Неожиданная прогулка

— Владик, не раскисай. Мы справимся! — воодушевленно произнесла Алёна, проведя рукой по растрепанным волосам парня. Влад лишь убито вздохнул и закрыл лицо руками. Это конец. Сегодня они пришли к тому месту, где он в прошлый раз видел охотников, но их там ждало одно разочарование. Их лагеря даже след простыл. Они исчезли. Будто испарились. Но самое страшное, что они исчезли вместе с Астериксом. Где теперь его искать?! Никто ему на этот вопрос не ответит.  — Мы что-нибудь обязательно придумаем!  — Какой раз ты уже это повторяешь? — устало произнёс Влад, смотря снизу вверх на подругу. Он лежал на кровати, смотря вверх, пока Алёна сидела рядом и пыталась его успокоить.  — Это не конец! Из каких мы только передряг не выбирались и… — он оборвал её на полуслове измученным стоном.  — И зачем я только полез туда? Надо было сидеть дома, а теперь, мы даже не знаем, где его искать, — он перевернулся на бок, лицом к спинке дивана. — Это конец. Я испортил всё, что только можно было.  — Да ну, прекрати, — Алёна закатила глаза. — Всё будет нормально, я обещаю. Но для этого, нужно все рассказать девочкам.  — Ну нет… — начал возражать парень, но она его перебила.  — Ну да. И в первую очередь — Варе, — твердо заявила волшебница. Но Владу это воодушевление явно не передалось.  — Рыжик, пожалуйста, нет. Она ж с меня шкуру сдерет… — жалобно протянул Влад, уже заранее представив, какой грандиозный скандал его ждал. Конечно он понимал, что не имеет права рисковать жизнью Астерикса, но из-за всех событий, что происходили сейчас, их отношения и так находились под угрозой. Правда о его пропаже может всё окончательно разрушить.  — А я сказала — да! — отрезала Алёна, поднимаясь с места. — Я понимаю, ты переживаешь за ваши и так никакие взаимоотношения, но Астерикс в большой опасности. И ты не имеешь права волноваться за себя, в ущерб ему! Влад с некоторым удивлением посмотрел на подругу. Когда она успела так повзрослеть? Алёнка никогда не была такой серьёзной и рассудительной, даже наоборот: заставить её сесть и подумать было нереальным. А сейчас, она словно стала своей противоположностью. Неужели это ссора с Абрикосовым так сильно на неё повлияла?  — Ты права, — выдохнул Влад, — но… что я ей скажу?  — Ничего, — она выпрямилась. — Я вернусь на мельницу, и сама всё им расскажу. Ты оставайся в театре. Тебе нужно отдыхать. Да ещё этого своего… монстра кормить. Как хоть назвал-то?  — Да никак… — Влад задумался. Ему и в голову не приходило, давать коню имя, так как он думал, что долго держать его не будет.  — Вот и придумай, — Алёна прошла в коридор и стала одевать кроссовки. — Расслабься до завтра. Отвлекись, — она завязала шнурки и выпрямилась. — Тем более, думаю, он у тебя надолго задержится. Влад подошёл ближе и оперся спиной на стену. «Отвлекись». Легко сказать. Он уже предчувствовал, что этой ночью спать не будет. Как тут вообще можно расслабиться? Он опустил голову, устало вздохнув. От него точно — одни проблемы.  — Владик, — Алёна положила руки ему на плечи и слегка улыбнулась. — Не бойся, всё будет хорошо. Они не могли уйти далеко. Эти охотники торгуют животными в городе, поэтому скорее всего они просто перешли с одного места на другое. Я обещаю, мы найдём Астерикса. Влад выдавил из себя улыбку, стараясь показать ей, что всё хорошо. Внезапно, Алёна приблизилась и быстро коснулась губами его щеки. Больше не задерживаясь, она вышла за дверь, бросив напоследок короткое «пока». Влад в легком замешательстве смотрел на закрывающуюся дверь, ничего ей не ответив. Через некоторое время ступора, он мотнул головой, и накинул на плечи куртку. Парень взял с кухни последний ящик моркови, и открыв ногой дверь, вышел на задний двор через выход в другой части театра. На улице уже была невозможная темень, как-никак, на дворе почти осень. Лицо сразу обдало противным холодным ветром. Парень поёжился, когда этот холод забрался под тонкую куртку, и ускорил шаг. Стараясь ни на что не наткнуться, он вглядывался в примерные очертания различного барахла, валяющегося на заднем дворе. Видно, уборки это место не знало. Из узких окон, находящихся под самым потолком амбара, лился яркий жёлтый свет, и когда Влад приблизился, он уже мог перестать смотреть под ноги. Открыв дверь, он вошёл в помещение. Конь слегка дремал, стоя на ногах, но как только услышал грохот двери, поднял голову и взглянул на вошедшего.  — Ну привет, зараза, — усмехнулся Влад и поставил ящик перед конём. Он тут же ткнулся мордой, подбирая морковь. Влад заглянул в ведро и другие ящики.  — Ты посмотри, все подчистил. Ну и дармоед. Конь проигнорировал колкое замечание, продолжая хрустеть морковью. Влад собрал в стопку все пустые ящики, чтобы их убрать после того, как он поест. Парень отошёл к двери, и опёрся плечом на косяк, смотря на коня. Он даже и не задумывался, какую кличку можно ему подобрать. Может, что-то связанное с погодными явлениями? Ну там, Шторм? Хотя, нет. Торнадо? Слишком длинно. Ветер? Слишком просто. Может, как какую-то птицу? Сокол, или Беркут? Снова не то. Что ему может подойти? Или, может… Он замер, обдумывая этот вариант. А что, ему бы подошло.  — Слу-у-шай… — протянул Влад, чем привлек к себе внимание коня. — Я конечно понимаю, я тебе не хозяин и так далее, но ведь нам ещё долгое время придётся жить вместе, так что… Не против, если я дам тебе имя? Конь брезгливо поморщил морду и возмущённо заржал. Ему эта идея явно не нравилась.  — Да-да, я знаю, что ты думаешь, — Влад обошёл его, и приземлился на охапку сена, лежащую в дальнем углу. — Но согласись, не называть же мне тебя «конь». Зверь сощурился и неопределенно помотал головой.  — Ну так… Давай я назову тебя Аид? Звучит неплохо, правда? И тебе подходит. Все-таки, горы перечитанных книг, и в том числе древнегреческих мифов конкретно сказывались на его фантазии. Конь взметнул вверх голову и фыркнул, говоря этим: «Мне плевать, делай что хочешь». Влад улыбнулся, смакуя на языке придуманное имя. Аид. К его мрачному и недружелюбному образу это ещё как подходит. Аид опустошил весь ящик, и перекинув гриву на другую сторону шеи, тяжёлыми шагами направился к месту, где он спит. Конь завалился на бок на раскиданное на полу сено, подогнув передние ноги и вытянул голову. Он шумно выдохнул, и прикрыл глаза. Влад продолжал лежать на сене, с интересом наблюдая за конём. Несмотря на неестественную худобу, шрамы, запутанную и растрепанную гриву и хвост, которые он заработал от охотников, зверь не переставал выглядеть менее величественным и устрашающим. Необычные серебристые глаза горели уверенностью и гордостью, казалось, ничто не сломает волю этого скакуна. Хотелось бы и ему, находясь в столь безнадежной ситуации, чувствовать себя также самоуверенно. Тяжелые мысли захлестнули Влада, как только он перестал на что-то отвлекаться. Тревога поглотила его полностью, надавливая на горло, как холодный и густой туман. Его жизнь рушилась, как карточный домик, от одного дуновения ветра. Непонятная связь Вари с Абрикосовым, пропажа охотников и Астерикса — это просто свалило его с ног. Он не хочет ни ссориться с Варей, ни терять Астерикса, но третьего варианта не дано: или рассказать ей все сейчас, что и сделает Алёнка, или потерять Лира. Но если магия девочек и может помочь спасти его друга, то его с Варей не помирит никакая магия. Особенно, если все его опасения окажутся правдой. Он не перенесёт этого без последствий. Но больше всего ему мучали именно эти догадки, которым вроде и есть подтверждение, а с другой стороны их вовсе нет. И он не может этого узнать — может только медленно убиваться. Чувствуя нехватку кислорода, он резко вобрал в лёгкие воздух и опрокинул голову на согнутые колени. В руках появилась бешеная тряска, отдающая по всему телу. Сейчас бы просто почувствовать это мягкое тепло и слегка сладковатый, дурманящий запах. Как она осторожно, даже боязливо прикасается к щеке или растрепанным волосам, как нежно, хоть и неумело касается губ. Да, она была жёсткой и неприступной принцессой, но стоило им остаться наедине, вся эта самоуверенность и резкость мгновенно испарялась, оставляя место робости. Невыносимое отвращение свернуло всё внутри в узел, когда он представил, как до её губ мог дотрагиваться этот… На лице мгновенно появляется озлобленный оскал, а руки сжимаются в кулаки. Как бы он хотел размазать это недоразумение по стене. Чтобы он и не посмел приблизиться к его девочке. Невыносимое презрение и агрессия переходили в непередаваемую боль, которая вставала комом в горле. Он бы сейчас всё отдал за то, чтобы уснуть на пару месяцев, чтобы потом проснуться — и всё уже было нормально. Но такой возможности, увы не было. Влад откинулся назад, окончательно ложась на кучу сена. Взгляд остановился на одной точке на деревянном потолке, и он почувствовал необъяснимое отчаяние. Когда ж это всё закончится? Внутри все пылало от отчаяния и боли — он понимал, что от того, что просто будет пялиться в потолок, ничего не изменится, и нужно самому что-то делать. Но это было невозможным. Он просто беспомощен. Как в отношениях, так и в жизни.

***

 — Я вернулась! — сообщила Алёна, захлопнув за собой дверь. На мельнице была непривычная тишина, видно, все уже спали. Она взглянула на настенные часы. Хотя, это и не удивительно — десять часов вечера. Она сняла кроссовки, и тихо прошла на кухню, стараясь не создавать лишний шум. Алёна тут же включила чайник и вытащила из холодильника остатки колбасы и нарезанного хлеба. За весь день она ничего не ела — с самого утра они с Владом были в лесу, пытаясь найти тех самых охотников, но операция не увенчались успехом.  — Ну и где ты была весь день? — Алёна обернулась, и встретилась с внимательным взглядом Маши. Она стояла в дверях, наблюдая за подругой.  — У Владика, — Алёна заранее отрепетировала все свои оправдания. — Ему скучно одному целый день в театре. Маша прошла на кухню, и села за стол. Она с каким-то недоверием осмотрела подругу с ног до головы, и нахмурилась.  — И чем вы там занимались целый день? Алёна на секунду замерла, но всё равно быстро нашлась с ответом.  — Разговаривали. Немного прогулялись. Ему нужна компания. Он тоже не может целыми днями, один, в четырёх стенах сидеть.  — А Доспехи?  — Доспехи с Алисой по городу шарятся. Они почти не пересекаются.  — Ну ясно, — Маша подперла голову рукой и задумчиво уставилась на гарнитур, больше не задавая вопросов. Алёна вздохнула, понимая, что снова что-то не так. Налив в кружку чай, села напротив Маши.  — Как Варя?  — Снова целый день из комнаты не выходила. Мы её даже поесть не дозвались, — тихо произнесла Маша, переведя отрешенный взгляд на Алёну.  — Друида звали? — спросила Рыжова, чувствуя, как внутри неконтролируемо начала разрастаться тревога. Эта болезнь уже переходила все границы.  — Он говорит: «Наблюдайте. Возможно, просто очень сильная простуда». И больше ничего, — Маша вздохнула, уронив голову на сложенные на столе руки. — Нам от этого «Наблюдайте», не жарко, не холодно! Я уже не знаю, что можно сделать.  — Что ж с ней творится… — произнесла Алёна, отставляя от себя кружку с чаем. Аппетит отбило мгновенно. Варе не стало ни на каплю лучше, с тех пор, как она вернулась с театра. В тот же вечер, температура подскочила до тридцати девяти с половиной. И за эти дни так и не спадала сама, если не сбивать. Поэтому Варя практически питалась жаропонижающими и другими таблетками. Они совсем не знали, что делать — уже и брали у Кота уйму отваров, Маша все статьи в Интернете перерыла, от Ибн Дюка тоже никакой помощи. Они могли только надеяться, что все пройдёт само в скором времени, и больше ничего.  — Она уже спит? — спросила Алена, нарушив затянувшуюся тишину.  — Не знаю, наверное, — Маша наконец приподняла голову и откинулась на спинку стула, потирая виски. — Сходи к ней, может она ещё не улеглась.  — Хорошо, — Алёна поднялась со стула, и задвинув его, пошла к дверь, как вдруг замерла на пол пути, кое-что вспомнив.  — Слушай, Маш, — она обратилась к подруге, и та сразу подняла на неё взгляд. — Я должна тебе кое-что рассказать. Насчёт Влада и… Астерикса.  — Что-то случилось? — взгляд Маши сделался встревоженным.  — Да… Если коротко — Астерикса всё же поймали. Это долгая история, но он сейчас у охотников. Нам нужна помощь.  — Нам? — переспросила волшебница.  — Мы с Владом не справились. Охотники уехали со своего прошлого места, и чтобы спасти его, нужна ваша помощь. Влад боялся рассказать, из-за того, что думал Варя будет в бешенстве от таких новостей.  — Ох, блин… — вздохнула Маша, закатив глаза. — Человек-трагедия… Конечно мы поможем, но мне кажется, Варе это всё лучше не рассказывать. Она не в состоянии кого-то спасать — ей и самой не помешала бы помощь.  — Я не спорю, так и есть. А вы со Снежкой…  — Да, Ален. Мы поможем. Но Варе ни слова, хорошо? — Маша поднялась из-за стола.  — Конечно. Спасибо, Машенька, — Алёна приобняла подругу. Внутри загорелась надежда от её слов, ведь они точно смогут помочь.  — Не за что. Мы бы никогда не отказали в помощи, — она чуть улыбнулась. — Сходи к Варе, может, хоть ты ее уговоришь что-нибудь перекусить.  — Спокойной ночи! — пожелала Алёна, быстрыми шагами уходя в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Ей хотелось как можно скорее увидеть подругу, поговорить с ней. Если она ещё не спит.  — Варь? — тихо произнесла она, сунул голову в проём. В комнате было темно, были лишь видны очертания кровати.  — Заходи, — слабо и хрипло произнес голос. Алёна аккуратно прикрыла за собой дверь, и приблизилась к кровати. Варя лежала, отвернувшись к стене и чуть ли не с головой накрывшись одеялом. — Чего хотела?  — Поговорить. Как себя чувствуешь?  — Могло быть и лучше, — коротко бросила волшебница.  — Может, хочешь что-то перекусить? Маша говорит, ты целый день из комнаты не выходила.  — Ничего не хочу, — коротко ответила Варя, даже не поворачиваясь.  — Ты может и не хочешь, а твой организм с болезнью не справится, если ты объявишь голодовку! — возразила Алёна.  — Я же сказала, ничего не буду! Остань, — договорила волшебница и согнулась в приступе кашля. Алёна ошарашенно смотрела на неё, не понимая, откуда такая вспышка раздражения.  — Как хочешь. Спокойной ночи, — едва удержавшись от взаимной обиды, Алёна развернулась к двери, и быстрым шагом направилась туда.  — Стой, — одно слово заставило ее замереть на месте. — Прости. Не уходи. Алёна вернулась обратно, и присела на край кровати. Варя немного повернулась в её сторону, смотря усталыми глазами. Алёнка не могла сдержать сочувствия к подруге — и за что ей только такое наказание?  — Прости, я не хотела… — начала оправдываться Варя, как вдруг снова прервалась кашлем.  — Ничего, я знаю, ты просто не хочешь признавать то, что с тобой сейчас происходит. Всё будет хорошо, не переживай так, — Алёна попыталась её успокоить.  — Я знаю… просто, мне уже так надоело быть беспомощной, — она перевернулась на спину и уставилась пустым взглядом в потолок.  — Ты не беспомощна, — возразила Рыжова. — Просто немного заболела. Такое с каждым было, и не раз. Нужно просто подождать, пока не выздоровеешь.  — Надеюсь, — выдохнула Варя, и на пару секунд замолчала. Внезапно она снова повернула голову в сторону Алёны, и заговорила:  — Можно у тебя кое-что узнать? — получив одобрительный кивок, она продолжила. — У тебя когда-нибудь была такая ситуация, когда приходится намерено не то, что бы врать, а многое не договаривать человеку, который тебе дорог, ради того чтобы… не разрушить ваши взаимоотношения? Алёна неопределенно пожала плечами.  — А что бы ты сделала в такой ситуации? Продолжила молчать или всё рассказала?  — Вообще, конечно, зависит от ситуации… Но и то, что ты будешь что-то долго скрывать — никогда ни к чему хорошему не приводит. Правда всё равно вскроется рано или поздно, так что, наверное, лучше всё рассказать. Хотя… — Алёна неопределенно покачала головой, обдумывая дальнейшие слова. — Ложь может оказаться единственным способом сохранить хорошие отношения, так что это личное дело каждого, — она взглянула на Варю. — А ты зачем спросила?  — Просто интересно, — вкратчиво ответила Варя, задумчиво уставившись в стену, куда-то мимо подруги. Скорее всего, она соврала, но Алёна не придала этому особого значения.  — Ладно, раз тебе больше ничего не нужно, я наверное пойду, — поймав согласный кивок Вари, она поднялась на ноги. — Спать сильно хочется.  — Хорошо, — ответила Варя. — Спокойной ночи… и спасибо. Алёна кивнула ей, после чего направилась к выходу, и спустя пару секунд скрылась за дверью. Она незамедлительно отправилась к себе в комнату, предвкушая, как наконец-то сможет лечь спать и расслабиться. Этот день был слишком сложным.