Дисперсия

      Я и не подозревала, что это затянется на такой длительный срок. Мы больше суток боролись за жизнь Фриск. Даже для того, чтобы просто отойти в туалет требовалась помощь Меттатона. Благо у монстров не было подобной проблемы и Альфис не требовалось отлучаться. Иначе это был бы просто кошмар наяву. Как оказалось, организм девушки был до такой степени истощён, что даже такое вмешательство оказалось для него невероятно травмирующим событием.       Началась лихорадка. Уже в первые часы температура подскочила до тридцати девяти и обещала пойти дальше. Мы же делали всё, что могли, только бы она осталась в живых, ведь не известно к чему может привести смерть этой Фриск. К какому моменту привязана её точка сохранения? И есть ли она вообще? Судя по тому, что этот мир является одним из ответвлений Эхотейла, я бы сказала, что её просто сотрёт, а это в наши планы как-то не входит.       И лихорадка, как оказалось, была меньшей из наших проблем. Душа пострадала куда сильнее, что и поведал нам Меттатон, ворвавшись к нам с криками и размахиванием рук. Решительности в этой Фриск было настолько мало, что душа просто разрушалась, а вслед за ней уже и тело. Что делать было совершенно не понятно. У Альфис не было решительности, которую можно было бы безопасно вколоть, а моя красная душа для этого не подходила, ведь пока что активна лишь тёмная часть и что случится, если вколоть именно её даже гадать не надо — если Фриск и очнётся, то такая доза тьмы сделает из неё маньяка-потрошителя, а это как-то не наш вариант.       — Я помогу, — вдруг заявила откуда-то из глубины разума Светлая Решительность, заставив нас всех замереть. Даже Тёмная была несколько удивлена, пусть именно она и контактирует с ней чаще всех. Можно даже сказать, что только она и контактирует, да и то, в силу того, что они две части одного целого.       Мы без разговоров отдали ей руль. Пожалуй, это первый раз, когда она выходит самолично. Даже в тот, самый первый раз, когда Решительность показалось, это была скорее тёмная сторона, нежели светлая. Пусть тогда я их и не различала, воспринимая, как единую душу.       Сначала робко, а затем всё более уверенно, она принимала командование.       — Альфис, я могу помочь, но мне нужна её душа, — ящерка удивилась, но спорить не стала, так что уже через пять минут у нас в руках была покалеченная душа доппеля.       А следом произошло не иначе как чудо. В наших руках материализовался обычный на вид бинт, которым она робко оплела пострадавшую душу. Бинт, стоило ему полностью соприкоснуться с душой, буквально впитался в него. За этим действом мы наблюдали в три пары глаз, стараясь понять, что вообще произошло. Мне же это знание досталось всего через несколько секунд после активации способности.       Предмет Светлой стороны: Бинт, — нужен для стабилизации состояния самой души. Он имеет небольшой лечащий эффект, но применяется скорее для реабилитации больного. Выходило, что Светлая сторона была полной противоположностью Тёмной. Ожерелье Тёмной могло лечить исключительно меня и только в бою. Бинт же помогал только в спокойной ситуации и только другим. Лечить себя им не получится. Более того, реабилитация происходит за мой счёт. Я могу отдавать и больше, но даже мизер серьёзно изматывает. Это ведь душа в конце-концов. Тут нельзя просто взять и починить что-то в одно мгновение.       Мы ещё несколько минут удивлялись тому, что тогда произошло, но вскоре мы напомнили им, что медлить нельзя. Да, у меня получается удерживать её душу от распада, что дало нам несколько большую свободу действий, но не стоит забывать, что тело всё ещё смертно. Если умрёт оно, то душа отправится следом. Можно, конечно, посадить её в банку, но это хреновая идея, поскольку связь будет нарушена. А тело без души не выживет. Одно дело, когда вся суть твоего существования лишь ненадолго покидает своё вместилище и совсем другое, если её извлекли и отрезали. Для людей это так-то смертельное мероприятие. В какой-то момент даже стало интересно — а существуют ли доноры душ? И не умирают ли они от этого? Этот вопрос оставила до лучших времён, проконсультируюсь с тем, кто в этом разбирается.       После этого стало несколько легче. Уже не было той спешки, в которой мы старались залатать раны Фриск, но мы больше не могли помогать с лечением. Всё наше внимание и концентрацию занимала подпитка существующего между нами канала связи. Поэтому Меттатону пришлось подменить меня в ассистировании. Мне же пришлось разместиться на полу не далеко от выхода, чтобы не мешать монстрам выполнять свою работу.       Начались томительные часы ожидания и напряжённой работы. Резерв кончался несколько раз и мне приходилось глотать таблетки, чтобы были силы на поддержание души в нормальном состоянии. Но даже так, я много раз чувствовала её дрожание, предвещающее скорый распад. Только вот мы не собирались так просто отпускать наш возможный источник информации.       И вот теперь, по прошествии суток, Альфис, наконец, закончила последний шов и обработала всё, до чего дотянулась.       — Э-это было сложно, — почти не заикаясь, сказала монстр и в очередной раз проверила показатели жизнедеятельности девушки. Облегчённый вздох был ответом и я смогла немного расслабиться. Да, температура всё ещё высока, а душа магическим образом не очистилась, но первые шаги к восстановлению уже были сделаны. По крайней мере она не собиралась умереть вот прямо сейчас, так что ситуация перестала быть критичной. — Б-будь д-добра, верни её душу, п-пожалуйста, — тихо попросила нас Альфис, глядя на тускло светящееся сердце в наших ладонях.       Кряхтя, я всё же смогла подняться с пола, отчётливо почувствовав, что спина и седалище будут жестоко мстить мне следующие несколько минут за устроенный мной конкурс с неподвижностью. Кто бы что ни говорил, а мы даже дышать на душу боялись — вдруг она возьмёт и развалится? Это же такая хрупкая вещь. Мы то уж особенно понимаем, что кроется за этим понятием.       Аккуратно встав над телом, с сомнением посмотрела на Фриск, не совсем понимая, зачем подвергать её такому риску, но послушно погрузила душу внутрь. Естественно, предварительно вплавив новый бинт. Да, издалека оно не так эффективно и лечить будет ещё сложнее, но на ближайшие несколько часов ей хотя бы не станет хуже. Это даст нам немного времени на отдых и восстановление. Тем более сегодня я уже превысила свою норму препаратов. Не стоит злоупотреблять ими, это может плохо кончиться.       — Что теперь? — стоило душе окончательно скрыться, как я подняла взгляд на Альфис. — Как скоро она придёт в себя? — сил хоть и было мало, но мы можем похвастаться буквально бараньей упёртостью, если того требует ситуация. В конце-концов Решительность не менее приставучая, чем Настойчивость.       — Т-трудно ск-сказать. Может быть неделя, а м-может быть и н-никогда, — обеспокоенно протёрла она линзы своих очков-велосипедов и вернула их на нос.       — Это не хорошо, — вздохнула, прекрасно понимая, что находиться в палате больной двадцать четыре на семь я не смогу при всём желании. Уже то, что в этом мире я одна, а не в сопровождении кого-то из скелетов достаточный факт, чтобы получить трёпку. Главное теперь, чтобы об этом никто не узнал, но не думаю, что кто-то из нас болтлив. Да и что со мной случится в Оригинале? Сомневаюсь, что тут опаснее, чем в Фелл-мирах.       Нужно было думать. А ещё отзвониться своим. Нельзя пропадать с радаров, иначе сюда может нагрянуть апокалипсис в виде потерявшего своего личного повара Эпика. А это страшное зрелище. Лично я бы не хотела обрекать Оригинал на такие муки.       — Я отойду? Нужно сделать срочный звонок, — и, получив растерянный кивок, вышла из палаты и отошла подальше, дабы меня не подслушивали. Заодно проверила окружение на камеры. А то мало ли что может быть в логове учёной.       Видимых камер не было, так что я несколько расслабилась. Да и отсутствие других живых сейчас тоже было мне на руку. Достав телефон из внутреннего кармана куртки, включила его. Что же… пропущенные были, но не так много, как я думала. Всего десяток от Эпика, несколько от Кросса, один от Абисса и одно сообщение от команды Фреша. Видимо мир снова сменил координаты.       Первым делом прочитала всё, что мне прислал фиолетовый скелет. Его стоит сразу известить, а то мало ли что.       А информация была довольно интригующей. Прямо он не говорил, но, судя по всему, им удалось достать из того мира нечто действительно интересное и интригующее. А ещё мне обещали двойную тренировку, скулили, что жрать нынче нечего и его никто не понимает. Особенно жаловался на злобного Кросса, отвергшего очередную больную идею Эпика. В общем, стандартно.       Абисс поинтересовался самочувствием этой Фриск, спрашивал, смогла ли я узнать что-то новенькое и предлагал обсудить всё в штабе. Тут тоже без сюрпризов, скелет не изменял некоей лаконичности в тексте.       Последним смотрела пришедшее от Кросса. Монохромный переживал за наше самочувствие после того, как мы надышались пылью, а ещё матерился на людскую никчёмность и просил связаться, как только мы закончим все свои дела. Ещё отметил, что из наших никто не пострадал и дальше они двигались достаточно благополучно, исключая некоторые моменты.       Быстро начеркав ответы и созвонившись с Абиссом, как с самым адекватным — прости меня, Кросс, но в этом деле ты явно проигрываешь, — поспешила вернуться обратно в палату. Нужно было убедиться, что всё осталось в том состоянии, в котором и должно было быть после установки нового пластыря.       В комнате мало что изменилось, на самом-то деле. Даже Альфис осталась на том же самом месте, но теперь уже устало записывала что-то в планшет. Видимо, ход лечения.       — Я буду вынуждена вскоре уйти… Не могли бы вы присмотреть за ней тут, пока она не очнётся? — вопрос крайне щепетильный, поскольку вот так вот спихивать больного человека со своего горба на незнакомца всё же как-то чересчур нагло и самоуверенно.       — К-конечно, но вы уверены, что ст-стоит оставлять её в-вот так? — я проследила за её нервным жестом, указывающим на Фриск и вздохнула. Если бы было можно, я бы провела собрание в Оригинале, но нам не стоит тут светиться, мало ли что. Когда это всего два лишних элемента, это одно, а звать сюда целую толпу — полный бред. Не хватало только обратить на себя лишнее внимание.       — Придётся, я не могу оставаться тут надолго, извините, — чуть склонилась я в поклоне. — Но я могу побыть тут некоторое время. Пока ей не станет хоть немного лучше, — со скрипом предложила я такой вариант.       — Э-это было бы не лиш-шним, — обеспокоенно смотрела она на спину Фриск. Она немного кровила, но это было нормально, насколько я могу судить.       Пришлось писать Абиссу о несколько изменившихся планах и предупредить, что, судя по всему, я застряла тут как минимум на сутки. Сомневаюсь, что ей станет лучше за более короткий срок. Особенно с такими ранениями и лихорадкой. Я уже даже не упоминаю о проблемах с душой. У меня даже невольно возник вопрос, кому из нас не повезло больше. Мне или ей?       Скелеты не были в восторге от такого поворота событий, особенно Эпик, но делать было нечего. У меня всё ещё было опасение насчёт того, что она может не выжить, если я удалюсь достаточно далеко. К сожалению, я понятия не имею о дальности работы Бинта, и именно поэтому позволила себя уговорить, если так можно выразиться.       — Тогда что мы будем делать сейчас? — задала я закономерный вопрос, уставившись на учёную. Благо, робота сейчас не было даже на горизонте.       — П-предлагаю отдохнуть, — указала она на дверь и мы молча вышли. Более разговаривать не хотелось. Уж слишком много сил забрала у нас эта операция. Я и без того вижу, что Альфис ужасно устала. И не только она. Я сейчас в более-менее адекватном состоянии только за счёт того, что в моём теле несколько душ. Они помогают мне быть вменяемой. Тем более основное сознание всё это время отдыхало. На данный момент сложнее всего приходится Решимости. Опустошение резерва несколько раз очень нас утомило. Хотелось просто взять, упасть на ближайшую ровную поверхность и отключиться.       И, видимо, не одной мне, поскольку пришли мы в комнату с целой кучей кроватей, где Альфис благополучно вырубилась, успев только отправить по телефону пару сообщений. Видимо инструкции или нечто подобное. Мы же ещё некоторое время наблюдали за учёной, но после всё же решились найти и себе кроватку.       Только вот уснуть мне, похоже, было не судьба. Стоило нам только присесть на кровать, как чуть не перед нашим лицом вынырнул амальгамет. От неожиданности я дёрнулась в сторону, но всё же не стала атаковать. В большинстве миров это достаточно нейтральные существа, так что лучше не трогать их первой. И верно, существо, похожее на человека из слизи с рогами лишь протянуло к нам руку и потрепало по голове, после чего на мгновение исчезло. Вернулся же амальгамет с большим одеялом в руках, накинув его на нас. Очень мило с его стороны. Мы удивились, но благодарно кивнули ему. Было приятно получить такую неожиданную заботу. Видимо, в Оригинале это достаточно дружелюбные существа.       На сколько я осведомлена, амальгаметы — бывшие монстры, которые стали жертвами Альфис в её экспериментах. Вроде как что-то пошло не так и появились мутации, итогом которых было соединение в одно сразу нескольких существ. Неприятно, но такова цена использования решимости на монстрах. Уж очень разрушительно она на них влияет. Словно кислота и мутаген одновременно.       Только он закончил свои странные дела, как просто растворился в воздухе. Странный он. Но взбодрить — взбодрил.       Покачав головой, повертела в руках телефон и в очередной раз просмотрела список контактов. Тут были все, с кем я когда-либо контактировала на длительной основе. Только Звёздные были в чёрном списке и не могли слать мне сообщения.       Не знаю, что на меня нашло, но захотелось услышать Блуберри. Уж очень не хватало мне того позитива, которым фонтанировал скелет. В этом он вполне мог посоревноваться с Дримом. Причём у нашего хранителя позитива он всё же ощущается несколько иначе, нежели просто доброе отношение Блу. Но при этом мне нельзя говорить ему о том, что сейчас происходит и почему я ушла… Столько нарушенных обещаний.       — Почему всё так сложно? — прошептали мы в темноту, откинувшись на подушку.       Вот бы можно было посвятить их в наши планы и быть уверенными, что они наши союзники и никак иначе. Но мы ведь не можем на это надеяться, особенно после того как узнали, что Х-Гастер связан с Инком. Кросс просто не потерпит в союзниках того, кто поддерживает его врага. Не тот это случай.       Но, следуя своему желанию, я всё же убрала номер Блу из чёрного списка, на чём и ограничилась. Найти в себе смелость на звонок я не дала и отобрала руль. Не хватало мне только действительно сорваться и позвонить. Нам нечего ему сказать. Особенно после того как мы столько раз воевали друг против друга. С момента ухода я ещё ни разу не заговорила с ним, боясь, что могу каким-нибудь действием подставить новую команду.       А тем временем дверь медленно открылась из-за чего я поспешила убрать телефон с глаз долой. Я даже как-то запамятовала, что тут есть ещё один живой и появление Меттатона стало даже неожиданным. Благо это не кто-то из противоположного лагеря.       — Оу, деточка, я тебя разбудил? — подкатился он поближе к моей кровати чтобы не повышать голос. Всё же он заботится о Альфис, хех.       — Нет, я ещё не спала. Чем обязана?       — Альфис попросила меня присмотреть за людьми, особенно за нашей бедной пациенткой, — взмахнул он рукой и по его экрану пробежались несколько красных квадратов, на секунду образуя контур сердца.       — Я-я-ясно, — вмешался в мой ответ широкий зевок, и я потёрла слезящиеся глаза.       — Оу, ну не буду мешать тебе отдыхать, дорогуша, — чуть откатился он от меня. — Но помни, если с моей милой Альфис что-нибудь случится… — договаривать угрозу он не стал и скрылся из виду, легко закрыв за собой дверь. Что же, вот мы и выяснили, что не все тут являются добрыми одуванчиками.       Ну, а теперь можно и…