***
Об их троице можно слогать легенды. История о монстрах. Один чувствовал вину. Другой не чувствовал ничего. И о девушке. Конечно. Девушке с добрым(С чёрными, как вены вампира, жилками) сердцем.***
Его горячее дыхание, отдаётся искорками на её губах, что изнывают от желания сократить и без того ничтожное расстояние. Она прикрывает глаза, чувствуя поцелуй на своей шее, и нос почти улавливает несуществующий запах яблок.***
Елена уверена, их историю написал шизофреник. Слушая Кэр, она слышит романтичную трагедию, Бонни - сказку о монстрах, для Дженны - это домогательство до её племяницы, Кэтрин - повторение её истории, борьба братьев за её сердце(Только борьбы нет уже давно) А Джереми...Кажется Джереми один все понимает - смотрит осуждающе, с отвращением. Но Елене плевать. Рамки приличного стёрлись незаметно. Теперь у девочки с добрым сердцем при мысли о морали в глазах загорается насмешливый блеск.***
Её ускорившийся пульс стучит по губам. Стефан усмехается ей в шею.***
- Так у вас с Сальваторе теперь групповуха? - Лицо Елены пустое, только дёрнувшаяся бровь выдаёт замешательство. Она врёт, что они с Дэймоном просто друзья, буквально чувствуя на себе насмешливо приподнятые брови старшего Сальваторе и весёлый взгляд Стефана. Слово "просто" морской солью жетт кончик языка. Весь вечер она ловит дразняще невинные прикосновения. Елена берёт зелёное яблоко, посыпая его солью над откушенной мякотью. Братья с хрустом надкусывают орехи.***
Елена откидывает голову на чужое плечо, чувствуя как одна рука Сальваторе плющём обвивается вокруг её талии, а другая поднимается наверх. Скрытая опасность и губы на точке пульса посылают восхитительную дрожь, что горячим клубком вибрирует внизу живота. На языке остается кисло-сладкий вкус зеленого яблока.***
Их история написана извращенцем и обманщиком. Серце Елены впитывает тьму братьев, покрытое дешёвой золотой краской сердце стучит далеко не невинными мыслями. Потому что лицемерие въелость в каждую клеточку её тела, отвратительно разъедая кожу. Она помнит строчки жестоко - правдивых слов слов Дэймона, которые больно сорвали маску, носимую с детсва. Помнит их первый секс. Помнит ложь вынужденным друзьям. И помнит их общего зверя, рычащего по ночам.***
Он ловит её приоткрытые губы своими и едва сдерживает стон, чувствуя как тело брата неосознанно прижимает её ближе. Воздух тяжело клубится вокруг, наполненный электричеством.***
Правда в том, что Елена соблазнительница похлеще Кэтрин и братья знают это не понаслышке. Она знает как пробудить монстра, стать монстом и прятать его, скрываясь за резиновой оболочкой и пугающе быстро находит слабые точки.***
Она лязгает зубками, игриво покусывая подрородок Стефана. Аккуратно касается язычком клыков Дэймона сквозь поцелуй. Два гортанных рычания вибрируют в воздухе, словно музыка, от чего на её лице вспыхивает лисья улыбка.***
Красивая сказка про благородство и любовь неправильная. Рано или поздно все узнают. Рано или поздно их троица будет ловить взгляды полные зависти и отвращения. Их сказка не для детей и даже не для взрослых.***
- К чёрту. - хриплым от возбуждения голосом шепчет Дэймон, токая её на кровать. Руки Стефана ловят её, прижимая к простыням. Несуществующий запах прибоя и яблок сладко дурманит её сознание. Воображаемый аромат гретских орехов жётт кончики их языка. Им даже переглядываться не нужно, все понятно в прикосновениях. Грязных, сладких, неправильных. Им нравится быть дефектными.