Fate/lost soul

      Мальчик, что выжил в том пожаре, каждую ночь видел один и тот же кошмар. Он не хотел видеть этот сон вновь. Каждый раз он видел одно и то же: руины, пламя и смерть… Широ наотрез не хотел спать из-за этого сна. Он все чаще пытался читать книги до поздней ночи, но всегда проваливался в царство Морфея.       Мальчик не хотел говорить про это своему приемному отцу или дедушке. Он думал, что это скоро пройдет. В скором времени это заметил Зелретч, и это насторожило старика. Мальчик обычно всегда был спокоен, но в последнее время старик заметил, как он начал странно вести себя вечером. Широ часто начал зачитываться и засыпать с книгой в руках. Маршал решил в один момент проверить, что происходит с мальчиком.       Он с Кирицугу решили проверить его ночью, а когда они пришли к нему в комнату, он снова спал, облокотившись о стену, с книгой в руках, а на его лице был страх. Маршал решил выяснить, что с мальчиком, и только когда он начал проводить анализ цепей и проверку истока, то заметил одну маленькую особенность.       Цепи мальчика были активны практически постоянно, что очень вредило ему. Сначала старик подумал на Авалон, но он был заполнен, потом проверил, куда проходит прана. Как он и думал, часть праны переходило в Авалон, но остальная часть поступала в глаза мальчика. Один из показателей мистических глаз, но тут была другая проблема. Широ не умел контролировать потоки праны, из-за чего мозг напрягался, и только ночью он мог отдохнуть. Но что еще больше удивило мужчину, так это исток мальчика. И его очень интересовало это, так как один из тех, кто мог владеть таким сродством к этой магии, был рядом с ним. — Что с ним? — Кирицугу, у меня к тебе один вопрос. — Старик был серьезен, а его собеседник обеспокоен состоянием мальчика. — Ты точно уверен, что у тебя нет брата или сестры?       Этот вопрос заставил бывшего убийцу посмотреть на Зелретча с непониманием, на что старик просто понял ситуацию и продолжил. — У мальчика очень странный исток, если быть точнее — Пески времени. Исток, что сильно связан с четвертой и пятой истинной магией. Причем тех, кто могут использовать ее, я знаю в лицо. И вот у меня к тебе вопрос. Ты точно уверен, что у тебя не было сестры или брата? Твоя семья владела четвертой истинной магией, но твой отец не стал ее развивать, а ты не хотел становиться таким фанатиком, как большинство магов. И теперь эта магия потеряна.       Все, что было сказано Зелретчем, было правдой. Только две семьи были связаны с магией времени. Причем под контролирование времени, не задевающее владельца, подходила только четвертая. Почему Зелретч решил, что этот исток не действует на владельца как пятая? Все банально и просто. Сам этот исток отсылает на всем известные песочные часы. Каждая песчинка — секунда — показывает, что время течет, и если научиться пользоваться истоком, то парень сумеет останавливать время вокруг себя. Это очень редкий исток, даже лучше сказать, индивидуальный. — Исток, что способен при хорошем использовании спасать владельца от смерти, а то и вовсе останавливать время в какой-то области на некоторое время. — Старик посмотрел на мужчину, на лице которого виднелась обида и печаль. — Теперь ты понял, почему его надо обучать? Не только из-за глаза, но и истока. Если про него узнает большинство магов, то точно захотят убить. А мое влияние не бесконечно, и точно кто-то попробует разузнать про него. — Ладно, ты победил, Зелретч. Я хоть и хотел, чтобы Широ мог жить обычной жизнью, но, кажись, этому не случиться. — Ты и сам знаешь, какую цену приходится платить за силу. Мальчик тоже скоро это поймет, но, в отличие от тебя, он все еще будет иметь семью. Даже после того, как ты покинешь его. — Этот ответ удивил бывшего убийцу, но потом он понял, что замыслил Маршал-Волшебник. — Теперь ясно, куда ты вчера отправлялся. Как понял, у тебя уже все подготовлено? — На этот вопрос старик только улыбнулся своей обычной улыбкой. — Кто знает, может и так, а может, я просто решил проверить старых друзей. Покажет только будущее, ведь мы оба всего лишь пешки в этой игре, а основной фигурой является только тот, у кого Шестеренки судьбы движутся, а их песок все еще падает*. — Как всегда, ты говоришь загадками. И чем тебе так нравится это делать? — Кирицугу впервые за этот вечер сумел вздохнуть со спокойной душой, а старик только поднялся и пошел к выходу во двор. — Затем, что так я могу заставить других задуматься о чем-то важном. — После чего маг поднял на мужчину серьезный взгляд. — Я приду завтра вечером с несколькими друзьями. Все же, будет лучше, если я начну действовать сейчас, пока есть еще время. Сегодня придется запретить в башне поиск информации на твою семью.       После сказанного старик ушел, а в доме остался только мальчик с его приемным отцом. Эмия Кирицугу был опечален тем, что ему придется обучать приемного сына ремеслу, которое он знает. Все-таки, он не хотел, чтобы один из его детей пачкал руки как он. Но сейчас он сделает все, чтобы его приемный сын сумел защитить себя, а потом и спасти сестру.       Кирицугу уложил мальчика на кровать и закрыл дверь его комнаты, а сам направился в сарай, где он хранил множество старых вещей. В том числе и оружие. Пора ему приготовиться, ведь он знал, что может случиться все, что угодно. Он понимал, что скоро может нагрянуть что-то очень опасное, и если он хочет защитить мальчика, то ему придется постараться. Мужчина не сумел спасти свою дочь, но Кирицугу сделает все, что только в его силах, чтобы его сыну не угрожала опасность. *** Спустя день       Кишуа Зелретч Швайнорг — один из двадцати семи прародителей мертвых апостолов. Он был тем, кто сумел победить Брюнстарда и тем, кто открыл вторую истинную магию. Его многие знают, но мало кто понимает его утрату. Он стал тем, кто не может испытывать чувство утраты. Он понимает, что каждое существо в свое время умрет, как и он. Даже несмотря на тот момент, что он считается единственным прародителем с таким бессмертием, он все равно умрет тогда, когда и воля планеты — Гайя.       Он всегда был одинок и только в некоторые моменты мог пообщаться с другом, который присутствовал на объявлении новой принцессы истинных предков. Коубак Алькатрас — один из немногих прародителей, кто потерял свое тело, но сумел сохранить рассудок. Зелретч поражался его гениальности, но и удивлялся тому, как он мог закрыть себя в своем же лабиринте. Но благо, даже пока он заперт там, он может помогать старому приятелю в его трудном деле — Хранению баланса между двумя сторонами. На самом деле Зелретч является больше наблюдателем, нежели действующим лицом. Сколько он себя помнил, он не принимал таких участий в боях после битвы с Брюнстардом. Единственный момент, когда Зелретч вмешивался в дела магов по собственной воле, это создание ритуала «Прикосновение небес».**       Ритуал изначально планировался как отбор из семи человек, тот, кто выживет, сумеет исполнить любое желание. Третья истинная магия — магия, что была когда-то у Айнцбернов, но вскоре они ее потеряли, что и заставило их создать этот ритуал. Они предложили сосуд для Святого Грааля, фальшивого***. Семья Тосака предложили свои земли для этого. Семья Макири, а теперь известная как Мато, создала ограничитель в виде командных печатей. Швайнорг был свидетелем этого и тем, кто стабилизировал весь ритуал.       Все вечер Зелретч искал одну информацию о мистических глазах. Он хоть и знал все их виды, но свойства он не изучал. Каждые мистические глаза имеют свою редкость. За свою жизнь он повидал многих владельцев мистических глаз, как людей, так и нелюдей. И сейчас он хотел только узнать, прав ли он в своем суждении о глазах мальчика. Если да, тогда он будет тренировать его лично, так как надо обучить его контролировать эту силу. — Господин Зелретч, не хочу вас отвлекать от дел, но боюсь, что госпожа Аозаки не потерпит ожидания. — Пожилой священник был как всегда вежлив, так как понимал свое назначение. Его хозяин не мог часто покидать церковь по причине слежки, а одного из своих фамильяров он мог спокойно отправить во внешний мир. Обычно это был Король Крыс, так как он единственный, кто является маленьким. — Пусть заходит. Нам все равно скоро выходить. — Старик закрыл книгу, которую читал. Она не была толстой, но в ней было куда больше нужной информации, чем «воды».       В кабинет вошла девушка с каштановыми волосами и голубыми глазами. А следом за ней блондинка с алыми глазами. — Добро пожаловать в мой кабинет, мисс Аозаки, Арквейд. — Когда девушки сели, а Король Крыс закрыл дверь, Швайнорг продолжил. — Как понял, вы все хорошо обдумали и принимаете мое предложение?       Дождавшись кивка девушек, он с улыбкой продолжил: — Ну тогда нам пора отправляться! Думаю, они уже нас ждут. — Со своего стола он взял футляр черного цвета.       Зелретч в предвкушении новой истории! Нового момента, который еще не происходил с этим мальчиком. Неужели он сумеет наконец принять участие и изменить судьбу? Даже старый маг не мог сказать точно, что будет ждать этого Эмию Широ. Какой путь он выберет, решать только ему. Маршал будет только помогать ему и поддерживать. Хотя маг догадывался, что у него так и останется парочку выборов, и прибавится еще множество. Но разве это плохо? Маг думал, что нет. Он знал множество вариантов событий пятой войны, но даже сейчас он не мог себе представить, какой вариант будет. Сколько человек примет участие? Семь? Четырнадцать? Или может быть двадцать восемь? Старик не знал! Но это незнание давало лишь некий интерес и подталкивало его действовать. *** Дом семьи Эмии       Сейчас был день, и в доме было только два человека. Мальчик думал, рассказать ли приемному отцу о том, что он видит во снах, или о том, что иногда появляются красные линии, которые идут прямиком из груди или самого мужчины, или старика. Он не знал, что делать, но тут его отвлек голос мужчины. — Ты как, Широ? Ты сегодня бледный. — В голосе Кирицугу слышны нотки беспокойства и заботы. — Все хорошо, просто из-за кошмара я не могу выспаться, вот и устал. — Широ улыбнулся, но было видно, что он не все рассказывает, а такой человек, как Кирицугу, это прекрасно видел. — Расскажи подробнее об этом кошмаре. Что ты там видел, или что тебя пугало в нем. Может, тогда тебе станет легче? — Мужчина понимал, что мальчику надо выговориться. — Каждую ночь я вижу одинаковый сон. Кошмар или просто воспоминания, я так и не понял. Пожар, руины и голоса… много голосов. Я бегу по этим местам, а потом я чувствую боль в районе груди. Потом обрывки, в которых я вижу луну… черную с красной обводкой. После я просыпаюсь и чувствую боль по всему телу. — Все это время мальчик держался за свое сердце и сжимал свою черную майку. Мужчина встал со своего места и просто подошел и положил свою руку на голову Широ. Когда тот почувствовал тепло мужчины, он продолжил. — Это не все. Я часто начал видеть какие-то линии, которые всегда исходят от вас с дедушкой. Они бывают разного цвета, но они всегда появляются из центра груди, там у вас есть какой-то круглый шарик. Я не обращаю на это внимание, но когда я долго читаю или смотрю в одну точку, мои глаза начинают болеть. Мне это приносит дискомфорт, от которого я могу заснуть и снова увидеть тот сон! Я не хочу! — После этого мальчик прижался к мужчине, боясь, что это снова начнется.       Кирицугу только обнял мальчика и начал его успокаивать, он говорил, что все пройдет, и ему надо посмотреть страху в глаза. Вновь пройти через тот «ад», как его назвал Широ. — Поверь, Широ, кошмар — это всего-навсего один из наших страхов. Он всегда будет преследовать нас. Даже я когда-то видел свой кошмар, и когда я понял, что больше так не могу, взял и посмотрел ему в лицо. И только тогда я сумел принять себя полностью. — Все, что сказал Кирицугу — правда. Он боялся одного. Своего прошлого. Отца, что был помешан на Мертвых Апостолах. И даже некоторые моменты жизни. Но когда он принял своих демонов****, то смог стать тем, кем он есть сейчас. — Ты боишься, и это не слабость! Прими всего себя. Свои грехи, страхи, слабости и даже внутреннего себя. Без этого ты не сможешь стать тем, кем будешь являться. И, надеюсь, я сумею увидеть тебя истинного до того, как отойду от дел. — Кирицугу понимал, что говорить такое мальчику будет слишком сильно, но он решил чуток съязвить. Мужчина понимал одно. Сейчас Широ не поймет истинных значений слов, что он сказал ему сейчас. Хотя надеется, что поймет все, кроме последней части. — Спасибо, Кирицугу… — Мальчик успокоился, но было видно, что он еще не до конца обдумал слова Кирицугу. — Широ, сегодня к нам придут гости. Зелретч решил взяться за тебя всерьёз. Помнишь, я говорил перед тем, как взял тебя, что я маг? — Дождавшись кивка, мужчина продолжил. — Так вот. Он понял, что у тебя за исток. — Кирицугу, а что такое исток? — Исток — это составляющая души человека, если хочешь, можешь ее называть центром этой души. Он всегда один, но есть и те, у кого он может быть двойным. Двойной исток не всегда может показывать в названии два значения или одно. Иногда исток можно понять по-разному, но у человека есть всегда выбор, по какому пути идти. Многие думают, что каждый человек следует по пути своего истока. Но не все знают, что есть и те, кто думают иначе. Мой исток — Разрывание и Связывание. У тебя — Пески времени. Редкий исток. По словам Зелретча, он очень сильный, но это только при том случае, если ты сумеешь овладеть им. Но не все маги могут это сделать. Многие тратят жизнь на это. Но, как думает Зелретч, ты сумеешь им овладеть. Твои глаза являются очень редкими. Они являются подвидом мистических глаз, какие это глаза, я не могу сказать, так как не особо и вникал в это, но думаю, старик сумеет сказать, что это за глаза.       Кирицугу не стал скрывать тайны от мальчика, но и не стал договаривать про себя. Лучше ему пока не знать, кем работал его приемный отец. — Ладно, давай убираться. Скоро должен прийти Зелретч с друзьями. — Мальчик поднялся за мужчиной и побежал проверять все комнаты, а сам мужчина направился в сарай.