Инфернальные видения

— Обычно рандомно освобождается только один, — говорит Паша, — так что не стоит зря напрягаться. Жанна несколько секунд смотрит на него с прищуром, а потом говорит: — Ладно. Пошли, обед почти закончился. Все шестеро пошли по длинному коридору, в конце которого была приветливо распахнута дверь в кухню. На столе уже стояло пять тарелок непонятно с чем, Влад достал шестую и вылил в неё содержимое жестяной банки без этикеток. Антон скептически заглянул в свою тарелку. — С едой здесь туго пока что. Мы не так давно начали выращивать овощи, урожай ещё не поспел, — сказал Влад и поставил тарелку перед Гринчем. Зелёный потёр лапы, вдохнул запах и принялся есть по-собачьи, чавкая и разбрызгивая еду. На секунду повисла неловкая пауза, и Стас решил, что это нужно как-то исправить. — Итак, — вздохнул он, переводя взгляд на Антона, — какие у тебя есть вопросы? — Даже не знаю, с какого начать, — пробубнил Антон, ковыряясь ложкой в тарелке. — Тогда я начну, а ты спрашивай в процессе. В общем, тот мир, из которого мы тебя вытащили, — симуляция. Реальные люди лежат в капсулах и вырабатывают вещества, необходимые для существования машин. Здесь, в этом мире… — А откуда вы знаете, что этот мир не Матрица? — спросил Антон. — Здесь никогда не бывает сбоев. Ну вроде тех твоих глюков, — подхватил Паша. — Получается, всё в том мире ненастоящее? И диплом… Я столько сил и нервов на него потратил, ночами не спал, трясся перед защитой, а выходит, это просто симуляция? — тихо размышлял Антон. — У меня были ощущения, что это чисто для галочки, но я не думал, что настолько. — В Матрице много что существует чисто для галочки. Например, животные, — сказала Жанна. — Что? Ты хочешь сказать, что животные в Матрице — это просто программы? — Ну да, — кивнула женщина. — Я последние два года ухаживал за своим больным котом, который жил со мной двенадцать лет, стал членом семьи, и мне пришлось его усыпить, потому что он страдал, а ты говоришь мне, что это всего лишь долбанная программа? — сквозь зубы прошипел Антон, сдерживая злые слёзы. Жанна не нашлась, что ответить. Она опустила взгляд. Ей были знакомы его чувства. Сложно поверить, что все события твоей жизни, вызвавшие столько эмоций, — не более, чем программа. — Знаешь, в симуляции самое ужасное не смерть, — вклинился Стас. — А что тогда? — Бюрократия. Нет, ты только представь, сколько времени люди тратят на то, чтобы собрать несуществующие бумажки и обменять их на другую несуществующую бумажку, которая даёт права, которые и так у всех есть! — Я в этом году получил белый военный билет, и радовался до чёртиков, а ты говоришь, что всего этого дерьма просто не существует. Может, ты мне ещё скажешь, что мой брат, которого я недавно нашёл, нифига не мой брат?! — рявкнул Антон. — Ну вообще… — начал Стас. — Заткнись! Антон прикрыл глаза, чтобы справиться с эмоциями. Жанна покрутила пальцем у виска, зло смотря на Стаса. Тот пожал плечами. На кухне снова воцарилась тишина, нарушаемая только чавканьем Гринча. — Ты какой-то чересчур молчаливый. И вообще, почему ты здесь, лохматый? И так быстро согласился нам помогать? — спросил Стас. — А тебе лишь бы всё знать, умник, — съязвил Гринч, оторвавшись от своей тарелки. Он показал пальцем на тарелку Стаса. — Ты будешь это есть? Стас притянул тарелку ближе к себе. Гринч пожал плечами, передразнивая его, и принялся вылизывать остатки консервов со стола.