Обеспеченный счастьем

Дональд знал, что нагрешил в той жизни. Иначе почему ему досталась такая сестра? Они были слишком разные: другие интересы, мечты, желания и отношение к жизни. Если бы Даки не были родственниками, то они бы никогда не познакомились. Несмотря ни на что, Дон считает её лучшей сестрой в мире, он не знает кто бы его терпел, если бы не Делла, ведь они — отличный дуэт. Почти всё время блондины проводили вдвоём, им всегда было о чём поговорить, даже несмотря на то, что они слишком разные. Самое сложное с чем Дак не смог смириться это отмечать день рождение в один день. Такой активной непоседе как Делла ну просто не совместим ленивый утёнок Дональд, который предпочёл в свой день рождения остаться дома, нежели искать приключения на свою утиную задницу: — Вставай, Дональд, — Делла прыгнула на кровать к брату, толкая его из зо всех сил. — Неужели ты забыл какой сегодня день? — Делла — вредина, — Дон недовольно закрывал лицо подушкой. — Хоть раз в году дай мне выспаться! — его недовольные крики прекратились, когда Фонтлерой увидел как его сестра кладёт небольшую коробочку. — Ты должен открыть это, — приказала Делла своему близнецу. Его брезгливость сразу же пропадала после подарков от Тельмы. Он знал, что блондинка умела делать прекрасные сюрпризы. — Это что, медиатор? — Дон восхищённо разглядывал небольшую пластину чёрного цвета. — Ага, специально для твоей гитары, нравится? Эти моменты вызывали у Дональда детскую радость. Да, Делла была тем ещё дитём, Дон же играл роль старшего брата. Но он её любил, нет, обожал. — Как же я тебя люблю, зануда. — А я тебя, глупый Донни. Делла была невыносимой, назойливой, меркантильной и вредной. Близнецы часто дрались, ругались, но их дуэт прекрасных Даков становился лишь крепче. Все неприятности на пути они проходили вместе, смеясь в лицо опасностям. С таким дядей как Скрудж Макдак близнецы стали чаще проводить время друг с другом. Их совместные поиски сокровищ нравились всем, даже Дону, который не любил выходить из дома. Их детские игры прекратились, они стали взрослее и решали вопросы более цивилизованно. — Прекрати драться! Как дети малые! — Скрудж своей тростью отталкивал племянников друг от друга, всё же за много лет никто из близнецов не изменился. Брат всегда стоял за свою сестру горой, защищая её от хулиганов, злодеев или от других опасностей. Несмотря на то, что Тельма была в состоянии постоять за себя, иногда уточка давала возможность Дону показать себя настоящим героем, ведь она любила его и сильно гордилась им. Но иногда случалось так, что Делла могла сама оставить синяк под глазом брата. — Вы опять поссорились? — Скрудж удивлялся близнецами. То мирно сидят, то орут друг на друга и размахиваются кулаками. Делла была очень чувствительная, колкие шутки и обидные слова брата часто доводили её до слёз, уточке приходилось давать сдачи. Но Дон часто понимал, когда перегибает палку и приходил обнимать сестру в качестве извинений. Делла всегда любила ссориться с братом, чтобы помириться с ним, этот наглый утёнок не давал обнимать себя просто так. А Тельме хотелось, ведь она его так любит. Делла была настоящей фантазёркой и мечтательницей. Каждый раз, когда близнецы смотрели на звёздное небо, уточка включала воображения, представляя какой же она будет лет через двадцать: — Хочу завести себе попугая. Или морскую свинку, если Скрудж разрешит. — Хочу большой дом, куда перееду со своими детьми. — Хочу летать выше облаков. — Хочу покорить Луну. — Луну? — смеялся Дональд. Он всегда смеялся, не воспринимая её слова всерьёз. Дон не мог понять почему ей сдалась эта Луна, а Делла обижалась на него за то, что тот не верил. Но Дон всегда гордился Деллой. Он смотрел на неё счастливыми глазами, когда узнал, что та подарила ему трёх прекрасных племянников. Блондин видел в ней не только прекрасную сестру, но ещё и мать. Он хотел, чтобы тройняшки были их копиями в детстве, Делла лишь поддерживала это желание. Дон недоумевал, когда узнал, какой подарок их дядя хочет сделать матери троим детей. Ещё сильней удивило его то, что Делла не против. — Ты серьёзно хочешь полететь на Луну? Делла, мы уже не дети, разуй глаза! У тебя скоро такие же появятся, ты должна думать о том, как воспитать их! — Это мечта всей моей жизни, — Делла всегда была такой наглой и упрямой, прямо как её брат. — Другого шанса не будет, понимаешь? — А ты не боишься, что у детей не будет матери? Он боялся не только за детей и за Деллу, но и за себя. Он не представлял свою жизнь без своей близняшки. — Что может со мной случиться, Дональд? Подумай сам, у меня высокий стаж, я не первый год управляю самолётами! — Ракета, — перебил блондинку брат. — Это ракета, а не самолёт! Кто поможет тебе в открытом космосе? Думаешь, на Луне есть жители? — Ты же управляешь своими лодками, чем я хуже тебя? Под водой тоже нет русалок! — Да ты эгоистка! Ты ничуть не изменилась, осталась такой же маленькой и глупой девочкой, как и раньше! Тебя волнуют лишь свои хотелки! Подумай о детях, Тупелла! — А я и думаю о них! Всегда! Не хочу, чтобы ты воспитывал их! Он злился на Деллу, она на него, селезень был ужасно зол и надеялся, что та услышит его. Этого не произошло, блондинка бросила их, улетев на Луну… Для блондина было больно узнать о том, что его сестра пропала в открытом космосе. «Её нет» — твердил сам себе селезень, но не хотел в это верить. В этот вечер он много плакал, виня себя в произошедшем. Он не мог прожить без Деллы ни дня, Дон не мог осознать, что тот её больше никогда не увидит. — Делла, за что ты так со мной? — его сердце разрывалось, он стучал кулаками об стену, не зная как выплеснуть всю свою боль наружу. Его утрату никто не мог понять, он не видел смысла жить без его Тельмы. Для неё этот полёт был как глоток свежего воздуха, как избавление от рутины и забывание про все проблемы. Для Дональда — страдания, которые длились больше десятилетия. Дак был прав, дети Деллы стали полными копиями его сестры, отчего на душе лучше не становилось. Он видел Тельму везде и всё ещё не мог смириться, что её нет. Когда племянники Скруджа переехали в особняк, то стало ещё хуже. Он до сих пор помнил все моменты связанные с сестрой в этом доме, а свои дни рождения Дональд больше не отмечал, селезень стал ненавидеть эту дату. Блондин старался не думать, просто забыть как страшный сон, стал твердить себе, что она переехала на необитаемый остров. Вопросы мальчиков, битва с Магикой, опасные приключения, боязнь за мальчиков и за всю семью выбивали Дональда из колеи. Он старался из зо всех сил заменить детям мать, но он понимал, что роднее Деллы им никто не будет. Все приключения ему надоели, они были не такими как раньше. — Дядя Дональд, ты так о нас заботишься, поэтому мы решили отправить тебя в отпуск! Отдых Дону был необходим. Он бы мог на месяц отдохнуть и забыть про все хлопоты. Однако, всё пошло не по плану, когда тот увидел как ракета приземляется на Землю: — О боже, — Дак побежал в сторону крушения. — Этого не может быть! Делла, ты здесь? Вместо шикарного круиза, Дона ждала поездка на Луну, к которой он вообще не был подготовлен. Он был в открытом космосе, увидел мечту Деллы своими глазами. Осознание того, что Делла жива, что уточка совсем недавно ходила по этой земле не давало покоя. Но сейчас, когда всей семье угрожает большая опасность, Дак сделает всё возможное, чтобы спасти их. И Деллу в том числе, чтобы потом хорошенько на неё наорать. Теперь он пропал, оказался на необитаемом острове и собирался провести на нём всю оставшуюся жизнь, по крайней мере так считал Дональд. Но встреча с Деллой перевернула его жизнь. — Дональд? — Делла? Казалось, что та, которая давно погибла стоит около него, разговаривает с ним. Он скучал по этому голосу, как же ему не хватало её и как он был зол на эту несносную уточку: — И где ты был? — И где ты была? Всё повторяется, они снова вместе. Близнецы Даки могут то поссориться, то обнимать друг друга в знак применения. Дональд не мог держать себя в руках, ведь всё снова встаёт на свои места. Они снова путешествуют вместе, спасают мир. Их прекрасный дуэт Даков снова в полном составе! — Делла, — после того как утки вернулись в особняк, Дон решил заговорить с сестрой. — Нам следует поговорить? — Донни, прошло так много лет и я долго думала над нашими последними словами. Прости меня, я правда рада, что ты воспитал моих детьми и смог поставить на ноги троих утят. Я горжусь тобой, — Дак бросилась обнимать своего брата. — Прости, что не верил. Ты смогла доказать мне, что тебе всё нипочём, — он крепко прижимал сестру к себе и был не намерен отпускать её больше. — Я горжусь тобой, сестричка. Ему не хватало этих слов, он уже десять лет не к кому не обращался как «сестричка».