Горы. Лыжи. Убийство

Саске поморщился от ноющей боли в боку и попытался устроиться на пассажирском сиденье так, чтобы рана его не беспокоила. Но это было практически невозможно, поэтому он раздраженно вздохнул и лишь зло сжал зубы, мысленно пытаясь смириться с тем, что какое-то время придется обдумывать любое свое движение. — Постарайся сидеть спокойно, — скосив глаза на брата, произнес Итачи. Он сидел за рулем и внимательно следил за дорогой, лишь изредка бросая на Саске внимательные взгляды. — Я согласился забрать тебя из больницы только потому, что знал, не сделай я этого, ты бы сбежал, выпрыгнув в окно. Тебе еще нельзя делать… — Я в порядке, — грубо перебил брата Саске. Эта чрезмерная забота всех вокруг уже доконала его. Он просто хотел, чтобы все уже, наконец, отстали от него. — Ты постоянно это повторяешь, младший брат, — устало отозвался Итачи, включая поворотник и перестраиваясь в соседнюю полосу. — Но не думай, что я настолько дурак или что мне абсолютно плевать на тебя. То, что ты не в порядке, заметит любой идиот. — Я в порядке. В этот раз Саске произнес фразу так, чтобы брат точно понял, разговор окончен. Убедившись, что Итачи отстал от него на какое-то время, Саске повернулся к окну и прислонился головой к прохладному стеклу. Он прикрыл глаза и постарался не замечать боль в боку. С момента его возвращения из отеля прошел почти месяц. Когда он через несколько дней очнулся после операции, то сначала никак не мог понять, где он и что происходит. Но уже через несколько мгновений воспоминания навалились на него с такой силой, что ему показалось, что он сейчас снова отключится. И, наверное, это было бы лучше. Потому что боль от воспоминаний о последних событиях была сильнее боли, которую в этот момент испытывало его тело. Когда Итачи пришел к нему в первый раз после операции, Саске не дал ему даже слова сказать. Всеми силами игнорируя боль в горле, а ощущал он себя, будто кто-то запихал ему в рот горсть лезвий и заставил проглотить, он задавал один вопрос за другим, боясь увидеть неутешительные ответы на лице брата. Но Итачи только покачал головой и, убрав со лба брата прилипшие волосы, сказал, что они поговорят обо всем позже, когда Саске придет в стабильное состояние. Саске хотел было возмутиться, но палату заполнили люди в белых халатах, и все вокруг стало терять яркость. Последующие несколько дней стали настоящим кошмаром. Саске уже не отличал, где реальность, а где сон. Когда проходило действие лекарств, и он просыпался, ему приходилось по крупицам собирать свои воспоминания, когда ему это, наконец, удавалось, то в палате снова появлялись незнакомые люди и вводили ему очередную дозу. Саске пытался удержаться в сознании, он не хотел спать, он хотел найти Наруто, но в итоге он все равно проваливался в глубокий сон. А через некоторое время снова просыпался, и все начиналось заново. Чертов замкнутый круг. Происходящее напоминало фильм ужасов, и то, что Саске не мог получить ответ на свой вопрос, для него было страшнее, чем то, что он пережил в отеле. Но однажды утром Саске проснулся с ясной головой и четким осознанием реальности. В тот момент для него все самое страшное было позади. Он выкарабкался. — Почему ты не хочешь остаться у родителей? — Итачи повернул во двор, и Саске с каким-то детским облегчением окинул взглядом знакомые высотки, маленькие, уютные кафешки, булочную и небольшой магазинчик, такие знакомые и привычные. Он дома. Пригнувшись, он посмотрел наверх, туда, где на пятнадцатом этаже мерцали пустотой окна его квартиры, в которой он жил после окончания школы. Света в окнах не было, и это неудивительно, он уже так долго жил один. — Потому что одного тебя мне уже достаточно, опеку мамы я не выдержу. Саске вышел из машины и забрал из багажника сумку со своими вещами, которые ему привезли в больницу родители. Закинув ее на плечо, он выудил из кармана телефон и бросил короткий взгляд на дисплей. Новых оповещений не было. Экран был раздражающе пуст. Бесила даже заставка, но Саске было лень менять ее. Телефон был новым, и он еще не привык к нему. Старый телефон остался лежать на мягком ковре второго этажа отеля Хинаты, скорее всего, после пожара от него ничего не осталось. Вспомнив о телефоне, Саске показалось, что он снова чувствует дым, который нещадно пробирается в его легкие, разрывая их изнутри. Он судорожно втянул носом воздух и оперся рукой о машину. В глазах начало темнеть. Саске почувствовал, как капля пота стекает по виску, и попытался успокоиться. Скинув руку брата со своего плеча, он еще раз повторил, что с ним все в порядке и, не оглядываясь, направился к своему подъезду. Дома его ждал тот же идеальный порядок, какой он оставил, когда уезжал, разве только слой пыли говорил о том, что квартирой давно никто не пользовался. Оказавшись в темном, пустом коридоре, Саске неожиданно почувствовал себя в ловушке и уже не был так рад, что остался один. Он переборол желание выскочить из квартиры и заставил себя пройти внутрь. Бросив сумку на пол, он завалился на диван, стоящий перед большим панорамным окном. Стараясь унять возникшие неожиданно раздражение и чувство паники, он спрятал лицо в сгибе локтя и попытался расслабиться. В квартире стояла какая-то звенящая тишина, которая будто бы давила на Саске, обычно он любил тишину, но не сейчас, сейчас она давала ему возможность думать и вспоминать, а он этого не хотел. Включать телевизор он тоже не хотел. За последнее время он сделал это всего один раз, еще в больнице, и сильно об этом пожалел. От скуки и желания отвлечься, он щелкнул кнопку на пульте и сразу попал на новостной канал. Он вздрогнул, увидев на экране черные, обуглившиеся останки сгоревшего отеля. На фоне чистого, белого снега они выглядели нереалистично, будто в каком-то фильме. От старинного особняка почти ничего не осталось, лишь пепелище посреди ледяной пустыни. Саске тупо смотрел на экран, застыв с поднятой рукой, сжимавшей пульт. В голове пульсировали и отдавались эхом слова диктора: «жуткая трагедия», «хладнокровный убийца», «ловушка», «семеро погибших». Саске не отреагировал, даже когда кто-то выдернул у него из рук пульт и выключил телевизор. Он продолжал сидеть, смотря в погасший экран пустым взглядом. После этого телевизор он больше не включал. К тому моменту Итачи уже ему все рассказал, но слышать сухой пересказ событий от брата и видеть это место своими глазами снова, хоть и через экран телевизора — разные вещи. Саске встал с дивана и подошел к окну, внизу по-прежнему стояла машина Итачи, сам он стоял возле нее в длинном, черном пальто, накинутом на худые плечи, и смотрел куда-то перед собой. Итачи. Если бы не он, то погибших было бы куда больше, скорее всего, если бы не брат Саске, все, кто был в том отеле, погибли бы. Саске молча отошел от окна. Ему не хотелось видеть брата, он своим видом напоминал Учихе о произошедшем, а еще Саске понимал, что жив только благодаря Итачи, но он так и не нашел в себе силы просто поблагодарить его. Все, что касалось эмоций и их выражения, было для него слишком сложным. Что сейчас, с родным братом, что тогда в отеле, с Наруто. Он так ему ничего и не сказал. Поэтому Саске злился. И злился лишь на себя. За то, что не смог сказать того, что нужно было сказать. А теперь уже слишком поздно. Саске подошел к сумке, достал телефон и, набрав номер брата, вернулся к окну. Смотря вниз, Саске видел, как Итачи достал из кармана телефон и несколько секунд смотрел на экран, прежде чем принял вызов. Итачи молчал. Саске тоже. Через какое-то время Итачи поднял голову и посмотрел туда, где располагались окна Саске. — Спасибо, — выдохнул Саске, чувствуя смесь непонятных эмоций: стыда, страха и неимоверного облегчения. Итачи ничего не ответил, но Саске был уверен, что тот кивнул и улыбнулся, прежде чем нажать на отбой, сесть в машину и уехать. Саске, впервые за этот месяц, почувствовал, что его губы дрогнули в подобии улыбки. Неужели он заслужил, чтобы его так любили? *** Саске проснулся от будильника, который прозвенел в шесть утра. Саске поставил его по привычке, обычно в это время он вставал на работу, но сегодня в офис ему было не надо. Отец пригрозил его уволить, если он вдруг надумает появиться на работе в ближайшие пару недель. И это очень бесило Саске. На работе он мог отвлечься, забыть на время о своих переживаниях, а дома он был один на один со своими мыслями. Саске принял душ, сменил бинты, надел джинсы и футболку, чтобы не было соблазна снова завалиться в кровать, сделал себе кофе и уселся за ноутбук. Он вошел в почту, но вкладка с новыми сообщениями была пуста. Никто не писал ему с тех самых пор… Он захлопнул крышку и сделал глоток. Чего он ждет? Нужно просто двигаться вперед. Только вот, где найти силы? Убежать от воспоминаний не получится, они догонят его и, наверное, раздавят. Но ему придется подняться и пойти дальше. Итачи рассказал, что, когда получил сообщение от брата с кратким описанием всех событий, то незамедлительно бросил все силы на то, чтобы помочь брату и его друзьям. Он воспользовался всеми своими связями и связями отца, но самую большую помощь ему оказал Дейдара, который, как оказалось, имел очень хорошие связи с огромным количеством людей, совершенно разных и несвязанных друг с другом. Даже Итачи, который благодаря своей фамилии мог почти все, был в шоке от сети связей, которая была вокруг его вечно улыбающегося и несущего всякую милую ерунду, парня. В итоге, несмотря на метель, которая к слову сказать уже ослабевала, они смогли с помощью вертолета и специальной техники попасть на территорию отеля, оказать необходимую медицинскую помощь и доставить вниз выживших. К сожалению, некоторые так и остались на вершине того злосчастного отеля. Кто-то, как Сай и Сакура, навсегда остались погребенными под белым, чистым снегом, а кто-то остался погребенным под обломками сгоревшего отеля. Остальных же доставили в ближайшую больницу. В местном госпитале Саске продержали несколько дней, а когда его состояние из критического перешло в стабильное, Итачи незамедлительно перевез его в лучшую клинику в стране, где тот и провел время до выписки пару дней назад. Саске допил свой кофе и решил заняться уборкой, чтобы как-то скоротать время. Но только он направился за всем необходимым, как его прервал звонок в дверь, долгий и пронзительный, от которого он почти подскочил на месте. Кто это может быть? Точно не Итачи, он бы не стал звонить, у него есть ключи. Родители бы позвонили прежде, чем приехать. А больше к нему никто прийти не мог. Застыв в недоумении и гадая, кто же может быть его таинственным посетителем, он вынудил своего гостя нетерпеливо нажать на звонок во второй раз. Саске очнулся и направился к двери. Распахнув ее, он на мгновение замер в недоумении и неверии. Сердце пропустило удар. Голубые глаза, светлые волосы, улыбка на все лицо. Внутри Саске словно что-то разбилось, легкие от нехватки воздуха горели огнем, он даже не заметил, что не дышал. — Привет, Саске. Судя по твоему лицу, ты совсем не меня хотел увидеть. — Дейдара, — взяв себя в руки, холодно поприветствовал Саске, отходя в сторону и пропуская гостя внутрь, недоумевая, что тому понадобилось. Дейдара был парнем его брата, и Саске был вынужден с ним общаться, но никогда раньше не делал этого с ним наедине, без Итачи. — Дааааа уж, — протянул Дейдара. — Гостеприимным хозяином тебя уж точно не назовешь. Парень явно заметил холодность в голосе Саске и его недовольство тем, что его потревожили. Однако, Дейдару похоже это вообще не волновало. Он спокойно прошел внутрь квартиры, заглядывая в комнаты, он все-таки раньше не был в квартире Саске, а так как хозяин его проводить не соблаговолил, ему пришлось самому искать место, где можно поговорить. Найдя кухню, он взгромоздился на барный стул и, подперев голову рукой, стал ждать Саске. Учиха окинул его своим коронным взглядом и прислонился к тумбе напротив, скрестив руки на груди. Дейдара тоже имел светлые волосы и голубые глаза, хоть и другого оттенка, но на этом его сходство с Наруто заканчивалось. Он был значительно худее, и двигался совсем иначе. В движениях Наруто сквозила сила и уверенность. Смотря на Дейдару, в голову Саске приходило слово «утонченный». — Зачем пришел? — Прости, что потревожил тебя, ты ведь только из больницы, а я без предупреждения. Я знаю, что тебе сейчас очень тяжело, столько всего свалилось на тебя, я даже представить себе не могу весь тот ужас, что ты пережил, но, сука, перестань меня бесить, — Дейдара с улыбкой смотрел на Саске, который сначала был в шоке от сладенькой улыбочки гостя и его приторного голоса, но под конец фразы просто охренел. — Чего? — Ты тупой или да? — Дейдара устало вздохнул и оглядел кухню. — Сделай мне кофе. — Сам сделай, — Саске уже хотел скинуть гостя с окна. — Короче, — Дейдара махнул рукой и продолжил. — Ты чего такой придурок? Саске замер в недоумении, его лицо оставалось непроницаемым, ну, может, только глаз пару раз дернулся, но внутри него бушевал ураган эмоций. Он слышал от Итачи о прямолинейности его парня, но оказался не готов столкнуться с ней на деле. — Мне уже порядком надоело видеть Итачи таким, какой он сейчас. Я уже не помню, когда он последний раз улыбался. Ты его так совсем доведешь. Он слишком сильно переживает за тебя. Его сердце разбивается каждый раз, когда он видит, как ты проверяешь телефон или почту. Он сказал мне, что у тебя в эти моменты такое лицо, будто ты раз за разом умираешь. Как будто ты жалеешь, что не погиб там, в огне. Но черт возьми, младший Учиха, это, блин, твои проблемы. Разберись уже с этим. Если он, твою мать, не написал тебе, напиши ему сам! Саске молча смотрел на Дейдару и гадал, как Итачи его вообще выносит. Парень явно совсем не заботился о чувствах окружающих и не подбирал слова. Блондин был зол, достаточно было одного взгляда в его горящие гневом глаза, чтобы понять, он пришел сюда защищать то, что ему дорого. Сейчас Саске был угрозой его счастью. С одной стороны, Саске понимал его, ему тоже часто было плевать на окружающих, к тому же, таким способом он хотел защитить того, кого любит, а именно брата Саске. Но, с другой стороны, Саске еле сдерживался, чтобы не подпортить красивое личико этого парня за его дерзость и наглость. Останавливало Саске только то, что Дейдара в чем-то был прав. — Что за детский сад? Я не могу понять, ты ждешь, что он примчится к тебе, как к какой-то принцессе из сказки, все сделает сам, а ты такой весь недоступный и печальный будешь ждать его в заточении в башне, на своем пятнадцатом этаже, ты как вообще здесь живешь, у тебя голова не кружится? — Дейдара бросил короткий взгляд в окно, поежился и продолжил свою речь. — А пока он преодолевает все препятствия, чтобы добраться до тебя, ты весь такой расстроенный, будешь сидеть здесь и ныть, жалея себя? А когда он, наконец, появится, еще, наверное, поупрямишься и повыделываешься перед тем, как согласиться, чтобы он тебя спас и сделал счастливым? — Выбирай слова, когда говоришь со мной, — Саске постарался, чтобы голос его звучал ровно, но не был уверен, что у него получилось. Слова Дейдары задели его. Он действительно ждал письма от Наруто, но сам не написал ни разу. — Вам обоим посчастливилось вернуться из того ада живыми, — уже спокойнее произнес Дейдара. — Я видел, как он сидел возле тебя на холодном снегу, пытаясь согреть и раз за разом повторяя твое имя. Он сидел возле тебя несколько часов, не зная, выживешь ты или нет. Представь, каково ему было. Он ничего не мог сделать. Он вытащил тебя из огня, но оказался в ситуации, в которой не мог вообще ничего. Только просить, чтобы ты был жив. Саске вспомнил рассказ Итачи, который просто пересказал то, что ему ранее рассказал Наруто. После того, как Саске отключился и растянулся на полу среди огня и падающих перекрытий, Наруто снова сцепился с Ханаби. Между ними завязалась драка, в результате которой, Наруто оттолкнул Хьюгу в сторону, и та угодила в огонь, пожирающий лестницу. Через мгновение, на то место, где она стояла упала тлеющая балка. Наруто вытащил Саске на улицу и хотел вернуться за Кибой и Неджи, но помочь им было уже невозможно, он не смог добраться до гостиной, поэтому, уже почти задыхаясь от дыма, он выбрался на улицу и, оттащив Саске подальше, тупо смотрел, как полыхает особняк. Он просидел так несколько бесконечных часов. Когда Итачи со спасателями прибыли, он почти не понимал, что происходит, однако сам он физически почти не пострадал, только заработал пару ожогов и надышался дымом. Последний раз Итачи видел его в больнице, в которую их доставили для первой помощи, но через несколько дней Итачи забрал Саске в другую клинику на частном вертолете, оставив Наруто и Шикамару, который смог спастись от Ханаби, на попечение местных врачей. Саске первым делом расспросил брата о Наруто и остальных, и только узнав, что Наруто жив, перестал испуганно хвататься за воротник рубашки брата, пытаясь вытрясти из него ответы на свои вопросы. Наруто был жив, он не писал и не звонил, вообще никак не сообщал о себе, но он был жив, и это было главное. — Почему ты сам не написал ему? — Дейдара подождал, пока Саске обдумает его предыдущие слова, но терпением он не отличался. Поэтому продолжил отчитывать Саске. — Чего ждешь? Или ты решил, что ему нет места в твоей жизни? — А вдруг он не хочет быть в моей жизни после всего, что случилось? — скорее у самого себя спросил Саске. — Нет, ну точно, как ребенок, — Дейдара усмехнулся и встал, он сказал все, что хотел и теперь собирался оставить Саске с его собственными мыслями. — Возможно, он думает также, а возможно, он просто потерял адрес твоей почты и не знает телефон. Он же его не знает? И где ты живешь не знает. Да, Саске? Дейдара легко соскользнул со стула и, бросив хитрый взгляд на погрузившегося в свои мысли Саске, положил перед ним лист. На белой бумаге, ровным почерком были выведены цифры. Номер телефона. *** Первое, что сделал Саске после того, как вышел из транса, в котором пребывал почти час после ухода Дейдары, это скомкал лист с номером телефона и выкинул его в мусорное ведро. Он ему был не нужен. Саске не собирался звонить Наруто. Он не знал, что ему сказать. Все между ними было слишком сложно. Слишком сложно для телефонного разговора, Саске хотел видеть глаза Наруто, когда скажет то, что должен был сказать еще в отеле. Саске накинул куртку, несколько раз выругавшись от боли, пронзившей все тело, схватил ключи от машины и вышел из квартиры. Он был у Наруто всего один раз, на тот дурацкий новый год. И, если честно, он не знал точно, там ли живет Наруто сейчас. Но он был почти уверен, что адрес у парня не поменялся. Это Саске никогда ни к чему не привязывался, а Наруто, наоборот, полюбив что-то однажды, будет всегда хранить это в своем сердце. Саске знал, что свою маленькую квартиру Наруто очень любил, поэтому почти был уверен, что тот до сих пор живет именно там. Саске припарковался возле подъезда Наруто и в первые минуты не мог заставить себя вылезти из машины. Он сидел, бессмысленно смотря на приборную доску и не мог сдвинуться с места. Резкая боль в боку отрезвила, заставив вспомнить то, что они пережили, и, уже не сомневаясь, Саске вышел из машины, зашел в подъезд и остановился перед чужой дверью. Не давая себе и шанса отступить, он позвонил. Он ждал, но никто не открыл, за дверью не послышались шаги, не раздался знакомый голос, дверь не распахнулась. Дрожащей рукой он снова нажал на звонок. Но и в этот раз ответом ему была лишь тишина. Он прислонился лбом к двери и закрыл глаза. Отчего-то стало очень больно, не в том месте, где его тело разрезало острие ножа, а где-то под ребрами, хотелось сжать это место рукой, чтобы унять эту тупую боль, но пальцы лишь собрали ткань футболки. Саске вышел на улицу только через несколько минут, когда ноги обрели способность передвигаться. Он сел в машину и стал ждать. Сдаваться так быстро он не собирался. Даже знание того, что по работе Наруто мотается по всей стране, не могли убить в нем надежду. Он чувствовал, что должен просто немного подождать. Саске ждал долго, несколько часов он провел, смотря через лобовое стекло своего автомобиля на дверь подъезда Наруто. Наверное, он поспешил, выкинув номер телефона, но уже поздно было об этом думать. Было тяжело. Саске приходилось бороться со сном, дурацкими мыслями и болью от непрошедшей раны. Но все это забылось в один миг, когда в конце улицы показались три идущие рядом фигуры. Темноволосый парень и рыжая девушка мало волновали Саске, а вот блондин, идущий между ними и широко улыбающийся, вызвал новую волну боли, сдавившую легкие. Троица остановилась возле подъезда так, что Наруто оказался лицом к машине Саске, и тот мог довольно хорошо его разглядеть. Компания о чем-то увлеченно болтала. Девушка несколько раз клала руку на плечо Наруто, наклоняясь в его сторону и что-то говоря. Потом все вместе смеялись. Они простояли еще несколько минут, а потом незнакомый парень и девушка ушли, оставив Наруто стоять одного посреди улицы. Он продолжал беззаботно улыбаться и махать им вслед, но, когда они скрылись за поворотом, рука его безвольно повисла вдоль туловища, а улыбка исчезла. Саске думал, что еще больнее ему уже быть не может. Но он ошибся. От выражения лица Наруто, когда тот думал, что его никто не видит, Саске стало совсем плохо. Он проклял себя за то, что допустил такое. Но на самобичевание у него не осталось времени, Наруто, опустив голову, уже шел к подъезду. Саске вылез из машины и не раздумывая больше ни секунды направился следом за блондином. Ему понадобилось около двадцати быстрых шагов, чтобы оказаться рядом с Наруто. В следующее мгновение он уже прижимался к его спине, крепко сцепив руки на животе и не позволяя сделать очередной шаг. Наруто замер, и Саске почувствовал, как тот напрягся. Наруто молчал и не оборачивался. Ему было страшно. Страшно, что все это окажется сном или просто какой-то дурацкой ошибкой. — То твое дурацкое новогоднее предсказание и правда сбылось, — голос Саске звучал приглушенно, потому что он говорил, уткнувшись в плечо Наруто. Он вдыхал знакомый запах и впервые за долгое время ему было спокойно, он был там, где хотел быть. Наруто резко выдохнул, будто из него вышибли весь воздух, и расслабленно опустил плечи. — Обидно, что тебе понадобилось столько времени, чтобы это понять, — негромко ответил Наруто, и Саске почувствовал, что тот улыбается. — Кто бы говорил, — Саске по-прежнему продолжал тереться носом о чужое плечо, отчасти пытаясь насладиться чужим запахом, по которому он так скучал, а отчасти потому, что все еще боялся посмотреть в глаза Наруто. — Я уже тогда знал, — Наруто слегка пожал плечами, так, чтобы не потревожить Саске. — Я же говорил, что не верю в чудеса, поэтому делаю все сам. И тогда, с этими подарками. На самом деле я должен был дарить подарок Чоджи, а твое имя выпало Шикамару. Я заставил его поменяться со мной. Он думал, я хочу разыграть тебя или еще что-то, но мне просто хотелось порадовать тебя. Правда, мне стало так страшно, что я почти все испортил, но ты сам пришел ко мне. Черт, я тогда даже поверить в это не мог. Я не хотел тебя отпускать. Поэтому я украл твой ключ. Не потому, что мне стало тебя жаль, и не потому, что мне было грустно отмечать праздник одному. Я не искал компании кого-нибудь. Я хотел провести этот день именно с тобой. Саске разжал руки и опустил их. Он отошел на шаг и уставился на свои ботинки. Сердце в груди стучало так бешено, что казалось вот-вот сломает ему ребра. — Я… — Наруто повернулся к нему, и Саске, наконец, поднял на него глаза и встретился с ним взглядом. Он хотел сказать Наруто так много, что не знал с чего начать. Для него никогда не было характерно говорить о своих чувствах. Ему всегда казалось, что нет смысла говорить о том, что и так очевидно. Он всегда вел себя с людьми честно, и те все могли понять по его поведению или взгляду. Но с Наруто было по-другому. Саске хотел, чтобы тот понял, насколько важен и как сильно нужен. Но он боялся, что ему никаких слов не хватит, чтобы объяснить то, что он чувствует. — Видел бы ты свое лицо, Саске, — Наруто тихо рассмеялся и за шею притянул Саске к себе. Его губы оказались сухими и холодными, но Саске казалось, что от их прикосновения он может сгореть. Он до побелевших костяшек вцепился в куртку Наруто, чтобы у того не было ни малейшего шанса на то, чтобы отойти хотя бы на шаг. И Саске ничего не нужно было говорить, а Наруто ничего не нужно было слышать. Они могли понять друг друга и без слов, по взгляду, по прикосновениям и по тому, что сейчас они оба были здесь, несмотря ни на что. *** Наруто сгрузил на стол поднос с огромным количеством выпивки разного вида и плюхнулся на диван рядом с Саске и напротив Шикамару. Он сразу поставил перед друзьями по шоту, совершенно не замечая скептического взгляда обоих парней, которые были не в восторге от его алкогольных предпочтений. Но, в итоге, ни Нара, ни Саске спорить не стали. Во-первых, сами виноваты, нечего было посылать за выпивкой Наруто, а во-вторых, вокруг было так шумно от огромного количества народа, что для всех было слишком утомительно спорить с Узумаки. Взяв на заметку больше никогда не говорить Наруто что-то вроде «на твое усмотрение», Саске приподнял свой бокал, остальные последовали его примеру, и опрокинул его в себя. Напиток был приторно-сладкий и Саске невольно поморщился. — До сих пор не могу поверить, что все закончилось так, — Наруто отставил пустой стакан и потянулся за вторым. Саске решил, что лучше останется трезвым, хотя знал, что разговор предстоит не самый легкий. Они впервые собрались вместе после всего того, что случилось в отеле. Трое выживших. Никто из них до сих пор, наверное, полностью не осознал всю ту трагедию, которая с ними произошла. Саске, в силу его характера и того, что из погибших одноклассников он близко ни с кем не общался, было легче. Наруто же переживал гибель друзей очень тяжело. Самое страшное время для Наруто было в первый месяц после возвращения из отеля, когда рядом с ним еще не было Саске и, когда он думал, что всех потерял. Он был один на один с горем от потери и ненавистью к себе, что не смог ничего изменить. Когда в его жизнь вернулся Саске, стало легче, они будто разделили одну боль на двоих, но Наруто по-прежнему часто просыпался по ночам от кошмаров, и Саске сидел с ним до самого утра, медленно перебирая его волосы и просто успокаивая своим присутствием. Рана еще была сильной, но с каждым днем она понемногу затягивалась, оставляя рубец, но притупляя боль. — Шикамару, — Саске посмотрел на бывшего одноклассника. Тот опирался подбородком на выставленные руки и смотрел в одну точку, куда-то между парнями. — Как тебе удалось спастись? Шикамару перевел на него усталый взгляд и достал из кармана пачку сигарет. Выбив одну, он прикурил и сделал глубокую затяжку. Только когда дым наполнил легкие, он ответил: — Повезло. Ханаби видела, как я спрыгнул в обрыв, и решила, что со мной все кончено. Но мне удалось зацепиться за нижнее ограждение с обратной стороны. Когда она ушла, я немного подождал и вылез. Возвращаться я не стал, пошел в сарай, чтобы найти какое-то оружие… — Шикамару покрутил сигарету в пальцах, наблюдая, как пепел падает на стол. — Но когда я направился к отелю, то понял, что опоздал. Я остался в сарае, и, если честно, не знал, что делать дальше. — Хорошо, что Саске додумался попросить помощи у своего брата. Хотя, когда я только их увидел, думал, что у меня начались галлюцинации. Я поверить не мог, что кто-то пришел нам на помощь. — Вам повезло, что вы не замерзли за эти несколько часов, — хмуро добавил Нара. — Да, — Наруто пожал плечами, пытаясь подавить волну грусти. — Пожар был такой силы, что тепло от него спасло нам жизнь. Все трое замолчали, думая о своем и возвращаясь воспоминаниями в тот день. Все было позади, они спаслись, дорогой ценой, но спаслись. Они будут жить дальше, но всегда будут помнить о тех, кто не вернулся. — Как думаете, почему она держала Неджи взаперти, а не убила его сразу? — Наруто потянулся за очередной стопкой странного цвета. — Это довольно сложно, — Саске потер переносицу. Обычно они с Наруто никогда не обсуждали все подробности, но сегодня был особенный вечер. — Итачи следит за расследованием. У копов пока мало ответов. Но я думаю, что тут дело в дневнике Хинаты. — О чем ты? — Наруто развернулся к Саске, окидывая его недоуменным взглядом. — Это лишь мое предположение, я просто сопоставил некоторые факты и то, что прочел в отчете по этому делу. Я думаю, Ханаби не собиралась трогать Неджи, он ничего ей не сделал, он не был замешан в случившемся, — Саске потянулся к шоту, но оценив перспективу, опустил руку. — Хината и Неджи много общались в детстве, до того момента, как погибла Ханаби, и Хината уехала из страны, часто они жили под одной крышей… Мне все не давала покоя та запись в дневнике Хинаты. Зачем ей шифровать ее? Поэтому я думаю, что она оставила послание тому, кто мог его понять. Она знала, что Неджи вот-вот приедет, чтобы помочь ей разобраться с отелем. Они давно не виделись, но Хината надеялась, что он не забыл их детские игры. Шикамару упоминал, что для расшифровки кода необходимо было знать ключ, определенное число. Скорее всего, они знали это число, наверное, придумали все это еще в детстве. Если бы она написала прямо, то Ханаби бы просто могла уничтожить эту запись. А так был шанс, что Неджи увидит ее послание. — Хината, увидев Ханаби и осознав ее намерения, закрывается в спальне и, понимая, что времени у нее мало, оставляет зашифрованную подсказку для своего брата, а потом убирает дневник, чтобы Ханаби его не сожгла, — Шикамару затушил сигарету и вздохнул. — Прямо детектив какой-то. — Думаешь, Неджи что-то заподозрил и случайно узнал всю правду? — Наруто выглядел раздосадованным и злым. Он опустошил очередную стопку, и Саске смирился с тем, что ему придется тащить парня на себе. — Да, — согласился Саске. — Думаю, он все выяснил и решил поговорить обо всем лично. Но Ханаби не могла позволить ему все испортить. Но и убивать его она не хотела, поэтому решила разобраться с ним потом. На какое-то время повисло молчание. Саске смотрел, как Наруто опустошает поднос с выпивкой, а Шикамару выкуривает одну сигарету за другой. Он погрузился в свои мысли и не сразу заметил, что Наруто зовет его. — Саске, так это правда, что ты в ту ночь видел Ханаби на берегу? Саске удивился вопросу, но внешне этого никак не показал. За все то время, что они провели вместе, с момента, когда Саске приехал к Наруто домой и до сегодняшнего дня, тот так и не решился задать этот вопрос. Почему же сейчас он захотел узнать ответ? — Я не знаю, возможно. Я не помню, — немного подумав, ответил Учиха. — Но, если бы я заметил человека и понял, что ему нужна помощь, я бы не прошел мимо. Я виноват лишь в том, что не заметил ее. — Черт, — Наруто закрыл лицо руками и зло выругался. — Как же все хреново сложилось. — Уже поздно об этом жалеть, — Шикамару убрал пачку в карман брюк и откинулся на спинку. — Мы совершили ошибку и поплатились за нее. Мы должны были многое сделать по-другому. Но даже думать об этом бессмысленно. Все, что мы можем — постараться впредь не совершать таких ошибок. — Даже не верится, что полиция оставила нас в покое, — Наруто поежился, вспомнив проведенные в участке часы. — Я думал, эти допросы никогда не кончатся. — То, что мы пережили, забыть не получится, — Саске посмотрел сначала на Шикамару, потом на Наруто. — Да и нельзя такое забывать. Это было бы неправильно по отношению к остальным. И мы будем жить дальше, приняв это как часть себя. Остаток вечера бывшие одноклассники провели за методичным уничтожением новой порции алкоголя и разговорами на отвлеченные, бессмысленные темы. Они разошлись довольно поздно, зная, что, скорее всего, уже так никогда не соберутся. Они попрощались на улице, когда Шикамару, докурив очередную сигарету, скрылся в салоне такси. Саске и Наруто проводили машину мрачным, задумчивым взглядом и направились в сторону дома. Вопреки опасениям Саске, Наруто мог идти сам, даже не шатался, а вот Саске оказался из них троих самым пьяным, хотя он даже не заметил, как так получилось. В конце концов, именно он оказался тем, кого пришлось тащить, потому что ноги его не слушались. Он повис на Наруто, который, в общем-то, был не против лишний раз облапать Учиху. — Почему твоя рука на моей заднице? — без тени возмущения поинтересовался Саске. — Твоя задница — моя задница, — спокойно объяснил Наруто, бросая на Саске насмешливый взгляд. — Или ты имеешь что-то против? — Нет, — вздохнул Саске. — Меня все устраивает. — Прекрасно, потому что на твою задницу у меня сегодня много планов. — Ты маньяк, Наруто, — заявил Саске и замолчал, злобно наблюдая, как хихикает Наруто. Тот в последние дни совсем не щадил Учиху, не то чтобы Саске что-то не нравилось, наоборот, эти последние дни, которые они провели вместе, были лучшими в его жизни. Иногда ему становилось страшно от того, что это может закончиться. Саске привязался к Наруто так сильно, что боялся этой своей зависимости. Но взгляд Наруто раз за разом давал ему понять, что он ведет себя как дурак. Наверное, им и правда суждено быть вместе. — Кстати, — Саске внимательно посмотрел на Наруто и вынудил того остановиться. — Я все хотел спросить, что за спор был у вас с Кибой? Ты сказал, что если ты проиграешь, то мне это очень не понравится. — А, — Наруто рассмеялся и покрепче прижал к себе Саске. — Ну, проигравший должен был поцеловать Сакуру. А учитывая, что ей бы это вряд ли понравилось… — Какого? — Саске ушам своим не мог поверить. Когда Наруто рассказывал ему об этом дурацком споре, он намекал, что спор связан с Саске, и что тот заинтересован в том, чтобы Наруто не проиграл. — Саске, неужели тебе бы понравилось, если бы мне пришлось целоваться с Сакурой? Судя по твоему лицу, когда меня поцеловала Хината, точнее Ханаби, — произнося имя Хьюги, он невольно скривился от неприятных воспоминаний. — Ты был не очень доволен. Саске задумался и сразу пришел к выводу, что блондин прав. Наруто был его. Только его. И навсегда.