Другая судьба Наруто или что его сломало

      И такими неспешными темпами прошло около трëх, а может и пяти лет. Он не задумывался над временем, оно стало бесчëтно и бесконечно. Оно медленно проскальзывало сквозь пальцы парня, утекало через пелену бытия, забирая его годы и не щадя. Но он не стал слабее, медленнее или ещё что то. Наоборот. Он воспрял духом, набрался сил и стал терпеливее. Теперь он почти молчит, а если и говорит, то только спрашивает что то о техниках или по поводу заданий, которые даëт ему Орочимару. И примерно год назад он, именно Наруто, воскресил членов Акацуки. За всë это время они стали семьëй, каждый помогает друг другу и вытаскивает из бед. Наруто больше не тот неуклюжий весельчак, теперь он мужчина, что безжалостного убьëт каждого, кто встанет у него на пути или причинит боль кому то из Акацуки. Он никого к себе не подпускал близко, боясь снова влюбиться и почувствовать ту боль, что когда то ему причинил Какаши. Он редко уже вспоминал те годы, ведь это прошлое, а он не собирается им жить и постоянно жалеть о своих поступках. Хотя, знаете, он подпускает к себе Итачи. Он разрешат дотрагиваться до себя и даже иногда разговаривает с ним на какие-то темы, не связанные с техниками и тренировками. И все остальные, естественно видят это и удивляются, но не смеют что-то возразить. Они знают, что с Наруто сделала любовь и как он боится снова это почувствовать. Когда ему плохо, а обычно это выражается тем, что он либо просиживает несколько дней в комнате, занимаясь самокопанием, либо пропадает на миссиях и заданиях, не появляясь в подземелье несколько дней. А ведь обычно он всегда с ребятами или с напарником. Да, он не разговаривает, но всегда находится рядом. А когда его нет, все начинают беспокоиться и понимают, что ему плохо. В такие моменты к нему отправляют Итачи. Только Учихе он позволяет заходить к себе, когда остальных уже с порога отправлял расенганом в стену, предупреждая, что убьëт, если к нему в комнату кто то сунется. После он извиняется, отряхивая себя и пострадавшего от пыли и возвращается к себе в комнату. Когда Итачи приходит к нему, он просто садится рядом и ничего не говорит. Обычное его присутствие делает Наруто счастливым, и он, садясь ближе, прижимается к телу, утыкаясь лицом в плечо и плачет. Итачи единственный, перед кем Наруто не боится плакать, единственный, кто обнимает его, успокаивает, гладит по волосам, нежно сажает его на свои колени, заранее расстегнув плащ и прижимает к своему телу. Наруто поворачивается к нему лицом, обвивая ногами за талию, обнимая под руки и утыкаясь лицом уже в грудь Учихи. Он плачет, тихо дрожа всем телом, впивается короткими ногтями в кожу брюнета и иногда кусает собственные руки от нахлынувшей боли в груди, желая заглушить еë физической. Итачи единственный, кто по прошествии стольких лет целует его в макушку, шепча слова утешения. Единственный, к кому Наруто привязался, но так не хочет этого принимать. Единственный, кто стал так дорог этому мальчишке, кто видит его эмоции и может разговаривать с ним. Единственный, кто стал снова так близок к нему. Наруто так не хочется его подпускать ближе, но к сожалению, он делает это бессознательно.       И вот, Итачи снова успокаивает Наруто, ведь самокопание довело его до истерики.       - Наруто, почему ты каждый раз плачешь, вспоминая, что уже давно прошло? Почему ты не можешь отпустить?       Тихая дрожь и всхлип, что так больно режут Учихе сердце, но почему?..       - Наруто..       Он мягко проводит грубой ладонью по его мягким волосам, нежно отстраняет от себя и кладëт свою руку ему на щëку. Поглаживает еë, с нежностью рассматривая заплаканные глаза блондина. Они остались прежними, но такими разными. Ярко красный и бледно голубой. Такое сочетание придаëт его внешности мягкую, но в тоже время грубую изюминку. Наруто также смотрит в глаза брюнета, всхлипывает и облизывает солëные губы. Итачи вытирает мокрые дорожки слëз, от тëплого тела джинчуурики становится жарко, его рука теряется в золотых волосах. Спросите, он что, видит цвета? Да, видит. Наверное, вы уже догадались почему, ведь так? Наруто - его судьба. Как бы глупо это не было, но это так. Он всë это время скрывал это, боясь спугнуть и так зашуганного парня, от которого отвернулся самый дорогой человек и который пережил не самое сладкое и счастливое детство. И всë ещё скрывает.       Учиха медленно приближает своë лицо к Наруто, останавливаясь, когда их носы соприкасаются кончиками, смотрит в такие любимые глаза и пытается увидеть эмоции, что сказали бы "перестань" или наоборот, "продолжай".       - Можно?       Спрашивает брюнет еле слышно, обжигая своим дыханием губы Наруто. Тот медленно закрывает глаза и поддаëтся на встречу. Губы соприкасаются в нежном поцелуе, ведь у Итачи выдержка очень хорошая, а сделать больно своему чуду он вовсе не хочет. Только если он позволит. Теперь Учиха единственный, кто ещё и поцеловать его может. В груди разлилось непередаваемое тепло. Его руки медленно блуждают по знакомому телу, очерчивая узору, сминая плащ и вскоре окончательно его снимая. Он отстраняется, переводя дыхание, ведь воздуха им обоим уже не хватает.       - Наруто, надо поговорить, - он смотрит куда то вниз, боясь задеть чувства мальчишки, - во первых, я хочу тебя уже давно, и сейчас думаю, лучше остановиться, ведь если ты разрешишь, я просто не сдержусь, - он замолкает, переводя дыхание от такой реплики.       - Я не хочу останавливаться, - Наруто мимолëтно целует губы Итачи, - и сейчас я согласен на всë, что ты захочешь. Моë тело в твоëм распоряжении, можешь не сдерживаться.       Снова целует, но уже дольше и желаннее. Итачи не церемониться, мягко укладывает его на кровать, попутно стягивая с себя всю верхнюю одежду, оставаясь в одних штанах. Наруто завороженно смотрит на подтянутое тело, рельефные мышцы, вздымающуюся грудь от частого и прерывистого дыхания. Кладëт свою руку на пресс и обводит кубики подушечкой пальца, опускаясь на явный бугорок на штанах, слегка надавливая. Сверху слышится сдавленное шипение и Итачи немного прогибается в спине вверх, впиваясь в мягкие и немного покусанные губы. Всë также нежно обводит лежащее под ним тело, беря кофту за края и тянет еë вверх, принуждая снять ненужный элемент одежды. Она летит куда то в сторону, а за ней и штаны. Оба остаются в одних трусах. Учиха продолжает ласкать тело блондина, кусая, посасывая, облизывая, спускаясь всë ниже и ниже. Рывком снимает трусы и любуется открытым видом. Следом летят и его собственные. Дыхание Наруто останавливается, ведь по размеру у Итачи больше и он нервно сглатывает, вспоминая свой первый раз. Не тот, что был с людьми Орочимару. В момент брюнет решает сменить позу и обхватывая Узумаки садится на кровать, упираясь спиной в стену и свешивая ноги с неë, а мальчика сажает к себе на колени. Слышится испуганное "ой" и он целует его губы. Всë ещё оглаживает молодое тело, покручивая соски и оставляя видимые засосы на шее, ключицах, груди и где только дотянутся его губы. Тело на нëм сдавленно стонет, тут же закрывая рот рукой. Итачи убирает руку, сердито сверля взглядом Узумаки. Плавно опускает руки на упругие ягодицы, оглаживает их и растягивает в сторону, в ответ получая громкое "ох" и нежное тело прижимается вплотную. Итачи прессом чувствует горячий член Узумаки, как он пульсирует и сочится смазкой. Он убирает одну руку с ягодиц и сжимает в ней половой орган. Наруто громко стонет, захлëбываясь воздухом и его голова падает на плечо мужчины. Он двигает рукой вверх-вниз, выбивая из мальчишки хриплые стоны. Его тело сковывает дрожь и он кончает, изливаясь на живот Учихе. С неловким видом смотрит на своë семя и смазывает его руками, шепча "вот и смазка" и заводит руку за спину. Я раздвигаю его ягодицы, открывая проход к розовому колечку мышц. Наруто аккуратно массирует сжавшуюся дырочку, медленно вводит палец на одну фалангу и морщится от непривычных ощущений.       - Может помочь?       Я резко мотаю головой и засовываю палец глубже, до самой костяшки и стискиваю зубы от малого дискомфорта. Итачи подставляет свои пальцы к моему анусу и нежно поглаживает кожу вокруг. Целует прокусанную губу, слизывая кровь и с упоением наблюдает, как я пытаюсь растянуть себя, закатывая глаза и уже самостоятельно насаживаясь на собственные пальцы.       - Так неинтересно.       Он убирает мою руку, свою проводит меж моих ногами и вводит уже свой палец.       - Лучше поскачи на моих, - он дьявольски ухмыляется, вводя палец до конца и медленно поглаживая стенки. Я послушно поднимаюсь и снова опускаюсь до упора на его пальцах. Так приятно, ведь они длинные и гибкие, из уст вырывается стон наслаждения. Итачи резко вводит второй, надавливая на поясницу и заставляя двигаться быстрее. Ускоряю свои прыжки и он разводит пальцы на манер ножниц, из за чего я сдавливаю их и хватаюсь за его плечи, смотря в потолок широко раскрытыми глазами. Вводит третий и уже сам резкими движения толкается в меня, раздвигая стенки моего ануса. Я хрипло кричу на нëм, сжимаю его своими дрожащими ногами попутно жадно целуя. Он вынимает пальцы, гладит дырочку и в ту же секунду в неë упирается что-то побольше пальцев.       - Я хочу сам.       Снова завожу руку назад, медленно поглаживаю его колом стоящий член, обвожу венки пальцами и надавливаю на самый конец головки. Итачи гортанно стонет, предупреждая, что если он сам не сядет на него, то он силой и без промедления возьмëт его грубо и жестоко. Я хитро улыбаюсь и потихоньку опускаюсь на его член. Чувство заполненности медленно приходит ко мне, я издаю стоны на протяжении всего проникновения, почти полностью сажусь, но вдруг брюнет хватает меня за талию и резко опускает до основания. Перед глазами искры, рот застыл в немом стоне, но мои губы накрывает Итачи, уже беря обеими руками чуть ниже талии. Помогает насаживаться и вставать, почти полностью выпуская его, и снова резкий толчок до основания, гортанное шипение Итачи и приглушëнный стон Наруто. Глубокие прыжки и я как на коне. Брюнет прижимает меня, обнимая одной рукой за спину, одновременно прижимая левую руку к телу, другой рукой за талию и начинает резко вдалбливаться в меня со всей силой. Попадает по простате и я тоже обнимаю его, кусая в плечо, зализывая рану и кричу от наслаждения уже на всë помещение. Горячо и приятно.       - Сильнее.. Аааахм.. пожалу.... Аааааа...       Он резко прижимает меня к кровати, ставя раком, предплечьем давит чуть выше лопаток и держа за талию, направляет свой член к моей дырочке.       - Вставь сам, - хрипло и больше с приказом говорит Итачи, и я послушно тяну руку к его органу, вводя в себя головку, а дальше он уже сам входит до шлепка. Пошлого, громкого и развратного шлепка. Прижимается ко мне всем телом, придавливая к кровати и медленно начинает двигаться. Я оттопыриваю задницу, желая более быстрых движений и Итачи понимает это. Двигается быстрее, всë также попадая по простате, крепко схватившись за мою талию и оставляя красные полумесяцы от ногтей, сдавливая до синяков и больно покусывая мою шею. Мои стоны раздаются в подушку, глаза закатываются от такого наслаждения и я только в такт подвиливаю бëрдами. Сам надрачиваю себе, доводя до разрядки. Мой партнëр замирает, останавливаясь во мне как можно глубже, и появляется чëткое ощущение, что внутри сейчас что то порвëтся, но я только громко и протяжно скулю, жадно вдыхая воздух и он изливается в меня. Горячая сперма заполняет мой проход и я продолжаю сжимать его член, всë ещё надрачивая свой. И вот, я кончаю на свою же кровать, с громким стоном снова сжимаю Итачи и падаю без сил на кровать.       - Ахахаха, вот мы и встретились вновь, Коноха!       Он складывает печати и огненным дыханием опаляет всю деревню. Слышатся жалобные крики и просьбы о помощи. Огонь медленно распространяется по всей деревне, перепрыгивая на соседние здания, сжигая всë, что только сможет.       - Убить всех, кого только встретите. Какаши оставляете в живых, я сам с ним разберусь.       Спрыгивает с Манды и достав катану направляется к воротам когда то родной деревни. Его переполняет желание убивать и предвкушение перед исполнением своей заветной мечты. Мечты отомстить. На него бежит шиноби Деревни Листа, но парень легким движением руки рубит его катаной пополам. Его бездыханные половины тела валятся на землю. За ним бежит ещё несколько.       - Какие же вы глупцы, вам теперь не победить меня!       Бежит вперëд и со скоростью света, не задумываясь перерубает всех на чëртовы маленькие кусочки. Пока что ему не следует тратить чакру, ведь он оставляет еë для Какаши. За всë это время он научился очень хорошо работать катаной, и теперь всегда применяет еë в бою. Очередные шиноби, пытающиеся остановить Наруто, что так спокойно идëт по знакомым улочкам. Снова рубит всех без остатка. Теперь он безжалостен и не остановится перед своей целью отомстить. А если суждено ему умереть, он заберëт с собой и Хатаке. Складывает печати и новая волна огня разносится по улицам деревни. На его лице играет безжалостная улыбка, заливистый и такой злой смех раздаëтся из его уст, с лица, рук и катаны капает кровь уже убитых шиноби, а красный глаз наливается ненавистью и кажется будто блестит.       - Наруто!!...       Отступник останавливается.       "Вот же чëрт."       - Наруто, что ты делаешь? Зачем это всë?! - куноичи подбегает к парню, но тут же является остановленной катаной, прижатой к еë горлу.       - Не советую подходить ко мне, а тем более злить, - провожу лезвием по еë белоснежной коже и капелька крови стекает по шее Сакуры.       - Но, Наруто, что с тобой...       На еë глазах слëзы, но теперь ему всë равно       Тех чувств, когда Наруто наивно полагал, что любит еë больше не осталось. Сейчас же только злоба и желание мстить. Голова с застывшими от страха глазами отлетает в сторону и еë тело глухо падает на землю.       "Не успела!" - увлечëнно думает Наруто и улыбается сумасшедшим оскалом. Только сейчас он видит, что за Сакурой стояли его бывшие друзья. Ино, Чоджи, Хината, Киба, Ли, Тен Тен...       "Шикамару.."       Его сердце невольно сжалось от вида старого друга, что никогда не сомневался в Наруто. Он и решил подойти к нему первым, после Сакуры конечно. Ребята постарались его остановить, но замолкли, увидев мой злобный взгляд.       - А ты изменился.       Всë те же глаза, без капли призрения или страха, лëгкая улыбка и привычная поза. Щëки обжигают горячие слëзы, а Шикамару нежно стирает их своей рукой. Боль обжигает его грудь, лицо исказилось в гримасе сожаления, а Шикамару смотрит всë также по доброму и дружески.       - Шикамарууу...- я опускаю голову, не в силах смотреть ему в глаза.       - Всë хорошо, - он опускает руку, - если это того требует, убивай и меня.       Сердце пропускает удар и катана в руке начинает дрожать. Сглатываю больной ком страданий и устремляю свой взор на давнего друга детства.       - Нет... Ни за что! - отрезаю я, срываясь на крик.       Отворачиваю голову и уверенным шагом направляюсь к резиденции Хокаге. Ему уже давно должны были передать эти полномочия.       Быстрым движением выбиваю дверь в кабинет главного и нахожу его пустым. Разворачиваюсь, злобно скрипя зубами с целью направится к его дому. Хотя, наверняка он сейчас сражается с кем то из членов Акацуки. Даже несмотря на то, что он Хокаге, он всë ещё остаëтся Копирующим ниндзя и защитником деревни.       Искать мне его не приходится, на выходе из здания он сам ждëт меня.       - Привет, Наруто, - он поднимает свою руку в знак привычного приветствия.       В голову ударяет боль и красная чакра заволакивает моë тело.       "Делает вид, что всë нормально? Нет, не позволю!" - и с криком "ненавижу" бросаюсь вперëд для атаки. Делаю обманный манëвр и отпрыгиваю в сторону, рывком появляясь за его спиной.       - Делаешь вид, что всë хорошо? А как думаешь, по чьей вине вся деревня сейчас горит адским пламенем?!       Замах для удара, но он уклоняется и с таким же спокойным видом продолжает смотреть на меня.       "Ксо!"       Снова рывок, но быстрее, катаной задеваю его щëку и там остаëтся дорожка алой крови.       - Хочешь убить меня? - до боли знакомый голос, от которого ноги дрожат , а коленки подгибаются, как у влюблëнной школьницы.       Разгоняется вокруг шестого, создав незаметно теневых клонов, и наносит удар катаной в спину. Появляется дым, что рассеиваясь, показывает Узумаки кусок дерева. Он усмехается и в следующий момент в спину оригинала прилетает удар клона. Его тело становится мягче, а на маске появляется пятнышко крови. Она стекает по катане, и Какаши издаëт сдавленный хрип боли, прежде чем упасть на колени.       - Как то легко.       Наруто рассеивает клонов, подходя ближе.       - Стареешь, да, Какаши-сенсей?       Его глаз незаметно дëргается от такого привычного прозвища, а под маской натягивается измученная улыбка.       - Я знал, что ты придëшь, - кашляет, и на маске появляются новые пятна крови, - и я знал, что ты убьëшь меня.       Страх парализует тело и он изумлëнно смотрит на своего соулмейта. В голове щëлкает неприятная боль, распространяясь в висках, и он со всей дури бьет кулаком ему в лицо. Садится сверху и продолжает наносить удар за ударом. Его щëки опухают, веки начинают на глаза и он бормочет невнятную речь. Его костяшки сбиты, кровь забрызгала руки и рукава плаща. Боль всë ещё продолжает стучать в его голове, неприятно и тягуче медленно переливаясь и заполняя его грудную клетку, заставляя сердце учащëнно биться, как птица в клетке.       Он не в силах больше терпеть. Если Хатаке позволяет ему так просто убить себя, то он это сделает, глазом не моргнëт и сделает. И ведь правда. Наруто медленно поднимает катану и снова подходит к объекту своих страданий.       - Сдохни, - яркий блеск метала возносится в небо и в следующую секунду голова шестого лежит отдельно от тела, немного покачиваясь из стороны в сторону, а его мир снова становится чëрно-белым.       - Всех убили? - спрашивает Наруто, когда все члены организации собрались у ворот остатков бывшей Конохи.       - Да, - беспорядочно отвечают ребята.       - Хорошо, можно отправляться домой.       - Но ты разве не хотел забрать голову Хатаке себе, м, как приз? - спрашивает Кисаме, закидывая окровавленный меч на своë плечо. Они все в крови.       - Уже не хочу. Я его сжëг.       Я повернулся к Итачи и посмотрел в его глаза, что всегда оставались спокойными. Медленно подхожу к нему под пристальные взгляды напарников.       - Чëртов Учиха, я люблю тебя, - шепчу я и притягиваю его голову ближе, жадно целуя своими окровавленными губами его. Слышатся удивлëнные вдохи, а крепкие руки брюнета смыкаются на моей талии и его язык страстно проникает мне в рот.

- Вот теперь идëм.