Часть 1
21 декабря 2020 г., 02:06
Все начинается с ментального сообщения в разум Мастера, отзывающимся чуть слышным «кон-такт» в его мыслях. Доктор делает то, чего ожидать от неё было никак нельзя — назначает встречу в месте, на котором когда-то гордо возвышались башни да пики Галлифрея. Мастер размышляет, является ли это язвительной насмешкой или попыткой воззвать к его давно прогнившей совести.
«Знаешь, я все же рада, что они все мертвы, милый. Наш мир поразительно красиво горит», — говорит она при встрече, — «Тебе не интересно как будут гореть остальные миры?», — Вопрос повисает в перемешанном с пеплом воздухе. Мастеру кажется, что эти слова ужасно не подходят милому личику и яркой одежде, а сама Доктор ощущается неправильно и отчужденно. Мастеру впервые нечего сказать, слова, не нашедшие выхода, тугим комом застревают в горле.
Но он соглашается пойти с ней; соглашается, о причинах и последствиях своего решения не задумываясь ни на мгновение. (Насколько же нужно быть наивным, чтобы не почувствовать подвоха еще тогда?)
Доктор теперь руководствуется собственной извращённой философией, которой с ним делиться не пожелала. Она возводит вокруг своего сознания каменные стены, никому не позволяя за них проникнуть. Мастер на ее фоне открытой книгой себя чувствует.
Она как-то упомянула о том, что выбралась из космической тюрьмы. Говорила, что никто тогда так и не пришел за ней, и ей пришлось ответить им тем же. Он и сам становился свидетелем того, как она безжалостно уничтожала народы, которые совсем недавно была готова самоотверженно защищать.
В начале это казалось даже забавным. Мастер думал, что Доктор наконец сдалась. Ему хотелось верить, что он самолично сломал ее, открыв глаза и показав правду. Искренне надеялся что она перестала быть такой наивной-глупой-лицемерной. Приняла неизбежное. Ох, он гордился собой!
«… Я просто хочу чтобы ты понял, что мы не такие уж и разные!» — сказал Мастер ей когда-то. На минуту он действительно допустил, что они равны в своем восприятии мира. «Но нет, она ничего не понимает. Она другая» — Думает Мастер сейчас.
Она стала тем, против чего так отчаянно боролась. Стала абсолютным злом. (А ведь это на руках Мастера кровь, и по его вине земля в руинах!)
Она и есть Валеярд.
Доктор Валеярд, так лучше, (потому что имя Доктор ощущается на языке неправильно) смотрит на него почти безумным взглядом, глазами пустыми, ухмыляется, обнажая зубы. Мастер подходит ближе к консоли.
— Дорогая, — выдыхает он ей в губы.
Вместо ответа Доктор удовлетворенно зарывается руками в темные волосы, тянет на себя. Мастер кладет руку ей на шею, сжимает не до боли, но этой силы хватает чтоб удержать ее на месте.
Прежде чем вытащить лезвие, заставляет Доктора лечь спиной на консоль.
Без надежды
Без свидетелей
Без воздаяния
Кровью окропляется панель управления, теперь больше на жертвенный алтарь походит. Пару алых капель попадает на смуглое лицо. Мастер поднимает на нее взгляд. Глаза Доктора выражают не страх, но удивление и странную заинтересованность в происходящем. Она последний раз через силу улыбается и язвительно-тихо шепчет:
— Кто теперь победил? Теперь Я победила, — слова наждачной бумагой по слуху проходятся, по телу разливается дрожь.
Мастер смотрит, на то как она умирает завороженно, не в силах оторвать глаз. Его Мир, итак трещавший по швам, только что полностью развалился на части. И улыбается он нервно, истерично, балансируя на грани между эйфорией и отчаянием. (не упасть бы в бездну)
Мастер ждет
Проходит десять минут сорок две секунды, когда Доктор не регенерирует
Проходит вечность тридцать минут
Два часа
Сутки
К Мастеру не сразу приходит осознание происходящего. Он вскакивает с пола, рванув к Доктору, и, в попытке найти ее пульс, замирает у тела. В этот раз все кончено. С мучительным стоном он бьет кулаком по панели управления и чуть не разносит вдребезги нулевую комнату, на что ТАРДИС отзывается неодобрительным жужжанием.
— Заткнись, а! — яростно кричит Мастер в ответ, — Мертва твоя хозяйка, не видишь что ли?! Я ее убил!
Давясь отчаянным криком, он опускается на пол, прижав ладони к вискам и пытаясь восстановить дыхание. Слышит как громко стучат оба его сердца, будто готовые выпрыгнуть из грудной клетки.
Тут же едва слышно шипит от боли; осколок чего-то, наверное части ТАРДИС, глубоко впивается в ногу.
— Она Повелитель Времени. Стоит сжечь тело, — взывает к рациональной части себя самого, лживо пытаясь убедить в правильности собственных действий, — Вместе с этой чертовой машиной, пожалуй.
***
Мастер умирал у нее на руках на Вэлианте. Пришла же ее очередь. Он не был точно уверен, сколько инкарнаций у Доктора впереди, но уверен был в одном — то, что сейчас происходит — неправильно. Отчаянно неправильно даже для него самого — самопровозглашенного повелителя хаоса. До боли неправильно, потому что Мастер сам утопит Вселенную в крови и страданиях, лишь бы не дать Доктору сделать тоже самое. Он должен был это закончить. Пусть это будет единственный раз в жизни, когда он на самом деле захочет ее убить. Пусть это будет единственный раз, когда он сделает это из чистого милосердия. Повелитель времени заходит в ТАРДИС, стиснув зубы.
