Сумеречные демоны

Хёнджин купил билеты в Сидней и уже сидел в самолёте. Парень очень волновался. Он не знал, что ему делать. Хван не хотел, чтобы Йена досталась Банчану. Он знал, что рано или поздно, Чан найдёт момент, чтобы забрать у Хвана ее. Йена очень нравилась им обоим, но только вот БанЧан привык уводить у Хёнджина девушек, которые ему нравятся. Так было всегда. С первого дня их знакомства в школе. Однажды он рассказал, что ему нравится девочка, и на следующий день БанЧан уже вовсю с ней флиртовал. С того дня Хван понял, что не стоит посвящать Бана в свои дела. Но с Чхве это не вышло. Хван всячески показывал свои чувства к ней. Любовь? Нет. Это была лишь симпатия. Она ему безумно нравилась. Он нуждался в том, чтобы увидеть ее. Каждый день он ждал этого момента. С первого дня как он встретил ее, он думал лишь о ней: о ее светлых волосах, голубых глазах, по ее неидеальной фигуре, родинкой под правым глазом, пухленьким губкам и щечкам. Всё это было для него прекрасно. Она засела у Хвана в голове, поэтому он не может допустить того, чтобы лишиться ее. Он очень давно не испытывал такой сильной привязанности к человеку, если так можно выразиться. Спустя несколько часов полёта, он приземлился в аэропорту. Сняв номер в отеле, он немедля заселился и пошёл на поиски девушки.

***

БанЧан и Йена были в парке. Это было любимое место парня. — Вау, тут и правда красиво, — восхищенно выразила своё мнение девушка, рассматривая зелёные и высокие деревья. — А я тебе говорил, что понравится. Девушка усмехнулась и кивнула. Ещё очень долго они гуляли по парку, не заметив как на улице потемнело. Было около десяти вечера. Ноги Чхве гудели от усталости и она присела на скамейку. — Ох, я так устала. Ужас. — Посиди, отдохни. Я принесу воды. БанЧан быстро удалился. Йена смотрела на звёзды и вспоминала Хвана. Интересно, как он? Всё у него хорошо? Раны болят после побоя? Жаль, что я не с ним. Я и правда скучаю. Эх, Хёнджин, как ты там? — Йена? Голос сзади заставил девушку испытать напряжение. Она повернула голову и увидела...Хёнджина? — Хёнджин? Что ты тут делаешь? — Нам надо срочно уходить! Хван взял ее за руку и уходил прочь с этого места. — Эй, Сэми. Далеко собрался? БанЧан крикнул им это в спину и с улыбкой наблюдал за парочкой. — Сэми? Что он такое говорит? Йена стоит ошарашенная. Ее рука до сих пор в руке Хвана. Он сильнее сжал ее и спрятал девушку за своей спиной. — Чан, я давно тебе говорил, чтобы ты перестал это делать. Хватит. — Оу, наш малыш Сэми разозлился? Она правда тебе так нравится, что ты прилетел аж в другую страну? Хаха, не смеши меня. Ты врал ей столько времени и ещё смеешь приходить сюда и обвинять меня в чём-то?! По сравнению с тобой я ей не врал по поводу того, кто я есть на самом деле. — Заткнись, придурок. Не говори больше ни слова, иначе я за себя не ручаюсь. — Хёнджин? Что он говорит? Ты...ты Сэм? Почему ты не сказал? Хёнджин, не молчи. Девушка била парня в грудь. Из ее глаз лились слёзы. Почему он ей не сказал? Почему? Зачем врать? Было так сложно рассказать обо всём? — Йена, успокойся. Я не говорил потому что боялся...боялся, что ты уйдёшь от меня и не захочешь больше видеть меня. Прости. — Хёнджин, какого черта. Ты мог просто сказать. Что в этом такого? Чартов Хван Хёнджин. Ударив парня в последний раз, она убежала, оставив парней наедине. — И вот, ты опять лишился ее. Поздравляю Хёнджин-и~! БанЧан захлопал в ладоши. — Я сказал завались, ублюдок. Я бы избил тебя до полусмерти, но руки марать не хочу. Разберёмся потом.

***

Спустя год. — Эй, Джисон-и~, ты уверен что я должна пойти с тобой? Йена стоит в ванной и чистит зубы, параллельно разговаривая с Джисоном. — Да, ты же обещала, что сходишь со мной. Минхо не может. Ну пошлииии! Чего тебе стоит сходить со мной на концерт группы? Они мне очень нравятся. — Впервые слышу, чтобы парню так нравилась мальчишеская группа. Ладно, схожу, все равно делать нечего. — Люблю тебя. Заеду вечером. Будь готова! — Хорошо~, буду ждать. Люблю.

***

— Вот почему ты именно сегодня работаешь? Знал же, что я собирался на концерт с тобой. — Эй, малыш, прости. Мой напарник внезапно решил остаться дома, поэтому я заменяю его. Прости~ Минхо притянул Хана к себе и обвил его талию своими руками, зарывшись в его волосы. — Эх, ладно. Схожу с Йеной. — Да, пусть развеется. А то она уже год не может забыть Хёнджина, который оказался Сэмом. Ей нравится один и тот же человек, надо же. Бедная девочка. — И не говори. Ещё и БанЧан этот сдал его. Не думал, что они знакомы были. — Они со школы знакомы. БанЧан всегда так себя вёл с Хваном. — Вот урод. — Джисон-и~, я тебя так люблю. Я так рад, что мы с тобой вместе. — Да, Минхо-я~, я тоже рад. Люблю тебя.

***

Йена решила не заморачиваться по поводу своего внешнего вида. На ней были кожаные штаны чёрного цвета, ее любимые берцы и косуха. На голове был сделан пучок. Ничего необычного. Ехать было недолго. Слава богу. — А сколько длится концерт? — Около двух-трёх часов. Тебе понравится! — Надо мне расслабиться. Припарковав машину и показав билеты, парочка друзей проходят в партер, в первые ряды. Количество народа это позволяло. — Вау, чувствуешь эту атмосферу? Офигительно. Хан был так воодушевлен, что его глаза буквально блестели от радости. — Да, неплохо. Народ начал прибывать. В партере становилось всё теснее и теснее. Спустя какое-время на экране начался отсчёт. 5 4 3 2 1 GO! На сцену выбегают пятеро парней, которые резво начинают выступление. Чхве стояла и просто смотрела прямо, не обращая внимание, в то время как Джисон обмахался своей светящийся палкой и выкраивая имя своего любимчика. Йена не думала, что ее друг такой...помешанный? У него даже альбомы имеются, Хан говорил про них. — Господи, они такие крутые. Хан говорил это, косясь на Йену. Прошло уже около двух часов. Йена лишь однажды подняла взгляд на сцену, когда какой-то парень делал сальто. Она это естественно оценила. — Ну что, наш концерт подходит к концу. Хотелось бы выразить благодарность каждому поклоннику. Благодаря вам, существуем мы. Сейчас мы вам споём последнюю песню. А точнее, один из нас. Это песня его собственного сочинения. Похлопаем. В зале потух свет. Фанаты включили фонарики на телефонах, чтобы создать атмосферу. К микрофону подошёл силуэт парня. Он взял в руки микрофон и мягко запел. Тон, который был особенно холоден в этот день, Зевки, которых было особенно много в тот день, Занятость, которая стала оправданием снова, каждый день, Сердце, что стало холодным, и что было так легко понять. Девушка медленно подняла глаза. Не может быть. Она смотрела точно на лицо этого парня. Тот же, опустил взгляд в партер, встретился с ее голубыми, и до боли знакомыми глазами. Хван Хёнджин. Это был он. Живьём. Тот человек, из-за которого она год не могла прийти в себя, из-за которого с трудом окончила универ, она была буквально опустошена. А сейчас он стоит перед ней и поёт ее песню. Смотря на неё, он выделял каждое слово. Его глаза блестели. В такт он топал одной ногой. Эта песня...они ведь вместе ее написали. Йена закусила губу, чтобы не расплакаться. Уже сочилась кровь, но девушка упорно сдерживалась. Дойдя до второго припева, ее прорвало. Из глаз полились слёзы. Голос Хвана дрогнул. Он обеспокоено смотрел на неё, но продолжал петь. Джисон стоял рядом и похлопал подругу по плечу. — Прости, Йена. Чхве посмотрела Джисона и заплакала ему в грудь. Хан поднял взгляд на Хвана и кивнул. Они удалились из зала. — Почему? Почему он пел эту песню? Зачем? — Йена, успокойся. — Нет, Джисон. Ты не понимаешь. Зачем петь песню, которая вызывает столько воспоминаний. Он хотел ранить меня? Зачем? Пусть идёт к своей девушке и поёт ей эту песню. Зачем он спел ее на концерте? Она очень личная, а не для публичных выступлений. — Ну тише, тише. Всё будет нормально. Джисон погладил ее по голове и успокаивал ее. Она вся дрожала. Джинсовка парня была вся мокрая от слез девушки. — Йена? Джисон? Хван вышел из гримерки и подбежал. — Свали отсюда, Хёнджин. Иди к своей девушке и пой для неё, а меня не трогай. Джисон, я поеду домой на автобусе. — Но Йена...— Хван не успел договорить, так как девушка уже ушла, — Джисон, что мне делать? Хан лишь пожал плечами. — Я и сам не знаю, что с ней. Наверно ей все же очень больно и она до сих пор не может забыть ту ситуацию, которая произошла год назад. — Какой же я придурок, Хан.