Шах и мат

Лучи утреннего солнца пробивались сквозь жалюзи, падая на стол со множеством документов и папок с отчетами. Новый день, новые силы и новая работа. Но в вооруженном детективном агентстве каждое утро начиналось одинаково, а именно с ора и обвинений Куникиды в сторону Осаму. Это утро не стало исключением... - Дазай! - сидя за своим рабочим столом, очкарик злобно обратился к парню, который откинулся на спинке кресла и прикрыв глаза, слушал "музыку" в накладных наушниках. Не получив ответа, Куникида вздохнул и направился к Осаму. Подойдя к Дазаю и вновь окликнув его, Доппо сорвал наушники. - Дазай, долго прохлаждаться будешь!? Из-за инцидента с крысами у нас и так рук не хватает! - в позе *руки в боки* Куникида отчитывал Осаму, как мать ругает маленького ребенка. Шатен слегка приоткрыл глаза, и поняв, что его опять ругают, вздохнул и ждал, когда Куникида замолкнет. - Да, и Дазай, ты вообще выполняешь свое поручение? - скрестив руки на груди, светловолосый ждал ответа. - У меня все под контролем. Я прощитал все на несколько шагов в перед, да и козыри в рукаве еще имеются. На каждый план врага у меня есть свой. Можешь не волноваться, Куникида-кун - с самодовольной ухмылкой Дазай протянул руку, дабы забрать наушники. На самом деле Осаму уже был на грани. Он не спал пару недель, а большинство его информаторов уже были в морге. Оставшиеся же отказались связываться с таким человеком, как Федор Достоевский. Хотя человеком его мало кто называл. За ним уже давно закрепилось "демон". Даже мафия была осторожна, как никогда ранее. Организации объединились против общего врага, что означало, что угроза и правда большая. Пусть это и дало результаты, однако эта игра продолжается уже больше 6-ти месяцев. За это время погибло очень много людей, после чего Федор скрылся и больше ничего не предпринимал. В итоге Дазай начал прослушивать полицию, что бы найти хоть какую-то зацепку и с каждым днем выпивал все больше. - Предоставь мне отчеты в ближайшее время - скомандовал идеалист и ушел на свое рабочее место, так и не отдав наушники. - Оки доки - все так же улыбаясь ответил суицидник. Но времени на эти отчеты у него конечно же не будет. Классическая музыка и свет, который преломлялся в стеклах огромных витражей, дающих фиолетовый оттенок, только подчеркивали красоту парня, виолончель в руках которого звучала безупречно и очень красиво. Достоевскому тоже было не легко, ведь Дазай Осаму был более чем достойным противником. Первый и скорее всего последний, кто смог предугадать почти все его планы. Он вынужден был признать, что кому то удалось обыграть его в пусть даже нескольких партиях, однако лишь от мысли об этом воротило. Отложив виолончель, Федор наклонился над шахматной доской, что лежала перед ним на круглом столике. Его темные волосы запутанными прядками падали на глаза, слегка закрывая обзор. Сложил руки в замок и пытался просчитать ходы. - Что ж, похоже, что придется сменить приоритеты... Переставил пешку так, что бы та "съела" коня. Подозвав к себе одну из своих "шестерок" и ухмыльнувшись отдал приказ. Вечером следующего дня Дазай шел в агентство особенно торопясь. Он нашел возможную зацепку и хотел проверить архивы. Зайдя в кабинет, бывший мафиози тут же ощутил давящую атмосферу и почувствовал что то не ладное. Члены ВДА были подавлены и находились в неком шоке. Ацуши встал и вышел из кабинета, при этом позвав за собой наставника. Наклонившись спиной на стену, Ацуши посмотрел на Дазая растерянным взглядом и тут же отвел взгляд. Осаму уже начал понимать, что случилось, но не успел сказать и слова. - Куникида мертв - объявил тигр и с наворачивающимися на глазах слезами посмотрел на Дазая. Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Словно ударили по затылку, отчего подкашиваются ноги. Осаму молча стоял и пытался сохранить спокойный вид, однако внутри он был в полном шоке. Он все еще не верил в услышанное. - Дазай-сан... вы ведь... так и не выследили Достоевского, так? - беловолосый пытался собрать все свои силы в кулак, но вновь опустил голову. Вдруг тигренок почувствовал, как его тихонько гладят по голове. - Обещаю. Я найду его любой ценой... Раньше Ацуши не слышал такой интонации и голоса, какие сейчас были у Осаму. Не в силах поднять взгляд, тигренок лишь кивнул в ответ. Но стоило лишь Ацуши вернутся в кабинет, Дазай сам чуть не потерял самообладание. - Проклятье...- прошептал Осаму и ударил кулаком по стене.