Когда-то я любил тебя

      Маленькая девочка семи лет, тревожно забившись в угол, жалостливо заливалась крокодильими слезами. Снова её задирали глупые мальчишки, жестоко обижая и преднамеренно покрывая позором на весь класс её полные лодыжки. Хулиганы даже решились закрыть бедную девочку в кабинете, когда все давно разошлись по домам после долгого учебного дня, оставив её плакать в полном одиночестве.       — Почему у всех ноги как ноги, а у меня…       Напомнив себе о причине горьких слёз, она разразилась солёным водопадом пуще прежнего. Всегда задирали только её. То ноги толстые, то брошь с черепом глупая, то заколки с рожками смотрятся на пепельных волосах неженственно. Она не такая как остальные девчонки с класса. Другое дело Акеми или Миюки — самые красивые и популярные во всей школе и, как назло, учатся с редьконогой в одном классе.       Вдруг самобичевание маленькой плаксы прервал резкий щелчок замочной скважины, после чего дверь со скрипом открылась и в тёмную комнату попал свет из общего коридора.       — Нэнэ-тян? — в кабинет вошла девочка с синими, словно василёк, волосами и такого же цвета глазами. Она нравоучительно поправила очки в зелёной оправе и стремительно подошла к Ясиро, ласково погладив испуганную одноклассницу по головке, — Снова ты наслушалась этих мальчишек, так ещё и позволила им закрыть себя в классе…       — Чи-тян? — открыто удивилась девочка и судорожно всхлипнула, из-за всех сил стараясь сдерживать остатки слёз, — Как ты попала в кабинет? Меня же заперли…       Чикэко слабо улыбнулась уголками розовых губ и продемонстрировала однокласснице ключи от кабинета, которые она одолжила у вахтёрши. Благо, сегодня дежурила добрая старушка и разрешила взять ненадолго ключ под предлогом, что девочка забыла в кабинете важную вещь и ей срочно нужно было её забрать.       — Ого! Я думала, мне придётся ночевать в классе, — печально шмыгнула носом Нэнэ и, наконец, встала с пыльного пола, поспешно отряхнув школьную юбку, — Спасибо, Чи-тян…       — Не за что, — подмигнула ей одноклассница и поспешила покинуть кабинет вместе с поникшей в пакоянии Ясиро, — И не слушай их! Твои ноги очень даже симпатичные! Быть может, это твоя изюминка, которая отличает тебя от других девочек…       — Отличает?       — Да. Вот все, например, одинаковые, а ты особенная.       "Дорогой дневник, прошло уже много времени с тех пор, как меня дразнили в младшей школе за толстые ноги. Сейчас я стала старше и уже поступаю вместе со своей подругой Чи-тян в Академию Камомэ — самую богатую из училищ Японии. Я давно поборола комплексы и справилась со всеми трудностями! Ладно, зато я отказалась от всяких черепов и заколок с рожками… Даже немного подлечила ноги, они уже не такие толстые как раньше. Не хочу, чтобы в новой школе кто-то прознал, что я та самая «редьконожка»."       — Нэнэ! — послышался приятный женский голос с кухни, — Иди завтракать, иначе опаздаешь в академию. Ты же не хочешь показать новым одноклассникам свою безответственность и непунктуальность?       — Уже мчусь, мам! — бодро воскликнула Ясиро и, встав с кровати, закрыла дневник, неприменно спрятав его под подушку.       Девушка пулей помчалась на ароматный запах Тамаго-яки. Мама Нэнэ была прекрасным поваром и даже имела некоторые денежные накопления, чтобы в будущем открыть собственный ресторан. Они усердно работали с отцом Ясиро для реализации своей мечты, однако несколько лет назад папа девочки скончался от тяжёлой болезни. Но мама никогда не показывала дочери переживаний, она была сильной и вполне могла сама справиться с поставленной их семьёй целью.

♧♧♧

      — Аманэ, — понуро протянул младший брат, дёргая парня за руку, — Мы, похоже, опаздываем…       — Да, да, круто… — сонно пролепетал тот, лениво отворачиваясь от него в сторону стены, однако уже через секунду открывает округлённые глаза и тут же вскакивает с постели, начиная метаться по комнате и попутно надевая школьную форму, — Почему ты раньше меня не разбудил, Цукаса?       — Ты так сладко спал, что было жаль тревожить тебя, — улыбнулся мальчишка, с энтузиазмом наблюдая, как его старший брат застёгивает последние две пуговицы белоснежной рубашки, — Увы, мне всё равно пришлось прервать твой чуткий сон. И да, ты снова шептал себе что-то под нос. Кажется, «я найду тебя» и «не уходи», — цитируя фразы Аманэ, Цукаса немного передразнил его, будто насмехаясь.       Старший недовольно нахмурился и запустил в наглого задиру подушку, заставляя мальчишку выбежать из комнаты с весёлыми криками. Цукаса и правда любил поиздеваться, но в этом не было ничего страшного. Даже наоборот, иногда поднимало настроение. Оставшись наедине с собой, Аманэ снова рухнул на кровать и принуждённо прикрыл руками глаза, тяжело выдохнув.       — Устал видеть одно и то же…       В конце концов, парень вышел из комнаты, поправляя свои рукава и направляясь на кухню, где уже сидел его брат и с удовольствием поедал последний бутерброд с колбасой, запивая его зелёным чаем без сахара.       — Ты всё съел? — скептично вскинул бровь Аманэ и присел за стол напротив Цукасы, недовольно покачав головой, — Даже мне ничего не оставил… И отца снова нет дома?       — Он на работе, — не дожував, оповестил младший брат и допил свой напиток, — Не расстраивайся, может быть, он заберёт нас после работы.       — Так всегда…       Аманэ подпирает щёку кулаком и задумчиво смотрит в окно. Если так подумать, отец всегда занят работой и редко уделяет им время с братом. Даже сегодня в день поступления в старшую школу его нет рядом. Обидно.