Глупые

Больше всего в своей жизни Драко ненавидел тот день, когда тупой профессор применил на нём насильственную трансфигурацию. Просто до дрожи в коленях и зубовного скрежета, а ещё горечи на языке ненавидел. Раньше Драко мог становится очень породистым и белым, словно снег, котом. О, как же прекрасен был его вид! Но после того злополучного дня больше этого делать он не мог, потому что тело и сердце сжималось в страхе и он вообще ни в кого не мог превратиться около двух недель. Слишком уж страшно было, а ещё помнилась та боль — не только физическая, — когда извращали сознание, заставляя разум терять самого себя. Ведь между этими двумя формами не было совершенно ничего общего, кроме белого цвета и это просто убивало. Спустя какое-то время у него вышло под присмотром Блейза превратиться. Вначале, конечно, того не хотелось привлекать к делу, однако предыдущая попытка не увенчалось успехом и он снова чуть было не загремел в лазарет. Было решено попытаться сделать превращение под его присмотром, на случай если что-то пойдёт не так. В конце-концов тот был его самым близким другом и под клятвой неразглашения поделился и своей формой — чёрный ворон. Тело неуклюже стало уменьшаться, преодолевая неясную боль, но конечности его не удержали вовсе и он плюхнулся на пол. Всё было тяжелым, а сознание слишком медленно приходило в себя и когда он в следующий раз открыл глаза, то Забини уже чуть поднёс к его чувствительному носу очень пахучее зелье, которое немного помогло прийти в чувство.  — Увы, но походу ты навсегда останешься Хорьком, — со странной интонацией сказал тот, когда он чуть приподнял голову и попытался на парте встать на ноги. Это не увенчалось успехом и он чуть было вовсе не упал на пол, но наблюдатель вовремя его подхватил на руки, — Не так быстро, приди в себя для начала. Это была какая-то странная победа, потому что быть Хорьком Малфой не хотел. Он привык быть белым породистым котом, а не каким-то диким животным, не в обиду самому Блейзу. Ну, в самом-то деле, слишком уж большая разница, к тому же слишком уж многим стала известна его форма превращения. На всю, блин, школу. Спустя какое-то время его поставили на пол и он сделал пару пробных шагов, когда почувствовал небольшой прилив сил. Чуть размялся в новом теле, путаясь на задних конечностях и едва вернул себе человеческий облик, про себя радуясь, что не пришлось просить помощи.  — А какая раньше форма была?  — Кот, — скривился он от досады.  — О, — протянул Блейз. — Попробуй пока привыкнуть к такой форме, а там посмотрим. Если что, я расколдую. Весь следующий месяц именно это Малфой и делал. Чаще всего ночью, когда никого нет в коридоре и можно легко спрятаться, чтобы никто его не заметил. Тем не менее, слухи по школе распространялись с неимоверной силой и уже через пару дней после произошедшего, «Хорьком» его называли даже дети с младших курсов, что приводило его в самую настоящую ярость. Драко с грустью вспоминал о своей форме, самой первой и самой лучшей, про себя проклиная ненавистного профессора. Тот просто не имел права так относится к ученикам, так какого Мордреда? Увы, но вернуть себе свою форму у него получилось только спустя три месяца трудных тренировок, кучи восстановительных и обезболивающих зелий, да парочки толстых фолиантов из библиотеки. Но результат того стоил и Малфой снова смог вернуть себе форму любимого кота. Правда, чувствовал теперь в ней себя немного странно, но оно и понятно — после длинного тела и не такое может быть. Пожалуй, единственный плюс бытия хорьком это небольшой вес и маленькая ловкость, с помощью которой Блейз смог взять его в крепкие когти и пару раз пролететь ночью над школой, «Размять крылья». Драко уверен, что после таких полётов обзавёлся парочкой седых волос. А стоило вернуть себе форму кота, как снова оказался на руках Блейза, как в первый раз. К счастью, тот просто решил его осмотреть и вынес вердикт:  — Вроде все нормально. После чего погладил за ушами и Малфой по всю замурчал, как самый настоящий кот — громко, с затягом, как и раньше.  — Ничего себе ты мурчишь, — тягуче сказал тот, почесав за ухо. Отпустил на пол, спрашивая, — Чувствуешь себя нормально? Драко вернул себе форму человека и прислушался к ощущениям.  — Всё нормально, — кивнул он.  — Знаешь, а эта форма идёт тебе больше, — подмигнул тот, на что он просто махнул рукой. Чего Драко действительно не хватало, так это приключений в виде своей формы кота. О, это чудесное ночное время, когда есть только он, ветер, Луна, ночь и один тупой гриффиндорец. И нет, последнее действительно имело место быть. Ночью, когда все соседи уже уснули, он тихонько выбрался из подземелий. Прошёл много лестниц, спрятался от призраков, обогнул дежурных профессоров и старост, чтобы добраться до самого верха Астрономической башни.  — Мяу, — протянул он, объявляя о своём присутствии.  — О, — к нему обернулись, смерив растерянным взглядом зелёных глаз. — Привет, Снежок. Палец постучал по какой-то деревяшке и Малфой подошёл, словно на звук, сам фыркнув, уже в который раз, на придуманное имя. Снежок, ну надо же! Глупый Поттер совсем ничего другого и поинтереснее не мог придумать?  — Давно тебя не видел, — тихо сказал тот и стоило только Малфою подойти, взял к себе на худые колени, ласково почёсывая между ушами. Драко тут же громко заурчал, даже не пытаясь сопротивляться инстинктам. Он прикрыл глаза, подминая лапы поудобнее и греясь о тёплое тело Поттера. Тот смотрел куда-то вверх на звёзды, но ему было ровным счётом всё равно, на что именно. Было так приятно просто лежать, когда тебя чешут и гладят, что он не сдержал зевка, укладывая вдобавок ещё и голову поудобнее. В конце концов, даже если он сейчас заснёт, то ничего страшного не случится.  — Знаешь, меня вчера объявили четвёртым участником турнира, — медленно и как-то грустно сказал Поттер. Драко не обратил внимания, продолжая лежать на тёплом, лишь чуть дёрнув ухом. — Хотя, какой из меня вообще участник? Тот что-то стал говорить о том, что недостоин, что не хотел этого и что даже Рон и Гермиона ему не верят и думают, будто он всё это сделал специально. Малфой пропускал все слова мимо ушей и только когда почувствовал сбившееся дыхание человека, нехотя приоткрыл глаза, осматривая Поттера. Встал, пытаясь удержать равновесие, чтобы во второй раз мяукнуть и упереться головой в грудь мальчику. Гарри Поттер только вздохнул, наконец замолкая.  — Ты же придёшь сюда ещё? Малфой фыркнул. Будто бы у него был выбор, в самом-то деле. В следующий раз он подошёл к Поттеру буквально через два дня. Был холодный день, поэтому удобнее ходить с кошачьей шубкой, чем в распахнутой мантии. А потому внезапные руки на боках заставили его чуть ли не заорать.  — О, ты гуляешь, котик? — усмехнулся Блейз, разрешая ему поудобнее устроиться на руках. Малфой в ответ только фыркнул, утирая нос лапой и, неожиданно для себя, чихнул. — Будь здоров, — пробормотали сверху и пальцем прикоснулись к носу. — Вроде нормальный. Малфой укусил того за палец.  — Не кусайся, — пригрозил друг, хмуря брови и отходя к окну, чтобы спрятаться от студентов, которые уже стали коситься на него. — Ты не слишком часто гуляешь? Драко почесал своей головой о грудь Забини. Он прекрасно помнил, что чем дольше находишься в форме животного, тем больше захочется быть именно в этой форме, а не человеческой, поэтому старался держать себя в руках. Но его почему-то не покидало ощущение странной неправильности. Драко уже был в форме кота и всё равно присутствовало чувство, словно он не в той форме и даже когда он был человеком это ощущение не пропадало. Малфой подозревал, что в этом виновата его вторая форма мелкого хищника, которая заставляла его превратиться в хорька и пока что он мог сбить это желание, пребывая в форме кота. Увы, но превращаясь в человека оно усиливалось в несколько раз и он всё чаще и чаще был котом, из-за нежелания снова возвращать себе форму ужасного хорька. Отвечать на такой вопрос не хотелось. Он прекрасно себя контролировал. Драко просто подождёт ещё какое-то время и потом на пару минут примет облик хорька, чтобы потом ещё с месяц-другой можно было быть только котом, так что ничего страшного в этом не было и своё состояние он контролировал прекрасно.  — Я слишком мало вижу тебя, — продолжал тем временем Блейз, из-за серьёзности темы. Драко перевёл на того строгий взгляд, не желая слушать нотации от друга. Чувствительные уши уловили знакомый голос и он перевёл взгляд на другой конец коридора, где Поттер в очередной раз за последнюю неделю ругался с предателем крови. Грязнокровки рядом с ними не было, поэтому когда зелёные глаза посмотрели на него, Драко спрыгнул с рук, чтобы подойти поближе, как делал это всегда, стоило только Поттеру оказаться поблизости. К тому времени Уизли уже давно двигался в другом направлении. К счастью, больше уроков сегодня не было ни у кого из них. Чуть холодные пальцы подняли его на руки и чуть почесали за ухом. Драко дёрнул головой, лапой поправляя шерсть и не сразу заметил, что Гарри Поттер шёл не куда-то ещё, а именно к Блейзу.  — Привет, — робко сказал тот. Драко приоткрыл глаза, спокойно встречая буравящий взгляд друга на своём теле. — Это твой кот?  — Нет, — медленно сказал тот в ответ, держа руки сложенными на груди. — Это кот Малфоя. Малфой фыркнул. Именно так всегда делали на Слизерине, когда кто-то интересовался чьей-то анимагической формой. Если бы кто-то спросил про чёрного ворона, то Драко тут же бы ответил, что ворон принадлежит семьи Забини и прилетает к Блейзу, так что старая отговорка была ему уже давно знакома. Он чуть скосил взгляд на Поттера, ожидая, что тот будет делать в таком случае. В конце-концов, в виде кота они знакомы с третьего курса, когда Малфой стал искать способ меньшего воздействия дементоров на его сознание и эмоции.  — Не знал, что у него есть кот, — растеряно сказал Поттер, протягивая его обратно Блейзу, но Малфой на руки друга не пошёл, оставаясь у Гарри. Блейз какое-то время посверлил его взглядом, потом улыбнулся, наконец переводя взгляд на собеседника. Но в ответ ничего не сказал, только усмехнувшись и разворачиваясь в сторону подземелий.  — И что это значит? — снова растеряно спросил Поттер, смотря на него, легкими касаниями поглаживая по шёрстке. «Это значит, что ты мой человек, глупенький» — по-кошачьи подумал Драко, прикрывая глаза и устраиваясь на руках поудобнее.