Heaven

Сад, раскинувшийся рядом с замком королевства Ридда, стоял в полной тишине; только тихие переливы воды в фонтане нарушали мирное спокойствие этого места. В кронах вековых деревьев спали рыжие фениксы, прогревая крылышки в утренних лучах солнца, а свежескошенную траву покрывали хрустальные росинки. Земля вдруг задрожала, и из открывшегося чёрного портала вышел высокий мужчина, точнее, не просто вышел, а ступил высокими сапогами прямо в прохладную воду фонтана. Тут же, напуганный землетрясением, прямо из воды взлетел небольшой голубой дракончик, обрызгивая неожиданного «гостя» с ног до головы. ― О, Кронос! Что за зверинец Светлые тут развели?! Мужчина брезгливо осмотрел вымокшие кожаные сапоги и, наконец, вышел из фонтана, ощущая себя мокрым низшим драконом, но никак не Тёмным титаном, кем он, собственно, и являлся. На чёрном камзоле с серебристой окантовкой виднелись пятна от воды, а по устрашающей маске Наставника ассасинов, без прорезей для глаз, стекали прозрачные капельки. ― Ты вернулся? – послышалось у титана в голове. ― Как видишь, Элиарт, – раздражённо проговорил Тёмный, слыша помехи в телепатической связи. – Сколько столетий прошло, а ты всё такой же неумёха в вопросе телепатии. ― Учился у лучших! – усмехнулся молодой голос по ту сторону связи. – Я ждал тебя, Армадон. ― Где ты сейчас? ― На раннем совещании с военноначальниками, ужасная скука. Подожди в моём кабинете, я распоряжусь, чтобы тебя встретили. Разговор прервался, и Армадон, взглянув на сверкающие в лучах солнца шпили замка, возвышающегося над садом, медленно побрёл к нему. У величественных ворот стояла стража в золотистых доспехах, которые, не мешкая, отдали титану честь, а навстречу ему вышел пожилой дворецкий. ― Элуар Армадон, с прибытием в Ридду! Мы очень рады, что спустя столько лет вы почтили нас своим присутствием! – искренне проговорил мужчина, поклонившись Тёмному. ― Взаимно, Рамион, а ты постарел. ― К сожалению, годы уже берут своё, элуар. Проходите внутрь, мы приготовили для вас лёгкие закуски в кабинете Его Светлейшего Величества. В замке многое изменилось с последнего визита титана в Ридду: тогда кронпринц Элиарт Лиэр ещё не достиг совершеннолетия и не взошёл на престол, а потому замок пребывал в некотором беспорядке, да и, впрочем, вся столица. Теперь же внутреннее убранство королевской обители явно отражало дух новоиспечённого правителя: светлые залы, золотые стяги и дорогие произведения искусства. Каждый элемент находился на своём месте и создавал довольно впечатляющую картину – настоящая святая святых Светлых титанов. Армадон улыбнулся таким мыслям, но этого, конечно, никто не заметил, ведь его лицо всё ещё скрывала маска. Бесконечные коридоры и мраморные лестницы вскоре привели к высоким дверям из красного дерева, они беззвучно распахнулись, и дворецкий впустил Темнейшего внутрь: на круглом столе, стоящем у анфилады высоких окон, стояли вазы с экзотическими фруктами и тарелки с риддскими лакомствами. ― Кабинет в вашем распоряжении, элуар Армадон, – сказал Рамион, – а я, с вашего позволения, откланяюсь. Если будет что-то нужно, звоните в колокольчик. Титан медленно кивнул, и дверь закрылась, оставляя его наедине с собой. Часы тянулись медленно, время приближалось к полудню. Армадон прошёлся вдоль стеллажей с книгами и усмехнулся, найдя среди них книгу сказок. «Он всё ещё такой ребёнок!» Достав с полки «Наставление для правителя» Сигурда Лиэра, титан раскрыл талмуд, написанный старым другом, и прошёл к окнам, через которые в комнату пробивался яркий дневной свет. У замка мельтешили солдаты и обитатели королевского двора, которые мирно прогуливались по жёлтым каменным дорожкам сада. Здесь прямо пахло спокойствием и благополучием, что не могло не радовать. Дверь сзади распахнулась, и в комнату вошёл красивый юноша в белых одеждах, украшенных красной вышивкой, среди его белоснежных длинных волос виднелся золотой венец, а на бледном лбу были начертаны серебристые причудливые надписи, напоминающие узоры. Яркие голубые глаза заблестели при виде фигуры, стоящей у окна, а алые аккуратные губы расплылись в улыбке. Почувствовав чужое присутствие, титан обернулся и от удивления замер: через мгновение его шею обвили руки Элиарта, сжимая в крепких объятиях. ― Ты здесь… – прошептал король и уткнулся носом в плечо Темнейшего. Армадон неуверенно поднял руки и тоже приобнял своего ученика, пару раз похлопав ладонью, обтянутой кожаной перчаткой, по спине Эла. ― Сколько же столетий тебя не было? Между прочим, много чего произошло за это время! – хмыкнул юноша, отстраняясь от Тёмного. ― Не больше двухсот лет, Элиарт, не так уж и долго, – пожал плечами Армадон, с интересом разглядывая своего подопечного. ― Ты не получал приглашение на коронацию? Больше всех я хотел видеть на ней именно тебя… Но ты не пришёл. ― Нужно было решить некоторые вопросы Ордена. Эл, ты же знаешь, что я очень хотел прийти. ― Знаю, – буркнул Лиэр, присаживаясь на кресло у круглого стола. ― Ты всё ещё надуваешь губы, когда недоволен, так по-детски. ― Я больше не ребёнок, Армадон. Нависла неловкая тишина. Темнейший никогда не был силён в обычном общении, а тем более в общении с молодыми титанами, которые уже считали себя взрослыми: с ними всегда, что ни слово, то конфликт. Поэтому и сейчас Армадон молчал, даже не пытаясь заговорить первым. ― Всегда ты так, – сказал Элиарт через некоторое время. – Наверняка, я для тебя всего лишь сирота, оставшийся от твоего лучшего друга Сигурда. Досадное последствие дружбы. Темнейший вымученно выдохнул и приложил ладонь к маске, демонстрируя крайнюю степень раздражённости. ― Не мели чушь, Эл. Ты и сам прекрасно знаешь, что это ложь. ― Тогда докажи мне! – глаза короля вновь заблестели, будто ему в голову пришёл какой-то гениальный план. ― Кронос Великий, что ты там выдумал? ― Сегодня мы устроим пирушку в Сумеречном гроте! С меня выпивка, а с тебя твой замечательный мрачный дом! ―Ну уж нет! ―Ну уж да! ― Элиарт! ― Тебе меня не переспорить, учитель, – лучезарно улыбнулся Лиэр. ― Тебе бы лучше не переходить черту, мой мальчик, – холодно отозвался Армадон. ― Я просто хочу побыть с другом, которого не видел две сотни лет. Есть так много всего, что я хотел бы тебе рассказать. Снова вздох, и Темнейший поднял ладони в знак капитуляции. Тихий вечер, который он планировал провести в своём замке – Сумеречном гроте, явно отменялся. Элиарт, которого титан знал с малых лет, и правда изменился: стал более упорным, в нём возросла сила духа, благодаря тяжести правления, да и внешне он превратился в красивого молодого мужчину. Но вот повадки остались теми же. Армадон беззвучно усмехнулся, всё-таки он скучал по этому необузданному пареньку. ― Хорошо, Эл, я жду тебя на закате, – сказал Тёмный, подойдя к своему подопечному и кладя ему руку на плечо. – Не забывай, что я не пью вино выдержки меньше, чем триста лет. ― На этот случай у меня припасён целый погреб Полусладкого Риддского вина четырёхсотлетней выдержки, – почти пропел Элиарт. ― Тогда, до встречи, – Армадон прошёл к выходу из кабинета, но рука замерла на ручке двери. – Я и правда, рад тебя видеть. Темнейший вышел, но его слова повисли в воздухе, эхом отзываясь в ушах новоиспечённого короля.

***

Сумеречный грот выглядел как готический замок из старых детских сказок: именно в таких обычно обитали злые чудовища и ведьмы. Острые шпили уходили наконечниками в небесную пустоту, исчезая за облаками, а серый камень стен идеально вписывался в окружающую природу – мрачные горы и ущелья. Элиарт вместе со своей свитой появился неожиданно перед массивной дверью этого уединённого жилища, выходя из разверзнувшегося в воздухе портала. Несколько солдат несли в руках не меньше дюжины ящиков с бутылками вина, каждая из которых стоила целое состояние. Оправив помятый белый камзол – гораздо более скромную одежду, чем была на короле с утра, Эл уверенно постучал в дверь. Она незамедлительно открылась, словно по волшебству, впуская гостей внутрь. ― Ваше Светлейшее Величество, мы безмерно рады вам! – обратилась к монарху дама средних лет в синем скромном платье. ― Вайреит! Сколько лет, сколько зим! – Элиарт улыбнулся экономке Армадона и окинул взглядом замок. – Вообще ничего не изменилось… ― Уж извините, Ваше Высочество, замок пустовал две сотни лет, им некому было заниматься! – послышался голос Темнейшего, отражаясь эхом от высоких сводов зала. Он стоял на лестнице, покрытой красной ковровой дорожкой: свободная сорочка глубокого тёмно-синего цвета была заправлена в тёмные кожаные штаны, а на лице всё так же находилась маска с устрашающими узорами, знаменующая ранг её носителя – Наставник Ордена Убийц. ― Заносите всё наверх, в зал с камином, – сказал он без особого энтузиазма. Элиарт махнул солдатам рукой и сам направился вверх по лестнице, любуясь древними фресками и серебристыми подсвечниками, развешанными повсюду. ― Ты решил споить целый гарнизон? – уточнил Темнейший, оглядывая ящики с дорогим вином. ― Нет, часть я просто принёс в подарок, ведь я собирал это вино специально для тебя! – Эл любовно погладил бутылки и приказал почти всем солдатам: – Лучше отнесите это в погреб элуара Армадона, а одну оставьте нам. Вайреит, покажете им дорогу? Женщина плавно кивнула и повела мужчин с ящиками по коридору в другую часть замка. ― Не стоило, я не задержусь надолго… ― Мне решать, стоило или нет, – не обращая внимания на брюзжание Наставника, твёрдо сказал Лиэр и беззаботно прошёл на второй этаж. Когда ящик с вином перекочевал в зал с камином, а дверь за солдатом захлопнулась, Элиарт, наконец, расслабился и прошёл по комнате, оглядывая её. ― В детстве этот замок казался мне мрачноватым, но сейчас я думаю, что тут довольно мило. Темнейший пожал плечами и достал первую бутылку с вином, предвкушая незабываемый вкус риддских виноградных напитков – лучшее, что может быть на свете. ― Господи, Армадон, сними уже маску, здесь давно никого нет! – сказал Эл, выжидающе смотря в лицо своему учителю. Действительно, иногда роль Наставника ассасинов заставляла титана днями не снимать маску, и часто он просто забывал о ней, будто она стала частью его тела. ― Как прикажет Ваше Высочество! – усмехнулся Армадон и открыл лицо, кладя главный атрибут своего положения в Ордене на стол. Глубокий шрам прорезал правую щёку от самого глаза, искажая красивое лицо с правильными чертами, тёмно-синий взгляд был устремлён ровно на короля. ― Ни капли не изменился, – прошептал Эл и слегка покраснел, наверняка, из-за жара полыхающего неподалёку камина. ― Не то, что ты, мой мальчик. – Армадон улыбнулся краем губ и, вскрыв бутылку, разлил бардовое вино по бокалам. – Ты очень вырос за эти два столетия, и я так рад, что ты стал отличным правителем. В зале послышался звон бокалов, и они выпили, удобно устроившись в креслах у камина. ― Откуда бы тебе знать, каким правителем я стал? ― До меня доходили слухи, что нынешний король Ридды справедливый и милосердный. Также я слышал о новой внутренней политике, нацеленной на обустройство жизни Светлых титанов, честно говоря, ты поразительно преобразил столицу. Это достойно похвалы! ― Ты… ты редко что-то подобное говоришь, спасибо. На душе стало тепло. Им казалось, словно и не было тех двухсот лет, когда они не виделись, словно всё оставалось по-прежнему, лишь они вдвоём, а весь мир где-то далеко, за окнами Сумеречного грота. Они всё ещё доверяли друг другу больше, чем кому либо в этой Вселенной. После нескольких бокалов крепкого вина Элиарт совсем развеселился и даже попытался изобразить традиционный приветственный танец Светлейших, но ничего не вышло, и он опустился на мягкий ковёр у ног Темнейшего. Король попытался забрать непослушные волосы, постоянно падающие на глаза, в хвост, но и это не получилось, тогда он обессиленно уронил голову на колено титана. ― Прямо как когда-то давно, – сказал Эл. ― Сколько бы я не ругал тебя, ты всегда приходил, садился вот так и спал на моих коленях! – закатив глаза, припомнил Армадон, но всё равно положил ладонь на голову своего подопечного. ― Учите-е-е-ль, а сделайте мне хвост, мне так жарко! Вот, даже лента есть, ха-ха, а то я ведь такой неумёха-а-а! ― Я что, похож на твою няньку?! ― Ну, учитель, пожалу-у-у-йста, – Элиарт потёрся щекой о колено Наставника и тут же устроился между его ног, подставив голову. Темнейший никогда не мог отказать этому мальчишке, даже теперь, когда тот уже достиг своего совершеннолетия и взошёл на престол. Наставник Ордена Убийц расчёсывает волосы Верховного короля Ридды, расскажешь такое – никто не поверит. Но Армадон был уже достаточно пьян, чтобы не думать о таких мелочах. Он аккуратно снял с головы Элиарта золотой венец и запустил пальцы в белоснежные локоны, отливающие серебром в отсветах огня. Прохладные шелковистые пряди просачивались сквозь пальцы, и Наставник даже прикрыл глаза от наслаждения. Кое-как управившись с хвостом, Армадон, словно в полусне, провёл ещё раз ладонью по голове Лиэра, не желая расставаться с этим приятным ощущением. ― Учитель, наклонитесь-ка, мне нужно вам кое-что сказать, – голос короля звучал тихо. ― Ну что там ещё? Темнейший наклонился, а Элиарт вдруг развернулся и мягко коснулся губами губ Тёмного титана. Он почти не двигался, словно, боялся, что сейчас его оттолкнут и отругают, как маленького ребёнка. Армадон раскрыл глаза от удивления, но почему-то не сопротивлялся, пытаясь выстроить в голове хоть какую-то логическую цепочку, которая могла объяснить, как они пришли к такому исходу. Коснувшись ладонью лица Наставника, Эл нежно поцеловал его в один уголок губ, затем в другой, растягивая удовольствие, чтобы потом снова накрыть холодные губы Армадона сладостным поцелуем. Он не торопился, но вдруг почувствовал, как Темнейший начал отвечать ему, беря инициативу в свои руки и явно теряя контроль. Тёмный титан углубил поцелуй, проведя языком по нижней губе Элиарта и, приоткрыв его рот, проник внутрь, переплетаясь с языком своего ученика. Эл застонал и, повинуясь какому-то неясному порыву, встал с пола, не отрываясь от Армадона, и устроился у того на коленях. Темнейший провёл ладонями по тонкой талии короля Ридды, отмечая, какое стройное у юноши тело, и прижал его к себе, продолжая безжалостно сминать губы Лиэра. Отзываясь на каждое прикосновение титана, король соблазнительно застонал, запуская руки в короткие тёмные волосы Армадона. ― Дан, я больше не могу терпеть, – прошептал Элиарт на ухо своему учителю, касаясь мочки языком. ― Стой! – Тёмного будто отрезвила фраза короля, и он отстранился, переводя дыхание. – То, что мы делаем… это неправильно. Мы просто пьяны! ― Нет же! Ты мне правда… – Эл прикусил раскрасневшуюся от поцелуев губу. ― Ты не понимаешь, Элиарт, я не могу сотворить с тобой такое, особенно после стольких бокалов вина. ― Что, опять скажешь, что я ещё ребёнок?! Армадон, я ведь уже мужчина, почему ты этого не видишь? – Голубые глаза наполнились слезами. – Ты мне нравишься. ― Не путай понятия, – нажав пальцами на виски, сказал Тёмный. – Ты просто испытываешь ко мне привязанность, потому что я был с тобой с детства, но это не те чувства, которые могут испытывать по-настоящему влюблённые люди. ― Позволь мне самому решать, что я чувствую. Лиэр обхватил ладонями лицо титана, буквально заставляя взглянуть на себя. ― Я не могу выкинуть из головы всё то время, что мы провели вместе, эти встречи отпечатались у меня здесь навечно, – Эл положил руку на своё сердце, хмурясь, будто испытывал от этого боль. – Только с тобой я могу быть собой, только с тобой я могу свободно дышать. ― Я тебя не понимаю, – Тёмный покачал головой, вглядываясь в раскрасневшееся лицо короля. Элиарт дрожал, как будто его бил озноб, и вдруг выпалил: ― Хочу сделать это с тобой, Дан! Куда уж яснее выражаться. Если ты тоже этого хочешь, то поцелуй меня. Армадон молчал, не решаясь хоть на какой-то шаг, но только сейчас он впервые заметил, насколько соблазнительно выглядел Эл со своей слегка женственной красотой, свойственной всем Светлым титанам. Секунды тянулись подобно часам, и Элиарт, горько усмехнувшись, уже собрался встать с колен Армадона, но тот вдруг притянул его к себе, впиваясь в мягкие губы короля и срывая ленту с белоснежных волос. Тёмный и сам не понимал, почему поддался, но в голове, кроме образа Его Светлейшего Высочества больше ничего не было… Стоны и судорожные вдохи слились в один искрящийся звук; поцелуи становились всё требовательнее, и Армадон, подхватив Лиэра на руки, отнёс его ближе к камину и уложил на мягкий ковёр. Титан расстёгивал пуговицы белого камзола одну за другой, не отрываясь от сладостных губ. Вскоре, верхняя одежда юноши полетела куда-то в угол комнаты, а Тёмный взглянул на эту белоснежную кожу опьянённым взглядом. ― Ты так прекрасен, – сказал он, не решаясь коснуться столь чистого и идеального тела, будто мог осквернить его. – Ты уверен, что хочешь именно этого? ― Коснись меня, Дан… давай сегодня побываем на небесах. ― Со мной путь на небо заказан, – усмехнулся Армадон. ― Мне всё равно, тогда я готов спуститься с тобой в самые глубины Всепоглощающей Тьмы. Судорожно выдыхая, Темнейший поцеловал ключицу Элиарта, спускаясь всё ниже и сжимая тонкую талию короля в своих сильных руках. Лиэр отзывался на каждое прикосновение, подаваясь вперёд и соблазнительно постанывая. Где-то на задворках сознания Армадон осознавал, что ещё немного, и он совершенно потеряет контроль, но сейчас, с этим юношей, ему хотелось забыть обо всех рамках и просто плыть по течению. Один лишь взгляд на Элиарта, лежащего сейчас в таком беспомощном состоянии под Темнейшим, вызывал эйфорию, и Армадон поддался. Он с наслаждение целовал каждый сантиметр тела своего ученика, на котором сейчас играли тени от огня, плясавшего в камине, и, остановившись на груди, обвёл языком розовый сосок, от чего Эл выгнулся и прикрыл глаза руками. Титану безумно понравилась такая реакция, и он вобрал чувствительное место в рот, одновременно кладя ладонь на возбуждённую плоть короля, теснившуюся в штанах. В паху разливалось приятное возбуждение, и Армадону явно тоже становилось тесно. ― Ах! – простонал Элиарт, двигаясь бёдрами навстречу руке Дана. Темнейший расстегнул белые штаны короля и с некоторым трудом, наконец, снял их, оставляя Лиэрта полностью обнажённым. Он провёл ладонями по узким бёдрам ученика и коснулся его плоти языком. ― Стой! Только не так, агх! – юноша выгнулся и закусил губу, ощущая влажный язык и губы, ласкающие его внизу. ― Мне действительно остановиться? – спросил Дан, хитро ухмыляясь. ― Нет… Мука продолжилась, и Эл откинул голову назад, не в силах противиться такому «адскому» наслаждению. ― Армадон, пожалуйста, стой! Я сейчас… – король попытался остановить Темнейшего. ― Кончай, – успокаивающе прошептал титан, но Элиарт замотал головой, не давай тому закончить дело. ― Я хочу и тебе сделать приятно, Дан. Лиэр приподнялся и приблизился к своему наставнику, было видно, что алкоголь ещё не выветрился, и потому Эл выглядел ещё более беззащитно и соблазнительно. ― Хочу, чтобы ты снял рубашку, – почти пропел Элиарт и принялся расстёгивать пуговицы, но Армадон одним лёгким движением снял одежду через голову и выкинул куда подальше. ―Так быстрее. ― И то верно, – улыбнулся Эл, оглядывая мускулистое тело, покрытое желтоватыми шрамами. ― Если тебе неприятно, то я могу… ― Нет! Я люблю каждый твой шрам, – выкрикнул Лиэр и коснулся губами самого большого, что располагался на груди; Дан прикрыл глаза от наслаждения. Элиарт спустился ниже и расстегнул штаны Темнейшего, оглядывая его немалое достоинство. ― Эл, ты не обязан. ― Но это то, чего я хочу! Влажные губы обхватили возбуждённую плоть Армадона, и король начал двигаться, лаская самые чувствительные места языком. Темнейший запустил руки в шелковистые волосы юноши, направляя его движения, и не мог оторвать взгляд от этой возбуждающей картины. Не давая королю довести себя до пика, Дан снова уложил того на спину, нависая над Элом и касаясь его плоти своей. ― Сделай это со мной, мой Наставник! Услышав такие слова, Армадон рвано выдохнул, а его зрачки расширились, заполняя синюю радужку. Он быстро огляделся, ища что-то: взгляд остановился на потухшей масляной лампе, стоящей на краю стола, и титан, достав её, вылил содержимое себе на руку. ― Зачем это? – удивился Эл, следя за странным действом. ― Да ты совсем ещё малыш, – улыбнулся Темнейший. – Я не хочу, чтобы тебе было больно, поэтому, постарайся расслабиться. После этих слов он ввёл один палец в узкое колечко между ягодиц Элиарта, и тот вскрикнул от неожиданной боли, но сразу же скрыл выступающие слёзы, приложив ладонь к лицу. ― Тише, мой мальчик, ты хорошо держишься, скоро станет легче, – шептал Армадон, начиная двигаться внутри Эла. ― Это ужасно странно, – подал голос король, но тут же выгнулся, простонав что-то невнятное. ― Кажется, я кое-что нашёл. Темнейший, не скрывая улыбки, добавил второй палец и вновь нажал на заветную точку, от чего Элиарт застонал уже в голос и перестал скрывать слёзы, открывая взору заплаканное раскрасневшееся лицо. Испытав прилив нежности, Армадон склонился над юношей и, отвлекая его мимолётным поцелуем, добавил третий палец, растягивая Эла и ускоряя темп. ― Агх! Ах! Дан! – стонал король, подаваясь навстречу пальцам. – Там… очень приятно! Прошу, войди в меня! Словно сорвавшись с цепи, Тёмный вытащил пальцы и подставил свою плоть к узкому колечку мышц, а затем надавил и вошёл, стиснув зубы, ведь внутри было так узко! Слёзы с новой силой потекли из глаз Элиарта, и Дан стёр пальцем влажные дорожки на розовых щеках, еле сдерживаясь и выжидая, чтобы партнёр привык к новым ощущениям. Лиэр обхватил Армадона ногами, и выдержка титана окончательно дала трещину: он двинулся вперёд, входя в своего ученика на всю длину. Больше он уже не мог остановиться и, схватив бёдра Эла, начал двигаться быстро. Элиарт прикусил губу и застонал, когда горячая плоть внутри него снова коснулась того самого места: перед глазами рассыпались искры, а низ живота свело от возбуждения. Капельки пота стекали по напряжённому лицу Армадона, и он, прикрыв глаза, увеличил темп, не выпуская из рук бёдра юноши. Небеса. Наверное, так хорошо могло бы быть только там, но Темнейшему по природе не дано достичь райского блаженства. Сейчас же он думал, что обманул, всё-таки, старуху Фортуну, ведь Небеса сами спустились к нему, и именно их он сейчас держал в своих объятиях. ― Дан, я сейчас кончу! Дан, я больше не могу… – застонал Эл и выгнулся, достигая пика. Армадон напрягся как струна и, выкрикивая имя Элиарта, кончил внутрь, содрогаясь от наслаждения. Он лёг рядом с юношей и, притянув его к себе, крепко обнял, целуя в макушку. ― Мне немножко холодно, – сказал виновато Эл, когда они оба отдышались. ― Сейчас принесу плед, – ответил Дан и собрался уже встать, но король схватил его за запястье, не отпуская. ― Ты ведь не предложишь забыть всё, что сейчас произошло? – в его глазах читался страх, как когда-то давно, когда он потерял всех родных, а рядом был только Армадон. ― Я, конечно, Тёмный, но не последний подонок. Я привык брать ответственность за свои действия, и поэтому нет, я не предложу забыть этот умопомрачительный секс, – он усмехнулся и взял Лиэра за руку, целуя тыльную сторону ладони. – Не знаю, что мы будем делать дальше, но пока я здесь, в Ридде, я точно тебя не отпущу. Иди ко мне. Темнейший притянул Элиарта к себе и крепко обнял, целуя в шею. Свои личные небеса он точно больше не отпустит.