Печенье с молоком

Впервые за два дня капитан Красавченко смог поспать спокойно. Кузя нашелся живым и здоровым, хоть и немного побитым. Впрочем, со слов врача, к которому ребята свозили коллегу по настоянию Голованова, страшного ничего не случилось. Сотрясения, которого опасались больше всего, у бывшего пленника не оказалось, в госпитализации он не нуждался, поэтому после осмотра парня со спокойной душой отправили домой приводить себя в порядок и отсыпаться. Если с первым помогли водные процедуры, то со вторым возникла проблема: когда схлынул адреналин, появился страх. В голову лезли непрошеные мысли, паника охватила парня настолько, что Кузьмин начинал задыхаться, стоило только лечь и попытаться расслабиться. Он пробовал открыть окно настежь, но от этого, казалось, стало только хуже. — Что такое, Кузь? — Дима сел на край кровати. Он думал, что после пережитого друг спит без задних ног, но, зайдя в комнату, он увидел, как Кузя, задыхаясь, мечется в постели. — Болит что-то? — Нет, — честно ответил Кузя. — Я не могу заснуть. — Так и думал, что такое случится. — Красавченко устроился поближе, позволяя Вове положить голову к себе на колени. Это был их тайный жест поддержки, который они позволяли себе только тогда, когда находились вдвоем. Сейчас как раз тот самый случай. — Ты же не будешь меня всю ночь охранять, — тихо сказал Кузя, чувствуя, как друг мягкими движениями гладит его спину сквозь ткань футболки. — Ты вроде с девушкой погулять собирался. — Может, и буду… Спи. — Как же твое свидание? — Кузьмин пытался вразумить друга, но в глубине души понимал, что не хочет, чтобы Дима уходил. — В другой раз, — коротко ответил Дима, продолжая гладить друга по спине. Кузя прикрыл глаза. Паника постепенно уходила, и он попытался расслабиться. На мгновение в комнате повисла мертвая тишина. — Все! — Кузя резко вскочил. — Я сдаюсь. Этой ночью я не усну! — Уснешь. Еще как, — возразил Дима. Он понимал, что друг сейчас на взводе из-за того, что хочет спать, но не может. — Что ты сделаешь? Включишь концерт твоих родителей? — беззлобно усмехнулся Кузьмин. — Оставим это на крайний случай. Помнишь, ты рассказывал, что в детстве очень любил печенье с теплым молоком? Будем пробовать пока этим лечить твою бессонницу. — Дима скрылся на кухне. Вернулся оттуда с небольшой тарелкой печенья и стаканом теплого молока. — Осторожно, горячо, — сказал Дима, протягивая стакан Кузе. Тот начал маленькими глотками пить молоко, заедая его печеньем. На душе и правда стало немного легче и теплее. — Еще принести? — спросил Дима, когда Вова допил молоко и отставил пустой стакан и тарелку в сторону. Кузя отрицательно покачал головой, и Дима отнес посуду обратно на кухню, вымыл ее, после чего вернулся в спальню. Он хотел что-то сказать, но Кузьмин уже спал. Дима заботливо накрыл его одеялом сел рядом на кровати. Сегодня он будет охранять его сон.