Сектантское дитя

      Они никогда не остановятся.       Нас не отпустят.       Поможет ли нам кто-нибудь?       Люди писали эти надписи на пыльных стенах, причём пыльных на столько, что даже следы пальцев были покрыты тонким слоем пыли. Задача Харви — отдраить эти стены и полы. Он чуть пригнулся, смачивая и выжимая тряпку, а затем начал уборку. Комнаты, по которым ему предстояло пройти, были абсолютно не удобными: потолок был настолько низким, что Харви мог достать до него руками, если вставал на носочки. Однако потолок в коридоре был высоким, словно уходил далеко в небо. Значит, сделаны были эти комнаты для наказаний или вроде того. Харви не придал этому особого значения.        БЕГИ, ЕСЛИ МОЖЕШЬ!!! — гласила одна из надписей. Люди, жившие здесь, явно были недовольны условиями. А может быть своей судьбой. Харви собственными глазами видел, как братья Вороны тащили престарелого человека из одной такой комнаты в Большой зал, а затем раздавались крики. Те, кого туда уводили, больше не возвращались.       Самого же Харви держали в более человечных условиях. Его поселили в комнате недалеко от зала, пару дней откармливали (продавцы не кормили свой товар неделями) и теперь отправили работать. Правда из одежды у него была только серая майка, прикрывающая тело чуть выше колен, бельё и дырявые носки. В таком виде его и купил Мастер Ворон. У него был выбор между сотней детей, которые не смотря ни на что были очень энергичными, но взгляд его остановился на Харви, на маленьком ребёнке, сидящим в углу.       Из-за своего характера он был дешевле всех детей в полтора раза, но всё равно никто его не брал — уж слишком не похож на других. Однако Мастер заплатил за него полную цену, чем весьма обрадовал продавца, как и других детей. Харви и правда напоминал порой ожившего мертвеца. Он выделялся своей внешностью и поведением, не было никого такого же, хотя на рынке было множество детей, щенков, котят и прочих домашних животных. Такую паршивую овцу, как Харви, дети любили бить по почкам, пока он спал. Но терпение у него железное, а характер холодный и чёрствый. Абсолютное игнорирование избиений явно не то, что ожидали другие дети и сам продавец, и они откровенно его боялись. Зато культистам было это на руку.       Харви увидел, как из Большого зала толпой выходили сёстры Вороны, которые засмеялись, как только заметили его. Одна из них достаточно громко сказала, обращаясь к нему: «Скоро и твоя очередь!» Проводив их взглядом до конца коридора, Харви направился с ведром в зал. Резкий запах благовоний, дыма, сырого мяса тут же ударил ему в ноздри, заставив вздрогнуть. Кровь была повсюду, кроме, разве что, потолка и верхних частей стен, в некоторых местах она даже присохла. Было очевидно, что братья Вороны не убирались здесь, оно и понятно по их характеру: все ленивые и наглые, вплоть до ритуалов. Да и сёстры были не лучше, своим самолюбием они могли затмить даже самого отпетого эгоиста. По характеру лишь сам Мастер Ворон был достоин называться человеком, остальные же так, самодовольные твари.       Засохшая кровь отмывалась со стен и полов на удивление быстро, хотя и не с первого раза. Она была на самом деле повсюду, приходилось то сгибаться, то подпрыгивать. Из-за этого Харви почувствовал себя уставшим всего лишь на середине работы. На дрожащих от напряжения и раздражения запахами ногах, он дошёл до платформы, где и происходили ритуалы. По середине сцены был начертан круг из соли, вне которого стояли три потухшие свечки, от которых ещё исходили тонкие нити дыма. А в самом кругу на животе лежал мужчина около шестидесяти лет, полностью обнажённый, лишь с одной окровавленной набедренной повязкой.       Харви начал сгребать соль небольшой щёткой в кучку, убрав свечи в сторону к краю платформы. Из холла послышались медленные шаги, которые он проигнорировал. Чтобы продолжить работу, Харви попытался перевернуть тушку мужчины, или хотя бы сдвинуть. Но стоило ему прикоснуться к телу, как его вниманием завладела лужа крови карего оттенка. И вот, вскоре ему удалось выполнить задачу, но на месте тела осталась каша из внутренностей. Длинная кишка, словно шланг, тянулась из разреза на брюхе, заканчиваясь в комке из кожицы и плоти. Глазные яблоки мужчины были выколоты и раздавлены, после чего смешаны с кровью, смолой и влиты назад, а рот был зашит грубым швом. Увидев это, Харви выпустил всё из рук и согнулся на пополам, едва не закричав от такого противного вида, и его стошнило.       Человек, наблюдавший за этим, также медленно поднялся к нему на платформу, заглянув к трясущемуся ребёнку в лицо. Это был Мастер Ворон, он специально пришёл сюда чтобы убедиться в том, не будет ли у ребёнка шока. Но, не смотря на всю ту жуть, которую он здесь увидел, Харви не был в шоке, а тошнота — простая реакция организма на раздражение рецепторов. Про себя мужчина отметил, что для ребёнка семи лет он был очень спокойным, в такой то ситуации.       — Страшно, не так ли? — Мастер оттолкнул тушу обратно, пнув её под бок. — Вот такие жертвы приходится приносить в ночь вороного неба. Досадно, что божество требует от нас этого… Ты хочешь что-нибудь выпить? Воды, чаю?       — Воды, — тихо ответил Харви.       — Идём. Лучше подождать, пока братья унесут тело.       Мастер Ворон протянул ему руку, помогая встать обратно на ноги. Харви принял его помощь и неосознанно прижался к его руке, утянув её вниз и в сторону. Это был первый человек, которому он мог довериться, впервые за всю жизнь: продавец часто угрожал ему тем, что выбросит в канаву, дабы не платить налог. Только вот стоит ему доверять — это уже совершенно другой вопрос. Ведь сёстры Вороны говорили, что следующей непосредственной жертвой того же ритуала будет сам Харви.       Такова цена за возможность существовать в мире божества, живущего на вороном небе.