В этом городе ловушки тут и там…
Стройная фигурка лисы видится над домом, будто начерченная углём. Она и небо столь же разные, но соседствующие, как ободранные рубища, что в этом городе соседствуют с роскошными кимоно. И никогда никто из носящих рубища не должен прикасаться к богато убранным людям в багряных одеждах, как земля не должна касаться солнца.Как, черт побери, изменить ход игры? Будто полумёртвый на безумья взираю…
Все же те, кого видели богачи в кошмарах, существовали. Орден убийц. Орден, методично выкашивающий всех, за смерть которых готов отдать деньги заказчик. Пусть отправятся к Синигами*.Улицы пусты, что хочешь, то и твори…
Угольная фигурка соскользнула с крыши при виде кошки. -Ахаегузаймас**, дорогая. -Оясаминасай**, солнце. На улице показалась фигурка прохожего. -Алекс,-шепчет лиса. Молча достают ножи. Кровь лиса брызгает из пронзённого горла. Убийцы лишь мягкими движениями скользят в переулок.Красок строй не прерывайте…
Пробегая под сакурой, кошка замечает: -Красиво. -Ты прекраснее,-улыбается лиса и останавливается. Пушистый хвост неровным жестом прикасается к другому, будто прося позволения. Второй, полосатый, аккуратно двигается, словно в знак согласия. На обоих падают, кружась, лепестки. Маленькие цветные пятнышки подрагивают, опускаясь на камни мостовой. Закат окрашивает их в малиново-кирпичный. -Мимолётна красота…-почти печально шепчет кошка. -Жизнь дана всего одна,-кивает в ответ лиса. Губы накрывают другие. Поцелуи под сакурой всегда самые красивые и долгие, верно?