На улицах Небесного Града.

Бэхрем сидел на краю обвалившегося пола. Под его ногами, в метрах 20ти ниже росли молодые деревца и кустарники, пели мелкие зверьки. А вокруг гулял пыльный ветер, постепенно становившийся все холоднее. Приближалась зима. В госпитале Мадару мальчик тоже не нашел, зато его увидела та женщина что лечила ему руку и поделилась с ним мазью, узнав его. Он обработал свои синяки и ссадины. Потом он зашел в их с тенгу комнату на постоялом дворе. Его застала хозяйка и накричала на него, так как он был без господина и ей показалось что он пытается того обнести. Тогда Бэхрем показал ей свои синяки и рассказал о случае на площади. Женщина успокоилась и поверила, так как еще несколько людей этим утром рассказали ей то же самое. Бэхрем собрал в комнате их вещи — такие как записная книга и пошел бродить по городу. Денег у него не было, мыслей что делать тоже. Куда могли утащить тело или живого Мадару он не знал. Потом он додумался сходить к старосте района, но его даже не пустили, ибо из-за нападения начались волнения и тот был занят переговорами. Люди пытались понять чем так прогневали небесных соседей. И вот его пусть завершился в последнем легальном месте где он мог находится. Сюда он бегал совсем мелким для того чтоб играть и знал что в этом месте собираются не только неплохие мальчики вроде него, но и беспризорники. С ними старшие братья научили его манятся всякими безделушками и выкупать интересные вещички — такие как перья и чешуйки Ваю, бычьи рога, раковины и пряжки с чьих-то ремней. Так они играли. Без хозяина Бэхрема быстро бы вернули в тот же магазин рабов, откуда он и был выкуплен. По правилам там бы его содержали до момента подтверждения того что его хозяин мертв. Это был стандартный сервис хороших торговцев. Им было выгодно такое в двойне — во первых клиенты доверяли им и покупали у них, так как чувствовали что при таких условиях капиталовложение не убежит от них, а во вторых за постой раба можно было бы потом взять плату у хозяина. Потому Бэхерм решил податься в беспризорники, забраться с ними в подвалы и промышлять с ними тем что делали они. И вот он сидел на краю этажа и смотрел вниз, прислушиваясь к шорохам в пустующем здании скотобойни. Она была старая и потому многоэтажная — еще тех времен когда Ваю помогали людям строить дома и коммуникации. Но потом это все пришло в запустение. Город облепили крошечные глиняные и кирпичные постройки что ютились на «корнях» великих каменных башень ваю, в под нижним уровнем начинались пустоты и катакомбы заброшенные обеими расами еще сотни лет назад. По слухам там водились хищные чудовища выросшие на сбрасываемых туда трупах, по другим версиям размещались опиумные притоны, подпольные тотализаторы, продавцы снадобий и дешевые куртизанки. Что в этом ужасном взрослом и секретном мире делали ребята его возраста Бэхрем не знал. Все еще можно было бы заявится к отцу и объяснить ситуацию, но он слишком боялся — боялся ошейника на своей шее. Вот если бы он мог его снять — то тогда бы сразу же вернулся. Соврал бы что тенгу отпустил его и вернулся к своим бы домашним обязанностям, братьям и отцу. За спиной мальчика хрустнула старая высохшая на солнце кость. Он обернулся. Пришелец понял что его заметили и не скрываясь высунулся из-за колоны. Это был совсем еще мелкий пацан с волчьими ушками что настороженно дернулись и направились в сторону Бэхрема. У ушастого мальчика было чумазое лицо, особенно нос, как будто он что-то нюхал и возил им по пыльному полу, глаза были желтые, такие же как у Бэхрема, а одет он был в длиннющую холщевую рубаху с заплатками, перевязанную на талии веревкой, что превращало рубаху в подобие рясы. — Ты чего тут сидишь уже час? — спросил волчонок, — хочешь что-то поменять? Бэхрем покачал головой. — А чего сидишь? Бэхрем повернулся сильнее и оттянул пальцами металлический обруч вокруг своей шеи показывая парню. — Ты сбежал! — воскликнул волчонок и быстрыми мелкими шажками потрусил к Бэхрему. Под его ногами захрустели сухие косточки. Он примостился рядом с Бэхремом. — Ты сам эту штуку не снимешь. — Угу. — Ищешь того кто снимет? Бэхрем кивнул. — А у тебя есть деньги? — Бэхрем помотал головой. О деньгах он думал и ему они были очень нужны. Он уже хотел есть и не знал как добыть еду. — Понятно. И есть наверно хочешь. А ты не засланец? -Кто? — Бэхрем удивился. — Ну ты наверно хочешь узнать где мы прячимся и потом нас придут и переловят, запихнут в клетки и нацепляют таких же обручей. — Нет, не засланец и за мной не следят. Хотя ты правильно делаешь что не веришь мне. Как мне доказать что я не засланец? волчонок прищурился, с умным видом потер грязный подбородок, потом нос, размазывая сопли по кулаку. — Я не знаю. Наверно старшой знает. — А как его найти? — у маленького раба появилась надежда. — Не надо его искать, я его позову. Только не уходи. Бэхрем покивал, тогда волчонок подскочил на ноги и зашел тому за спину. — Не уходи и не шуми, понял? — волчонок пошарил в складках своих лохмотьев и достал короткий толстый свинцовый прут. — А сколько ждать? — уточнил Бэхрем. — Все быстро. заверил его волчонок и со всей дури зарядил Бэхрему по затылку куском железяки. Тот рухнул бы вниз, но беспризорник ловко поймал того за ворот и втащил обратно на обрыв этажа. Огляделся. Нигде ничего не произошло. Слежки не было. * * * Мелкий бродяжка не соврал про клетки, именно в такой клетке проснулся Бэхрем, причем проснулся от истошного крика и рычания. Вокруг было темно и единственными источниками света служили тлеющие факелы на стенах. Все вокруг представляло собой какой-то каменный подвал. Воняло сыростью, плесенью, гнилью и чьими-то испражнениями. Одежда мальчика промокла и он сразу понял что кошмарно замерз. Обхватив себя руками он принялся растирать свои плечи и ползать по клетке ища хотя бы какое-нибудь сухое место. Крики в темноте продолжались. А потом кто-то появился из темноты перед его клеткой только из железных вертикальных прутьев и пробежался с лязгом по этим прутьям другим железным предметом. — О, и что это тут у нас? Свежее мясо! Слышь мясо, говорят тебе помощь нужна. А денег нет. Работать надо, знаешь ли. Будешь работать — будешь жрать, не будешь работать, — юношеский ехидный голос оборвался, выдерживая паузу в которую удачно вклинились истошные, уже булькающие звуки, — А то вот что будет! — загадочно завершил парень постарше. Его в темноте было не видно, но Бэхрем понимал по звуку что тот выше его чуть ли не в два раза. Маленький раб свернулся в углу у стенки подальше от этого человека. — Чего ты жмешься, — злорадно продолжил юноша, — Ты же сам хотел в нашу дружную компанию, не так ли? И мы тебя великодушно примем, только знаешь, мы не берем слабаков с торговых лавок, ты должен будешь доказать то что ты нас достоин, понял? Бэхрем обреченно кивнул. Он был в таком ужасе что был готов соглашаться со всем что ему скажут. — Ну ты и сопляк. А если я тебе скажу отсосать, ты тоже согласишься? — юноша мерзко рассмеялся. — Ну-ка, ребята, потащили его на испытание. А то наше чудище уже проголодалось! Все это время в той же темноте скрывалось еще несколько парней, они подступили к клетке, взяли ту за прутья и с отвратительным скрежетом потащили вперед, куда-то вглубь по коридору. Бэхрем жался на решетках, закрывал голову руками и трясся. Его клетку подтащили к дракой, всей истыканной чем-то двери. В ней было окошко как раз под выход из клетки. Эдакая дверца для собаки или кого-то такого же роста, заползти туда можно было только на четвереньках. Парни открыли эту дверцу, прислонив к ней сразу выход из клетки и вытащили одну из стен вверх. получился прямой проход в дверь. — Ну же, сопляк, ползи туда. Бэхрем не пошевелился. Тогда кто-то из парней снял со стены тлеющий факел и ткнул краснеющей головней рабу в спину, тот подскочил и ломанулся на четвереньках в открытый проход. За его спиной взорвались хохотом и захлопнулась дверь., а еще — вопли больше не раздавались. Бэхрем оказался в полной темноте в каком-то большом судя по движению воздуха помещении и сел на пол. Прислушался. Здесь капала вода. парни за дверью затихли, наверно слушали что будет в комнате. Еще в противоположном конце помещения кто-то тяжело дышал, или так казалось Бэхрему, и это он сам так дышал. Но потом там же звякнула цепь и он понял что не один. Он замер и затаил дыхание. Была надежда что если он не видит того кто перед ним, то и этот кто-то его не видит, и если мальчик будет тихим — то и не увидит. Цепь звякнула снова, а потом забежала по плитам неровного пола. Дыхание стало приближаться и звучало тяжелее и громче. Появились звуки, будто этот кто-то принюхивался. И Опять же если судить по источнику звука — этот кто-то был не сильно высоким, или же тоже шел на четвереньках. Бэхрем попытался начать медленно отползать к выходу и видимо перепутал направление, звякнула задетая им железная миска, мальчика облило водой из нее, а существо на цепи сделало молниеносный бросок и с ревом сбило и навалилось на несчастного мальчика. Того обдало сладковато-гнилостным запахом не мытой кожи, в плечи впились острые когти, а в горло вцепились зубы. Этот кто-то был не сильно крупнее самого Бэхрема, однако невероятно сильный. Он придавил пальчика спиной к полу, и застыл так сжимая зубы и когти. Бэхрем испугался на столько что инстинктивно потерял волю, будто ящерица, притворился мертвым и перестал ощущать мир вокруг себя. Боль он ощущал как факт, и уже заметил ручейки крови на шее. И даже смирился со своим концом. Потому расслабился и стал ждать смерти. Но ее не наступило. Напавшее чудовище продержало его несколько минут и не получив сопротивления перестало сжимать зубы. А потом вовсе их разжало и стало жадно слизывать вытекающую из раны горячую кровь. Тут дверь с грохотом распахнулась, уже не нижний ее отдел, а вся. В комнату ворвался свет ярких факелов и в луже света вырисовалась тень кого-то с хлыстом. И тут же рядом с лежащим Бэхремом щелкнул кожаный бич. Существо на цепи тут же отскочило, звеня цепью на четвереньках убежало к противоположной стене и сжалось в стену, пряча поду и тихо жалобно мыча. Бэхрем не успел обрадоваться, сильная рука ухватила его за ворот и выволокла на свет в коридор. Встретили его те же парни своим мерзким свистом и улюлюканьем. А еще мальчик смог рассмотреть того кто его вытащил. Это была несомненно женщина. Она была высокая, крепко сложенная с многочисленными мелкими косами, связанных в жесткий хвост. На ней были облегающие мужские одежды и кожаные детали доспеха, а большие кошачьи глаза светились во мраке зелёным потусторонним светом. Она смотрела на него снизу вверх, слегка изогнув шею, будто застывшая от шороха рысь, а потом просто продолжила свой путь дальше по коридору не сказав ни слова. А вот парни навалились на Бэхрема. — Ну как тебе наше чудище? — спросил один, с такой же чешуей на лице как у маленького раба. — О, он тебя погрыз, ну ты и дурак, он же на цепи! — рассмеялся второй, что мог бы быть братом мелкого волчонка. — Что это было? — выдохнул Бэхрем, — Что это было?! Парни рассмеялись и вздернули его на ноги. — Мы же сказали — это наше чудовище. Он живет здесь на цепи, пока не станет большой. — Что? Зачем? — Бэхрем не понимал что происходит и зачем все это было нужно. — Зачем? А черт его знает, это хозяйку надо спрашивать. А она не отвечает на глупые вопросы. Пойдем, тебя надо перевязать. Наслаждайся, сегодня ты отдыхаешь, а завтра работать! * * * На столе сельского ученого теперь был крошечный пернатый трупик. Это был другой птенец, не тот что он отправил к заказчикам, а какой-то из предыдущих. Его перо истрепалось и поломалось, почти потеряв первоначальные цвета, только было ясно что раньше он был золотисто-зеленым с крапинками. Тельце обмякло и валялось на столе тряпочкой. Сельскому врачу заказали из него чучело. Но сейчас он игнорировал этот заказ, времени было еще много, а раствор для мумификации кожи еще не настоялся и соль не растворилась. Сейчас его занимал объект что принесли ему ночью в тайне в глухом чехле из ковров. И теперь эта вещь лежала перед ним на полу, а он суеверно боялся к ней прикоснуться. «Огневая палка», «Огненное копье», «Громовое копье» — и так далее, настоящего названия этого оружия ваю люди не знали, зато каждый знал что оно плюется смертоносным огнем и сжигает заживо. Ночью к нему пришли воины в кожаных куртках, те самые что и раньше приносили ему что-то из мира сверху, и принесли вот эту вещь, а так же рассказали что в городе на праздничной ярмарке появились ваю, по слухам сам король пернатых и принялись жечь и убивать народ, а потом улетели не объяснив причину. Но еще они сказали что кое-кто видел что будто один из крылатых стал драться со своими, собственно отвлекая их от первоначальной задачи, и потом с подбитым собратом Птицы улетели в небеса. А по другой версии — за этим как раз предателем и спустились ваю. Еще это мог быть кто-то кого они считали причастным к какому-то из преступлений и преследовали, а тот решил затеряться в толпе на площади. Старик погладил свою острую аккуратную седую бороду и сел на корточки возле смертоносного оружия. — Мдам, возможно кого-то из наших сообщников наверху раскрыли и мы будем следующими. Проклятые демоны. Придется уходить. Но надо будет придумать причину, иначе бегство заметят. Денег у меня достаточно, чтоб покинуть эти земли. Только придется закончить заказ и написать знати инструкцию к этому копью. Тогда может быть мы поймем как сделать такое-же, либо избегать его атак. Нет… эта работа на многие годы, а мне надо уходить. Значит отошлю копье обратно заказчикам и пусть ищут кого-то другого, только придется сделать из этого малыша что-нибудь приличное. Значит уезжаю через два дня. Старик вздохнул, у него заломило спину и он с трудом прижимаю руку к пояснице поднялся в полный рост. — Как жаль что я уже слишком стар. Если бы мы смогли и начать раньше. Как бы я был счастлив сделать хоть что-нибудь чтоб подпортить жизнь пернатым демонам. Они всего-0лишь здоровенные куры, а считают себя повелителями мира. Проклятые злобные создания. * * * Тем временем на другом медицинском столе лежала уже другая взрослая птица. К Мадаре в врчам приставили четырех гвардейцев, да еще и при оружии. Находились они все время, как и врачи и Мадара в том же самом кабинете что и раньше. Все необходимое им приносили те же охранники. Двое все время стояли у дверей, а двое других, не имея иных задач маячили прямо у стола врача, раздражая и мешая ему. Тот держал лицо всеми своими силами и продолжал работать. Мадару на удивление не обижали, пока не обижали. Дали поесть каких-то фруктов, даже освободив руки, дали и напиться воды. Бинты поменяли пару раз. А он все это время оставался в форме белого ворона-оборотня. Перекидываться обратно и испытывать жидкую боль он не собирался в ближайшее время, к тому же такая форма пока что больше всего заинтересовала его новых приятелей. Тенгу не знал что конкретно делают эти, как он окрестил их «лекари», но как то изучали его тело. Щипали перья, ощупывали в разных местах под ними. Светили волшебными цилиндрами в глаза, так же в клюв, слушали бока когда он дышал, Растягивали крылья и замеряли их участки, то же самое с ногами. Потом тыкнули его иглой и забрали кровь из лапки, удивились ее цвету. Наверно ожидали какой-то другой цвет, не красный. За целый день оба ваю в халатах измотались и стали все чаще останавливаться в процессе своих процедур, садится на стулья и отдыхать. К вечеру, они договорились продолжить завтра, но не ушли. Охранники таки о стались в помещении делая вид что не сылышат и не видят ничего. — Ну и что вы узнали из этого всего? — поинтересовался тенгу сидя на краю своего хирургического стола. До этого он немного почистил перья клювом и теперь опять скучал. — Пока только то что удивлены. У нас слишком мало данных о других существах чтоб строить какие-либо предположения и делать какие-либо выводы, — ответил кремово-синий ваю, а его напарник при ближайшем рассмотрении оказался пепельного цвета с лазурными пятнами только на маховых перьях, потому по началу весь сливался со своей униформой. — А почему вы не изучаете? — Не целесообразно, — заметил светлый ваю, — Мы не имеем физического родства с существами с поверхности и знания о их биологии не применимы для нас. — Это устаревшая точка зрения! — возразил кремово-синий топорща перья на голове. шапочку, что их прятала он к концу дня снял. — Думаю что зря вы не изучаете мир, — я всего то прошел две страны и уже увидел много такого чего не знал прежде. На самом деле я не рассчитывал так сильно вас впечатлить. В моем мире я не самый необычный. Есть существа что меняют форму ужимая свое тело в десятки раз, есть те кто не имеют твердого тела, есть те кто живут под водой и похожи на рыб, есть те кто превращаются в предметы и деревья, а есть и говорящие деревья. Я удивлен что вы обо всем этом не знаете. И в вашем городе я видел совершенно разных людей — все они чем-то да отличаются, как и везде. Просто видимо вы не замечаете, ведь в вашем районе не водятся сильно отличные от людей существа. — Мы не можем, — буркнул светлый ваю, — Покидать гнездо на долго слишком опасно для нас. Там за пределами наших земель не растут необходимые для нас кристаллические деревья, а еще мы не можем переносить перепады температур. Потому нам гораздо выгоднее договариваться с наземными жителями. Мадара удивился: — Как же вы тогда выжили на таком маленьком клочке земли все эти годы, и как не деградировали в изоляции? Лекари переглянулись, потом краем глаза посмотрели в сторону стражи и тот, что был ближе тихо произнес. — Не уверен что мы уже не…