папочка проникнется к ней родственными чувствами и по головке погладит, приговаривая, что он в восхищении.       Сам же Мадара с трудом переваривал новость, что его без него женили, да ещё и размножили… И ладно бы хоть сына, но девчонка… Нет, Обито что-то говорил, про странный эксперимент Орочимару, но он же вроде провалился. Или это Учиха без Шарингана, но тогда, что значат её слова про его глаза? Она имеет в виду их цвет или разрез? — Мадара! — Раздался такой знакомый, родной и нежданный голос. — Прекрати пугать мою племянницу! — Изуна? — Шок это по нашему. — Ты тоже тут? Но как? Я же лично сжёг твоё тело… — У нашей девочки хорошие связи с Шинигами, — расплылся в улыбке его младший братец. — Вот ты и успокаивай этого дракона, — пробормотала Юми, отступая куда подальше.       Вот только у её папаши явно были другие планы. На что девушка была быстрой, но за Мадарой не уследил никто. Юми только мявкнуть и успела, когда её, как котёнка схватили за шкирку и хорошенько встряхнули. — Значит, ты живой, — прошипел Мадара, пока не обращая внимания, на трепыхающуюся Юми. — И как же ты допустил её на поле боя? У тебя так много племянников, что ты можешь ими раскидываться?       Изуна от тирады братца стремительно покраснел, Юми смирилась и перестала дёргаться, что же до Четвёртой Дивизии, то те замерли, стараясь не пропустить ни слова, ни жеста в этой семейной драме. — Где её муж? — Продолжал наступать на брата Мадара. — У него тоже мозгов нет, как и у тебя? — Почему нет? — Не понял его Изуна. — Времена, знаешь ли изменились. Теперь девушки сражаются на равне с парнями. А твоя дочь так вообще в спец-подразделении служит! — Какой позор! — На Мадару спич Изуны впечатления не произвёл. — Хорошо, что я уже умер и не видел этого. Но, я повторяю свой вопрос — муж её где? — Я не замужем, — пискнула Юми, отчаянно желая провалиться под землю. — Восхитительно… — Прорычал Мадара. — Перефразируем вопрос — где этот смертник? — Да он-то тебе зачем сдался? — Убито вопросил Изуна. — Мне стыдно в этом признаваться, но у этой крошки твой характер, и даже если бы мы все решили оставить её дома — то скорее сами бы в госпиталь переехали. — Я жажду оторвать яйца и голову идиоту! — Рявкнул Мадара, снова встряхивая Юми за шкирку. — Который отправил в бой девушку в интересном положении! — Юми?! — Вытаращился на неё Изуна. — А что Юми-то? — Буркнула девушка. — Это Итачи! — Я бы сильно удивился, если бы это был кто-то другой, — тихо пробормотал её дядюшка. — Мадара, да не тряси ты её — это и твой внук тоже! — А вот и со смертником определились… — Довольно оскалился Мадара. Где-то вдали у Итачи отчаянно зазудел копчик, сигнализируя о том, что неприятности ждут его. И придется валить, и как бы даже не на луну.       Надо сказать, что он достаточно деликатно встряхивал девушку, и в принципе не причинял ей никакого вреда, но стыдно было — мама не горюй. Она даже побаивалась на папашу смотреть, а то сейчас как применит на ней воспитательные методы дедушки Таджимы — и придётся ей до конца своих дней в поместье сидеть, чтобы от стыда на людях не сгореть. — Ну, и что мне с ней делать? — Спросил Мадара у Изуны. — У меня тут ещё дела есть, некогда с девицами возиться. — Мадара, медленно поставь малышку на землю и разожми кулак, — тоном заправского психолога попросил Изуна. — Вот так, а теперь, Юми, живо тащи свою задницу в последний ряд, и что бы я тебя не видел!       Девушка не рискнула с ним спорить, и отправилась куда послали, надо сказать, что ей по-черному завидовала вся Дивизия. Правда, и оказываться на её месте, в захвате Бога Шиноби не хотел никто — им бы вряд ли так повезло… — А ну стоять, — обломал всю малину Мадара. — Вы все, отошли на двадцать метров. Да, Изуна, ты — в первую очередь. — Но… но, Мадара… — Попытался возразить его братец. — Ты же её не тронешь?! Брат, в нашем клане девушек сроду не били! — Так-то девушек, — хмыкнул Мадара. — А она не девушка — она куноичи. — Ты… Ты… Да ты спятил! — Выдавил младший Учиха, вытаращив глаза на брата. — И уже давно! — Хмыкнул Бог Шиноби, а затем рявкнул. — Брысь отсюда!       У Юми перед глазами вся жизнь промелькнула, пока мимо неё отступали бойцы. Гаара и Ооноки бросили на девушку сочувственные взгляды, но они не могли не понимать, что эта прихоть Мадары дает им время на обдумывание стратегии. — А можно я тоже «брысь»? — Честно попыталась отмазаться от наказания Юми. — Давайте сделаем вид, что мы просто не знакомы? — Трусишь? — Мадара перехватил рукоять катаны. — И мне за это даже не стыдно, — призналась Юми. — Кто — вы, а кто — я? — А как же спец-подразделение? — протянул Учиха, глядя на свою дочь. — Детище Тобирамы, чтобы ему в гробу перевернуться. — Оно самое, — не стала отрицать очевидное Юми, приподнимая рукав футболки и показывая татуировку. — Тебя там за красивые глаза держат? — Ухмыльнулся её папочка. — Или… — За глаза! — Тут же вспыхнула Юми. — Ну и за мозги. — Учиха-сан, не прибедняйся! — Не выдержал Гаара. — Кто Однохвостого до депрессии довёл? — Ещё бы, я там на неделю застряла! — Отозвалась девушка. — За это время я самого Рикудо доведу!       Мадара смотрел на всё это с какой-то очень странной улыбкой*. Вот же интересная комбинация получилась, вроде лицом его дитя похоже на своего дядю, а мимика и жесты — явно принадлежат ему самому. Она даже хмуриться точь-в-точь, как он сам — правая бровь поднимается домиком, тогда как левая просто сдвигается к переносице.       Юми громко сглотнула, глядя на эту ухмылку, она прекрасно её знала — сама так делает. Изуна когда это видит — паниковать начинает моментально, вот и в этот раз он не выдержал: — Мадара, я просто напоминаю — она твой первый, и боюсь, что единственный ребёнок! — Ками-сама, он всегда был таким занудой? — Обречённо спросила Юми. — Это у него обострение, — доверительно сообщил ей Мадара. — Ты уже сражалась? Мне, кажется, что у тебя не полный запас чакры. — Я нет, — покачала головой девушка. — Мой Призыв сейчас в бою. — Призыв? — Удивился Мадара, и прикрыв глаза точно повернулся в сторону боя Третьего Отряда. — Бакэ? — Угу, — кивнула Юми. — Удивила, — признал Учиха. — Эта вредная кошатина, обычно не спешит тащить свои хвосты на битву. — Я её шантажирую, — честно призналась Юми. — Морепродуктами.       Мадара оценил. Его ржач заставил передёрнуться всю Дивизию во главе с клоном Наруто. — О, поверь братец, в пакостях и злопамятности — она тебе ещё мастер-класс даст! — Прокомментировал это Изуна. — А вот не надо было меня грабить! — Взвилась Юми. — Я же не Гай, я склерозом не страдаю! — Он тоже, — хихикнул Наруто. — Он им наслаждается. — Ну, удиви меня… — Предложил Мадара. — Юми, да забудь ты про эти шахты, я тебя как любимый дядя прошу! — Изуна похоже просто физически не мог заткнуться. — Кто-нибудь, сломайте ему челюсть! — От души попросила Юми. — Какие шахты? — Всей Дивизии, кажется, только попкорна для полного счастья не хватало. — Которые у меня Хьюги увели! — Рыкнула Юми. — И, да можете им так и передать, что я собираюсь дожить до внуков, и на смертном одре взять с них клятву, что они никогда не будут иметь никаких дел с этими гадами! — Ты хоть отомстила? — Сурово спросил Мадара. — Да она их почти разорила, на пару со своим бухгалтером! — Сдал Учиху с потрохами Узумаки. — И этому тоже сломайте! — Попросила Юми.       Изуна посмотрел на Наруто виноватым взглядом, но от подзатыльника блондина это не спасло. — Это всё прекрасно, — согласился Мадара. — Но, я бы хотел увидеть тебя, как шиноби.       Девушка тяжко вздохнула, и начала лихорадочно соображать, что же ей сделать? Какой бы техникой она не воспользовалась — толку не будет. Ну разрушит она его тело, так оно же восстановиться… — Милая, только не Фирменный Огненный Шар! — Снова вякнул из суфлёрской ложи Изуна. — Стеклянный котлован не впишется в ландшафт! — Ой, да заткнись ты! — Хором высказались отец и дочь, недоуменно переглянулись и добавили. — Истеричка. — А что я говорил… — Пробормотал Изуна, разводя руками. — Яблочко не упало с яблони далече! — У тебя хоть Шаринган-то есть? — Сочувственно спросил Мадара.       Юми посмотрела на отца таким взглядом, что если бы тот мог — смутился бы, но это же Учиха Мадара — вертел он стандарты поведения на любимом гунбае. Вместо ответа, девушка просто моргнула, и показала идеальный Шаринган с тремя томое. — Впечатляет, — довольно хмыкнул папенька. — Стихии? — Огонь, Земля,  — ответила Юми, чувствуя себя на экзамене. — И Фуин. — Оп-па, — а вот это его уже удивило. — А это откуда? — У меня на морде написано — откуда, — буркнула Учиха, слегка поворачивая голову.       Именно под таким ракурсом она становилась похожа на Мито Узумаки. Мадара присмотрелся, и внезапно расхохотался, да так что Юми могла поклясться — у неё за спиной содрогнулась вся Дивизия. — Эта Бешеная Сука всё же урвала своё! — Выдавил из себя ржущий Учиха. — Вот же стерва! Не получилось по-простому, попробуем сложным путём. — Не поняла… — Протянула Юми. — О, у Мито Узумаки была мечта, — расплылся в кровожадной ухмылке Мадара. — Она мечтала родить идеального Джинчурики, такого, что не просто бы заточил в себе силу Девятихвостого, но и мог её использовать. И она видела для этого только один выход — соединить кровь Узумаки и Учиха. — Но её же вроде замуж за Сенджу отдали, — пробормотал Наруто, развесив уши. — Это потому, что я с ней дело иметь отказался, — просветил его Мадара. — Она была реально чокнутой, можешь мне поверить. Даже выйдя замуж за Хашираму, она своих попыток не оставила. Я спокойно вздохнул, только когда она от Сенджу понесла. Не представляю, как ему вообще удалось с ней сладить. — И она успокоилась? — Удивилась Юми. — Вариантов не было, — ответил её отец. — Женщина-Джинчурики способна выносить и родить только одно дитя, Печать и так едва держится во время родов, а уж повторять подобное… Проще сразу Биджу выпустить. — С мамой так и было, — согласно кивнул Наруто, он знал историю своего появления на свет из первых уст. — И это ещё нас безумными называют… — Пробормотала Юми. — Мы тоже не подарок, — буркнул Изуна, и кивнув на брата продолжил. — Ему бешенство в кровь попадало, как только он Мито видел. Со стороны, казалось, что они друг другу не безразличны. — Это же как смотреть-то можно, — удивилась Учиха. — Чтобы чистую ненависть спутать с любовью? — Говорят между ними всего один шаг, — оправдывался Изуна. — Ками-сама, с такими родственниками — врагов не надо! — Юми от души приложилась ладонью по лбу.       На это её заявление родитель снова расхохотался. Надо признать, что ржал Мадара самозабвенно и весьма заразно, вот только присоединиться к нему никто не спешил. Даже Изуна нервно переминался с ноги на ногу, не зная что выкинет его братец. — Но, ты родилась уже после её смерти, — отсмеявшись выдал Учиха. — Значит, этот Орочимару действительно настолько талантлив, как о нём говорят, даже я про него слышал. Он подарил тебе прекрасное наследие. Ведь Узумаки почти не осталось. — Это я сама отличилась, — покачала головой Юми. — Узумаки дураками не были, и когда подсунули Сенджу Мито, то постарались и сделали так, что в её потомках наследие Жрецов Шинигами не проснётся. — Даже так? — Похоже, что разговор с дочерью окончательно успокоил шиноби. — Всегда говорил, что Хаширама — идиот. — Да, это у них наследственное, — согласно кивнула его дочка, слегка расслабившись. — Что-то в тебе от меня всё же есть, — подперев подбородок кулаком, выдал Мадара. — Наследственная непереносимость Сенджу, — тут же буркнул Изуна. — Ох, как она с внучкой Хаширамы (по совместительству своей племянницей — прим. беты) лается — прямо ностальгия берёт! Я глаза прикрываю — и вижу вас с Хаширамой. — Начинаю думать, что брат не врёт, и из тебя вышел толк, — склонив голову набок, признал Мадара. — Что не так с твоим Огненным Шаром? — Сами смотрите, — буркнула Юми, мгновенно складывая печати.       Вот только Мадара явно ожидал, что она его по традиции выдует, но деточка его удивила — Огненный Шар сформировался у неё в руке. И можете поверить, он как никто другой мог определить примерную температуру, даже Шаринган активировал, чтобы убедиться. — Да это же почти плазма… — Пробормотали за спиной Юми. — Только не в землю, только не в землю, — бормотал Изуна. — Ками-сама, какой же он иногда нудный… — Проворчала девушка. — Я всего один раз разнесла полигон, а он переживает так, будто я Коноху в пыль стёрла. — Огненное Уничтожение можешь? — Уже каким-то неожиданно мягким голосом спросил Мадара. — Давайте, я сразу Аматерасу и Сусаноо покажу, — погасив Плазменный Шарик, устало предложила Юми. — А то меня что-то тошнит… — Есть у вас тут медик? — Обратился к Дивизии Мадара.       Раздался нестройный гул, и вперед вышла девушка в форме Песка. Она с опаской приблизилась к Юми и тихо спросила, что с ней. Учиха буркнула: — Данго меньше жрать надо. Ну и трясти меня не стоило…       На эту фразу хихикнула уже вся Дивизия во главе с клоном Наруто, всё же они сами видели этот неконтролируемый жор. Правда, смеялись они ровно до тех пор, пока не встретились с моментально озлобившимся взглядом Мадары. — Дебилы, — обречённо пробормотала Темари. — Она его убалтывала и успокаивала, а вы всё похерили. — Так, дочь, — обратился к Юми Мадара, впервые признавая их родственную связь. — Иди-ка в сторонке посиди, и медика с собой прихвати. И вообще, активируй Сусаноо, и не вмешивайся.       Вторая попытка свалить подальше от любимого папы оказалась более успешной, а вот ситуация на самом поле боя накалилась. Хоть Мадара и вёл себя вполне прилично, но нельзя забывать, что он отбитый на голову боевик, который уже с полвека, как не участвовал в знатном махаче. И что из этого следует? Правильно, кого-то сейчас будут бить, и возможно даже ногами… (и даже по голове — прим. беты)       Юми оставалось только достать из печати фляжку с водой, и наблюдать за этим избиением младенцев, активировав свой Шаринган. Надо сказать, что Мадара действительно не сражался — он танцевал. Намеренно избегая в этом бешеном ритме Изуну, что и не удивительно — только тот и мог составить ему конкуренцию. — Танец злобного гения, — мурлыкнула Юми. — Обречённых ждёт поражение…       С одной стороны было офигенно приятно смотреть за живой легендой, но с другой… Юми всё же играла за другую команду, хоть ей и было велено не вмешиваться, но она не усидела на скамейке запасных. Мадара использовал Великое Огненное Уничтожение, и Гаара ошибся давая команду. Заливать Адское Пламя Учих обычной водой — отвратительная идея, пар просто выкосит первые ряды шиноби. — Стихия Земли, Великая Стена! — Тихо рыкнула Юми, возводя каменную стену между огнём и шиноби Альянса.       Следующим её шагом стал быстрый рывок вперёд и вверх, взобравшись на вершину собственной стены, она вернула отцу его же технику. Шиноби отступили подальше от горячей парочки, внутренне передёргиваясь — выжить в этом огненном Аду могли только урождённые Учихи.       Девушке удалось разрушить тело Мадары, но как она и думала — он восстановился, и решил играть по-взрослому. Связисты непрерывно передавали сведения в штаб, прекрасно понимая, что даже с двумя Учихами — им не удержать этого Демона. — Тц… Бешеная Сука, — раздался в голове Мадары голос призывателя. — Выпотроши эту мразь! — А ты ничего не попутал? — Огрызнулся ему в ответ Учиха. — Это моя дочь вообще-то! — Плевать! — Разорался Кабуто. — Я тебя призвал, и я тебе приказываю — избавься от Учиха Юми!       Юми копчиком почувствовала неприятности, и в последний момент успела отбить прямую атаку Мадары, прикрывшись лапой Сусаноо. Похоже Кабуто слишком хотел спустить с неё шкуру, раз рискнул взять под полный контроль Бога Шиноби, сейчас чья-то жопа огребёт по полной программе. И Юми не сомневалась в том, чья именно… — Ты этому уроду не дала что ли? — Рявкнул Мадара, вновь атакуя девушку. — Нет, я у него маму увела! — Отбивая его катану кунаем, огрызнулась Юми. — Ками… Что ты сделала с его матерью? — Это моя мама! — Рыкнула Юми. — Орочимару зовут. — А я тебе говорил, брат — женись уже, детей заведи! — Опять ляпнул Изуна. — Так нет же, вот теперь и разбирайся, почему у твоей дочери мать — мужик с длинным языком! — В сторону! — Рявкнул Мадара, проводя обманный удар. — Сильно ты этому уроду насолила! — Да, вся в тебя! — Тяжело дыша парировала Юми.       Мадара не нашёл что возразить, девушка была абсолютно права — у него самого репутация такая, что вон, четыре поколения спустя народ от страха трясётся. Изуна всё же смог вклиниться между отцом и дочерью, и мягко отшвырнув племянницу с первых рядов активировал собственное Сусаноо, стараясь вытащить из-под удара как можно больше шиноби. У Юми оставался последний козырь — либо пан, либо пропан. Она сосредоточилась, произвела пару глубоких вдохов, и тихо произнесла: — Сусаноо.       На поле боя уже сражались две этих техники, голубой многорукий мечник Мадары и светло-зелёный самурай Изуны. Появление третьей техники заставило поле боя замереть, младший из братьев даже присвистнул, старший же просто пожирал глазами темную багровую фигуру — самого себя.       Да, Сусаноо Юми было точной копией статуи её отца из Долины Завершения, в правой руке воин держал меч, за спиной расположился знаменитый гунбай Учиха. Но всё впечатление испортила парочка Каге, в лице Цунаде и Эя, такой момент испортили! Впрочем, в Юми проснулись вредные привычки Шикамару и она показательно зевнула, а потом и вовсе рукой махнула — мол сами тут разбирайтесь. — Война — войной, а обед по расписанию, — буркнула девушка, прерывая технику.       Пока Мадара оглядывал вновь прибывших, уделив особое внимание внучке Хаширамы, на поле боя появилась и последняя из Каге — Теруми Мэй. Юми приветливо помахала ей, и уже подумывала было предупредить Мадару, что бы он Рыжую сильно не убивал — у Учих на неё большие планы.

***

      Пока на фронтах шли сражения, отряд Саске приближался к своей цели — Убежищу Кабуто. Учиха проклинал ученика Белого Змея на чём свет стоит, мало того, что этот имбецил устроил им всю эту заварушку с воскрешёнными шиноби, так он теперь ещё и на его семью полез, мудила! Саске прекрасно понимал, что им всем придётся отдуваться, отдуваться и ещё раз отдуваться, точнее размножаться. Не то, что бы парень совсем не хотел заводить детей, но сам процесс ему нравился куда больше, чем воспитание мелких кошмаров. Он ещё прекрасно помнил, как страдали с ними Юми и Какаши, а ведь они уже считали себя взрослыми!       И вот теперь Кабуто протянул лапу к одной из тех, что в скором времени, по крайней мере, Саске очень на это надеялся, будет воспитывать следующее поколение Учих. Поэтому, парень бесился неимоверно — они точно не переживут депрессии Изуны, если он сейчас облажается, и не вытащит шикарные буфера, то есть он хотел подумать шикарную задницу, ой вообще не в ту сторону его понесло… Короче, если Анко умрёт — его с потрохами сожрут все Учихи, если вообще сковородкой не треснут, хотя… Это будет хотя бы быстро.       В его команду вошла троица подчинённых Орочимару, и двоих из троих он мечтал придушить — Сенсор и Мечник самозабвенно гавкались всю дорогу, чем едва не довели Учиху до трибунала. Правда, всегда можно было воспользоваться методом Юми — нет тела, нет дела. — Я чувствую какую-то странную чакру, — нахмурилась Карин. — Она вроде похожа на чакру Митараши-сан, но будто с какой-то примесью, тяжёлой такой…       Вход в Убежище Кабуто, Карин обнаружила подозрительно быстро, и на этом удача помахала им ручкой — они нарвались на патрульную двойку. Как их не почуяла Сенсор- вопрос интересный, возможно пользовались наработками еще Белого Змея. Видимо бывший ученик Орочимару не только его наработки прихватил, но и заначку распотрошил. Иначе откуда тут взяться нукенинам? Вот и пришлось звенеть железом, потому, как в таких катакомбах нин применять не рекомендовалось — во избежание обвалов, все же так тонко дозировать чакру Саске еще не умел. И разбираться пришлось быстро, чтоб не поднялась тревога. На пару с Мечником, Саске сцепился с патрулем, попутно приказав Узумаки и Джуго перекрыть проход ведущий вглубь базы и мониторить обстановку, по возможности не лезть под руку, что было весьма сложно в столь узком пространстве.       Как оказалось, такое разделение сыграло им на руку — первый из патруля оказался хорош в кендзюцу, почти на уровне токубецу. И сумел заблокировать первую атаку Саске и Суйгецу, попытавшись дать напарнику шанс на вызов подмоги. Но того умудрился перехватить Джуго, вырастив из руки что-то наподобие решетки и перекрыв тому путь, тут же добитому Карин. А вот Саске пришлось попотеть — чертов напарник все пытался размахивать в коридорах своим дрыном. Да, после долгих уговоров Какаши, и ещё более долгих поисков — в закромах родины, всё же отыскался знаменитый Обезглавливающий меч Забузы. А ведь шаринган Саске хорошо позволял сражаться на более близкой дистанции, чем катаны и обеспечивал большую скорость атак. В итоге пришлось использовать неоформленную стихию молнии на обоих в один момент, а когда подергивающиеся тела упали — быстро добивать патрульного, хоть и хотелось захватить «языка». А потом полоскать мозги, приведенному в сознание Мечнику, что с его мечом задача — атаковать из-за спины колющими ударами, когда возникает удобный момент.       Больше до основной пещеры им никто не попался. А вот там их ждал сюрприз — видимо без направляющих пинков Орочимару, Кабуто пустился во все тяжкие с самоэкспериментами. И теперь представлял из себя гибрид человека и змеи — кожа местами была похожа на крупную чешую, пара рогов на голове, и здоровый змеиный хвост, который почему-то рос из живота, в общем, довольно неприглядное зрелище. У стены на постаменте, в одном скудном нижнем белье, лежала Анко, зафиксированная и без сознания. Сам же Кабуто вальяжно расположился прямо на полу, перед разложенной картой местности, на которой расположились белые фишки. Саске прикинув их количество, откровенно посочувствовал войскам. Воскрешённых шиноби было около полусотни, радовало лишь то, что многие фишки были уже разрушены.  — А вот и малолетняя спасательная команда. — Прошелестел Кабуто, поднимая на них желтые змеиные глаза. — Вы почти вовремя и послужите хорошими подопытными для испытания моей новой силы. — Что ты сотворил с собой, Кабуто? — Тихим шёпотом спросила Сенсор. — В тебе будто несколько очагов.  — Я не струсил, как Орочимару, и смог присоединить ядро призывной змеи с помощью сендзюцу. — Ответил Кабуто, довольный произведенным эффектом. — К своему очагу чакры! — Ты же теперь не человек! — Пробормотала Узумаки. — Зато это дало мне силы, много силы и чакры. — Хмыкнул Ученик Безумного Гения. — Но довольно болтовни, пора проверить мои новые возможности!       Слова у него с делом не разошлись, и на троих парней понесся поток змей, которые вырастали у него прямо из руки. Узумаки — даром, что отличный Сенсор, за пятую точку укусила змея, что почти сливалась с полом полутемной пещеры. — А вот нечего носить шорты, а не боевую форму, — ехидно прокомментировал предатель. — Не переживай, этот яд просто парализует и дисбалансирует ядро СЦЧ.       Узумаки на эти успокоительные речи разразилась таким потоком брани, что у Саске даже мелькнула мысль — достать блокнотик и записать. Юми однозначно в торговых делах пригодится. — Все же мне пригодятся гены Узумаки для комбинирования с наследием Учих, — ехидно усмехнулся Кабуто и кивнул на Анко. — Вот блядство… — В сердцах Саске даже сплюнул.       Теперь-то до него доперло, что за примесь чакры почуяла Узумаки. И вот откуда у них в семье эти кобелиные гены, а? И ведь ладно бы только у Изуны, так ведь и сам не далеко от него ушёл. Вот не мог любимый дядюшка сначала жениться, как порядочный человек, а уже потом Наследников делать? Ну, теперь-то уже поздно об этом рассуждать, надо спасать незадачливую мамашу и будущего родственника.       Пришлось с утроенной силой отбиваться от клубка змей, который от широты души призвал Кабуто. И если Мечнику и Саске удалось частично отрубить их, а частью и увернуться, то Джуго встрял по полной. Видимо он хотел защитится, разросшейся до состояния немаленького щита, рукой, но напор змей был очень мощным — хоть и не пробили щит, но сильно приложили парнишку о стену, отчего тот слетел с катушек по полной программе. Теперь перед Кабуто оставалось всего 2 цели, и один невольный союзник. Хорошо ещё, что Орочимару успел проконсультировать Учиху, что делать, если такое случиться. Саске в три прыжка добрался до взбешенного союзника, и вдумчиво посмотрел в его глаза своими, с тремя томое. Джуго от встречи с шаринганом притих и сполз по стеночке, аккурат рядом с матерящейся Карин. Сам же Учиха уже устал изображать из себя цирковую обезьянку, и продолжая сверкать Шаринганом, он распечатал свиток из левого кармана жилета. — Давно руки чесались, — признался Саске, доставая из ножен катану.  — О, теперь ты решил стать серьезным, молодой Учиха? — Слегка удивился предатель. — Теперь нужно спасти не только дядюшкину невесту, но и кузена или кузину, — ответил тот, напитывая катану чакрой молнии. — Дело чести.       Кабуто опять повторил прием с выпуском змей из руки, но Саске уже знал, что с ними делать. Не даром у них на кухне Кисаме мастер-класс по шинковке овощей проводил — и порубил змеек на ровные кусочки, хоть сейчас на гриль клади. Это стало неприятным сюрпризом для Кабуто, ведь вместо того, чтобы вернуться в мир призыва — змеи в прямом смысле — сдохли.  — Морозная сталь, лучшее, что может использоваться для комбинирования со стихиями. И, как видимо, неплохо блокирует чакру, — прокомментировал Учиха.       На что Кабуто только зашипел и рванул на Учиху по прямой, а тому только этого и надо было. Планомерно выводить врага из себя, заставляя необдуманно совершить роковую ошибку и подойти к точке не возврата — его научил Какаши, ещё тогда в битве с Забузой, на мосту Наруто.       Кабуто слишком поздно понял, что ошибся — последнее, что он запомнил — закрутившиеся в вечном танце три томое, и лезвие катаны, что прошило его сердце. Впрочем, последнее ему только казалось, но никто не будет его переубеждать. Иллюзии такие Иллюзии, особенно созданные Мангекью Шаринганом. Важно лишь-то, что сам Кабуто поверил, что его смертельно ранили. Подтверждением этого стал тихий треск — это рассыпались фишки, что обозначали призванных шиноби.  — Он что — сдох? — Задал «гениальный» вопрос Хозуки, обходя по кругу замершего статуей Кабуто. — Он в иллюзии, в которой умирает, — поправил его Саске, и порывшись в подсумке кинул пару ампул. — Приведи в порядок Узумаки, нам нужно возвращаться — война ещё не закончена. — Не забыть сказать спасибо Сакуре, — себе под нос буркнул Учиха, направляясь к Анко.       В целом та выглядела абсолютно целой, но в сознание не приходила, чакра двигалась слишком медленно, и пораскинув мозгами, Учиха решил не доверять лечение Узумаки. Помянув добрым словом Хомяка, что установил ему печать для хранения барахла, Саске оперативно упаковал Анко в спальный мешок. К этому времени Суйгецу уже привел в относительный порядок Карин, и в четыре руки они растормошили Джуго. — Выдвигаемся, — коротко скомандовал Саске, оглядев свой потрёпанный отряд.       Те возражать и не думали, с большой радостью свалив из этого не гостеприимного места. Только Узумаки всю дорогу стенала, что она тоже хочет на ручки, чем довела до бешенства Мечника, который был согласен уже понести эту красноволосую дьяволицу, только бы заткнулась. Вот только Узумаки явно рассчитывала на другие руки, но те были заняты куда более ценной ношей, не говоря уже про то, что они в принципе заняты, как и вся прилагающаяся к ним тушка.       И вот такой компанией — троица подпирающих друг друга подчиненных Змеиного Санина, и Саске, который не доверил никому тащить Анко, они и добрались до Орочимару. Тот только, что и ждал отмашки от Штаба, чтобы выпустить на поле ещё четверых игроков, но явлению Учихи с компанией весьма обрадовался.  — Молодцы! — Похвалил их Белый Змей.       На что Саске ответил:  — Да меня бы Изуна прибил, если бы я проебал такие шикарные сиськи. А Юми бы заставила компенсировать потерю нового Учихи!       И не понятно, кого из этих двоих, пока что, самый младший, Учиха боится больше…