I purple u

Сидя в кафе недалеко от дома, в ожидании старшего брата, Тэхен то и дело обновлял один конкретный диалог, в надежде что появится новое сообщение. Он так делал не первый день и даже не первую неделю — сегодня три месяца и двенадцать дней как его собеседник не выходил на связь ни в одной социальной сети. — Все еще надеешься, что мелкий тебе напишет? — на плечи опускаются руки брата, которые слегка сжали мышцы. Молодой человек в пальто, на котором таяли снежинки в теплом помещении, сел напротив Тэ, улыбаясь. — Как практика? — В порядке, — юноша откладывает телефон экраном вниз, слегка пожимая плечами. — Джин-хен очень помогает порой, передай ему спасибо. — Конечно, — старший Ким усмехнулся. К столику подошел официант, готовый выслушать заказ. Оба брата жили не далеко друг от друга, однако встретится и поболтать получалось крайне редко — у старшего, Намджуна, работа в офисе и семейная жизнь со своим соулмейтом Джином, с которым они серьезно подумывали об усыновлении ребенка. А младший, Тэхен, был занят практикой в одной из престижной компании, в которую смог попасть из-за своих отличных оценок в университете. — Совсем никаких новостей? — с грустью в голосе спросил старший Ким, смотря на телефон брата. Тот тоже кинул взгляд на свой мобильник, вот-вот порываясь вновь взять его в руки, но сдержавшись. В ответ Тэ только отрицательно покачал головой. Старший знал все его беспокойства по поводу отсутствия ответа от собеседника Тэхена — ведь человек по ту сторону экрана был никем иным как соулмейтом младшего Кима. Познакомились парни совершенно случайно — на форуме по обсуждению любимой игры. Тэхену не понравились высказывания одного парня, из-за чего он начал доказывать свою точку зрения. После спор перекочевал в личные сообщения все на том же сайте и, наверное, и не закончился бы никогда, если бы второй участник беседы неожиданно бы не спорил у Тэхена после его огромного сообщения — как тебя зовут? Чонгук — именно так звали парня, — оказался очень начитанным малым, который готов был поддержать чуть ли не любую тему, предложенную Тэхеном. И это несмотря на то, что Чон был на два года младше Тэ — и когда Ким уже был на третьем курсе университета, Чонгук только поступил на первый и мало что знал. Они общались днями и ночами напролет, переходя с того сайта по любимой игре в личные сообщения в KakaoTalk. Они писали друг другу о погоде с утра, о учебном дне, и об ужине вечером, а иногда и ночью. Тэхен в Тэгу, Чонгук в Пусане и от этого было куда интереснее. Когда парни дошли до видео-звонков, их общение переросло даже в совместные прогулки — оба выходили из дома пройтись по улице со включенными камерами, показывая друг другу достопримечательности своего города. Но лица друг другу не показывали — только окружающее их пространство или местность. — Чонгук, — Тэхен лежал в своей комнате на кровати, смотря в потолок. Его телефон лежал со включенной громкой связью на подушке рядом с головой. Старший только вернулся с университета после четырех пар. Мучительных пар. — Да? — послышалось на том конце провода. Голос стал уже таким привычный, потому что Тэ слышал его чуть ли не 24/7 — звонки, голосовые сообщения, видео… — Давай покажем лица друг другу? Послышалось молчание, из-за чего Тэ очень напрягся. Не было слышно даже дыхания или малейшего шороха на заднем плане — мертвая тишина. Это пугало так, что сердце старшего было готово вот-вот выскочить из грудной клетки. — Давай, — тихо послышалось рядом с ухом, от чего Ким аж подскочил с кровати. Чонгук согласился. Чонгук очень красивый. Особенно когда смущенно заулыбался в камеру, стеснительно шепча «Хен» в ответ на комплимент старшего. После этого осыпались селфи друг другу, созвоны вовремя домашки — парни ставили телефоны напротив себя и делали вместе задание. Тэхен время от времени помогал младшему, что-то подсказывая. — Ты не против если Джин подойдет к нам? — Намджун отвлек младшего, слегка касаясь руки брата. Тот аж дернулся от неожиданности, возвращаясь в реальность из глубины своих воспоминаний. — Да, конечно, — Тэхен улыбнулся свой квадратной улыбкой и закивал старшему. Джин появился совсем скоро — будто был неподалеку от их места встречи. Молодой человек сел рядом со своим парнем, здороваясь с Тэхеном, хотя оба виделись сегодня в офисе. Джин положил свою руку на руку Намджуна, слегка поглаживая и сжимая. На их правых руках под костяшкой мизинца виднелась одна татуировка — которая на деле являлась знаком соулмейтов и повторений места и рисунка невозможно. Это был цветок сакуры, которые молодая пара истолковала для себя как символ их красивой и цветущей любви. На руке Тэхена тоже был знак — фиолетовое сердце на правой руке на мягкой части между большим пальцем и указательным и больше походило на забавный синяк. Парню нравился фиолетовый ведь это последний цвет радуги, который переходит в бесконечность. — Что у тебя на руке? — Тэхен уже закончил писать свое задание и теперь просто сидел, наблюдая за тем, как Чонгук старательно выписывал буквы в рабочий лист. На его правой руке помимо татуировал виднелось что-то фиолетовое как раз между большим и указательным пальцем. — А? — младший поднял голову и со взглядом маленького олененка посмотрел в камеру мобильника. После юноша посмотрел на свою руку. — Тату и соулмейт-метка. Они за четыре месяца общения ни разу не говорили об этой теме, хотя казалось бы — при знакомстве всегда принято показывать свою метку — мало ли найдешь родственную душу и судьбу на всю жизнь. Вон Намджун долго искал своего Джин, надеясь правда на красивую девушку, пока во время поездки по Норвегии не встретил случайно Сокджина. Джин переписывался тогда со своим нынешним парнем, ради которого переехал в Европу, не веря в то, что можно найти своего соулмейта, и из-за своей невнимательности врезался в Джуна. Пожав друг другу руки при знакомстве, парни поняли, что нашли друг друга. Джину не сложно было принять то, что его родственная душа парень, так как являлся геем. А вот Намджуну пришлось пару недель подумать. В итоге Джин вернулся в Корею, уже к новому парню, которого ему приготовила сама судьба. — Ты… Можешь ее показать? — спросил Тэхен, волнуясь. Неужели его соулмейт так рядом и так далеко одновременно, и он об этом и не знал даже. — Сейчас, — Чонгук взял свой телефон в руки и переключил со фронтальной камеры на основную, показывая свою метку. Фиолетовое сердце. На правой руке. — Это точно не тату? — нервозность в голосе не удалось спрятать. Тэхен встал из-за стола и зашагал по комнате, держа перед собой телефон. — Нет, а почему ты спрашиваешь? — лицо Чона вновь появилось на экране. — Хен? — Просто это такое совпадение и… Я даже не знаю, как так! — слова путались, мысли одна за другой посещали его голову. Тэхен был рад, очень рад, так как боялся, что не встретит своего соулмейта вообще. — Я не понимаю, Тэ, — Чонгук нахмурил брови и смотрел на старшего через экран телефона. Кажется, он тоже ходил по комнате. Тэхен переключил камеру, подставляя свою ладонь. В отличии от младшего, у Кима не было татуировок. Лишь одно фиолетовое сердце на тыльной стороне правой ладони. Чонгук резко замолчал, а после Тэ услышал довольные визги младшего. — Да ладно хен! Я не могу поверить! Спустя неделю Чонгук признался, что начал влюбляться в старшего еще до того, как они показали друг другу свои лица. В голос, в мысли, в идеи… в Ким Тэхена. Тэ принял это признание и теперь у молодых людей появилась новая цель — встретится не просто потому что они хорошие друзья, а потому, что они родственные души. — Это так забавно, что у нас у обоих соулмейты парни, — Намджун смеялся, когда только узнал о том, что недавно выяснил его младший брат. На тот момент он с Джином уже почти год состоял в отношениях. — Ох не повезло нашей маме, невесток у нее не будет. Родители Кимов не являлись родственными душами и даже развелись, когда Тэхену было двенадцать, а Намджуну тринадцать. Свою судьбу им так и не удалось встретить. — Все еще… — тихонько спросил Джин, когда на стол поставили заказанные блюда. Тэхен прекрасно понимал, что и его брат, и парень брата — оба переживали за судьбу Тэхена и его соулмейта. Чонгук перестал отвечать. Почти три с половиной месяца не выходил на связь. Без каких-либо слов и предупреждений. Единственное, что, наверное, успокаивало Тэ — его тату все еще была цветная, а значит младший был жив. Просто решил перестать общаться. Хотя поводов никаких не было — их последний разговор закончился своеобразным признанием в любви. — Я фиолетовлю тебя, Чонгук-и, — с улыбкой, на прощание, сказал Тэхен, уже лежа в кровати под одеялом. — И я тебя, Тэхен-а. Их цвет фиолетовый. Последний цвет радуги. Смысл их любви. На это их общение оборвалось. Тэхен нервничал, звонил, писал — и ничего. Он не мог заявить о пропаже — в полиции отвечали, что интернет друг мог дать Тэ не настоящие данные и поэтому принимать заявление не будут. Тем более, метка Кима цветная — значит, все в порядке. Прошел час, Тэхен увлеченно болтал с братом и его парнем — все трое наевшиеся, довольные. Пара рассказывала о том, как продвигались их дела по усыновлению маленького мальчика Минджуна, а Тэ радовался их достижениям — после очередного (восьмого) посещения детского дома, трехлетний мальчик поинтересовался, когда папы смогут его забрать домой. Телефон Кима младшего неожиданно завибрировал, от чего разговор резко прекратился. Юноша протянул руку к мобильнику. — Тэ, — с ужасом в голосе сказал Джин, тут же прикрывая рот ладошкой. — Твоя метка… Тэхен перевел взгляд на ладонь и заметил, что тату стала… черной. Сердце пропустило удар, а в уголках глаз начали собираться слезы. Ким все же осилил себя и взял мобильник. Чонгук. Написал ему. Последнее сообщение. «Наверное, ты уже узнал, хен. Да, это так — меня больше нет. Больше нет. Я безумно люблю тебя, но мои родители… Как только они узнали, что ты моя судьба и что ты парень — закрыли меня от всего мира. Избили, забрали телефон и ноутбук. Возили на учебу только на экзамены, принося в деканат фальшивые справки о моем здоровье. Давали кнопочный мобильник, контролировали вызовы через оператора. И били, много били. Я украл свой телефон чтобы сказать на последок — я фиолетовлю тебя. Это последний цвет радуги, который переходит в бесконечность — именно так, бесконечно, я люблю тебя, хен. Люблю, люблю, люблю. Прости, что не смог стать сильным для тебя и так сдался. Я фиолетовлю тебя, Тэхена. Ты моя бесконечность!» Крик. Крик боли и отчаяния — это все что смог издать Тэхен. Джин и Намджун обнимали его с двух сторон, прижимая к груди и поглаживая по голове. Но это не поможет. Ничего теперь не поможет. Тэхен потерял свою любовь, которая была с ним рядом на протяжении года, не считая последних трех месяцев. Тэхен потерял жизнь. Потерял Чонгука.