Девочка-которая-попала... А девочка ли?!

Давно у меня не было настолько отвратительного утра — сначала меня разбудил патронус миссис Уизли, будто я без нее встать не смогла бы; затем, когда я готовая спустилась вниз со своим чемоданом, выяснилось, что ни Рон, ни близнецы еще даже вещи не собрали до конца, и вниз я спустилась рано, а я еще могла бы поспать, между прочим. Внизу уже были мистер Уизли, Гермиона и Перси, которого я вчера не видела. И тоже все недовольные. Позавтракать я нормально тоже не смогла, притащился Рон и начал жрать все в поле своего зрения так, что есть мне расхотелось совсем. Ладно я хотя бы успела кофе спокойно выпить у себя в номере и заказать пару бутербродов с собой в дорогу. Так что я просто сидела рядом с Грейнджер и ждала когда мы уже поедем. Вчера Артур сказал, что за нами должна приехать министерская машина и мы все поедем на ней — всяко лучше чем толкаться в метро. Весь завтрак Молли с Артуром переглядывались и периодически смотрели на меня, мол дошел до меня вчерашний разговор или нет. А мне было пофиг, я старалась не так сильно зевать. Режим режимом, но поспать подольше я люблю. Наконец, Артур сообщил, что машина подъехала к бару (и как он понял?), и мы всей толпой подтянулись к выходу. Приехали на вокзал мы за 5 минут до отправления, все проскочили через разделительный барьер и, скомкано попрощавшись со взрослыми, разбежались кто куда — близнецы, увидев своего приятеля, тут же умчались к нему; Джинни побежала к своим однокурсницам; Перси ушел в вагон старост, кажется; ну, а мы пошли искать свободное купе. Дойдя почти до конца вагона, мы зашли в купе, в котором уже спал наш будущий учитель-оборотень и расселись на свободные места. Я села у окна, как раз напротив Люпина, рядом со мной сел Невилл, которого я выцепила из другого купе, а напротив нас уселись Рон с Гермионой. Рон, конечно, пытался возмутиться тем, что рядом со мной сел Невилл, но я выкрутилась, показав Адель — Уизли как увидел мою змейку, сразу передумал пересаживаться и даже крысу в клетке оставил. — А почему ты вчера нам не сказала, что купила еще питомца? — поинтересовалась Грейнджер, смотря на Адель, но боясь притронуться к ней. — Забыла.- ответила я с небольшой паузой. — Тем более мне было как-то не до этого, особенно, после того, что я узнала о Сириусе Блэке. И я рассказала им то, о чем мне вчера поведал Артур. — Ого! А что, если мы его поймаем? Представляете, сколько нам заплатят золота?! — радостно загорелся Уизли. — Не говори чуши, Рон. — осекла его Грейнджер.- Это же преступник, он сбежал из самого Азкабана! А я читала, что оттуда еще никто никогда не сбегал. Мы еще дети, и не сможем справиться с ним в одиночку. — Тем более, я пообещала твоему отцу, что не буду сама искать с ним встречи.- добавила я, смотря на недовольную физиономию шестого. — Ну и правильно.- тихо согласился с нашими выводами Невилл. Уизли еще что-то хотел сказать, но в этот момент мимо купе проезжала тележка со сладостями — я не стала покупать, сославшись на то, что взяла с собой пару бутербродов. Лицо Уизли в этот момент перекосило, а лицо и шея тут же покраснели — видно хотел мне что-то высказать, но сдержался. Да уж, похоже бывшая хозяйка тела постоянно проставлялась для него. Но я не она, у меня хоть деньги и имеются и детей я обижать не люблю — в прошлой жизни своим детям я покупала все, что они просили — но себя использовать не дам. Пусть привыкает. Грейнджер было фиолетово, она читала очередной том и ей было наплевать на внутренние переживания своего рыжего друга. А Невилл, как и я, тоже достал свои бутерброды, и мы вместе неплохо похомячили их, разумеется, сначала предложив немного Рону, который отказался, сказав, что у него есть свои, приготовленные матерью. Мы ехали и болтали о всякой ерунде — Рон разорялся на тему своих любимых «Пушек Педдл», Гермиона периодически вставляла свои замечания по прочитанным ею книгам за третий курс, а я старалась втянуть в разговор и Невилла, но уже на другие темы. Еще через некоторое время поезд резко затормозил и остановился, все начали вылезать из купе и выяснять в чем причина; Рон с Гермионой и Невиллом начали выдвигать теории, что могла случиться какая-то авария на путях, что машинисту стало плохо, на худой конец, что к нам в поезд пробрался Блэк. А я сидела и думала, какая же я дура, что забыла о дементорах. И даже никакого счастливого воспоминания в голову не лезет как назло, и заклинания я не знаю. Ладно, нечего слезы лить, авось пронесет. Тем более что у нас Люпин есть. Но через минуту я пожалела о своей беспечности: в нашем купе становилось все холоднее и холоднее, и стало казаться, будто этот холод хочет залезть мне под кожу, и забрать у меня самое дорогое — мою жизнь. Сейчас, в эту самую минуту, я поняла, что не хочу так глупо умереть, не хочу, чтобы мою душу забрало это жуткое существо… Одним быстрым движением я прыгнула к двери купе и попыталась ее закрыть, будто это могло помочь избавиться от этого жуткого ощущения пустоты, от этих жутких демонов. Уже почти сделав это, мне помешала рука — черная, вся в струпьях, разложившаяся нечеловеческая рука с длинными как у зверя когтями — я в ужасе отлетела назад и, кажется, упала на Невилла. Двери купе начали открываться тихо, как в каком-то фильме ужасов, я выдохнула и будто в замедленной съемке наблюдала, как в наше купе начал заходить дементор и протягивать свою руку ко мне. Я еще отстраненно успела за долю секунды подумать — «Ну почему я первая?» Перед моими глазами стали проноситься хаотичные видения из моей прошлой жизни — известие о смерти моего мужа, похороны, слезы моих детей, мое одиночество, моя боль… -Неееееееет! — я не знаю, как смогла заорать, мне казалось, что мое горло схватили тиски и крепко сжали. Из последних сил, уже проваливаясь в бездну, я успела увидеть «лицо» своего палача — без глазниц, со струпьями, а вместо рта черная дыра. Когда я очнулась, мне сразу же вручили плитку шоколада в руки, которые так сильно тряслись, что я то и дело роняла ее. Все мое лицо было в слезах, меня трясло, и почему-то очень сильно болела правая рука. Я подняла взгляд — напротив меня сидел трясущийся бледный Невилл с такой же плиткой шоколада в руках, а рядом с ним была Гермиона, бледная, но что-то тихо говорящая ему на ухо. Рядом со мной сидел Рон, бледнее чем обычно — это он мне все время впихивал плитку шоколада. — Гарри, ты нас так напугала. — оторвалась от Невилла и тихо проговорила Гермиона. — Зачем ты схватила дементора за капюшон? Что я сделала? Я. схватила. дементора? С каким-то неверием я уставилась на свою больную руку. — Это было классно, но жутко! — восхищенно проговорил Рон.- Хорошо, что Люпин успел отогнать дементора с помощью заклинания. — Рон! Профессор Люпин. — поправила его Грейнджер.- Между прочим, это заклинание называется «Эспекто Патронум», оно призывает магического защитника. Его изучают на старших курсах. — А где сейчас Профессор Люпин? — кое-как отойдя от шока, задала очевидный вопрос я. — Он пошел узнать у машиниста, когда мы прибудем.- ответила мне Гермиона. Я кивнула и стала есть шоколад. Мне все еще было плохо, этот жуткий холод никуда не ушел, а если я прикрывала глаза, то мне все время казалось, что дементор еще здесь — настолько сильно он произвел на меня впечатление. Деткам может и не сильно досталось, а вот у меня, у взрослой души, в прошлой жизни с головой хватало плохих дней. Я вздохнула. И посмотрела на Невилла. Бедный ребенок наверное вспомнил, как пытали его родителей. Через несколько минут машинист на весь поезд оповестил, что скоро прибудем на станцию Хогсмид. Наконец-то!