"Как приструнить молодого героя" - пособие от Тони Старка.

— Так громко кричал о том, что я принадлежу тебе, а сейчас боязливо жмёшься к стенке. — Тони неодобрительно качает головой. Он неторопливо подходит к тумбе. Питер выглядит, как загнанный в угол зверёк. Его ладонь скрывает багровый след от чужой руки на бледной щеке. — Мистер Старк, не нужно. — на светлый пол комнаты падают солёные капли. — Я сделаю всё, как Вы просите. Я больше не ослушаюсь Вас. Я буду хорошим… мальчиком. Последнее он прибавляет не так уверенно. Голос вздрагивает через букву, интонация меняется со звонкой на приглушённую. Юноша неотрывно смотрит на мужчину перед собой. В приглушённом освещении его фигура мрачной тенью возвышается над провинившимся героем. — Столько обещаний. — янтарная жидкость постепенно заполняет стакан. Он не животное, чтобы пить прямо из бутылки. Тони делает объёмный глоток алкоголя. В голове не мелькает и мысли устремить свой взор на презренного мальчишку. Его не смущает, что тот в слезах устроился на полу возле стенки напротив кровати. Его незаинтересованность в активных действиях заставляет табун мурашек мчаться галопом по спине. — Есть ли основания верить тебе, Питер? Сейчас ты складно поёшь, ведь над твоей головой гильотина. Как только опасность минует… где гарантия, что мы вновь не столкнёмся с подобной проблемой, снова не окажемся в этом положении? — Её нет. — себе под нос шепчет подросток. Красивое личико блестит от влаги. Слёзы, сопли… всё смешалось, заливая по-детски круглые очертания щёк, пухлые губы, ложбинку под носом. Паркер всхлипывает, громко. Он не в силах сдерживать рыдания. Неприятные покалывания в груди от обиды мешают сделать полноценный вздох. Самый близкий ему человек сейчас так груб с ним, не даёт ему шанса, обвиняет. Тони не слеп. Несчастное дитя раздавлено. Не сказать, что их ссоры в последнее время — редкость, ведь подросток начал вести себя намного вызывающее, приобрёл юношеское упрямство, непробиваемую твердолобость, уверенность в себе и правильности своих убеждений. Здесь нужная твердая рука. — Тогда мне не о чём с тобой говорить. — Старк разворачивается в сторону заплаканного ребёнка. Он делает шаг, другой и сворачивает к одному из кожаных кресел. Его взгляд обрушивается на и без того сломленного беднягу. — Ты знаешь, что делать. Развлеки меня. — Развлечь? — Не строй из себя дурака, Питер. Я этого не переношу. Ты прекрасно понимаешь, что я имею ввиду. — два пальца отделяются от хватки ребристого стакана и указывают молодому герою на постель. Сердце вновь пропускает удар. Паркер чувствует его. Чувствует всем телом, как кровь с трудом разгоняется по венам и артериям, будто пересиливая себя. Тони любит наказания интимного характера, правда, в большинстве случаев, он рядом. Его руки в сотый раз изучающе обходят каждый квадратный сантиметр подтянутого тела, язык нагло вторгается в чужую ротовую полость. — Что мне за это будет? — диалог нужно вести иначе. Юнец, преодолевая страх, настырно задаёт не совсем уместный для его ситуации вопрос. Старк и бровью не ведёт. Он беспристрастно прожигает дыру в зажатом теле. Его взгляд заставляет тушеваться, прятать глаза. — Позволь напомнить тебе. — громкий голос эхом отражается от стен. Он беспощадно давит на остатки хрупкой психики ребёнка, заставляет подчиниться желаниям взрослого мужчины. — Ты не в том положении, чтобы торговаться со мной, щенок. Ещё раз раскроешь пасть и мне придётся помочь тебе захлопнуть её. Мы друг друга поняли? Безмолвный кивок. — Молодец. — одобрение впервые за последние двадцать минут. Это всё порядком затянулось. Гений не выдаёт своего раздражения. Ему нужно оставаться в образе. Мальчишка не спешит шевелиться. Он больше закрывается в себе, обхватывает согнутые ноги руками. За это время он не сдвинулся ни на миллиметр, даже не убрал руки со своей щеки. — Прекращай строить из себя жертву и трястись. Эта пощёчина заслужена тобой, твоей дерзостью и настырностью. — сталь в тоне не уступает хладнокровности ПЯТНИЦЫ. Сейчас Паркеру кажется, что даже её обращения звучат ласковее. — Вставай. Сейчас же. Яростные попытки мужчины докричаться до спрятавшегося в раковину подростка тщетны. Его голос не может пробиться через густую пелену тумана. Мышцы перестают слушаться хозяина. В них появляется энергия, чтобы совершить действие, задуманное в голове, они наливаются силой… но дальше этого этапа продвинуться не получается. Его сковывает страх, внутренний барьер, который он построил, как только вошёл в эту комнату, услышал голос Тони. — На поле боя тоже будешь сворачиваться калачиком и реветь в колени? — ему не отвечают. — В таком случае, костюм Человека-Паука останется у меня ещё на долгое время. Чувствительная точка задета. Паркер испуганно таращится на наставника. Его место в Мстителях, близость к героям, близость к Тони важны ему. Он не хочет, чтобы Старк смотрел на него, как на очередную куклу, повисшую на его шее. Он хочет быть рядом с ним, помогать ему, когда это потребуется, ведь потерять его для юноши значит потерять всё. Он привязан к этому человеку душой и телом. Тони стал для него особенным во всех проявлениях, несмотря на то, что сейчас происходит. В глубине души, какая бы обида не таилась в сердце, Питер понимает, что это часть процесса его воспитания. С ним так строги, потому что хотят, чтобы он не был… таким, как Железный Человек. Ни характером, ни поступками. — Мне надоело ждать. У меня заканчивается алкоголь. — теперь миллиардер не скрывает своего раздражения, он прямо на него указывает. Предупреждает. — Я считаю до трёх. Если ты будешь ещё в одежде… На этот раз Паркер понимает, что ему пытаются сказать. Он поднимается на ноги. Те затекли за то время, что ему пришлось просидеть в неудобной позе на жестком полу. По сравнению с плиткой, кровать сравнима с воздушным облаком. — Уже лучше. Подросток элегантно располагается посреди матраца. Юноша упирается пальцами левой руки в мягкую поверхность, в то время, как его правая ловко снимает просторную футболку. Идеальная кожа без единого изъяна. На ней нет ни детских шрамов, ни родинок, ни царапин. Изгибы тела плавные. Он будто вытесан из камня древнегреческим скульптором. Его тело нельзя назвать иначе, как произведение искусства. — Дальше. — миллиардер облизывает мальчишку глазами, пялится на все интересующие его части. Его пальцы нетерпеливо стучат по подлокотнику. Одобрения от зрителя служат проводником для парня, ведь тот боится сделать лишнее движение. Шаг вслепую и он сорвётся в пропасть. Пальцы плохо справляются со столь мелкой работой — расстегнуть пуговицу на джинсах, молнию. Ему требуется чуть больше времени, чтобы избавиться от них. Руки слишком сильно трясутся от волнения. — Продолжай. — приказной тон заставляет Паркера вздрогнуть и боязливо озернуться на мужчину. Он уже цепляет резинку трусов, чтобы стянуть их, как его внимание переключается на комод. Рука Старка бесцеремонно шарится в одном из ящиков. Он усердно старается что-то найти среди… До Питера доходит, что это за ящик. — Не отвлекайся. Я до сих пор вижу на тебе нижнее белье. — сначала к коленям юноши прилетает небольшой тюбик лубриканта, затем аккуратная коробочка. Её ещё ни разу не открывали. Глаза юного героя бегают с неожиданного подарка на его дарителя. Он не знает, что ему следует ожидать… вряд ли что-то хорошее. — Смелее. — его вновь подталкивают к действиям. Выбора не остаётся. Он с осторожностью кошки поддевает ногтём крышку. Вещь упакована хорошо. Сразу не видно, что скрывалось в закрытой коробке. Ему приходится преодолеть ещё один слой шуршащей упаковки, чтобы наконец явить свету металлическую пробку с ярко-красным камнем у основания. Тони нахально улыбается. — Тебе нравится, малыш? — Да… очень. — врёт и краснеет. В отличие от Старка, которого тянет на эксперименты, он старательно избегал того, что выходит за рамки нормального. Для него неприятны необычные или посторонние предметы в постели. Первые несколько раз он чуть ли не с истерикой бросал игрушки обратно в мужчину, выл, отбивался. Со временем это прошло. Его перевоспитали. Теперь юноша не испытывает ничего, кроме горького отвращения. Ему придётся красоваться перед Тони с пробкой… между ягодиц. — Знаю, что нет. Можешь не оправдываться. Устрой своему папочке шоу. Давай, детка, я верю, что ты сможешь сделать всё так, что после я просто не смогу смотреть на тебя… — мужчина облизывается. Алкоголь ему уже не интересен. Он пожирает мальчика взглядом, полным любопытства. — Без прикосновений. Паркер откладывает незатейливую игрушку от себя на приличное расстояние. В его ладони оказывается смазка. Он поворачивается к мужчине спиной. Сейчас ему будет удобнее встать на четвереньки и демонстративно растянуть себя. Он уже делал это однажды, значит, сможет повторить. — Прогнись в пояснице. Подросток не без усилий душит желание огрызнуться. Он шире разводит ноги, старается найти более удобное положение. Одна рука вновь помогает ему не потерять баланс и не рухнуть лицом в подушки. Щелчок. Крышка тюбика открылась. На пальцах оказывается густая жидкость. Пит вздрагивает всем телом, когда подушечки пальцев касаются нежной кожи. Те обводят кольцо мышц по кругу. Один нерешительно пытается проникнуть внутрь. Получается легче, чем он думал. Указательный, безымянный и мизинец прижимаются к округлым половинкам, пока средний без проблем входит полностью. — Думаю, так ты мало чего добьёшься. Он тихо пыхтит. К среднему подключается и безымянный. Темп движения постепенно ускоряется. Фаланги сгибаются внутри. С его губ слетает первый стон, второй, третий. С каждым разом он становится громче. Рука с громкими хлопками ударяется о нежную кожу ягодиц. — Достаточно. — строго произносит Старк. Хорошо, что в этот момент он не видит личика своего молодого партнёра. Тот недовольно хмурит брови и закусывает губу. Каков соблазн ослушаться! Для него это закончится плачевно. Пальцы с сожалением покидают тело. Он подтягивает к себе ту коробку, что мужчина дал ему какое-то время назад и вызволяет из её оков игрушку. Честно, у самого Паркера язык не поворачивается назвать это игрушкой. Здесь скорее он сам игрушка… красивая кукла. Делает, что скажут, стоит надавить. Холодный металл быстро нагревается от тепла пальцев. До того, как вставить в себя посторонний предмет, юноша долго раздумывает, как сделать это аккуратнее, правильнее. Он не может найти нужного угла, вертит тупым концом каплеобразной пробки по кругу. Тони не может на это смотреть! Он оказывается рядом за несколько секунд. Тонкое запястье заковывает сильная рука, направляет в нужную сторону и чуть давит в ответственный момент. Красный камень не смотрится слишком натурально, зато весьма красиво. — Великолепно. — мужчина не сдерживает порыва тактильности. Пальцы впиваются в упругие ягодицы, разминают, разводят в стороны. Он доволен собственной работой, правда, любуется недолго. — Поворачивайся к папочке лицом, малыш. Звон ремня. Треск расстёгивающейся ширинки. Тони спускает брюки до уровня колен. Он высвобождает из-под нижнего белья собственный орган. Действия мальчишки могли не возбудить только импотента. Идеальное тело, сладкие стоны, непристойные вещи, что творили эти пальцы, пробка с камнем между ягодиц… — Будь умницей и в этот раз постарайся хорошо вылизать мой член. — Старк передразнивает его. Тем не менее, от этого есть толк. Подросток резво приступает к своим обязанностям. Юноша смотрит на него не без опаски.