Four Christmases / Четыре Рождества

      Декабрь 2006 г.       — Я еду в город купить что-нибудь на ужин.       Послышался какой-то лязг, но Дин не вылез из-под машины. И хотя Сэм не ожидал, что получит хоть какой-то ответ, все же почувствовал разочарование.       — Бобби приготовил индейку, еще есть картофель, салат и хлеб. Но я подумал, что Рождество нельзя отмечать без того клюквенного соуса, который тебе так нравится. — Он не мог отгородиться от Дина, как сделал его брат. Они горевали по-разному: Сэму нужно было поговорить, а Дину нужно было ремонтировать машины. Но Сэм нуждался в своем брате прямо сейчас, и знал, что Дину он тоже нужен, признавал он это или нет.       Необычно теплая осень сменилась типичной зимой Южной Дакоты. С неба сыпался снег, но это не помешало Дину залезть под одну из машин. Он, как и Сэм, предпочитал более теплый климат, но когда Бобби пригласил их на Рождество, Дин даже не колебался. И впервые за последние два месяца в душе Сэма затеплилась надежда.       — Бобби говорит, что у мисс Коры еще остались пироги. Есть какие-нибудь пожелания?       Дин замер, потом что-то заскрипело под машиной.       Сэм молча кивнул, и обвел взглядом свалку. В этом место никогда не было много деревьев, но в начале зимы свалка выглядела еще более негостеприимнымой. В окнах гостепреимно горел свет. Свалка Бобби снова становилась для них домом, как было в детстве. А старший охотник был как отец для двух скорбящих сирот. Сэм был очень благодарен за приглашение на Рождество. Это лучше, чем сидеть взаперти в какой-нибудь унылой комнате мотеля.       Сэм просто хотел, чтобы Дин тоже радовался выходным, а не вел себя как незнакомец. Это был уже не тот парень, который провел прошлое Рождество, смотря с Сэмом «Баффи — истребительница вампиров», стараясь отвлечь младшего брата от мыслей о Джесс. И Сэму пока не удавалось сделать то же самое для Дина.       — Ну, тогда ладно. Увидимся позже, приятель. — Сэм вздохнул, и спотыкаясь, пошел к дому, подальше от удручающей тишины, к обещанию тепла и дружеского слова.       И почти пропустил хриплый голос позади него:       — Орех пекан.       Не оборачиваясь, Сэм остановился, чувствуя трепет в душе.       — Пирох с орехом пекан. Хорошо. Что-нибудь еще?       — Возьми машину, Сэмми. — Это было сказано еще тише.       У Сэма перехватило дыхание, на мгновение на глаза навернулись слезы. Дин все еще был там. Ушел в себя настолько глубоко, что иногда Сэм едва мог дотянуться до него, но он все еще был там. Младший Винчестер сглотнул и снова кивнул, не смотря на то, что Дин его не видел.       — Ужин через час, чувак. Не заставляй меня затаскивать тебя в дом силком.       Дин просто хмыкнул, и снова раздался лязг металла о металл.       На этот раз, когда Сэм шел к чему-то, а не уходил от чего-то.

***

      Декабрь 2007 г.       Сэм всегда слишком много думал. Но Дину идея показалось довольно простой: это было его последнее Рождество. И если они собирались праздновать что-то, то почему бы не отпраздновать этот праздник? Они должны сделать так, чтобы Сэм запомнил это Рождество, потому что раньше у них не было хороших. И возможно это поможет Дину в аду.       Итак, нужно приготовить алкоголь, футбол по телевизору и подарки. И он не собирался думать о том, где окажется через год. Что Сэму не нравилось в этом плане?       Однако Сэм никогда не мог просто жить настоящим моментом. Его огромный сверхактивный мозг думал о следующем годе и уже скучал по Дину, даже, когда он сидел рядом с ним. Сэм волновался из-за того, что это их последнее Рождество вместе. Раньше они праздновали Рождество каждый год, Дин позаботился об этом, хотя это было не очень весело и интересно. Поэтому Дин не понимал, почему Сэм не хотел отметить это Рождество, чтобы оно запомнилось? Дин не хотел праздновать один, хотя Сэм предложил ему отметить праздник в каком-нибудь баре в одиночку.       Дин ничего не мог с собой поделать, и хотя передумал праздновать Рождество, все же пошел и купил Сэму пару классных подарков на заправочной станции.       А потом он вернулся в мотель, где его встретила комната украшенная гирляндой, тощее деревце в ведре, немного алкогольного гоголь-моголя, и искренняя улыбка на лице Сэма, даже если она была немного печальной. И вдруг отпраздновать Рождество больше не казалось такой глупой идеей.       — "Бронкос" — отстой.       — Двое их игроков умерли в межсезонье, Дин. Это должно повлиять на их игру.       "Да, от смерти никуда не спрячешься", - подумал Дин и сделал глоток гоголь-моголя       Местный рынок и большинство магазинов уже были закрыты, поэтому Винчестеры выбрали закусочную, которая была открыта, и доставляла заказ на дом. Это означало, что им пришлось заказать «курицу генерала Цо» и «жареный рис» вместо индейки и картофельного пюре, но блюда все равно был потрясающими. Сэму даже каким-то образом удалось найти пирог. Начинка была слишком сладкой, но у пирога была отличная корочка и непревзойденная комбинация пухлых яблок и грецкого ореха. Это был лучший десерт, особенно после охоты, когда их пытали сумасшедшие божества.       Журнальный столик вскоре был завален бумажными коробками и пластиковыми контейнерами. Дин закончил трапезу подарочным шоколадным батончиком и пивом, в то время как Сэм лениво листал подаренный ему порно-журнал, пока по телевизору шла реклама.       — Знаешь, как-то неудобно, что ты читаешь этот журнал при мне, — сказал Дин с ухмылкой.       — Потому что ты такой ханжа.       — Я ханжа, когда дело доходит до моего брата.       Сэм просто закатил глаза и отбросил журнал в сторону. По телевизору началась еще одна игра.       — Итак, у тебя были хорошие рождественские праздники в колледже? - спросил Дин, не глядя на младшего брата.       — Не совсем, — тихо сказал Сэм. — В первый год я никому не говорил, что остаюсь в общежитии на каникулы, так что там было довольно тихо. Джесс приглашала меня следующие два раза, и я пошел в последний год, но…       Дин оглянулся на него, потерев большим пальцем горлышко бутылки.       — Но?       Сэм пожал плечами.       — Это было… странно. Как будто я не принадлежал к той жизни.       Дин поджал губы и снова уставился на экран телевизора. Сэм не знал, как вписаться в тот мир, потому что он знал только их странную жизнь. А теперь Дин оставлял его одного в этом незнакомом мире, и…       — Но оглядываясь на то время сейчас... я не знаю, чувак. Мне кажется, я просто скучал по тебе и папе, — задумчиво продолжил Сэм. — Я имею в виду, что праздники должны отмечать в кругу семьи, верно?       Дину пришлось сморгнуть слезы, а потом он с трудом ухмыльнулся.       — Ой, Сэмми, ты только что сказал, что скучал по классным подаркам, которые я для тебя украл в детстве.       Сэм рассмеялся.       — Да, Дин, именно по этому я скучал. Никто в колледже никогда не дарил мне на Рождество тренировочный бюстгальтер или набор кухонных ножей.       Дин фыркнул, стукнув Сэма по ноге. Но младший брат был прав, праздники — и каждый день между ними — всегда должны быть в кругу семьи. И совместное празднование сделало нынешнее Рождество незабываемым.       И теперь именно Дин старался не думать о том, что Сэм будет праздновать один в следующем году.

***

      Декабрь 2008 г.       — Не будешь мешать и он подгорит.       Дин вздрогнул и посмотрел на Бобби, затем перевел взгляд на пузырящуюся подливку в кастрюле перед ним, как будто никогда раньше ее не заметил. Виновато покосившись на Бобби, он снова начал мешать подливку ложкой.       Сингер вздохнул.       — Сынок, он сказал, что будет здесь к обеду.       Дин фыркнул.       — Верно. Потому что в последнее время Сэм всегда держит слово.       Бобби ткнул вилкой в хрустящую корочку на спине индейки и посмотрел на индикатор температуры. Он снова сунул индейку в духовку, закрыл дверцу и вернулся к своей нынешней проблеме.       — У него был тяжелый год, Дин. Как и у всех нас.       — Можешь мне этого не напоминать, Бобби, — сухо сказал старший Винчестер.       Точно, ад. Как будто Бобби нужно было какое-то напоминание. И хотя он знал, что горе Сэма не могло сравниться с тем, через что прошел Дин, Бобби видел, как мальчику было тяжело. Сэму до сих пор было больно из-за смерти брата.       — Слушай, — Дин выключил плиту, и переставив кастрюлю на свободную конфорку, скрестил руки на груди. — Я понимаю, что он делал кое-что, пока меня не было, потому что не знал, что еще делать. Но он все еще делает это, с ней, и лжет, и смывается к ней у меня за спиной…       — Когда человек заблудился, ему может потребоваться очень много времени, чтобы снова найти дорогу, даже с проводником, — мудро сказал Бобби.       Дин прищурился, на мгновение его взгляд потемнел от гнева. А потом он задумался над словами Бобби.       Сингер вздохнул. Эти два балбеса почти ослепли от боли и любви друг к другу. Эти два мальчика стали семьей, о которой он и не мечтал после смерти Карен, единственными людьми в его жизни, которых он действительно любил. Они часто приезжали, чтобы помочь ему или просто отдохнуть от охоты, а иногда просто потусоваться с ним, как могли бы делать его собственные сыновья. Но приглашение в этом году была попыткой исправить трещину в их отношениях, которая не зажила должным образом даже после возвращения Дина. Бобби хотел напомнить парням и даже самому себе о том, что насколько важна семья.       На крыльце послышался топот и Дин вздохнул, собираясь с силами. В дверях кухни появился Сэм, на ходу стянув куртку и неуверенно улыбаясь им обоим.       — Машина в отличном состоянии.       — Она хорошо справляется с дорогой? — хрипло спросил Дин, снова поворачиваясь к уже готовой подливке.       Положив куртку на спинку стула, Сэм начал разматывать длинный красный шарф, который Бобби подарил ему на Рождество.       — Чувак, она как танк, и даже не скользила на гололеде. Хотя, возможно, нам будет трудно выбраться отсюда при таком снегопаде. — Сэм наклонился вперед, чтобы попробовать подливу, и получил удар ложкой по лбу от брата.       — Ты купил пирог? — задал Бобби самый важный вопрос.       Сэм взглянул на него.       — Пришлось побывать в трех местах, у мисс Кора было закрыто. Но кооперативный магазин все еще был открыт, и у них оставалось несколько пирогов.       Дин скривился.       — Кооперативный магазин? Какой пирог ты купил, чувак? Из пшеничных зерен?       Сэм с пафосом достал из бумажного пакета конейнер с пирогом.       — Сладкий картофель и терпкая вишня.       — Хорошо, ты прощен, - широко улыбнулся Дин.       В глазах Сэма промелькнула тоска, и если бы Бобби не смотрел на него, то не заметил бы, а Дин, изучая пироги, определенно пропустил.       — Ты нашел что-нибудь еще, пока был там? — тихо спросил Бобби Сэма, делая вид, что не заметил, как Дин напрягся от этого вопроса.       — Нашел еще пару вещей под елку. — такую искреннюю улыбку, Бобби очень давно не видел на лице Сэма. Ребенок мог скрывать это, но он, как и Бобби был чертовски рад, что Дин вернулся. — И еще несколько фильмов на потом.       — Дай-ка угадаю, «Балбесы» и «Принцесса-невеста», — сказал Дин с ухмылкой. Но он, наконец, расслабился, довольный, что они словно вернулись в старые времена, где не было секретов, лжи. Где они были просто семьей.       С третьей попытки Сэму, наконец, удалось попробовать подливу, и вскоре он погрузился в оживленную дискуссию с Дином о том, что представляет собой классический фильм, а что — детский фильм.       Бобби, со своей стороны, это не заботило. Он сидел в кресле, потягивая кока-колу и наблюдая за интересным представлением. И был настолько благодарен, что даже не мог выразить этого словами.

***

      Декабрь 2009 г.       Праздники на небесах не имели большого значения.       Кастиэль уже несколько месяцев ходил по земле и уже пережил один рождественский сезон. Он понимал идею ежегодного празднования и одобрял это, даже если многие теперь забыли, что именно они отмечали. Но рождение Христа было поводом для радости, и было приятно видеть, что люди все еще помнят своего Бога.       На небесах невозможно было следить за временем в общепринятом смысле, не было ни цикла месяцев, ни годовщин. Великие события всегда были поводом для радости, а не только тогда, когда пришло время их праздновать. На небесах важные моменты помнили всегда.       Однако в человеческом мире все происходило так быстро.       Кастиэль остановился у дома, и заглянул в окно. Этот Рождество они с нетерпением ждали и готовились к нему с такой безумной страстью: дерево, которое выкопали с корнем, хрупкие украшения, которые сделали самостоятельно, скоропортящиеся продукты, которые приготовили в этот день. Все закончилось так быстро, всего одна ночь и день, а потом праздновать будут только через год. Почему даже для такого знаменательного праздника, как Рождение Христа, люди должны пройти через такие большие трудности? Как они не отчаивались от того, насколько скоротечна из жизнь?       Как они могли сохранять надежду, когда он, ангел, изо всех сил пытался сохранить свою веру?       — Ты собираешься простоять здесь всю ночь, или все же войдешь в дом?       Кастиэль понял, что дверь открылась и Дин вышел из дома. Он посмотрел на друга, который дрожал от холода, стоя на крыльце. Кастиэлю не нужен был свет, что лился из окон, чтобы увидеть усталость в его глазах, насколько Дин похудел или то, как он с трудом двигался.       — Ты выглядишь не очень хорошо.       Дин тяжело вздохнул, без слов говоря, насколько он устал слышать подобные комментарии.       — Ну, после противостояния с адской гончей никто не будет выглядеть на все сто. Так ты войдешь или нет?       Последний раз Кастиэль провел вечер в этом доме накануне битвы первой встречи с Люцифером, после которой женщины Харвелл погибли. Кастиэль знал, что потеря была тяжелой для трех охотников. Даже он чувствовал боль от их жертвы, и это было до того, как Дин сцепился с выжившей адской гончей. Остались только потрепанные и измученные выжившие из «Команды Свободной Воли», и Кастиэль не думал, что станет долгожданным гостем в этом доме. Поэтому держался на расстоянии. Даже сегодня он пришел только для того, чтобы посмотреть на них и вспомнить, почему он продолжал сражаться.       — Я не хотел мешать.       На этот раз Дин откровенно усмехнулся.       — Чувак, сегодня Рождество, и все должны мешаться под ногами друг у друга. Это семейный праздник.       Кастиэль уже хотел указать на то, что он не был членом их семьи, но закрыл рот, когда брови Дина сошлись на переносице. И ангел понял, что лучше не спорить. Иногда он просто... забывал. Для него это был новый опыт. И желание войти в дом и присоединиться к празднованию тоже было в новинку.       — Кас, — прошептал Дин, неуверенно махнув рукой. — Входи.       Кастиэль снова посмотрел на дом и увидел как Сэм появился позади Дина в дверном проеме. Наверное, он пришел проверить своего брата. Кастиэлю было неудобно с младшим Винчестером, сначала из-за того, что другая сторона шептала о нем, а затем из-за поистине ужасного греха, который он совершил, освободив Люцифера. Но теперь Сэм Винчестер чувствовал вину и вел себя скромно, и было трудно злиться на него. Он изо всех сил пытался исправить то, что сделал, и хотя Кастиэль все еще сомневался, что ему это удастся, рядом с Винчестерами он чувствовал надежду.       Возможно, именно поэтому он и пришел сюда.       Кастиэль медленно отошел от окна и поднялся по ступенькам крыльца. Сэм встал рядом с братом и кивнул Кастиэлю на вход.       Ангел остановился, серьезно глядя на обоих братьев.       — Я так понимаю, что я должен пожелать вам счастливого Рождества.       Губы Дина дернулись в маленькой улыбке, а Сэм широко улыбнулся.       — Ага, и тебя тоже с Рождеством, Кас, — тихо сказал он.       — Вы трое войдете уже или хотите выпустить весь теплый воздух? - послышался голос Бобби изнутри дома.       Дин наконец широко улыбнулся и положил руку Кастиэлю на плечо, подтолкнув внутрь.       — Бьюсь об заклад, ты никогда раньше не пил гоголь-моголь, не так ли? Потому что Сэм делает просто убийственный…       Дверь за ними закрылась, оставляя позади холодную и одинокую свалку.