Мишка-Дамми

Когда Белый впервые видит Чёрного, то думает, что тот абсолютный идиот. Позже это впечатление закрепляется. О том, что Чёрный идиот, думают и все остальные. Розовый со смешком клеит ему на шлем яркий стикер со словом "идиот", и идиот его не убирает. Клиника, думает Белый. Как он попал в подготовительную программу? Его где-то настолько сильно ненавидели, что отправили в эту самоубийственную миссию? Какова причина? Белый ломает голову, но не понимает. Зато он не стесняется наблюдать за Чёрным, пока тот пробегает свои положенные километры на дорожке, отжимается, растягивается, а после неловко идёт в душ и на занятия. Белый из всего этого делает несколько выводов. Во-первых, Чёрный невероятно вынослив и силен, это видно по его фигуре даже через защитный костюм. Во-вторых, он выше Белого почти на голову. Белый специально подлавливает его на обязательном сканировании и смотрит на его рост, и это впечатляет. Белый не считает себя низким, спасибо, но теперь он не может не думать о росте и силе Чёрного. Тот, вероятно, физически сильнее, чем сам Белый и может, если захочет, скрутить его. Сердце Белого должно сжиматься от ужаса, но вместо этого он весь наполняется жарким волнением. Чёрный абсолютный идиот, пусть и чертовски сильный. Высокий. Выносливый. Он настолько идиот, что может споткнуться на ровном месте о свои собственные ноги или стукнуть себя, начав потягиваться. И это не говоря про его попытки прикоснуться к технической стороне перелёта. — Так, — говорит Жёлтая. — Чёрный, даже не пытайся чинить проводку, лезть в навигацию или щиты, когда мы действительно полетим. — Хорошо, — легко соглашается он. — Но тогда какие у меня будут обязанности? — Таскай топливо в двигатель, разные другие штуки для сильных людей, — отвечает Зелёный. — Просто не ломай больше ничего. Они все видели, как он проломил тачпад, пытаясь заставить щиты работать. Катастрофа. Они вылетают рано утром, им желают удачи, а потом обрывают канал связи с базой. Их жизнь превращается в шоу на выживание. Самозванцы смогут улететь прочь, вернуться домой, если перебьют весь экипаж. Если захватят корабль. Это не корабль, это Колизей, и Белый искренне желает, чтобы это поскорее закончилось. Ему хочется домой. Так хочется домой. Розовый наоборот воспринимает это с радостью, считая весёлой игрой. Это не весело. Им придётся доказать миру, что они те самые чудовища, какими их считают, неспособными контролировать себя, кровожадными злодеями. Ах, да. Белый и Розовый Самозванцы. Нелюди, инопланетные чудовища, с которыми люди играют в смертельные игры ради развлечения. Ради шоу с кучей просмотров. Ради денег. Белый ненавидит людей. Всех. Кроме, разве что, Чёрного. Тот слишком глупый, чтобы быть плохим. В первые же три дня Розовый убирает двоих, а Белый его страхует, убивая третьего. Это Синяя, Бирюзовая и Зеленый. Синюю Розовый сжирает без остатка, и Белый морщится, когда тот выплевывает защитный костюм. — Ты мерзок. — Ты ханжа. Белый вздыхает. После этого команда держится настороженно. Всем руководит Жёлтая, играющая в великого капитана-учёного-детектива. Белый уже знает, где её убьёт и как. А пока он проводит время с Чёрным, пока тот пытается починить кровати в медицинском. — Мне кажется, за всем этим стоит Жёлтая, — будто невзначай бросает Белый, чтобы посмотреть на реакцию Чёрного. Тот осторожно проверяет кровать на шаткость и качает головой. Стикер на его шлеме цепляется за простыню и шелестит. — Это не Жёлтая, — говорит он просто. — Ты же и сам это знаешь. Белый так шокирован, что не может сказать ни слова в ответ. Чёрный не особо болтлив, и Белого это устраивает. Это означает, что им не нужно много разговаривать, не нужно бояться сболтнуть лишнее и выдать себя. Не нужно лгать. Белый ненавидит лгать. — О чем ты мечтал до перелёта? — спрашивает он однажды Чёрного. Они сидят в столовой, спинами друг к другу, чтобы не видеть лиц друг друга. И хотя Белому безумно любопытно, как выглядит их мишка-дамми, он не предлагает им раскрыться друг другу. Это немного против правил, да и... Белый боится, что кроме большого сильного тела у Чёрного красивое лицо. Тогда это станет совсем катастрофичным. Это уже болезненно близко к этому. — Я мечтал... — Чёрный ёрзает и смущенно говорит: — Поселиться подальше от всех на берегу моря. Выращивать фрукты. Ловить рыбу. Никаких людей и технологий. — Никаких людей, — повторяет за ним Белый и представляет родную планету, рыжий океан, зеленоватый песок и никого кругом... О, эта мечта такая сладкая... — Но тебя бы я хотел взять с собой, — прерывает затянувшееся молчание Чёрный. — Только тебя, наверное? — Почему только меня? — Ты... — Чёрный резко оборачивается к нему, и Белый едва успевает захлопнуть щиток на своём шлеме. — Люди обычно довольно злы со мной. А ты не такой. Не такой, думает Белый в ужасе. Ему, Самозванцу, говорят, что он не такой! Это вызывает истерический смешок. — Этого достаточно, чтобы ты был лучшим. — У тебя низкие стандарты. — Идиот, помнишь? — слабо шутит Чёрный и стучит по стикеру на своём шлеме. Белый хочет сорвать этот стикер с яростью тысячи солнц, но не решается. А спустя секунду выясняется, что у Чёрного развязались шнурки на ботинках, он падает и больно ударяется рукой... Белый просто ведёт его в медицинский. Он убивает Жёлтую в навигации, пока она в одиночестве прокладывает им маршрут. Он знает, что команда не любит её, никто почти с ней не ходит, особенно в те моменты, когда она берет на себя роль капитана. Он ломает ей шею, пока она смотрит в окно корабля, и бескрайний космос - последнее, что она видит. Это поэтично. — Знаешь, это мог бы быть не я, — говорит Розовый, вылезая из вентиляции. — Это мог быть только ты, я все просчитал. Двери закрыты, а команда играет в кто сильнее. Белый методично расчленяет труп. Розовый недолго смотрит на это, а потом замечает: — Чёрный побеждает всегда. На сердце становится тепло, и Белый мягко соглашается: — Да. Он запихивает конечности в мешок и топает к мусоросборнику рядом с кислородом и засовывает их туда. Розовый следует за ним. Внезапно говорит: — Надо убить его, этого Чёрного. Позже Белый не может объяснить, что произошло. С яростным озлобленным звуком он впечатывает Розового в стену и рычит, скаля несколько рядов своих зубов на голове и животе: — Не смей. Убивать. Чёрного. Розовый, сначала немного растерявшийся, хохочет. — О, это смешно. Это нелепо. Этот идиот? О, какая срань, — бормочет он. Белый отступает. Возвращается к голове и телу Жёлтой, на кровь вокруг и говорит. — Пожри, если голоден. Убирать за собой, настроения нет. К счастью, Розовый голоден всегда. После этого они вместе убивают Красного и Фиолетовую. На корабле остаётся Салатовый, Чёрный и Оранжевый. Они близки к победе, их даже не смогли вычислить, гребаные идиоты. Они даже думали на Чёрного. Они до сих пор так думают. Это они идиоты, а не он. Так Белый им и говорит во время очередного собрания. Решают пока никого не выкидывать. И это стоит Салатовому жизни. Им остаются двое, и Белый плевать хотел. Он не даст Розовому убить Черного, он увезет его на берег моря, где оставит живым и здоровым. Они снова сидят в столовой вдвоём. Нет ни Оранжевого, ни Розового. Чёрный внезапно говорит: — Он сейчас убивает Оранжевого, верно? Белый вздрагивает. Он хочет соврать, но не может. Поэтому он кивает. — Тогда... дальше моя очередь? — просто спрашивает Чёрный, и Белый чуть со всей дури не бьёт по кнопке. — Нет! Почему ты вообще решил так? — Потому что ты Самозванец, а я остался последним, что отделяет тебя от свободы. Белый судорожно вздыхает. — Как... как давно ты знаешь, что я Самозванец? — это ироничное слово, самозванец. Потому что он не приходил сюда сам. Его пленили и заставили делать то, чего он не хотел. — Еще с подготовительной программы. Черт. Черт! — Тогда почему ты не сдал меня? Чёрный молчит, а потом смущённо признается: — Потому что ты мне нравишься. Мир Белого блекнет, глохнет, оставляя только Чёрного. Только его. Единственного, кто не делал ему зла. Кто понимал его. Кто рисковал собой и был готов умереть. — Ты идиот. Эгоист и идиот, — бормочет Белый, решительно вставая. На корабле могут уйти только двое. И видит чёртов людской Бог, Розового среди этих двоих не будет.